"Мы прощаемся, кьют, лишь на время."

Свой шестнадцатый день рождения Джисон очень ждал и одновременно ненавидел всей душой. Они встречались с Минхо чуть больше трех месяцев, шел самый расцвет конфетно-букетного периода. Но уже через несколько дней после дня рождения Хана Минхо предстоял переезд в другой город для учебы в престижном университете, а самому Джисону — учеба в десятом классе и подготовка к выпускным экзаменам, чтобы потом поступить туда же. Хану конечно было не привыкать ходить в школу без Минхо, потому что они даже не успели испытать, что это такое — быть сладкой школьной парочкой. Минхо набрался смелости предложить Джисону встречаться только в день своего выпускного, а до этого они ходили вокруг друг друга, избегая слишком долгого и близкого контакта при случайных встречах. Случайными встречами это конечно назвать было сложно, потому что Джисон знал расписание Минхо наизусть и часто появлялся рядом с кабинетами, где учился старший. Минхо же не замечал горе-сталкера, следовавшего за ним по пятам, пока Хан не заговорил с ним первый. И с того дня его взгляд то и дело останавливался на девятикласснике, стоявшем то возле окна в холле напротив его кабинета, то на широкой площадке лестницы, ведущей на этаж, где у него шел урок. Внимание Джисона Минхо очень льстило. Но тогда, в феврале, заходить далеко он точно не планировал. Думал, ну побегает мальчик за ним немножко, переживет свой мимолетный краш и найдет кого-нибудь еще. С кем не бывает? Переходный возраст, гормоны бушуют и все в таком духе. Только вот Минхо сам не заметил, как выучил расписание младшего, и старался «случайно» натолкнуться на него в коридорах школы, если Хан не появлялся в его поле зрения по своей воле. А дальше все разворачивалось так, как он совсем от себя не ожидал. Минхо начал испытывать явный романтический интерес к Джисону. У него впервые в жизни появились чувства к парню. До этого он просто находил некоторых парней привлекательными, но никогда не стремился к отношениям с ними. Поэтому Минхо потребовалось время — три долгих месяца, чтобы принять свои чувства к младшему и что-то с ними сделать. И вот теперь, 13 сентября, за несколько часов до дня рождения, Джисон сидел на кровати в своей комнате в ожидании Минхо, который обещал как можно скорее разобраться с домашними делами и сразу же приехать. Они еще летом договорились, что последние дни перед отъездом Минхо как можно больше времени будут проводить вместе. И Ли пообещал, что они обязательно встретят шестнадцатый день рождения Джисона в объятьях друг друга. Хан очень нервничал. Потому что на день рождения Минхо ему пообещал еще кое-что. Они были вместе три месяца, но дальше поцелуев дело никогда не заходило, потому что старший его слишком оберегал и все разговоры о сексе сводил к тому, что им не стоит пока торопиться. Джисон понимал, что для Минхо это первые отношения с парнем, может поэтому он и боится сделать что-то не так, да и Хан был не особо взрослым, всего лишь девятый класс закончил. При последнем разговоре на эту тему, долгом и тяжелом, они решили, что раз Джисону исполнится шестнадцать, возраст согласия как никак, то им сейчас стоит хотя бы попробовать. Хан много раз в тот вечер клялся Минхо, что сразу скажет, если что-то пойдет не так, если в процессе он передумает или если ему станет слишком больно. Все же, первый раз редко бывает на сто процентов приятным. А Минхо в свою очередь пообещал, что постарается сделать так, чтобы они оба получили максимально возможное удовольствие. Их отношения строились на полном доверии к друг другу в плане безопасности, поэтому Джисон переживал не за то, что Минхо сделает что-то не так, а за то, что он сам покажется своему парню недостаточно зрелым и недостаточно готовым для начала половой жизни. Несколько недель Джисон изучал все источники, которые только попадались под руку: треды в твиттере, форумы и подобное. Естественно, он смотрел гей-порно, но склеенные из идеальных кусочков видео, не включающие в себя подготовку к самому сексу, создание атмосферы и настроения и просто банальные советы, не особо ему помогли. И в итоге он пришел к выводу, что механику процесса он и так понимает, теоретические основы изучил, а дальше уже будет действовать по ситуации. Помимо мыслей о стремительно приближающемся первом разе в голове Джисона с каждым днем все чаще возникала мысль о том, что это последние дни, когда Минхо спокойно может приехать к нему домой на городском автобусе. Уже 17 сентября он сядет в самолет и окажется в другом городе, а их встречи вживую сведутся к паре недель в январе на новогодних праздниках и месяцу летом — знойному августу, который Минхо очень не любил. Хан пока совсем не представлял, что это такое, не иметь возможности месяцами прикоснуться к человеку, с которым целое лето проводил вместе каждый день. Но такова жизнь, и с этим просто придется рано или поздно смириться. Джисон настраивал себя на то, что еще два года школы, выпускные экзамены в дождливом июне, и он поступит в тот же университет, что и Минхо. Они снова смогут видеться каждый день, как раньше, потому что оба будут жить на территории одного студенческого городка, а может даже станут соседями по комнате. Теперь Джисону придется приложить много усилий, чтобы сдать эти самые выпускные экзамены через два года, чтобы поступить на бюджет. У его семьи было не так много денег, чтобы обеспечить платное обучение. Средств на репетиторов тоже не было. Поэтому все, что оставалось Хану, использовать бесплатные ресурсы для подготовки и надеяться на чудо. До встречи с Минхо он даже не рассматривал поступление в другом городе, тем более в престижный вуз. Где он, а где все эти умники, которые туда поступают, каждый год повышая проходной балл. Поэтому Джисон просто собирался пойти в местный универ и прожить всю жизнь в этом маленьком городе. Хан вообще был не особо уверенным в себе человеком. В его голове часто рождались навязчивые мысли о том, что Минхо найдет в университете горячего, красивого, умного парня, такого же, как он сам, и бросит Джисона раньше, чем тот успеет закончить школу. Или Джисон завалит экзамены и останется на всю жизнь в маленьком провинциальном городе без шансов выбраться. Потому что всем здесь твердят, если не выберешься отсюда в 18 лет, то обрастешь местными друзьями, устроишься на работу и останешься уже навсегда. А еще хуже, если произойдет все вместе: Минхо найдет себе классного парня, а Джисон — даже с огромным желанием поступить — никуда не поступит. За тот час, пока Минхо добирается к нему из соседнего района по вечерним пробкам, Хан накручивает себя до такой степени, что ему приходится выпить легкое успокоительное. И, слава богу, оно срабатывает довольно быстро, пока Джисон выполняет дыхательные упражнения, чтобы подавить начинающуюся паническую атаку. За двадцать минут он почти полностью берет себя в руки и убеждает в том, что ничего страшного не произойдет, и его Минхо, такой заботливый и любящий парень, буквально последний человек на планете, который причинит ему вред, да и с отъездом они что-нибудь вместе придумают, все же тут ничего не поделаешь. Раздается звонок в дверь, и поток тревожных мыслей вихрем врывается обратно в его голову. Минхо появляется на пороге его квартиры в десять, выдыхает в губы своего парня «привет, крошка» и мягко целует. Отстранившись, он снимает куртку, пока Джисон неловко молчит рядом. И конечно Ли сразу обращает на это внимание, потому что обычно парня переполняют эмоции и он, не давая Минхо пройти дальше порога, сразу начинает рассказывать о том, что произошло в школе за день. А сейчас Хан тихо стоит, прислонившись к стене, и сминает в руках край длинной домашней футболки. — Котёнок, что-то случилось? — спрашивает он, беря Джисона за руку и притягивая к себе в объятия, но так, чтобы все еще видеть его лицо. Джисон молчит некоторое время, думая, стоит ли вообще говорить Минхо о том, что сейчас занимает все его мысли и испортить только начинающийся совместный вечер негативными эмоциями. — Ничего особенного, Хо, просто немного волнуюсь перед сегодняшней ночью, — говорит в итоге он. — Ты же знаешь, что я ничего не сделаю, если ты этого не захочешь, да? — Конечно знаю. И я правда хочу заняться с тобой сексом сегодня, но это не мешает мне нервничать, — отвечает Джисон, мысленно давая себе затрещину за то, что сказал лишь часть правды, когда они обещали друг другу ни в коем случае не молчать, если что-то тревожит. Минхо размыкает руки, чтобы разуться и пройти на кухню, и Джисон только в этот момент замечает, что парень пришел не с пустыми руками. Старший опускает на кухонный стол пакет со всякими вкусными штуками из любимой пекарни Хана, моет руки и ставит чайник. — Детка, ты же знаешь, что, если я сейчас наемся сладкого с чаем, то могу просто лечь и уснуть, пригревшись в твоих объятиях? — шутливо спрашивает Джисон, садясь за стол. — Ты уверен, Сонни? Правда променяешь мой член на чизкейк? Я буду оскорблен до глубины души, — таким же тоном отвечает ему Минхо и смеется. Они пьют чай в тишине, и Джисон вновь пытается подавить свою нервозность, ощущая, как дергается нога. От внимательных глаз Минхо это не укрывается. — Джисон? — Прости, я правда очень нервничаю. Минхо встает из-за стола, напугав и без того дерганного Хана, за что мысленно дает себе подзатыльник, протягивает руку дрожащему парню и тихо говорит «пойдем со мной». Джисон подчиняется и позволяет отвести себя в комнату. Минхо усаживает парня на кровать, а сам садится на корточки перед ним: смотрит Джисону в глаза и успокаивающе гладит его бедра. — Котёнок, скажи честно, что происходит? Ты так сильно переживаешь из-за секса или есть что-то еще, о чем ты мне не говоришь? — обеспокоенно начинает разговор Минхо. Джисон молчит. Молчит, не потому что ему не хочется говорить обо всем, что творится в его голове, а потому что, когда Минхо рядом, все, что он себе напридумывал, вдруг кажется таким мелким и неважным. Недостойным того, чтобы об этом говорить вслух. Говорить об этом Минхо. Джисон закусывает губу и переплетает пальцы их рук, пока Ли терпеливо ждет ответа. Тишина длится еще несколько секунд, прежде чем Хан пересиливает себя и говорит: — Да, есть еще кое-что. — Ты знаешь, что ты можешь рассказать мне все, что угодно? И я никогда не осужу тебя. Мы сможем со всем разобраться, хорошо? Поэтому скажи, что не так, не молчи, пожалуйста. — Перед тем, как я это произнесу вслух, у меня к тебе просьба, — говорит Джисон, чувствуя насколько он близок к срыву. — Все, что угодно. — Можешь меня обнять, пока я буду говорить? И не смотреть мне в глаза? Я правда не могу собраться с мыслями. Просьба вполне выполнимая, поэтому Минхо кивает, встает с пола и, обнимая Хана за грудь, укладывает их на кровать. И он явно оказывается не готов, к тому, что услышит в следующие несколько минут. — Мне страшно, что ты найдешь в университете кого-то лучше: красивее, умнее, без загонов. Мне страшно, что я завалю выпускные экзамены, не смогу поступить в университет и останусь здесь. Мне очень страшно, что наши отношения не выдержат проверку расстоянием и временем. Потому что я не тот человек, за которого стоит держаться и чем-то ради него жертвовать. Джисон мелко дрожит и плачет, пока Минхо с ума сходит от того, что он упустил момент, когда подобные мысли начали заполнять голову его любимого человека. — Господи, котёнок. Мне так жаль. Я так старался, чтобы убедить тебя в силе своих чувств, но не знал, что того, что я делал, было недостаточно. Мне жаль, что тебе приходится сейчас все это испытывать. Ты самый замечательный человек, которого я когда-либо встречал. Я не могу представить свою жизнь без тебя, без твоих шуток, без твоей солнечной улыбки. Джисон, ты тот человек, ради которого я бы пожертвовал всем миром, слышишь? Хан сильнее прижимается к Минхо и продолжает плакать. — Мы со всем справимся. Я приложу максимум усилий, чтобы не дать новому городу и новому окружению вытеснить тебя. Ты умный парень, очень старательный. Я верю в то, что ты поступишь, и мы будем учиться в одном университете. Поэтому, Сонни, как только у тебя возникнет хоть малейшее сомнение в этом, говори мне. Мы найдем решение для каждой проблемы. Да, мы будем редко видеться, но все еще будем на связи. Я обещаю, что при первой же возможности сорвусь к тебе. Они оба знают, что раньше зимы это вряд ли произойдет. — Запомни самое главное: я ни в коем случае не говорю, что твои мысли глупые. Ты имеешь право чувствовать то, что на самом деле чувствуешь. Но, пожалуйста, не скрывай свои страхи от меня, хорошо? Минхо отрывается от Джисона, чтобы посмотреть тому в глаза, и когда парень кивает, мол, «хорошо», сцеловывает слезы с его влажных щек. — Я тебя люблю, — тихо говорит Хан, когда его перестает трясти. — Я тебя тоже люблю, — отвечает Минхо. — Больше жизни. Они лежат еще какое-то время, обнявшись. Ли гладит Джисона по спине, и каждый думает о своем. Пока голос Хана не прерывает тишину: — Я испортил момент? — В каком смысле? — искренне недоумевает Минхо, пытаясь прочитать эмоции на лице Джисона. — Ну… Вместо секса я рыдал у тебя на груди, — смущенно отвечает парень. — Сонни, ты дурак. Я на тебя не давлю ни в коем случае, но, если ты морально готов сегодня, все будет. Правда хочешь? — Очень, — говорит Хан и тянется к губам парня. Они нежно целуются, пока Минхо не отстраняется первым со словами «я в душ». Он хватает из шкафа первую попавшуюся футболку и позорно для самого себя сбегает. Джисон лежит какое-то время и просто смотрит в потолок с мыслью о том, что этот момент настал, сегодня ночью он лишится девственности с парнем, которого любит больше всего на свете. Когда Минхо возвращается, он еще раз уточняет, не передумал ли Джисон. И, удостоверившись, что нет, отправляет его в душ, а сам тянется к рюкзаку, с которым пришел. Он, как и Хан, провел достаточно времени в интернете в поисках информации по сексу и особенно по сексу с парнями. У Минхо конечно уже были отношения около года назад, но с девушкой. Да и встречались они недолго, поэтому особо ничего не успели попробовать кроме орального секса. Парень достает из рюкзака влажные салфетки, смазку и презервативы, которые вчера, оглядываясь по сторонам, покупал в секс-шопе в другом районе, чтобы, не дай бог, его не увидел кто-то из знакомых. Не хотелось стать объектом сплетен и, тем более, втянуть в это Джисона, которому в их школе еще два года учиться, кто знает, как к этому люди отнесутся. И проверять на себе точно не хотелось. Кроме самых близких друзей никто знал, что они с мая в отношениях. Минхо намеренно конечно не скрывал, но и не кричал о них на каждом шагу. К тому же, летом он редко пересекался с теперь уже бывшими одноклассниками, так что не посвящать никого в свою личную жизнь было проще. Тем временем Джисон, стоя в ванной, думал, стоит ли ему одеваться обратно в домашние шорты и футболку, или пойти просто в нижнем белье, все равно ж раздеваться. Возможно, он неосознанно тянул время, но для себя этого конечно не признавал. Он появляется перед Минхо в футболке, которая слегка прикрывает ягодицы, и нижнем белье, оставив шорты на стиральной машинке рядом с брюками и рубашкой своего парня. — Иди сюда, — говорит Ли, хлопая по кровати рядом с собой. Но Джисон решает отбросить свою стеснительность и садится сразу ему на колени, обхватывая ногами за талию. Минхо только улыбается и прижимается к губам напротив, сразу углубляя поцелуй. Его руки скользят по пояснице и бедрам Хана, удерживая от возможного падения назад, пока тот крепко обнимает его за шею. Минхо запускает руки под футболку Джисона и, еле касаясь, проводит ими по спине и животу, чем вызывает рой мурашек на коже младшего. Не разрывая поцелуй, он плавно опускается спиной на кровать, увлекая за собой Джисона, все еще сидящего на нем. Минхо тянет вверх края футболки Джисона, в конце концов снимая ее, и переворачивает их так, чтобы оказаться сверху. Теперь у него есть доступ к прекрасному телу своего парня, чем он и собирается воспользоваться. Спускается беспорядочными поцелуями по подбородку и засасывает нежную кожу на шее. Джисон тихо стонет и думает о том, что в школу после выходных ему придется пойти в водолазке. Минхо коварно улыбается, потому что кое-что задумал. Они раньше не раздевались во время поцелуев, поэтому у него не было доступа к груди Джисона. Минхо обводит языком правый сосок парня, а потом и полностью накрывает его своим ртом, из-за чего Хан выгибается и издает первый громкий стон, а Ли делает мысленную пометку о чувствительных сосках своего парня. Чтобы не оставлять без внимания левый сосок, он сжимает его пальцами, пока играет языком с правым. Джисону уже слишком жарко и слишком хорошо, чтобы в голове рождались хоть какие-то мысли, но на задворках сознания промелькивает «не будь бревном», поэтому он тянется руками к футболке Минхо, точнее к своей футболке на Минхо, намекая тому, что ему не нравится быть практически голым одному. Ли оставляет в покое соски парня и дает Джисону медленно стянуть с себя ненужный предмет одежды и сам отбрасывает его на пол, возвращаясь к ласкам. Минхо спускается поцелуями по плоскому животу и медленно проводит рукой по его вставшему члену, пока скрытому нижним бельем. Младший резко вдыхает и снова громко стонет. Ему так хорошо, а это только прелюдия, и он уже немного жалеет, что не склонил Минхо хотя бы к взаимной мастурбации за те месяцы, что они были вместе. — Я могу их снять? — спрашивает Минхо, держась за резинку трусов Хана. Джисона ведет от того, как Ли на каждом этапе уточняет прямо или косвенно, не передумал ли он. — Ага, — выдыхает Джисон. Это все, на что его хватает, пока он пытается не потеряться в новых ощущениях. Одно дело, когда ласкаешь себя сам, и совсем другое, когда это делает твой любимый человек. Очень горячий любимый человек. Минхо стягивает с него трусы и отбрасывает в сторону к футболкам. Джисон инстинктивно тянет руки вниз, чтобы прикрыться, но Ли его останавливает. — Солнышко, не закрывайся, ты самый красивый парень на свете. Тебе нечего передо мной стесняться, к тому же мой член совсем скоро окажется здесь, — Минхо проводит рукой по промежности Хана, — поэтому тебе стоит быть готовым. — Минхо! Не порти момент, — вздыхает Джисон. — А что, это же правда. — У меня сейчас все упадет, я оденусь и пойду доедать все, что ты принес, — говорит Хан и делает вид, что собирается встать с кровати. Но сильные руки прижимают его за плечи обратно. — Куда это ты собрался, котёнок? — шепчет Минхо, склонившись над лицом своего парня. — Мы же только начали. Как неловко-то. Лицо Хана загорается красным с новой силой, когда Минхо отстраняется и берет в руки флакон со смазкой. Джисон думает, все, момент истины настал. — Сонни, ты сам пробовал когда-нибудь себя растягивать? — серьезно спрашивает Минхо, поднимая взгляд и пока не предпринимая никаких действий. Джисон не знает, есть ли предел его смущению. Хотя Минхо не спрашивает ничего такого, все вопросы, касающиеся секса, все равно продолжают вгонять его в краску. Правду люди говорят, смущается, как школьник. Потому что он и есть школьник. — Да, я пытался, читал, что нужно сначала самому понять нравится тебе вообще анальное проникновение или нет. В интернете советовали попробовать пальцы и игрушки. Я дошел только до двух пальцев. Сам понимаешь, игрушки мне никто не продаст, я же выгляжу вообще на четырнадцать, — отвечает Джисон, нервно шутя. Минхо усмехается. Игрушки они еще попробуют, но как-нибудь попозже. — Тогда я сейчас тебя попробую растянуть, можно? Или хочешь сам? — спрашивает он. Минхо очень хотелось сделать это самому, он даже пробовал дома растягивать себя, чтобы потренироваться. Но в данный момент комфорт Джисона стоял превыше всего, поэтому как он решит, так и будет. — Давай ты, я тебе полностью доверяю, — разрешает ему Хан. — Хорошо. Минхо подтягивает Джисона к себе за бедра и подкладывает ему под ягодицы подушку, чтобы обоим было удобно. Раскрывает упаковку первого на сегодня презерватива и натягивает его на указательный палец, пока Джисон завороженно наблюдает за его действиями. Щедро выдавливает смазку из флакона и распределяет ее по колечку мышц, пока она стекает по промежности парня. — Готов? — спрашивает Минхо. — Вроде да. — Вроде? Джисон, если ты… — он не успевает договорить, потому что Хан его перебивает. — Да готов я, готов, но чем больше ты об этом спрашиваешь, тем меньше во мне уверенности остается, — смущенно отвечает он. На самом деле Джисону это нравится. Но он не признается вслух. Минхо наконец медленно проскальзывает одним пальцем внутрь, встречая лишь небольшое сопротивление. Небольшое, потому что Джисон правда прилежно готовился к сегодняшней ночи. Стараясь отвлечь парня от неприятных ощущений, старший тянется к его члену. Сначала просто на пробу пару раз проводит по стволу рукой, смоченной собственной слюной, а после обхватывает губами головку и только потом опускается ниже. Он внимательно следит за выражением лица Джисона, чтобы сразу заметить, если тому станет больно. Минхо продолжает постепенно растягивать вход и, когда один палец более-менее свободно скользит, спрашивает: — Все нормально? Могу добавить второй? Джисон немного молчит, прислушиваясь к своим ощущениям, и кивает. Поэтому Минхо добавляет второй палец и уже двумя пытается найти верный угол, чтобы попасть по простате. Не сразу, но выходит. И Джисон громко стонет от неожиданно сильного для него воздействия. Собственных не особо длинных пальцев было недостаточно для стимуляции и вообще как-то одному было боязно проникать слишком глубоко, поэтому он не знал, чего ожидать. Теперь знает. Великолепное чувство. Надо повторить. Минхо, будто читая мысли Джисона, снова попадает пальцами по простате, пока выцеловывает стройные бедра и посасывает головку его члена. Он заканчивает подготовку на трех пальцах, надеясь, что этого правда хватит, и отмечает, как сильно Джисон уже возбужден. Минхо выбрасывает использованный презерватив в мусорное ведро под письменным столом и наконец-то к радости Хана раздевается полностью, бросая нижнее белье в общую кучу. Он возвращается к кровати, на которой лежит его безумно горячий парень, и несколько секунд просто смотрит на него. На лбу Джисона выступили капли пота, волосы слегка влажные, и не мудрено, в комнате правда невыносимо жарко. Но Минхо не единственный, кто любуется. Хан тоже наблюдает за ним, слегка прикрыв глаза. Думает, какое же красивое у него тело. Видит, как будто в замедленной съемке, как парень двигается ближе, раскатывает презерватив по своему члену. Слышит, как последний раз он спрашивает: — Готов? Джисон смотрит Минхо в глаза, улыбается и отвечает: — Как никогда. Минхо выдавливает смазку на свой член и медленно проникает в узкий проход: сначала только наполовину, чтобы не вызывать слишком болезненных ощущений, а после — входит до конца и останавливается, ожидая реакции Джисона. — Можешь потихоньку двигаться, — говорит он, спустя минуту-две. Минхо повинуется: сначала двигается медленно, а потом постепенно набирает темп. Комната наполняется звуками шлепков и тихих вздохов обоих парней. Спустя некоторое время Минхо решает немного изменить угол проникновения, поэтому подхватывает ноги Джисона и закидывает себе на плечи, благо гибкость парня позволяет, и при первом же толчке выбивает из него громкий вскрик, точно попадая по простате. — Минхо-о, — высоко стонет Джисон. — Вот так я долго не продержусь. — Все в порядке, я тоже скоро кончу, — отвечает тот, тяжело дыша. Джисон кончает с настолько громким стоном, что Минхо невольно думает, слышали ли это соседи за стеной. Пока младший приходит в себя, Ли, сняв презерватив, сам доводит себя до оргазма и кончает в руку. Несколько капель его спермы падают на живот Джисону, смешиваясь с его собственной. Хан как будто со стороны наблюдает за всей этой картиной и думает, какой же Минхо сейчас горячий. Его широкая грудь часто вздымается от тяжелого дыхания, на лице — крупные капли пота, волосы мокрые и полностью убраны назад. Парень мечты, и он только что лишил его девственности. Лучшее чувство из всех, что он испытывал. Пока Джисон размышляет об этом, отключившись от мира, Минхо вытаскивает пару влажных салфеток из пачки, которую оставил в самом начале на кровати и мысленно хвалит себя за сообразительность в плане подготовки. Он вытирает свою руку от спермы и сразу принимается очищать живот и грудь Джисона от застывающих капель. Особенно аккуратно вытирает его член, зная, насколько он чувствительный после оргазма. Джисон находит в себе силы пошутить о детских влажных салфетках, на что Минхо только закатывает глаза и говорит «ты тот еще ребенок», пока вытирает ими остатки смазки с промежности. Закончив с очисткой, он сразу же выдавливает на покрасневшее колечко мышц заживляющую мазь в качестве профилактики. Неприятных последствий после первого секса им точно не нужно. Наконец, с чувством выполненного долга он падает рядом с Джисоном на кровать и обращает внимание на часы, висящие напротив. 00:15. — С днем рождения, крошка, — шепчет Минхо, целуя именинника в висок. — Теперь ты совсем взрослый. — Я люблю тебя, ты самый лучший, — тихо отвечает ему Джисон. — Спасибо, что ты со мной. — Это я тебя должен благодарить. Скажи, все было хорошо? Я не сделал тебе больно? — Сомневаюсь, что в первый раз можно сделать так, чтобы не было больно совсем. Но было больше приятно, чем больно. Правда. Спасибо, что был нежен со мной. Джисон, собрав последние силы, поворачивается лицом к Минхо и просто молча смотрит на него. Они оба чувствуют так много сейчас. Безумная любовь читается в одном лишь взгляде. В порыве нежности Минхо сгребает Хана в объятия и притягивает вплотную к себе. Они лежат в тишине какое-то время, а потом Ли слышит, как Джисон тихо всхлипывает. Сердце ухает вниз уже который раз за вечер. Он судорожно перебирает в голове все, что сейчас могло послужить причиной этих слёз. — Котёнок, что не так? Скажи мне. Что-то болит? — Минхо, я не смогу без тебя. Я хочу быть рядом с тобой все время. Я не знаю, как теперь быть одному. Джисона ломает второй раз за вечер. — Мы справимся, правда. Я знаю, что это будет тяжело. Давай пока сосредоточимся на тех днях, что остались у нас до отъезда, — убеждает его Минхо. — Целых три полноценных дня. Сможешь сделать это для меня? Кивок. — У тебя день рождения сегодня, ты не должен плакать. Черт, — Минхо осекается, осознавая, что сказал. — Я не имел в виду, что ты не можешь плакать, конечно можешь. Но я не хочу заставлять тебя плакать. У нас впереди еще много чудесных моментов. Мне тоже страшно оставлять тебя здесь и уезжать за тысячи километров. Ты не один боишься. Так что давай мы оба постараемся быть сильными друг для друга? Минхо знает, что это скорее риторический вопрос, поэтому не ждет ответа. Только целует Джисона в макушку и выводит пальцами узоры на его спине, пока тот успокаивается и, пригревшись, засыпает. Ли понимает, что им стоило сходить в душ перед сном, но тревожить уставшего после секса и нескольких срывов Джисона совершенно не хочется. Поэтому, убедившись, что Джисон крепко спит, он выпутывается из его объятий, выключает свет в комнате и сам идет в душ. Открывает окно, впуская свежий сентябрьский воздух. Собирает одежду с пола и складывает стопкой на стул. Моет кружки и тарелки. Убирает остатки еды в холодильник. Вернувшись в комнату, Минхо видит, что Джисон уже развалился на кровати звездочкой, занимая все свободное место, и мило сопит. Ли запечатлевает эту картину у себя в голове, чтобы вспоминать о ней, когда они будут далеко друг от друга. Налюбовавшись на спящего парня, он вытаскивает заляпанный спермой плед из-под Хана и отмечает про себя, что с утра стоит это все закинуть в стирку вместе с одеждой. Ложится в кровать, прижимаясь к спине своего парня, накрывает их обоих одеялом и, наконец, засыпает, синхронизируя свое дыхание с Джисоновым.

***

Их утро начинается с шума дождя, барабанящего по подоконнику, и сильного ветра, ворвавшегося в комнату сквозь открытое окно. Минхо просыпается первым и нехотя встает, чтобы его закрыть. Джисон ворочается в полусне, пытаясь найти своего парня в постели и, когда это не получается, открывает глаза. — Минхо? — сонно спрашивает он. — Сколько времени? — Спи, котёнок, еще очень рано, я просто закрыл окно, — отвечает парень и ложится обратно в кровать. Они спят в обнимку еще несколько часов, пока Минхо вновь не просыпается. Это не первая их совместная ночевка, но сегодня все по-другому. Он должен сделать их первый совместный день рождения идеальным. Так что первым делом идет на кухню, стараясь сильно не шуметь. Ставит чайник и достает из холодильника остатки сладкого. И, как только вода закипает, заваривает зеленый чай с мелиссой. Как раз в этот момент на кухне появляется сонный Джисон. — Я проснулся, а тебя рядом нет, и это, между прочим, второй раз за утро. Вам не стыдно, молодой человек? — спрашивает он, стараясь сохранять серьезную интонацию. Голос Джисона немного хриплый, низкий после сна. Глаза припухшие из-за ночных слез. Но Минхо думает, что перед ним самый красивый человек на свете. — Сонни, это должен был быть завтрак в постель, — обиженно отвечает он. — Но мне правда стыдно, что ты проснулся в одиночестве. — Я шучу, глупый. Джисон обходит кухонный стол и утыкается лицом в плечо Минхо, пока тот обнимает его за талию. — Доброе утро, — говорит Хан и мягко целует. — Доброе утро, — выдыхает Ли, оторвавшись от его губ. Они завтракают в комфортной тишине, пока Джисон сидит у Минхо на коленях. И оба стараются жить лишь этим моментом. До отъезда Минхо три дня, но впереди еще целая жизнь, в которой они обязательно все преодолеют и будут вместе. За два года, что они будут жить в разных городах, они непременно будут приезжать к друг другу несколько раз в год: Минхо на зимних и летних каникулах, а Джисон — на весенних и осенних. Хан сдаст экзамены на высокий балл, поступит в тот же университет. Они справятся. А пока существует лишь этот шестнадцатый день рождения, утром которого после эмоционально тяжелой ночи Минхо и Джисон, безумно влюбленные в друг друга, завтракают за кухонным столом в маленькой квартирке провинциального города. Вечером во время свидания на городской набережной Хан задувает шестнадцать свечей на маленьком торте, купленном спонтанно. А сразу после Минхо достает из кармана подарок на его день рождения: их первые парные кольца. У них правда все будет хорошо.