третьесортный фанфик о двух подростках.

Инори разбудило то, что его тыкали в плечо указательным пальцем..точнее, сначала тыкали, а потом уже и трясти начали. светловолосый по очереди открыл глаза и вдохнул, постепенно приходя в себя. напротив него сидел Сато, шмыгая уже красным носом. шатен выглядел потрепанным: у него слезились глаза по понятным причинам, а волосы, намокшие из-за дождя, теперь выглядели так, будто он вылил на себя банку лака и ушел так спать. рубашка, теперь помятая и мокрая выглядела не очень хорошо, да и чувствовалось в ней наверняка так же. кто же будет спать в мокром? – не спи сидя, потом будешь с больной спиной мучаться. – то и бурчит парень, аки волнуется за здоровье пепельноволосого, а сам трясется от холода - морозит. виснет тишина, пока Инори пытается окончательно оклематься и в конце концов выпрямляется, после чего раздается оглушительный хруст где-то в районе его плеч. теперь между ними все та же тишина, только теперь уже вдобавок и неловкая. – бля. – ругается высокий, – я, кажись, разваливаюсь. Сато молча закатывает глаза с такой кислой миной, с какой только возможно, заставляя пепельноволосого прочистить горло и сменить тему на более важную; – что нам делать? а в ответ только отрицательный кивок. Коске опускает голову, вытирая сопливый нос и вздыхает. – можно подумать, что я знаю. – ну влипли. – не надо было меня вообще сюда приносить. – конечно, лучше оставить тебя одного на неопределенное количество времени под ливнем в температуру ниже десяти. – было бы лучше, если бы я помер от xoлода и голода, сгнил бы в соседнем дворе или где-нибудь недалеко от ближайшей трассы. – ты бредишь, ложись еще поспи. – Инори тянется к лучшему другу с целью надавить ладонью на его плечо, чтобы тот лег обратно, но его руку отбрасывают. – да что ж ты такой упрямый-то.. с ноткой раздражения в голосе Хасэгава слезает с табуретки, чтобы попробовать уложить юношу двумя руками. тот в мгновение ока съежился, закрылся и поджал ноги. если посмотреть на эту позу со стороны, то было бы такое ощущение, что его собираются бить, на что, собственно, через три секунды полного ступора Инори обратил внимание. он поднял руки, показывая, что прикасаться не станет и делает шаг назад, садясь на ту же табуретку. если пару секунд назад он был немного раздражен, то сейчас чувствовал себя сильно виноватым за то, что испугал лучшего друга, когда сам, вероятно, уже отошел от произошедшего. подпитало это еще и то, что Хасэгава вспомнил, как с шатеном обращалась мать. про отца он так толком вызнать ничего не смог, только помнит, что он работает в отделе кадров какого-то офиса. обычный и ничем не примечательный. на сына как-то фиолетово, вроде есть, а вроде нет, а когда напивается - игнорирует. в общем, хреновая сейчас обстановка. Инори хотел, чтобы хотя бы здесь юноша чувствовал себя в безопасности, но в итоге самостоятельно все, опираясь на его мысли, похерил. постепенно Коске опускает руки и приходит в себя, понимая, что сейчас его уже никто не тронет и что среагировал на автомате. он обращает внимание на то, что пепельноволосый выглядит очень виноватым и смотрит куда-то под ноги, после чего сам вздыхает, злясь на себя. с того момента, как они сошли с моста, на котором кричали, шатену стало как-то неловко и даже неуютно, будто бы открылась какая-то очень страшная и зловещая тайна, хотя на деле Коске просто во второй раз наконец-то дал волю эмоциям. "еще чуть-чуть - и ты взорвешься." – всплывают слова Инори в голове у Сато, но почему сейчас взорваться хочется только в три раза сильнее? – Инори. – тишина обрывается и шатен мельком смотрит на лучшего друга, но потом его взгляд скользит ниже, так как смотреть в глаза очень стыдно по той же неясной причине. пепельноволосый отзывается, теребя рукав своей все еще влажной кофты и виновато смотрит на того боковым зрением. Коске приоткрывает рот, чтобы продолжить предложение, но по какой-то причине останавливает себя, сжимая руки. – не важно, иди мойся. – отчеканивает тот, после чего чешет сопливый нос и ложится самостоятельно, чтобы больше и так беспокойного не нервировать. окно, будучи немного приоткрытым, внезапно хлопает, так как на улице постепенно снова собираются тучи. ветер, сопровождающий надвигающийся ливень, оказался довольно сильным, чтобы заставить окно закрыться и при этом издать такой жуткий звук. Хасэгава вздрагивает и молчит несколько секунд, приподнимается, но вместо того, чтобы выйти из комнаты в нужном направлении, он запрыгивает на кровать, да так, что второго аж в воздух чуть подбрасывает. пока Сато пытается понять, что сейчас должно произойти, его уже тянут за руку и загребают медвежьей хваткой в объятия. вот, чего ему не хватало. Коске чувствовал себя неловко из-за того, что он так внезапно открылся и показал эмоции, поэтому от присутствия человека, который пережил это с ним становилось очень странно и нервно. но объятия, в которых он всегда обычно забывался перед тем, как зайти в собственный дом, моментально его успокоили. пусть они и лежат полумокрые, все еще не высохнувшие до конца от дождя, но зато это чувство неловкости медленно рассеивалось с каждым их вдохом и выдохом. Инори снова почувствовал, как юноша в его объятиях начинает трястись, а за этим идут и всхлипы, постепенно учащающиеся. – ну..не плачь, пожалуйста, – светловолосый прижимает хрупкое тельце к себе посильнее, заботливо накрывая их обоих одеялом, так как даже закрывшееся окно не особо помогало от холодного сквозняка, который гулял по дому, – я что-нибудь придумаю,правда...мы вместе что-нибудь придумаем.. – через несколько минут Хасэгава сам того не замечая случайно провалился в свои мысли касательно нынешней ситуации: а что делать? если раньше пепельноволосому удавалось каким-либо образом поддержать лучшего друга словами, то сейчас ни слов, ни действий, которые могли бы помочь - у него не было. юноша невольно съежился, зажмурив глаза, якобы пытаясь очистить голову от ненужных мыслей, но кажись сделал только хуже. беспомощность - ужасное чувство. особенно когда у тебя в руках в совершенно безвыходном положении плачет человек, который не заслужил примерно ничего из того, что с ним произошло. Инори правда не знает, что может сказать и чем может помочь, поэтому неприятное чувство, медленно разливающееся по телу, только усиливалось. возвращаясь в реальность, высокий осторожно кладет свою ладонь на макушку всхлипывающего и взъерошивает его волосы, после чего берет и осторожно приподнимает его мокрое лицо за щеки. – Косу, – зовет его Хасэгава, – послушай меня. я не дам тебя в обиду, буду защищать и прятать от всего, что происходит. – шатен всхлипнул, вытирая без того сопливый нос и уставился на того красными глазами. – я обещаю, что все наладится, ты же знаешь, что я никогда тебе не вру. – к сожалению, его слова имели обратное действие, так как Коске уткнулся в его грудь и снова начал всхлипывать. только и слышится приглушенное "ууу…" в этот раз пепельноволосый вздыхает, уголок его рта нервно дергается. наверное, нужно оставить Сато в покое и дать ему наконец окончательно выпустить все то, что накопилось. *** прошло, может быть, минут тринадцать, маленькое тельце постепенно перестало содрогаться и его хозяин наконец-то медленно выпрямился, вытирая со своих щек еще мокрые дорожки. приоткрыв рот, чтобы дышать хотя бы так при заложенном носе, парень приподнялся, смотря исключительно под себя. за окном тем временем пошел дождь, сверкнула яркая вспышка, а за ней послышался оглушительный грохот, да такой, что даже окна квартиры задребезжали в ужасе. юноши глянули друг на друга и не нашлись с ответом - говорить и правда было не о чем. все же, им стоило сходить в душ, сменить одежду, в особенности Сато. пусть жилетка и штаны, которые были на нем, сейчас висели где-то в коридоре, (или же валялись на полу в комнате) - на нем все еще была влажная, помятая рубашка. – Коске, – все же обрывает тишину пепельноволосый, смотря на понурившего плечи друга, – погрейся под водой немного, я найду для тебя одежду. – не стоит, я просто вернусь домой после полудня. – а если тебя не пустят? – просто смирюсь и уйду куда-нибудь. – так не пойдет, давай обратимся хотя бы в полицию. – сам же в своих рассказах наказывал никогда полиции не доверять. что они сделают? посадят родителей, изымут имущество, а меня..а что меня? да я даже понятия не имею, что со мной будет, – уголок его рта нервно дернулся, а в голосе был слышен смешок, – как же печально, что я существую. – Сато Коске. – светловолосый юноша хмурит брови, поднимаясь и садясь рядом с ним. Инори заставляет его повернуться к себе лицом и вновь обхватывает его щеки своими ладонями. – ты что, пропускаешь все, что я говорю мимо ушей? – пропускаю исключительно твой идиотизм. хотя из твоих беспорядочных мыслей мало что бывает адекватным. – ты.. – Хасэгава осекается, дергая бровью в недоумении и чуть опускает голову, шумно выдыхая, – даже тут умудрился меня унизить.. но тут же он с таким же шумным вдохом резко поднимает голову, хлопая рукой по щечкам друга, заставляя его выдать равнодушное "ай". – ладно! с этого дня спишь здесь. – ..мне кажется, будет лучше, если меня сожрут собаки на обочине, чем я буду спать тут. – да твою ж мать.. – фильтруй выражения. пепельноволосый отпускает щеки юноши и пытается выдать что-то непонятное, жестикулируя руками, но в итоге просто с непонятным выражением лица смотрит на него. Сато шмыгает носом, смотря на него в ответ. через несколько секунд гляделок Коске отводит взгляд и поднимается с кровати, чуть шатаясь. – я очень надеюсь, что твое нижнее белье не будет маленьким мне между ног. Хасэгава прыснул, не в силах сказать что-либо другое, кроме как прокричать тому вслед "засранец!!"