Пожалуйста, будь моим смыслом.

У химэ клана Сенджу фарфоровая кожа: бледная, тонкая, прозрачная, словно она кукла из серванта, что хранится до особого случая. Подобна той, что дарят знатные мужчины своим любимым дочерям. Черты лица её мягкие, будто кто-то специально лепил из податливой глины, чтоб выточить аккуратный нос, четкий контур губ, симметричность скул, разреза глаз. Глаза её — отдельный порок для мужчин, ведь в них утонули не десять и далеко не сотня отчаянных, кто сумел без какой-либо осторожности заглянуть в них. Янтарные, как и сам камень, мягкого и ласкового окраса. Кричат, что их обладательница не несёт в себе угрозы. Да и как столь красивая девушка может ранить или обидеть? С виду же чистый ангел. Это подтверждают и её пшеничногго цвета волосы. Таких женщин называют солнечными и пророчат светлое, блестящее будущее. Только не в этот раз, ведь у каждого ангела есть обратная сторона и свой персональный демон без которого он никуда не следует. Демоном Цунаде Сенджу был её старинный друг, человек, которому готова была доверить нож с абсолютной и полной уверенностью, что он не окажется в спине блондинки. Орочимару. Он абсолютная противоположность внешне: болезненно-бледная кожа, будто всю жизнь болел малокровьем и не вылезал из больниц; черные, как смоль волосы, длинные и блестящие, любая женщина позавидовала таким бы; острые и порой ассиметричные черты лица, особенно заметно это было когда он улыбался. Кто-то даже шутил, что можно порезаться, лишь взглянув на него. А глаза его яркого, жёлтого цвета, будто у кота, но здесь точнее будет про змея. Многие сравнивали Орочимару со змеем-искуссителем, что соблазнял на грехи лишь своими сладостными речами. Только вот речи его были нисколько не сладостными, а резкими, грубыми и он никогда не брезговал высказывать правду в глаза. Люди вокруг задавались вопросом, как они могли столько лет существовать и не убить друг друга, ведь их характеры были прямо пропорциональным их внешности. Цунаде, что была ангелом во плоти, в сущности своей напоминала самого Повелителя Ада, стоило только открыть рот или милейшей улыбке смениться оскалом, что внушал страх в сердца подчиненных. Особенно громкий, холодный голос этой милейшей женщины мог послать в неизвестном направление, попутно притрусив голову бедного парочкой не совсем добродушных эпитетов и сравнений. Орочимару был напротив спокоен во всех проявлениях и сохранял хладнокровие ко всем. Она не могла повысить голос на него, а он — проявлять равнодушие в её сторону. Люди думают, строят сплетни и заговоры, что у них корыстные отношения, потому что кто сможет терпеть эту мегеру столько лет по доброте душевной. А ведь Орочимару не отличался душевной добротой, а вот терпения было в излишке, потому что пьяные выходки Сенджу переходили все границы допустимого. Так бы подумал любой, кто посмотрел бы на их отношения со стороны. Потому что ходят слухи о том, что родные братья побаиваются её и ту зверскую силу, что непонятно откуда взялась в ней. Он не боялся. Неизвестно, какие силы двигали этим мужчиной, когда он впервые её поцеловал без опаски и страха получить по первое число. Она отвечает и впервые не сбегает по утру из чужой постели. После чреда событий слишком быстро сменяется и кошмары всё чаще сопровождают её сны, где раз за разом умирают все, кто у Цунаде остался и Орочимару среди них. Попал в аварию, стал жертвой вооружённого нападения — исход всегда один — она стоит перед тремя гробами из красного дерева, а внутри пустота. Всё-таки потеряла самое драгоценное, не смогла выиграть у Смерти их жизни, а своя слишком ничтожной стоимости, чтоб заменить их. Орочимару тоже снятся кошмары. Только кажется, что терять уже некого, ведь он и без того один, но в них раз за разом умирает его любимый друг. А друг ли? Любимая и единственная женщина, которую он ждал целых двадцать лет и даже сбежать не сумел. Возможно ли убежать от самого себя. Всё происходит слишком быстро: визг тормозных колодок, шум и крик, который он слышал сотни раз до этого. Наручные часы показывают без четверти шесть и он идет туда, откуда доносятся крики, вдруг она влетела в чью-то машину или в неё кто-то. Такое не удивит, с её то удачей. Но даже из-за большого скопления людей видно лишь одну машину и это не машина Цунаде. Вдали слышна сирена скорой и полицейской машины. Кого-то сбили и сердце мужчины пропускает удар. Неужели его худший кошмар становится реальностью и он так и не успеет сказать Цунаде, что она для него значит. Лишь сильнее сжимает в кармане пальто бархатную коробочку и делает несколько шагов через толпу зевак, кои собрались посмотреть на происходящее. Асфальт и правда окрашен в алый цвет и в нос ударяет запах крови, к которому он так привык за годы учебы и работы в морге. На земле действительно лежит его возлюбленная. И от этой картины сердце Орочимару прекращает биться. У него нет приступа истерики. Он не плачет. Внутри просто всё обрывается, а ноги не могут сделать несколько шагов навстречу женщине, чьё пальто заляпано кровью, а золотистые локоны окрасились в красный, слиплись из-за этой субстанции. — Орочимару, помоги мне, — голос её звучит уверенно, заставляет двигаться и упасть на колени рядом. С его губ срывается стон облегчения, ведь под машину попала не она, а ребенок, что неосторожно выбежал на дорогу.