Заметки на полях и любовь к литературе

Ваня вздрагивает, когда его в очередной раз на математике вызывают к доске. Он лучше всех в классе разбирается в этих интегралах, любое уравнение на раз-два щёлкает, но почему-то опять отказывается идти отвечать. Ловит на себе недовольный взгляд преподавательницы и ещё сильнее вжимается в стул. Ему тяжело, он мечтает поскорее закончить школу и уехать куда-нибудь далеко, где никто о нём ничего не знает, где можно начать всё сначала. Ваня не то чтобы асоциальный, просто сложно ему общаться с такими людьми, как его одноклассники. Они все невероятно глупы, вместо саморазвития предпочитают позалипать в телефон, обсудить девочек из параллели, покурить на перемене и обматерить учителей. Ему такое совершенно не близко. Ваня мечтает гулять по красивым улочкам, говорить о культуре и чём-то возвышенном, обсуждать взгляды на жизнь. На переменах он всё время где-то по углам школьных коридоров слоняется, не зная, чем себя занять. Поглядывает в окошко, там потихоньку природа оживает. Весна вступает в свои права, и вот-вот всё зацветёт, зазеленеет. Ваня грезит о мае и последнем звонке, хочет сдать ЕГЭ, поступить в какое-нибудь достойное учебное заведение и начать всё с чистого листа. Единственный во всём этом сборище клоунов, за кем Ваня с интересом наблюдает, — Сергей. Даже на скучных уроках литературы он вместо сна на парте слушает, как Серёжа анализирует очередное стихотворение. Его голос успокаивает, плавные движения рук завораживают, а сам Сергей кажется какой-то нереальной ожившей греческой статуей в такие моменты. Слишком увлечённо он рассказывает о творчестве Цветаевой, слишком выразительно читает стихотворения наизусть, слишком горят его карие глаза на уроках литературы. Но стоит только прозвенеть звонку, как Серёжа вливается в компанию одноклассников-идиотов, смеется громче всех, сидя в их кругу, похабные анекдоты рассказывает и пропадает вся его удивительная манерность, которая так Ваню привлекает. Серёжа кажется интересной задачкой, совсем как номер со звёздочкой на контрольной по математике. Ване ну очень бы хотелось с ним просто хоть раз поговорить о чём-нибудь отвлечённом: о его любимой книге, например, или о планах на будущее. Но страшно разбить образ чудесного Серёженьки, который уже поселился в Ваниной голове, о тяжёлую действительность. Ведь совсем не факт, что Сергей такой глубокий, как Ване кажется. Вдруг он такой же мерзкий, как все эти одноклассники, которые сейчас похлопывают Сережу по плечу, одобряя очередную несмешную шутку. Ваня думает, что совсем не так нужно к Серёженьке прикасаться. Его бы гладить по золотистым кудрям, целовать в щёчку так робко-робко и невзначай переплетать пальцы. Но Ваня морщится, стирая очередное наваждение из головы, и устало прикрывает глаза. На физике вместо конспекта по новой теме он представляет в голове, как было бы прекрасно погулять с Серёжей по ночной Москве, рассматривая улочки в ярких огнях. На экономике Ваня вздыхает, глядя в окно, и мечтает хоть раз подержать Серёженьку за руку. А на английском не об условных предложения совсем думает, а лишь о том, что готов говорить, какой Сергей прекрасный на всех языках мира. Он смотрит на него так, невзначай, почти каждый урок и взгляд отвести не может. Слишком притягивает к себе Серёжа и слишком отталкивает. —Ванюш, а ты что так поглядываешь на меня странно? Кофта понравилась? — не выдерживая столь пристального внимания, всё же спрашивает на перемене Сергей. У Вани тут же щёки загораются от того, что они так близко друг к другу стоят. Вот руку протяни, и все мечты осуществятся. Но Иван лишь шаг назад делает, взгляд в пол пряча, бормочет под нос, что именно в кофте всё дело. А Серёжа, кажется, всё понимает. Лишь улыбается как-то подозрительно и кивает, но почему-то в компанию своих друзей не возвращается. —Так понравилась, что зрачки расширяются? — заглядывая в зеленые глаза, интересуется Серёжа. Ваня дар речи теряет, смущается до ужаса и мечтает спрятаться опять в свой укромный уголок — последнюю парту у стеночки. —Вань? В молчанку играем? —Нет, я просто… Мне вообще идти надо, в больницу там, помочь ещё… В общем, прости. И Ваня впервые уходит с любимой математики, даже тетрадку на парте в спешке забывает. Он готов свою голову о стенку разбить. Прелестный Серёжа пару минут назад был готов с ним заговорить, а он сбежал как последний трус. Ваня просто слишком боится разочароваться. Где-то в глубине души он уверен, что Сергей на самом деле такой идеальный, каким он его рисует у себя в голове на уроках литературы. Но тёмная сторона разума подсказывает, что он обычный, такой же как и все — глупый, озабоченный и ограниченный во взглядах. Но внутри такое тепло разливается при воспоминании этого нежного «Ванюш», слетевшего с уст Серёжи совсем не случайно. Сергей первый раз замечает на себе Ванин взгляд ещё в конце прошлого года. Он про себя лишь улыбается, но выводы никакие не делает. А когда Ванюша откровенно влюблёнными глазками смотрит, пока Серёжа стихотворение личного сочинения на литературе декламирует, то все сомнения отпадают. Ванечка Бессмертных совсем к нему неравнодушен. Эта мысль сначала кажется странной, а потом даже приятной. Ведь Ваня совсем не такой, как все его друзья. Его, судя по всему, совсем не интересует ни их глупая болтовня, ни вечные тусовки, ни толпы красивых девочек. Ванечка математикой занимается, задачки в свободное время решает, графики с энтузиазмом на физике чертит, и Серёжу такой взгляд на жизнь очень привлекает. Ване совсем не важно быть среди кого-то, ему куда важнее оставаться собой. Сергей тоже так хочет. Мечтает перестать притворяться клоуном и начать делать то, что искренне нравится. Но мальчик с последней парты совсем никаких действий не предпринимает, лишь прожигает спину взглядом и иногда глаза так мечтательно к окошку отводит. Серёжа сам изредка наблюдает за ним, пытаясь выяснить, с кем Ваня больше всего общается. Оказывается, что ни с кем. Вечно в одиночестве просиживает в конце кабинета или бессмысленно шатается где-то в коридоре. Замечает Серёжа и Ванины сдвинутые брови и нахмуренный взгляд, когда Сергей в компании одноклассников сбегает с последних уроков или курит за гаражами. Все эти переглядки и воздыхания кажутся интересными, даже немного романтичными. Но меньше чем через два месяца всё это закончится, и Серёжа неожиданно ловит себя на мысли, что будет скучать по одинокому Ванюше с последней парты. Почему-то хочется скрасить его одиночество, узнать получше и, может быть, даже совершенно случайно прикоснуться к его руке. Но пока Серёжа лишь провожает раскрасневшегося убегающего Ваню взглядом и окончательно убеждается в правдивости своих догадок. Он замечает забытую тетрадку на той самой последней парте у стеночки и, даже не задумываясь, убирает её к себе в рюкзак. Дома Сергей тщательно разглядывает Ванины аккуратные записи. Там на полях какие-то заметки с названиями стихотворений, и Сергей про себя отмечает, что это именно те стихи, которые он на уроках литературы читал вслух. Снова улыбается, понимает, что Ванюша от поэзии наверняка далёк, его больше точные науки интересуют, но вот, сидит же и на каждом уроке записывает себе все названия. Хочется прочитать ему самое любимое, уже не в душном школьном кабинете, а где-нибудь в парке, под цветущими яблонями, глядя прямо в глаза. Ваня весь вечер из головы не может выкинуть образ кудрявого мальчика, их совершенно неловкий, странный диалог и Ванино глупое бегство. Была бы возможность вернуть всё назад, он бы не ушёл. Посмотрел бы прямо в глаза цвета шоколада и признался, что совсем не кофта его интересует. Ваня профиль Серёжин в инстаграме рассматривает. Там ни одной фотографии с тусовок или сомнительных мероприятий, только пейзажи красивые и цитаты внизу, обязательно с указанием произведения. Ваня про себя радуется, думает, что Серёжина страница в инсте — произведение искусства, не меньше. Впрочем, и сам Сергей с его увлечением поэзией, невероятно красивыми руками и золотистыми кудрями —чьё-то очень удачное творение. Ваня измеряет комнату шагами и нервно сжимает телефон в руках. Раздумывает, стоит ли написать Серёже и извиниться за своё странное поведение, но, кажется, его опережают, когда на телефон приходит новое уведомление из инстаграма. jojohf: ванюш, ты тетрадку сегодня забыл, она у меня, если что)) Опять это «Ванюш», и он как влюблённая девочка улыбается во все тридцать два и что-то печатает в ответ. Пальцы не попадают по нужным буквам, на лбу испарина появляется, а Иван наконец окончательно осознаёт, как сильно он вляпался. Серёжа — это не просто милый одноклассник. Серёжа — это первая настоящая влюблённость. Серёжа — это неразгаданная загадка, которую просто так не получится оставить на потом. Они всю ночь переписываются обо всём на свете, совсем как Ваня мечтал. Серёжа рассказывает про любимые произведения, рисунки свои, как Ивану кажется, до невозможности красивые, скидывает. А Ваня наконец раскрывается по-настоящему. Пишет о том, что терпеть не может всех этих помешанных на тусовках и алкоголе, делится своими страхами. А Сергей сообщениями успокаивает, говорит, что понимает всё. Он ведь, на самом деле, всё понимает. Чувствует, что они с Ваней очень похожи — оба некомфортно себя ощущают в этом мире, полном придурков, только справляются с этим по-разному. Если Сергею проще притворяться и делать вид, что он сам такой же, порицая лишь про себя. То Ваня так не может, он абстрагируется от того, что ему неприятно, осуждает издалека и ни в коем случае не участвует. И становится так тепло внутри от этого неожиданного осознания какого-то родства, близости. Как будто Ванино самое искреннее желание сбылось. Вот он, прекрасный Серёжа с уроков литературы, сейчас пишет ему какие-то смешные сообщение, пытается поднять настроение. И теперь былой страх кажется дикой глупостью. Ваня понимает, что нельзя бояться. Нужно действовать, говорить о том, чего по-настоящему хочешь, и не ждать какого-то знака свыше. Он делает глубокий вдох и набирает Серёже сообщение, предлагает как-нибудь вместе погулять, красивые пейзажи пофотографировать. И Сергей, конечно, соглашается. Думает, что в компании Вани ему будет куда комфортнее, чем среди придурковатых одноклассников, с которыми приходится натягивать на себя маску шута. Теперь Ваня больше не слоняется один по коридорам от скуки. Он бурно с Серёжей обсуждает последние новости, всякие интересные произведения и планы на будущее. И спину теперь чужую прожигать взглядом издали не приходится, ведь Сергей сидит рядом, лучезарно улыбается, иногда подмигивая. На дворе май, и вот-вот прозвенит последний звонок, который теперь не кажется Ване таким желанным и необходимым. Теперь как-то жить проще стало. Там и яблони всё-таки зацвели так красиво-красиво, и Серёжа стихи свои каждый раз читает, а Ваня на него восхищёнными глазами смотрит и постоянно тянется к светлым кудрям, отливающим на солнце золотом. Теперь даже нет необходимости начинать всё с чистого листа, когда и этот лист, заполненный милыми рисунками и цитатами из всевозможных стихотворений, прекрасен.