С чистого листа

Маршалл Рид всегда и во всём был уверен. Так ему казалось. Стоило кому-то открыть его личное дело, как становилось понятно, что в школьные годы этот парень считался главным засранцем. Поджоги содержимого шкафчиков, спланированные атаки учительских сидений кнопками, разрисовка фасада здания непристойными картинками и прочие проступки подобного характера, неоднократно повторяющиеся в заметках. Однако, этот сорванец умудрялся выдавать отличные результаты на многих спортивных олимпиадах и администрация школы закрывала глаза на его шалости, выбирая удобный путь решения проблемы. Но однажды вся беспечность была вынуждена сойти на «нет»: Дерек, отец Рида, погиб. Вернее, был убит. Найден в тёмной подворотне с несколькими ножевыми ранениями. Свидетели отсутствовали, а весомых улик найдено не было. Виновных так и не нашли, списав произошедшее на обычные бандитские разборки. Юный Маршалл не мог с этим смириться и единственное, о чём он мог думать — это найти убийц. Так беззаботный мальчишка стал лучшим студентом академии, а по прошествии нескольких лет добился должности детектива. За время службы он смог завести полезные знакомства, обеспечившие ему доступ к определённым ресурсам, и дал ход делу своего отца. Увы, ни содержимое архива, ни собственные усилия не дали положительного результата. Маршаллу не удалось продвинуться в расследовании ни на йоту, лишь привлечь внимание начальства. Комиссар отнёсся с пониманием к ситуации и, удостоверившись в компетентности своего подчинённого, взял с парня слово вернуться с холодной головой к тому, что у того получается лучше всего: службе на страже закона. Ведь с раскрытием других дел ему не было в отделе равных. Собирая себя по кусочкам в попытке забыться, Рид впрягся в одно долгоиграющее дело, ставшее за пару лет настоящим бичом Нью-Йоркской полиции. Отдел по борьбе с наркотиками стоял на ушах, уверяя, будто скопища местных дельцов, промышлявших нелегальными поставками и распространением запрещенных веществ, принялись объединяться под началом одного из них. Бросив большую часть сил на поиск виновного, участок выбивался из графика. Сотрудники рыли землю носом, при этом всё время оставаясь на несколько шагов позади. И неудачная статистика в нераскрытии дела, стремительно набиравшего масштабы, грозила передачей его под юрисдикцию ФБР. Как-то раз, не спавший уже пару суток подряд, Маршалл нёсся на всех парах к ночному клубу, вливая в себя неизвестную по счёту порцию кофеина. Казалось, расследование сдвинулось с мёртвой точки и полученная от надёжного информатора наводка должна привести к той самой ниточке, в которой нуждался весь отдел. Подоспев вовремя к ребятам, полицейские выступили в лучших традициях настоящего боевика: вооружились и с громкими возгласами вломились в гудящий бар, заламывая руки всем подозрительным гостям. Риду сразу удалось приметить искомую цель и распорядиться насчёт остальных. Он был уверен в том, что неуловимый Скользкий Билл выдаст нужную информацию. При определённом давлении. В участке было трудно скрыть радость от поимки ушлёпка, но детектив сдержался и смог расколоть его. Особых усилий прикладывать не пришлось: мужик был на грани и выдал «любимому» копу всё как на духу. Место встречи и необходимый пароль были в кармане и Маршалл, пританцовывая шёл к выходу, как услышал дикий плач из соседней допросной. — Эй, чего за истерики тут? — он вошёл в смежную комнату. — Да в ходе облавы прихватили детвору, вот и вопят. Одна сопит уже в приёмной, а вторая ещё здесь, — ответил ему дежурный. — Они что-то знают? — Ой, не смеши меня. Вчерашние школьницы просто оказались не в то время, не в том месте. Ну а Кирка ты знаешь: для этого мудозвона и повод не нужен, чтобы... — Разберусь. Маршалл бесцеремонно вломился в допросную, заставляя сидящую девушку замереть, а своего коллегу развернуться к источнику звука. Его увеселительный вид мигом сменился на раздраженный, а улыбка превратилась в оскал. — Кирк, тебя капитан вызывает к себе. — Не может быть. — Поверь, я сам в шоке. Кому ты нужен? — Ха, — Кирк вскочил с места. — Не перегибай, Рид. — А то что? Пожалуешься маме? Вперёд, не заставляй начальство ждать. — Тц, поговорим позже, — он смерил Маршалла яростным взглядом и вышел вон, успев громко хлопнуть дверью. Усмехнувшись, детектив повернулся к задержанной. Девчонка тихо всхлипывала, пряча лицо в ладонях. Мужчина сел напротив и взял со стола листок. — Итак, — он быстро пробежал глазами по протоколу, ругая Кирка за корявый почерк. — Андреа, верно? Я детектив Маршалл Рид. Можешь выдохнуть, этот надутый индюк тебя не побеспокоит. Конечно, он хотел назвать его более нелестное прозвище, но помнил о неписанных правилах приличия. Убедившись, что листок почиркан зря, он вспомнил о пачке бумажных платков во внутреннем кармане куртки и, достав её, протянул девчонке. — Держи. — У. Она шмыгнула носом, отнимая одну руку от лица, и посмотрела на Рида. Тот будто оцепенел, теряясь в изумрудно-ореховой бездне её глаз. Подёрнутые влажной пеленой, они излучали невероятно тёплое сияние. — Спасибо, — она моргнула, отводя взгляд. Вынув платок, протёрла наощупь потёкшую тушь. — Ты в порядке? — Рид смог выдавить из себя дежурную фразу, не в силах оторваться от лёгкого румянца, проступающего на её фарфоровой коже. — Да? — Да? — Я говорила ей, что это плохая идея, идти одним в клуб. Но я так устала от учёбы, мне хотелось развеяться, понимаете? Я не делала ничего противозаконного... — Я верю тебе и ни в чём не обвиняю. — В кино всегда так говорят. — Ахаха, ну так хорошие парни до сих пор носят значки, — он поймал момент, когда уголок её губ слегка дёрнулся вверх. — Ну, думаю, нет причин для твоего дальнейшего задержания. — Но детектив сказал... — Я вынес новый вердикт и он будет вынужден согласиться со мной. Пойдём. Он пропустил девушку вперед, кивнув через плечо в направлении зеркала, уверенный, что дежурный ему всё простит. Кроме Кирка, он был хороших отношениях с коллективом. А с тем придурком придётся разобраться позже. Проводив Андреа вперед по коридору, Маршалл встретил её подругу, такую же юную и заплаканную девчонку. Он мог бы отметить, что их наряды были и правда слишком откровенны для того притона, но в таком случае оценка фигур задержанных могла неверно истолковываться организмом и было решено послать мысли прочь. Рид вызвался развезти девчонок по домам, собираясь позже вернуться к отчётам. Брюнетку по слезливой просьбе он высадил за пару домов до её собственного. Андреа сбросила звонок подруги, удостоверившись, что та добралась до квартиры и не была замечена роднёй выходящей из полицейской машины. Маршалл кивнул, сменяя курс. Его очаровательная нимфа поёжилась на соседнем сидении. Его ли? Что-то ему подсказывало... — Ты замёрзла? — Почему Вы мне... Нам помогли? — Вы просто попали под раздачу. Я проходил мимо. — В клубе был кто-то опасный? — Да не то чтобы... — Секретный секрет? Он украдкой взглянул на неё. Она улыбалась. — Вроде того. Он подозревал, что не должен с ней заигрывать. Это было как-то неправильно. Да и можно было бы считать подобное флиртом? «Это просто девчонка из приёмного, остановись.» Но её раскрасневшееся лицо заставляло румянец на щеках полыхать ещё сильнее, а то, как она кусала пухлые губы заставляло уже самого Маршалла прилагать ещё большее усилие, чтобы сосредоточиться на дороге. — Тебя тоже высадить заранее? — Ну, даже если бы это была машина без явных опознавательных знаков, брат всё равно бы не одобрил моё появление посреди ночи из незнакомой тачки. — Он дежурит у окна? — Как бы смешно это не звучало, но мне кажется, что иногда — да. — Серьёзная ситуация. — Он переживает за меня. Том — хороший парень. А я, наверное, просто тихоня. — И поэтому Вы оказались у того клуба? Не самое безопасное заведение. — Ммм, — она поёжилась. — По инициативе подруги... Но не могу сказать, что мне не понравилось. Если исключить путешествие в отделение, то было даже весело. — Кирк так вас замучал? — Мне было очень страшно. Ну, знаете, все эти вспышки, крики, паника. Первое, о чём ты думаешь: «нужно бежать», но вдруг тебя садят в автомобиль, а уже через каких-то полчаса допрашивает полицейский, угрожая расправой. Я не знаю, могу ли я с Вами говорить об этом. — Вы можете. Обо всём. А Кирк, — Рид удостоверился, что общий канал связи отключен. — Он ещё тот засранец. — Это мягко сказано. — С ним проведут разъяснительные работы. Сигнал навигатора жалобно пискнул, оповещая о приближении к заданной точке. — Вот здесь я могу выйти. Мой дом — за поворотом. Маршалл остановил у обочины. Не сдержавшись, он еще раз посмотрел на Андреа. Она могла уже выскочить наружу, но почему-то задерживалась. — Держи, — Рид извлёк из кармана визитку. — Мой номер, вдруг что понадобится или будут вопросы. — Спасибо, — она взяла карточку, слегка касаясь подушечками пальцев его руки. — Мне повезло, что Вы оказались рядом. До свидания, детектив. Андреа отвела взгляд и вышла из авто. Маршалл по привычке провёл рукой по затылку. И, спустя минуту, выдохнул.

***

— Йо, Рид! — Уилл, как сам? Старый знакомый затушил сигарету о стойку и поспешил пожать руку. — Да всё так же. Крутимся, вертимся. А ты какими судьбами? — Надоел пляж, да и жара, — Маршалл закатил глаза, демонстративно вскидывая ладонь, скрывая лицо от воображаемого яркого солнца. — Ага, точно, — офицер скептически повёл бровью. — Винтерс у себя? — Должна быть. Она всегда на посту. — Увидимся. Рид прошёл в участок, попутно всматриваясь в знакомые стены. Кафетерий у входа заманивал приятным ароматом свежесваренного кофе. Приглушённый гул уставших сотрудников навевал приятные воспоминания. Порою после тяжёлого дня, проведённого за бумажной работой, он вставал из-за стола и плёлся к автомату, предвкушая горечь бодрящего напитка. А после всегда появлялся кто-то из своих, с кем можно было перекинуться шуткой другой или разузнать новостей. Капитан, как и всегда, терялась в кипе бумаг. Маршалл недоумевал, как она могла что-то видеть в приглушенном свете по вечерам, но спросить не решался. Было сложно предугадать, в каком настроении пребывает сегодня начальство и готово ли оно оценить тебя по достоинству. Мужчина постучал в дверь. — Войдите. — Капитан Винтерс. — Рид, мой юный сорванец, рада тебя видеть. — Это взаимно. Они пожали руки. А после капитан нахмурилась. — Садись, давай сразу к делу. Я бы не направила запрос о переводе, но подумала, что твоё возвращение может положительно сказаться на ходе дела. — Что случилось? — Как ты знаешь, ФБР достало Оушена... — Мне жаль, что я не успел. — Полно, мы оба знаем, что ты не виноват и сделал всё возможное. А дальше... Дальше не наша юрисдикция. — Не наша юрисдикция... Маршалл нервно заломал пальцы. Ради этого дела ему пришлось отказаться от многого, а подобравшись к разгадке, он разом лишился всего. Когда развитие событий привлекло внимание «старших» по службе, решающее действие оказалось за ними. Он не успел. — Недавно один знакомый подкинул мне любопытную информацию: по городу снова стали встречаться случаи, похожие на одержимость «Фобосом»... — По законам жанра здесь должно быть то самое «но»... — Зришь в корень, умник, — Винтерс вздохнула и изменилась в лице. — Но поведение людей, принявших препарат, различается. Поначалу это были единицы, мы даже не связывали их вместе. Сам знаешь, сколько торчков в Нью-Йорке. А после мы взяли первую группу. — Первую? — Были ещё две, — капитан протянула объёмную папку с документами. — Одни устроили странный ритуал прямо посреди парка, другие — учинили несвязный бунт на площади, а последние... Маршалл пробежал глазами по прикреплённым к делу фотографиям. Снимки кровавого побоища ужасали даже такого закалённого копа, как он. — Что за отметины на телах? — Вот тут я сразу поняла, что пора вызывать тебя. Обдолбанные сектанты — это одно. Но найденные в крови вещества были еле уловимы. Только по паре компонентов стало ясно, что это связано с «Фобосом». В общем, изучи отчёты экспертов. И добро пожаловать в штаб. — Спасибо, капитан. Я займусь. Спустя несколько часов Маршалл вновь почувствовал, каково это: вернуться в любимое кресло. Он помнил каждую вмятину и трещину, выявленные за годы работы на этом месте. По какой-то неизвестной причине его стол не отдали другому сотруднику. Рид понял это, найдя в одном из ящиков остатки своих вещей в абсолютно нетронутом состоянии. Он ведь любил Нью-Йорк. Любил непрекращающийся шум, куда-то вечно спешащих людей. А в Калифорнийском департаменте все были слишком расслаблены. Он не был уверен в том, что может позволить себе понежиться на пляже, покуда кругом царит беспредел. Безусловно, Маршалл Рид не был паинькой. Когда-то его по праву можно было считать самым неугомонным пикапером среди копов. Обтягивающая юбка новой очаровательной сотрудницы или же кусочек яркого полотна, трудно сопоставимого с нормальной одеждой, прикрывавший прелести очередной задержанной проститутки — его интересовали все. Отвлечься от работы, завалиться в местный паб, вскружить парой комплиментов голову местным девчонкам и роскошный вечер у него в кармане. Всё проходило, как по маслу. Легко и непринуждённо. До встречи с Андреа. И вот он сжимал в руке фотографию. Ту самую, на которую Маршалл уговорил её во время их первой совместной прогулки. Он и забыл, что той ночью ему пришлось вернуться в участок и в рабочей запаре отложить фото в ящик. Одно из трёх, какие выдаёт автомат мгновенных снимков на общей ленте. Рид вздохнул. Ведь второй снимок был всегда с ним. Сложенный вдвое с потёртым швом на сгибе, он был припрятан в боковом отделе кошелька. «Интересно, хранишь ли ты ещё последний?» Мысли вновь закрутились в привычном ритме, выдавая хаос за норму. Поток сценариев возможных судьбоносных поворотов никак не давал сосредоточиться на задании. У Маршалла создавалось впечатление, что кроме него некому было работать. Вся информация, приобщённая к делу, была переливанием из пустого в порожнее. А он любил факты. И пока что всё, что он понял, действительно с трудом вязалось между собой. — Эй, Рэйчел, — вальяжно протянул Рид, разворачиваясь к соседнему столу. — Надо же, кто снизошёл до того, чтобы поздороваться. Она состроила обиженную мину. Роскошная рыжая бестия всё ещё не простила наглеца за то, что после прощальной вечеринки по случаю её перевода он ей не перезвонил. Но вот, они снова здесь, в Нью-Йорке. Оба. — Честно не видел, как ты пришла. — Я бы поверила в бумажки, если бы ты не пялился в какой-то клочок уже час. Маршалл ухмыльнулся, спрятав фотографию обратно в стол. — Как насчёт того, чтобы забыть все обиды и пропустить по стаканчику? — Хм, — Дэверо хищно улыбнулась и, поднявшись из-за своего рабочего места, подошла к Маршаллу. Присев на угол стола, женщина закусила губу. — Ты свободен, Рид? — Тебе так важны ярлыки? Не разрывая зрительного контакта, Маршалл собрал бумаги и запер их под ключ. Ему нравилось играть с ней. Но главное в таком деле — не проиграть. — Быть может, хочу внести ясность. — Быть может, просто приятно проведём вечер? — Сдаюсь, — в этот раз она решила отступить, оставив сладкое на потом. — Какие предложения? Хочу повеселиться. — «Андерворлд» сейчас на пике популярности у молодёжи, а посерьёзнее, пожалуй, «Сириус»... — Загробная жизнь... Думаю это то, чего нам, молодёжи, для счастья не хватает. — Собирайся.