Второй шанс, да?

POV Сун Джин Ву       — Мне… Было страшно, — сказал Старк, пытаясь стереть салфеткой пятно соуса с футболки.       — Зря, — только и ответил ему, пожимая плечами.       Кафе, куда мы пошли, было в Мексике, что неудивительно, ведь где еще можно заказать лучшее буррито, если не в стране его создания?       Приятный интерьер, ненавязчивая музыка и полное отсутствие посетителей, делало из этого заведения неплохое убежище, где можно спрятаться от толпы и побыть в приятной компании одного человека, что нещадно портил белую ткань, а соус потек по руке:       — Мистер Старк, Вы как ребенок, — подколол я его, беря пачку салфеток, и, приобняв его за талию, повел к уборной.       — Эй, я могу и сам, — пытался он возразить мне, но умолк, когда увидел себя в отражении. — Вот черт!       — Угу, — согласился я, бросая очередную салфетку в мусорку и беря новую. — Ну? Хоть понравилось? — взглянул ему в глаза.       — Очень, — кивнул он. — В следующий раз идем сюда же.       — Как скажешь. Как ты себя чувствуешь? — вопрос в глазах. — После всего, что произошло. Не нужна моя помощь?       — Ты и так нам здорово помог своими тенями, а я и вовсе без единой царапины, спасибо опять же тебе.       — Ты понял мой вопрос. И, для ясности, я не такой хороший, как тебе кажется, — новая салфетка. — Ты попросил, я сделал, — на меня хмуро посмотрели. — Не хмурься.       — Ты правда бросил бы этих людей? — серьезность так и слышалась в его вопросе.       — Ты же знаешь, я свое отвоевал. В этом мире, есть только несколько человек, чья судьба меня волнует, и в этой пирамиде на первом месте ты, — я улыбнулся, обнимая его за талию.       — Но это невинные люди! — воскликнул Тони, вырываясь. — Так нельзя!       — Можно и нужно. Я не ангел и не занимаюсь благотворительностью.       — Не говори такие вещи! Ты же не такой!       — Неужели, — я направил на него взгляд. — После всего прожитого ты говоришь о том, что тот человек, что отдал всего себя борьбе, остался прежним? — я оттолкнулся от раковины и направился в сторону Старка. — Сними розовые очки, Тони, и взгляни на это все шире. Я пожертвовал собой, как человек, как сын, как брат. Зачеркнул свою жизнь и сделал, что было правильно, но чем для меня это закончилось? — я возвышался над ним, видя как карие глаза наполняются болью и печалью от моей судьбы. — Единственный шаг, что отделял меня от моей прежней жизни, только шаг. И я его не сделал. Потому что не смог, не смог отказаться от себя нынешнего в угоду существам, что испугались меня, — его глаза расширились, верно, это я не рассказывал, но лучше поздно чем никогда, да? — Мне пришла весточка от Правителей, где они через своего представителя высказали свои опасения о моем мире. Что он слишком хрупок и для его же безопасности мне лучше не приходить в него. Конечно, они предлагали альтернативу, в виде запечатывания моих сил, — злая усмешка появилась на моем лице. — Я не знаю, что ими двигало, ежели не страх. Могу их понять. Такая сила и у какого-то человека, хоть и бывшего? Помнишь легенду в которой был «Бог Смерти»? — он кивнул. — В моем мире была женщина, что прославилась своими предсказаниями. Ее… «Пробуждение» точно совпадало с моментом, когда я очнулся после того, как время было перемотано с помощью Божественного Инструмента. Это несовпадение. Наличия еще «слабого» меня в тот момент, и ее «пробуждение»… Это был прекрасный показатель того, что грань мира дрогнула, и к чему это может привести, я не знал. Лучшим решением было уйти. Оставить тот мир и уйти в другой.       — Мне жаль…       — И сейчас мой мир крутится вокруг тебя, Тони, и только тебя. Есть еще парочка людей, но никто не сравнится в значимости с тобой. Хочешь геройствовать? Хорошо. Это твоя жизнь и твое решение. Но стоять в стороне я не буду. Спасу, встану за твоей спиной и, как бы враги ни пытались пробиться, они умрут раньше, пополнив мои ряды, чем хоть намеком станут для тебя опасны.       — В этот раз ты не дал мне погеройствовать, — пробурчал Тони, стараясь перевести разговор в другое русло.       — Было слишком опасно. А отпускать тебя в бой одного я не хотел.       — Но раньше же отпускал!       — Тони, — предупредил я его.       — Нет, послушай теперь ты меня, — гневно начал он. — Я продавал оружие, все мое состоянии покрыто кровью людей и не важно, были они плохими или нет. Слишком поздно я понял свою ошибку. Но моя жизнь стала лучше, стоило мне надеть костюм и ринуться в бой, спасая людей, а не губя их очередной ракетой. Почему, по-твоему, он до сих пор в моей груди? — постучал он по реактору. — Каждое утро, видя его, я вижу Железного человека. Каждый раз, когда мне приходится надевать костюм, единственное, о чем я мог думать, это жизни, которые могу спасти. Смотря на реактор, я вспоминаю, как он оказался в груди, и даю себе слово, обещание, что никогда не откажусь от нового полета! Ты можешь спасать меня, можешь запрещать идти в пекло. Но я извернусь, выкручусь, сбегу в конце концов, но спасу очередную жизнь чего бы мне это ни стоило.       — Черт, — я грустно улыбнулся, видя перед собой свое отражение, когда очередной враг был повержен. — Мы слишком похожи, — и, не говоря больше ни слова, я сократил между нами расстояние, завлекая Тони в страстный поцелуй.