Эхо последнего слова

На землю опустился мрак. Лишь полная луна освещала наш путь, а небо, усеянное звёздами следило за каждым нашим шагом. Высокие деревья склонялись перед этой красотой, а широкие мощные ветви старались обходить лунный свет сторонами. По этим ветвям мы и передвигались, тихо-тихо. Только ветер тихо наигрывал нам свою ночную песнь, играл с моими белоснежными волосами и периодически касался колокольчиков. Их звон красиво разносился эхом по лесу. Казалось, что всё этой ночью пропитано магией. Весь наш путь от деревни казался таким медленным, но прекрасным. Перед смертью никак не получается надышаться. От прыжков с дерева на дерево иногда раздавались шорохи, скрипы. Ткань касалась древесины, листва поднималась и шелестела. Лес, словно старался спеть спеть свою колыбельную. А до моих ушей доходили даже звук, который издавал маленький бельчонок, что залез в дупло и грызёт еловую шишку, где-то недалеко змея заползла в убежище, а совсем далеко ещё слышен гул птиц, что ещё не погрузились в ночной сон. И изначальная гнетущая тишина обратилась звонким, но совсем не громким вальсом, который тянул меня в свои объятия. Мы с сестрой и ещё четырьмя лисами отправились к небольшому поселению, некогда кочевников. Наш путь был достаточно долгим. Я прежде никогда не был так далеко от дома. Мы подобрались к деревне с восточной стороны. Сестра объяснила, что отступаем мы к югу, через некое озеро. Мне было положено войти с юга. Мы должны были окружить это поселение, быстро украсть всё что успеем и скрыться в лесной тьме. Мы разделились. Прыгая с ветки на ветку, я заметил нужное озеро, вскарабкался повыше, почти на самую верхушку дерева и огляделся. Сердце стало быстро биться, почти вырваться из грудной клетки и по телу пробежали мурашки. Лес перестал казаться уютным домом. Его заволок мрак и стало ясно. Пути обратно нет. А что делать дальше? Проникать в дом? В чей? Как? Ведь я никогда не готовился и ничего не знаю. Я направился к деревне. Решение было приятно мной спонтанно. Дом я выбрал совершенно так же. Передвигался я еле слышно, лишь звон тех же предательских колокольчиков выдавал меня. Всё играло против меня. Лишь макса скрывала моё лицо. Она защищала меня и давала надежду, что всё будет не так плохо. Быть может меня хотя бы не узнают? Я увидел дом, в котором потушили огонь, и запрыгнул на деревянную основу крыши данного сооружения. Кажется я где-то читал, что это юрты. Даже и не знал, что они есть прямо по соседству с нами. Как я понял тут живёт семья из четырех человек. В доме, к моему счастью, была лишь одна женщина, поэтому я постарался пролезть не замеченным. Только меня заметили. Женщина вскрикнула, тогда я достал лук со стрелой и направил в её сторону. Руки дрожали, ноги тоже, ещё чуть-чуть и я просто готов был упасть, но я должен был выполнить свою работу. Женщина не сопротивлялась, села на колени на пол и сложила руки за головой, но. я понтия не имел, где искать деньги. Или запасы еды. Что мне вообще нужно искать? — Г...где у вас лежат деньги? — постарался дрожащим голосом произнести я. Я старался казаться важным и серьёзным. Только даже голос и дрожащие руки выдавали меня. Какой из меня вор? Я даже заикаюсь, когда спрашиваю такое? ! Так стыдно мне ещё не было никогда. Уже хотелось просто развернуться, уйти и сказать, что мне ничего не надо, но я продолжал хотя бы делать вид, что я не трус. А в это время мои напарники так же успешно пробрались в деревню и кто-то уже успел ограбить нескольких человек. — Нет! Я тебе ничего не скажу! Можешь стрелять, но я буду молчать! — вдруг, закричала и расплакалась в истерике женщина. Кажется она просто отходила от шока, а сейчас начала кричать и звать на помощь. После этого я замер, будто вкопанный. Я может и лис, но я же не бессовестная сволочь. С моих уст даже хотели сойти слова поддержки и какие-то извинения, но я не смог. Ничего не смог. Я просто стоял ошарашенный, смотрел прямо в глаза этой несчастной женщины, которая была готова попрощаться с жизнью ради какой-то глупости. Опустив лук я наконец-то сделал первый шаг в сторону окна, просто чтобы убраться и не возвращаться. Но вдруг в юрту вошёл смуглый парень, не сильно старше меня. У него было худое, но мускулистое телосложение. Очень суровый взгляд с густыми тёмными бровями, что опускались прямо к переносице. Ростом он был раза в два выше меня, волосы собраны в хвост и свисают до ягодиц. Даже по его взгляду и напряжённым венам рук стало ясно, что он не собирается быть дружелюбным по отношению ко мне. Ещё бы. Я вломился в его дом, напугал его мать. Можно понять, если он решил просто убить меня. Меня окончательно стало трясти. И мне показалось, что это и есть конец. Самый настоящий. То для чего меня послали на эту операцию свершилось. Я и вправду умру. Здесь и сейчас. А что я смогу сделать против этого здоровяка. Я? ! Эльф с ростом 160 сантиметров, дохляк. Я даже лук держать в руках не могу. Он просто прикончит меня или того хуже… Продаст в рабство или сделает личным рабом. Парень одним рывком приблизился ко мне, выбил лук из моих рук и поднял их на головой, достаточно сильно сжимая. Его хватка была на столько крепка, что ещё чуть-чуть и он просто сломает мне руку. Я перестал даже дышать. Глаза снова намокли, благо этого не видно. Но я не мог не закричать, не позвать на помощь своих вроде как «коллег». А они кажется уже бежали из деревни, где уже подняли тревогу. Просто сбежали и оставили Коби на верную смерть. Я зажмурил глаза, надеясь, что мои страдания быстро закончатся. — Мама, не плачь, я с ним сейчас разберусь. Ахах, даже интересно кто такого как ты на задание отправил, — вдруг раздался голос этого юноши. А я не смог даже ответить. Я правда не знал зачем такого как я тащить на задание? Хотя нет. Знаю. Чтобы сделать вид, что я умер от несчастного случая. Чтобы поскорее убрать меня, чтобы никто не винил ы моей смерти отчима. Вдруг я почувствовал, как меня с силой тащат куда-то, А после запирают дверь. С моего лица резко сдернули маску, что та слегка ударила по нему и я поднял свои голубые глаза на парня, что кажется готов был меня убить. Я вновь зажмурился и едва слышно произнёс: — Н… Не надо. п. пожалуйста, я не причинил бы вам никакого вреда, я собирался уже уходить! — я вжал голову в плечи и был готов к любому удару, крику, агрессии. — Хах, эльф? Как думаешь, мне тебя связать и продать или просто убить? А я думал что там только лисы. Это ваши уходят и оставляют тебя здесь, да? Даже представить сложно, как они возложили на тебя хоть какие то надежды, — просто с усмешкой и издёвкой говорил парень, беря в руки шарф, который валялся где-то рядом, и связывая мои руки за спиной. Я молчал. Мне нечего было сказать. Мой взгляд поник. Мне уже кажется, что хуже быть точно не может. — Никакого вреда, говоришь… Если бы ты забрал все наши деньги, то что бы мы по твоему ели? Помирали с голоду? Спасибо, полное отсутствие вредительства. Ваши, наверное, даже убили нескольких ваших. Боже, какой же ты жалкий, — парень усадил меня в угол и ещё страшнее возвысился надо мной, — Думаю, тебя будет проще везти, если заморить голодом и у тебя не останется сил даже на то, чтобы держать глаза открытыми. Хорошо я придумал, правда? Не думаю что у тебя есть хоть какие то шансы. Зато узнаешь на что ты мог нас обречь. — Я знаю, что я жалкий, я знаю, я не смог бы никого убить или ранить. Умоляю, отпусти. Я больше никогда не появлюсь даже рядом с вашей деревней. Прошу не убивай, пожалуйста, — всё же не смог молчать я. Я правда хотел жить. Просто жить. Но видимо мне суждено умереть вот так. Вряд ли меня соберутся куда-то везти. Как только сюда придут горожане, они убьют меня. Лисов ненавидят все и если есть возможность убить, они убьют. Самым жестоким и показательным способом. — Молись сколько угодно, только обещание в карман не положишь, да и не верю я вам, лисы. Всё, умолкни. Парень поставил точку в нашем разговоре и вышел из комнаты. Оставив меня наедине с собой. Когда я убедился в том, что парень ушёл, я вынул нож из кармана шаровар, перерезал шарф и постарался как можно быстрее выбраться для начала хотя бы на крышу. Нож я вновь припрятал, взял свою маску с тумбочки, открыл окно и спустя секунду оказался на крыше. Я окинул взглядом всё вокруг. Юрты. Ракурс был не лучшим, я огляделся получше, подходя к краю. Я надеялся найти лучший путь отхода. Ноги предательски дрожали, а голова кружилась от волнения, но я уже чую запах свободы. Еще чуть-чуть и я свободен.