Эхо последнего слова

«Что случилось сегодня ночью? Почему этот парень вообще решил помогать мне? Я же напал на его деревню, на его семью… Какой кошмар. Зачем зачем зачем я вообще отправился на это задание?! Почему мою волю так легко сломать?! Я обещаю, что больше никогда не отправлюсь на вылазку. Даже под стрелой арбалета, даже под угрозой смерти» — бежал домой я, а эти мысли всё крутились в голове. Я понимал, что мне стоит измениться. Что дальше дороги нет. Мне нужно принять решение кем я вообще хочу быть? И я остановился. Снял с лица поцарапанную маску. Повернул её лицом к себе и сел на траву, спиной к дереву. Не рано ли принимать решение? Что ж. места маски в моей жизни точно нет. Но выкидывать я всё же её не буду. Оставлю здесь. Под большим старым дубом, чьи ветви грозно разрастались во все направления вот уже тысячу лет. Это дерево было очень массивным с очень большими широкими ветками. Обычно я всегда приходил к этому дереву, если мне становилось плохо. А сейчас я принимаю для себя решение. Хотя нет. Уже принял. Осталось обдумать его дома, собрать вещи и уйти. «Сделаю это завтра вечером. Попрошу снять с меня браслет и исчезну навсегда. Отправлюсь в город! Отличная идея!» — принял для себя решение я и направился в сторону дома. Когда я подходил к нему видел как столпились люди, как они что-то обсуждают. Были слышны сплетни, оскорбления и столько яда лилось из уст самого хитрого народца. Моя сестра и отчим тоже стояли в толпе, пересчитывали украденное. На лице мужчины красовалась неподдельно весёлый оскал. Он так радовался, что я кажись не вернулся. Моя сестра была весьма опечалена, пускай и старалась не показывать этого. Но её поникший взгляд в никуда сложно было не заметить, особенно мне. Я же её брат. Мы с детства вместе и всегда стояли друг за друга горой. Сейчас, когда я словно бы со стороны смотрел на реакцию людей после моей ужасной кончины, наконец понял. Это и вправду было просто задание. И деревня была выбрана неспроста. Это бродячий некогда народец. Они очень жестоки и если ты позарился на их земли, то пеняй на себя. Всё равно ничего уже тебе не поможет. Желание идти домой ветром сдуло. Постояв ещё на главной площади в толпе, я направился за сельскую стену. Там у нас стояло кладбище. Весьма мрачное место. Вот посмотришь на братскую могилу или На семейную, сразу дрожь до костей пробирает. На всех могилах самодельные кресты. Кто-то делал резные, кто-то просто скреплял две палки воедино, кто-то вообще не изощрялся и ездил за крестом в город, а кто-то просто ставил вертикальный камень и его душа успакаивалась. Всё же пусть наша деревня и не лучшая, но у нас даже есть храм, в который мама часто ходит, сестра бывает, ну и чего греха таить, я тоже бывал там, исповедовался и молился. Стоит он чуть поодаль от нашей деревни и кладбище как раз находится при храме. Наша деревня не самая верующая, но и атеистов среди нас единицы. Есть староверы, есть те, кто следуют новому завету. Такая путаница появилась ещё во времена наших прадедов, которые основали наше поселение. Их было двое, два брата. Один из которых был старовер, а другой хотел следовать новым проповедям. Но братья были дружны и возвели храм в котором может спастись каждая душа. Не важно во что ты веришь, главное, что для твоей души это спасение, что ты видишь и понимаешь свои грехи, что ты можешь и хочешь их искупить, раз вступил в храм Божий. У нас весьма странно, но от того не менее органично переплетаются в основе деревни хитрость, воровство, обман с терпимостью и миролюбием. Стоит всё же отделять работу от веры. Ну по крайней мере мне так всю жизнь говорили. Я против такой идеи. Я считаю, что уж если ты следуешь заповедям не убей, не воруй, не прелюбодействуй, так не созывайте насильно всех в ряды своей грязной армии, где за тобой не оставляют выбора. Всё же лицемерие есть всегда и во всём. Я преступил порог кладбища, прошёл вдоль низкого, но колючего заборчика, который часто рвал мои брюки, отошёл на пару метров вглубь и сел возле одного из крестов, где было не очень аккуратно нашкрябано: «Царство небесное хорошему мужу и отцу, хранит свою душу Господь». Эту надпись мы вырезали сестрой. А крест сделал лесоруб, который плотно общался с моим отцом. Да он не то, чтобы пафосный, но сделан с любовью и нежностью. Наконец я смог позволить себе расслабиться и вновь задуматься: Имеет ли смысл всё то, на что меня обрекли? Да нет. Не имеет. Это и ежу понятно. Всё глупости. Так я сидел возможно несколько минут, а может и часов. Я слишком сильно сбился во времени. Совсем уже не отдаю себе отчёта. Но вновь меня вырвала из этого транса сестра. Как только она увидела меня, прямо через забор кинулась мне на шею. — Коби! Ты жив, черт бы тебя побрал! Ты почему сразу домой не пошёл?! Я уже боялась, что ты умер! Братец, да ты настоящий молодчина! Боже, прости, что я тебя там оставила, прости, я думала ты уже сбежал. Прости меня пожалуйста. Я больше не допущу, чтобы ты отправлялся на задания. — Всё в порядке, женщина, слезь с меня. Ай-яй-яй! Ты мне руку сейчас отдавишь! — Ладно-ладно, прости. Всё, пошли домой! Ты бы знал, как ты матушку перепугал! — Не хочу я домой… — Что?! Почему?! — Я же знаю, что я должен был умереть на этом задании. Только не ври мне сейчас. Какое на самом деле было задание? — Ха-ха, — нервно посмеялась моя сестра, почесывая затылок, — что за бред ты уже успел себе выдумать? Задание было обычным. — Что ж, тогда я не иду с тобой. Я же просил сказать мне правду. Я буду сидеть тут до тех пор, пока ты не признаешься. — Ладно, хорошо. Но у меня не было задания убить тебя. Просто, я слышала, как Феликс говорит моим девочкам, что было бы неплохо, если ты случайно не вернулся с задания. Не было цели тебя убивать намеренно. — А ты даже их не остановила и не возразила. Спасибо, сестрёнка, — злобно отозвался я, но своё обещание сдержал. Я поднялся с места и направился домой, уже в гробовой тишине. Кажется у моей сестры взыграла совесть. Она тоже не пыталась добавить что-то или опровергнуть. Шла рядом, потупив глаза к Земле. Дома к моей шее бросилась мать, она крепко обняла меня, начала что-то спрашивать, но я молча пошёл в свою комнату. Не хотелось сейчас говорить. — Ты совсем офигел мать не слушать! А ну вернись щенок! — раздавался мне в спину крик. Но я вновь его не услышал и просто заперся в своей комнате. Там уже я не смог сдерживать все свои чувства, упал на колени и разрыдался. Если бы я правда умер, кто вообще стал бы плакать над моей могилой. Изнутри меня поедало это жуткое чувство тоски и одиночества. Безумного одиночества. Во всём этом огромнейшем мире не нашлось человека по мою душу, даже моя сестра, которую я любил, которой верил, предала меня. Она растоптала сейчас мою душу. Нет больше мне близких людей. Почему мать решила после отца выбрать этого мужчину? Она же и отца особенно сильно не любила. Почему за ним последовал такой мудак? А почему мой отчим так ненавидит меня? За то, что я от природы родился эльфом? Ну да мальчиком. И что? Что я теперь могу сделать с этим? Эльфы сами по себе слабы, как морально, так и физически. Именно в нашем регионе работорговля цветёт и пахнет. Любой богач хотел бы себе домой маленького миленького ручного зверька, который ещё и разумный. Эльф отличный вариант собственно. У них нет зачастую сильной мышечной массы, они не высокого роста, с бледной кожей и светлыми волосами. Эльфы изящны и прекрасны, только очень быстро увядают, потому они в неволе дольше года не живут и просто погибают от тоски. Да, словно попугайчики. Если эльфа насильно оторвать от семьи, от дома он начнёт чахнуть и рано или поздно просто погибнет. Тогда богачи покупают себе нового эльфа и история повторяется. Да, вот такой я расы. Нас осталось всего пару тысяч, а люди продолжают снова и снова ловить нас и продавать. Я даже в город самостоятельно податься не могу, потому что меня поймают и отдадут какому-нибудь богачу. Теперь когда я остался наедине с собой, со всеми своими тараканами. Все обиды, что я копил много лет, стали душить меня, втискивать мою грудь настолько сильно, что приходилось жадно хватать воздух ртом, ведь боль отчаянно желала перекрыть мне кислород. Я вновь потерялся во времени. Вдруг в дверь стали с жуткой силой долбить и орать. — Гаденыш, а ну открыл дверь! Харе нюни распускать, тряпка! А ну выходи! — Уходи! Мне плевать! Не собираюсь я открывать тебя дверь! — Тогда я сломаю её! — просто завопил мужчина, начиная реально очень сильно бить по двери. В этот момент меня объял страх. Я замер, словно вкопанный. Если я не открою ему дверь, он на полном серьёзе выбьет её. Собрав волю в кулак, я всё же крикнул. — Подожди! Я открою… — и на слегка подоагивающих ногах, я отворил дверь, где стоял мужчина в два раза выше меня и готовился сразу дать мне по шее. Благо от первого удара я смог увернуться, — что? Так жалко, что я не умер? Решил своими руками добить? — Закрой пасть! — мужчина схватил меня за руку и поволок за собой в свою комнату. — Эй! Пусти меня псих! Сестра! Мама! Помогите! Отпусти меня! Мама! Ханна! Помогите мне, умоляю! Он же убьёт меня! — тоже стал кричать я и вырываться. Вдруг мужчина остановился, ударил меня по лицу и поднял за руку. — Что это на тебе? Руны?! Чёртов придурок! Это на тебя в деревне одели! Ты же выдашь нас! И тогда нас всех перебьют! Конченный урод! Урод! Урод! — мужчина начал просто со всей силы бить меня, снова и снова. Я вырвал руку и отлетел к стене. Когда Феликс вновь поднял руку, чтобы нанести мне удар, я укусил его, что было силы на свободную руку, — сволочь. СВОЛОЧЬ! Да я тебе руку отрублю! — Феликс! — вдруг громко закричала моя мать, — а ну убрал руки от моего сына! Пошёл вон от него! Я многое тебе позволяю, но ещё раз ты будешь избивать моего сына! — Но, Маргарет… посмотри что у него на руке! — Пошёл вон, я сказала! Или ещё раз объяснить? — моя мать была страшна в гневе. Кажется теперь она была готова уничтожить с лица земли своего нового мужа. И тот слушался. Он не стал долго спорить. Поднялся, повернулся ко мне, провёл пальцем возле шеи и скрылся где-то в их с матушкой комнате. — Спасибо, мам. — Коби, сынок, он сильно тебя ударил? Давай я обработаю. — Не волнуйся мам. Всё хорошо, — женщина нежно взяла меня за руку и всё равно посадила кресло в гостиной. Там она отработала мои раны. Моя матушка периодически подрабатывала в деревне лекарем, потому что хорошо разбиралась в травах, настойках и всём подобном. Она посмотрела так же и на мой браслет. В рунах она была не слишком сильна, но читать их умела. — У-Па, У-Даль и Ви-Ра. Всё правда не очень хорошо. Кто это на тебя надел? — Парень, который помог мне сбежать. А что это значит? — я читать руны не умел, да и вообще в них ничего толком не понимал. — Смотри У-Па — это замок, который не позволяет никому, кроме того, кто его одел снять этот браслет. Тоесть снять его может только человек, одевший на тебя данный браслет. Даже если ты чудом его снимешь с руки, он вновь прикрепиться к ней через небольшой срок. У-Даль и Ви-Ра — это путь и виденье. Тоесть человек, который одел это на тебя, всегда может видеть тебя и знает где ты. Поэтому это не очень хорошо. Но думаю, что ничего страшного он не сделает, раз он решил помочь тебе. Я чувствую от браслета тёплую, хорошую, светлую энергию. Тот кто сделал это хороший человек и он твой. — Что? — Я чувствую, что тебя что-то связывает с хозяином этого браслета. И он не просто подошёл тебе. Он ещё и резонирует с вашими энергиями. Такое редко случается. — Ладно мам, заканчивай. Я думаю, что я пойду спать. — Хорошо сынок. Иди. Спокойной ночи. — Спокойной мам, — я поднялся в свою комнату, сел на кровать и вновь взглянул на браслет. Моя мама редко врёт. Значит нас и вправду что-то связывает? Но что? Стоит разобраться. Может быть он поможет мне избавиться от этого одиночества? Да. Хочется так думать. Вдруг на лестнице раздались тихие, но тяжёлые шаги. Снова отчим. Не хотелось испытывать судьбу. Сегодня ночью мне не дадут спокойно спать в этом доме. Значит я пойду ночевать к старому дубу. Я быстро прыгнул в окно, с окна на крышу, с крыши на крышу и наконец на ветку какого-то дерева, потом пробираясь сквозь ночной лес я очутился возле старого дуба. Там же и валялась моя маска, которую я подобрал с земли и убрал в сумку, которая была достаточно большая и вместительной, но из минусов одевалась через плечо. Я сам сшил её из оставшихся лоскутов. Жалко было выкидывать, а тут пригодились. Так же из сумки торчали сотни разноцветных ниточек, колокольчиков, цветочков вышитых в ручную и большая сова, красовавшаяся прямо по центру. Наконец я залез под самый верх старого древа, устроился на самой широкой ветке, положил сумку под голову и задремал.