Провода

За окном метёт метель Белых мух и лебедей Пролетают они мимо дома — Арс, у меня наушники сели. У тебя же были проводные? — Парень повернул голову в сторону друга. Тот, видимо, вообще никогда не мёрз. Сидит, как ни в чем не бывало, качает головой в такт музыке. Услышав, что у него что-то спросил Антон, посмотрел на него, тот был похож на котёныша, такой же милый. Кутается еще больше: шапка была натянута чуть ли не на глаза, а шарф затянут, будто он собирался на нём вешаться. — Ну вообще были, да, сейчас. Арсений стянул с плеч рюкзак и начал искать в нём вторые наушники. Они оказались на самом дне, потому что ими было не особо удобно пользоваться. Гораздо удобнее оказались беспроводные. Только разряжались в самый неподходящий момент. Именно на этот случай парень имел при себе дешёвые наушники. Он достал наушники и отдал их Антону. Тот взял их без особого энтузиазма. — Я не буду их распутывать. — Ну и не надо. Провода в запутанном состоянии были короче, но парень забил на это. Подключил их к своему телефону и продолжил слушать музыку. Попову в рекомендациях попалась какая-то песня на гитаре. Он обычно такое не слушал, а тут ему понравилось, он не стал переключать, а только откинулся поудобнее (насколько это было возможно на холодной остановке) и задремал. Белоснежную постель В ожидании гостей Покидаю я лениво снова На завтрак — мороженое На обед — окрошка и холодец Каждый день одно и тоже, но я Верю, что ещё немножко и скуке конец Вечер. Включили фонари. Люди даже мимо остановки не проходят. Стало ещё холодней. — Антонь, ты чего? Замёрз? — Арсений немного задремал, а проснулся из-за того, что и у него сели наушники, и именно в тот момент, когда друг придвинулся чуть ближе и начал согревать руки горячим дыханием. — Ага. Ебануться. Очень холодно. Когда автобус? — Шаст, по всей видимости, уже очень замёрз, поэтому Попов подсел сам чуть ближе. Он тоже начал дуть на руки Антона. — Лапки холодные, — парень всё еще занимался согреванием Антоновских пальчиков, —Ну почему ты не берешь перчатки? — А ты? — А я не замерзаю, — Арс боковым зрением заметил телефон Шаста, на котором что-то шло, но сейчас это «что-то» стоит на паузе, — что смотришь? Антон взглянул на экран, как будто забыл, с чего его разъебывало буквально минуту назад. Конечно, с таким-то другом всё, что угодно потеряется в памяти. — Да вот, стендап Воли, — парень шмыгнул носом. — Давай вместе? На моих тоже зарядка к херам. — Почему нет? Бери, — Антон протянул один наушник Арсу. Это место подойдёт не для всех Ведь здесь весь год идёт снег Парни прижались к друг другу ещё ближе, чтобы слушать было комфортнее и наушники не натягивались, а распутывать провода им всё также было лень. Я под ним безмятежно Лежу без одежды и жду Свою белоснежку Давай, теплом своим меня Согрей или встряхни уже мой шар Прошло полчаса. За это время школьники изрядно устали и окончательно замерзли, поэтому решили всё-таки позвонить отцу Арсения, чтобы тот приехал и забрал их. Почему он не мог сделать этого раньше? А он просто не знал, что его сын где-то мёрзнет. Он не особо посвящал родителей в свои планы и старался всегда решать проблемы сам. Но сегодня Арс решил позвонить, потому что было уже правда холодно, а Антон продрог уже давно. — Ты как? Нормально? Попов сидел на заднем сидении с Антоном, но между ними было ещё одно место. — Да, вроде не так холодно уже. — Ага, ещё б с полчасика там посидели, так и вообще что-либо чувствовать перестали. Почему мне сразу не позвонили? Я что, тиран какой-то? Ну, сам не смог бы, так такси бы вызвал. Больше так не делайте, — отец Арсения припарковывал машину во дворе пятиэтажки. Там жили Поповы, — Ну, всё. Вылезайте, балбесы. Родители этих двух парней достаточно тесно общались, чтобы спокойно принимать или отдавать детей на ночь. Конечно, надо было предупредить, что ты будешь ночевать не дома, но это так, мелочи. Отпускали всегда, поэтому можно было звонить уже дома у друга. Папа Арсения остался на улице, чтобы подмести дорожку до машины и крыльцо, заодно и покурить. Знаю, ты придёшь ночью сегодня Раздевайся, я очень голодный, но не кусаюсь Ребята поднимались молча, они жутко устали и хотели просто лечь спать. Когда все дела (а именно: снять сапоги, куртки, шапки, позвонить маме Антона, поесть котлет от мамы Арса) были сделаны, парни сидели в комнате и собирались уже ложиться спать, как вдруг Шастун заметил новое фото, которое висело вместе с остальными на стене, их было очень много, поэтому сразу он не обратил внимания. На фото был он и хозяин комнаты. — Арсюх, прикольная фотка, помню, как фоткались, — сказал Антон, кивнув в сторону того снимка. — Мне тоже понравилась, поэтому повесил. Они ещё пообсуждали фото, а вскоре собрались спать. Раскладывать второй диван было лень, да и на одном они прекрасно умещаются. Арсений любил засыпать либо под музыку, либо же видео, а иногда и подкасты на фон включал. Это, знаете, как тот самый батя из мемов, когда ему выключаешь телевизор, а он просыпается и говорит, что вовсе не спал. Хоть они с Антоном и были друзья уже достаточно давно, Антон не привык к этим закидонам Попова. И он был тем самым сыном из того же мема. — Я хочу спать, вырубай нахер эту херню! — очень сердито прошептал Шастун. — Ну подожди, я не смогу уснуть без звука, — сказал Арс где-то справа. Антон мысленно дал Попову ещё пару секунд, чтобы тот выключил свою хрень. Ну, или хотя-бы уменьшил громкость. Но нет. Парень как лежал, так и продолжил лежать. Видимо, он не понял. — Так, ну всё! Слушай, блять, в наушниках, заебал, — и повернулся к Арсению. — Иди нахер, не буду я ничего переключать. Вдруг, потеряется наушник? Опять слушать звук с плохим качеством, да ещё и сидеть чуть ли не на коленях друг у друга? Отъебись, — Попов лежал на спине, голова его повёрнута была к Антону. Тот заметно офигел, то есть, что? Ему было неприятно? — Это тебе что, противно сидеть было, что-ли? — Да не-е-е, — Арсений закатил глаза, — просто. Шастун захотел поиздеваться над Арсом: улыбнулся, а потом подполз к другу и резко, но аккуратно, сел на него. — Всё также противно? Он не переставал улыбаться, но вот прихуел теперь Арсений, он никак не ожидал такого поворота событий. — Антох, — только и смог вымолвить он. — Чего? Раз сказал, то отвечай за слова, — он приблизился к лицу Попова, шепча эти обычные слова достаточно пошлым голосом. Достаточно для того, чтобы почувствовать, что у Попова встал. — Ты чего? Арсению было максимально неловко. Естественно, у него не первый раз вставал на Антона, но тогда либо Шаста не было рядом, либо же он никак бы не заметил за длинной футболкой. Но сейчас… Шастун продолжал ухмыляться, пока не понял, из-за чего смутился Попов. А когда понял, тогда охуел. Сердца обоих забились чаще обычного, будто они только что стометровку пробежали. Неосознанно, или, может быть, специально, Антон наклонился ещё ближе к лицу Арсения. Взглянул в глаза, всё ещё тяжело дыша, как бы настраиваясь на поцелуй. Но поцеловал первым не он, а Попов. Да, он взял инициативу в свои руки, и начал посасывать губы, к которым хотел прикоснуться уже полгода точно. Он не знал, как правильно действовать в такой ситуации, именно поэтому он не смог раскрепоститься, отдаться чувствам окончательно, хотя удовольствие он получал. Положил руки Антону на спину, забрался прямо под футболку. Гладил, гладил этого любимого мальчишку, а потом почувствовал, что и у мальчишки встал. — Во прикол, — на выдохе произнёс Шастун, — салфетки-то есть? — Ага, да, — также шёпотом произнёс Арс, — ты мне, кстати нравишься. Давно уже. Антон резко перестал теребить темные волосы на макушке Арсения, посмотрел на взлохмаченного парня с наездом: — Ты че раньше-то не сказал? Попов пожал плечами и воспользовался тем, что Шаст сидит более-менее ровно, и доступ к его члену свободен. Он запустил руку в штаны и начал надрачивать Антону. Было пиздец сухо, поэтому Антон плюнул на ладошку и провёл по всей длине. Попов тоже не отставал, ему неимоверно хотелось начать дрочить себе, но он не понимал, куда в таком случае деть Антона. Шастун прикусывал то нижнюю, то верхнюю губу и тихонько стонал. Мял одеяло руками. Было очень приятно. Ему никогда никто не дрочил, он всегда справлялся сам. Он всё ещё ощущал член Арса и прекрасно понимал, насколько сильно хотел парень. — Арс, — тихонько сказал он, сдерживая очередные стоны. Попов замедлил движения. — Что? — с опаской посмотрел в лицо ему. Антон ничего не сказал, а только подтянул Арсения к себе. Их лица вновь оказались на примерно одной высоте. Оба были такие счастливые. Попов вцепился руками в светлые кучерявые волосы Шастуна и потянулся за поцелуем, но в ответ получил лишь лёгкий чмок. Антон вместо губ Арса взял в рот руку, которой тот дрочил ему. Посасывал поочерёдно каждый палец, слизывая предэякулят. Дрочили то друг другу, то сами себе, прижимаясь всё ближе и ближе. Арсений замычал, закрыл глаза и уже полностью забыл о том, что буквально несколько минут назад стеснялся. Он со стоном кончил, а затем помог Антону. Тот ухмыльнулся самой пошлой ухмылкой: — Теперь тебе не противно? «Ш-ш-ш» — меня так пламенем страсти а-а-адской плавит Р-Р-Руки твои дрожат, и на части шар случайно разбивают «Ш-ш-ш» — меня ты хочешь успокоить, а я таю По полу растекаясь, пока за нами в шар такой же наблюдает Кто-то