блокнот, карандаши и моё сердце

      Старшая школа — время столкновения с проблемами и попытки их решить, доказывая, что ты самостоятельный и можешь пуститься во взрослую жизнь; время познания настоящей дружбы и подростковой влюблённости, от которой под кожей пробегают волны тока. Но ко всему нужно долго и упорно идти.       — Послушай, это же просто бред, — бормочет Феликс, падая на кожаный диван в коридоре рядом со своими друзьями.       — Брось, уже все знают, что по тебе сохнет большая часть девчонок из старшей школы, — шатен хлопает своего друга по плечу, отчего Феликс непроизвольно съёживаться и мотает головой, бросая убийственный взгляд в сторону парня.       — Заткнись, Минхо, — Феликсу льстит факт того, что кто-то хочет узнать его ближе, начать отношения с ним, да хотя бы просто заговорить с ним, чёрт возьми, но он не скажет этого. Он всегда твердит, что всем им не интересно ничего кроме необычной внешности Феликса. Все они просто видят в нём объект восхищения, привлекательную внешность и тело.       — Вообще-то он прав. Хотя я бы даже сказала, что ты нравишься не только девочкам из старшей школы, а может и не только девочкам, — девушка, сидящая справа, подмигнула парням, оторвавшись от книги, после чего получила почти мгновенный незначительный удар по спине от Феликса.       Феликс умел пользоваться своей популярностью, когда это было нужно. Действительно, он был самым популярным парнем в школе, но он не был из тех парней, которые издеваются над теми, кто в чём-то хуже или имеют отличия от однотипного серого общества, в отличие от его друга Минхо. Минхо словно сошёл с клишированного американского фильма про школьную жизнь, в которой обязательно присутствует травля, отношения и тусовки. Он часто говорил про какого-то мальчишку с задней парты, которого никто до определённого момента не замечал. Хван Хёнджин вечно носится с блокнотом и карандашом, который периодически перемещается из длинных тёмных волос за ухо или попадаёт на дно портфеля. Он из тех, кто прилежно учится, но не имеет друзей и почти ни с кем не общается. Многие считают его странным, только потому что он не похож на остальных, он не ходит на тусовки, никому не грубит, не флиртует с противоположным полом, и вообще занять статус повыше не стремится. Впрочем, Феликс бы тоже не стремился, наверное, он тоже мог бы оказаться тем самым мальчиком с последней парты, только без блокнота и карандашей. Наверное, это даже привлекает.       Все медленно плетутся в кабинет биологии, пока противный звук школьного звонка эхом отдаётся в ушах. Феликс и Минхо падают за парты и тут же теряют связь с учителем, который упорно объясняет новую тему, предпочитая пообщаться между собой.       — Чего это он опять там чиркает? — Минхо пихает локтём в бок своего друга и кивает в сторону последней парты, где сидит тот самый мальчик. Феликс нехотя поворачивает голову и лишь на пару секунд задерживает взгляд на непримечательном парне. Длинное худи, растрёпанные волосы, черный блокнот, карандаш за ухом, другой в руке. Ничего необычного.       — Минхо, тебе ли не всё равно? — Феликс закатывает глаза, и падает на сложенные на парте руки, игнорируя взгляды учителя, который вскоре перестаёт обращать внимание на наглого ученика и продолжает рассказывать нудную вещь про физиологию человека или... что-то другое. Феликс прослушал даже тему.       Учитель ещё нудных 50 минут монотонно говорит, попутно записывая что-то на доске. Периодически он ругает учеников за то, что кто-то сидит в телефоне, кто-то разговаривает, а кто-то спит на парте, и вставляет реплики, что таким образом они никогда не сдадут промежуточные экзамены и в будущем плохо устроятся в обществе.       — Ну, даже если так, скучным учителем, как он, мы точно не будем, — говорит Минхо, последние фразы которого заглушаются звонком с урока. Ученики не слушают заключения о законченном уроке от учителя и, поспешно собирая вещи, выходят из кабинета. Только Хёнджин с последней парты записывает оставшуюся информацию на доске и ждёт, пока учитель закончит.       Зануда.       — Эй, ты идёшь? В столовке щас всё разберут, — Минхо тянет друга за рукав, который слегка подзавис, смотря на Хёнджина и застыв в проходе. — Что? Понравился? — Минхо сократил расстояние между ними, приблизившись к уху Феликса, шепча слова, отчего у Феликса по всему телу пробежались мурашки.       — Дурак.       Очередь всегда такая большая, что даже встать негде. Хоть классы и разделены по потокам, чтобы не создавать толпу, она всё равно есть. Отстояв очередь и получив свои долгожданные обеды, группа ребят наконец-то доходит до пустого стола, удивительно, что он всё ещё пустой.       — Чёрт, нам ещё доклад же писать на завтра, — сказала Юна, ставив тяжёлый поднос на стол. — По-любому придётся тащиться в библиотеку.       — Пф, можно просто не писать и пойти сегодня на тусовку у одного парня дома, — Минхо облокачивается на стол, и на лице играет его фирменная наглая ухмылка.       — Она же убьёт тебя. Окей, и как давно ты знаешь парня, к которому идёшь сегодня на тусу? — Феликс ковыряет разварившийся рис в тарелке, поднимая взгляд на парня напротив.       — Семь минут, — говорит Минхо, и вилка одной из девушек падает у неё из рук, громко стукнувшись о керамическую тарелку. — Да ладно, Сана, не драматизируй. Давайте лучше дружно позавидуем Феликсу, который может заставить любую девчонку из параллели писать ему доклад в обмен на его номер, которого на самом деле нет. Но она об этом конечно же не узнает, ну... пока что.       Феликс молчал. Минхо точно пользовался бы этим, если бы был чуть более известным среди школьного общества. Но у Феликса не ледяное сердце, хотя и у его лучшего друга тоже не такое. Люди, которые кажутся холодными, на самом деле имеют огромное сердце, заливающее мир любовью. Просто кто-то умеет использовать такое сердце правильно, а кто-то, к сожалению, нет.

***

      Длинные коридоры, полные людей давят на Феликса, так что он спешит уйти в менее людное место, а друзья плетутся где-то сзади, скучающим тоном обсуждая предстоящие экзамены и доклад. Не рассчитав скорость, в него врезается парень, вылетев из поворота. От неожиданности он роняет свои вещи с громким звуком на пол.       — Прости... я не специально, — его взгляд прожигает до костей. Хёнджин. Только сейчас Феликс может рассмотреть его так близко, и ему плевать на количество людей, окружающих их, и на друзей, оставшихся за его спиной. Выразительные глаза с нотками вины, играющими в них, всё ещё смотрят на светловолосого.       — Глядите-ка, — Минхо выглядывает из-за плеча своего друга, указывая на пол, где всё это время лежали вещи Хёнджина. И не в самом удачном положении. На листе блокнота красовались наброски, а вокруг десяток карандашей в хаотичном порядке. В блокноте был нарисован Феликс. Светлые волосы, веснушки на щеках, те же самые проколы в ушах, школьная форма — это точно он. В самом углу листа, видимо, свежий набросок с урока биологии. Он совсем позабыл о своих упавших вещах, принося извинения за то, что не углядел, куда шёл. И теперь они в руках Минхо. Это плохо. Отчасти потому что это Минхо, отчасти потому что на рисунках неприметного школьника его лучший друг. — Это же Феликс, а блокнот твой, я полагаю? — Минхо указывает ладонью на Хёнджина, тот расстраивается, что кто-то увидел то, что им не принадлежит, вторгся в его пространство, он отчаянно лезет забрать свой блокнот, но рука Минхо возвышается над головой, и Хёнджин не достаёт из-за небольшой разницы в росте.       Минхо долго рассматривает рисунки, держа блокнот над головой, и начинает листать странички. На следующей тоже Феликс. И на следующей. Иногда листы сменяются набросками с парня на цветы, дома, вещи, известных людей, но Феликс повторяется куда чаще.       — Отдай! Пожалуйста.., — Хёнджин пытается допрыгнуть и выхватить блокнот, убежать и никогда не попадаться на глаза школьникам. Перевестись в другую школу, уехать в другую страну, на другую планету, повалиться под землю, лишь бы не слышать издёвок и не видеть удивлённый взгляд Феликса, как сейчас, например.       — Так сильно хочешь вернуть его? — парень, держа блокнот, ухмыляется, словно кот, задумавший хитрость. Он поднимает вторую руку и вырывает листок из блокнота на кольцах, отдавая его одной из подруг сзади, листок остаётся у него в руках. В голове Феликса крутится куча мыслей: «Почему я?», «Что это значит?» и ещё куча других, на которые он не в силах дать самому себе ответ. Минхо вертит вырванный лист у себя в руках, перебирая его пальцами, немного смазывая грифель карандаша. Держит, так словно намеревается порвать его на глазах у того, кто вложил силы и чувства в эти рисунки. Одно движение, и это конец. Феликс ловит руку друга, сжимая её в воздухе, не давая порвать.       — Отдай мне это, Минхо, — Феликс сильнее сжимает запястье. Минхо, недоумевая, всё же отпускает листок, оставляя его слегка помятым в руках друга. Феликс повернулся , чтобы отдать парню принадлежавший ему листок, но его уже не было там, где он стоял ровно две минуты назад. — Блокнот тоже, — он протягивает руку, чтобы Юна вручила ему сборник красивых набросков красивого светловолосого мальчика.       — Да что с тобой? Он же из этих, — продолжать было не нужно, все присутствующие и так поняли, что он хотел сказать.       — Просто не лезь, — Феликс покачал головой и нагнулся, чтобы собрать рассыпавшиеся карандаши. Он засунул принадлежности в свой рюкзак, закинув его на плечо, осмотрелся вокруг и понял, что друзья уже давно ушли, оставив его позади.       Чужие вещи нужно было вернуть, и как бы ему не хотелось нарушать личное пространство владельца, он не сдержался и открыл титульную страницу. Даже на ней был Феликс. Красивый, в день экскурсии в художественный класс. Феликс его не посещал, в отличие от Хёнджина,и это был первый и последний раз, когда Феликс туда ходил. На рисунке он сидит и очень старается выводить что-то на листке бумаги. В тот день у него ничего не вышло, и он ушёл расстроенный оставив небольшого размера лист в художественном классе. Только сейчас светловолосый заметил в верхнем углу приклеенный тот самый его неполучившийся рисунок. Неужели это ему понравилось? Возле рисунка аккуратным почерком была выведена фраза: подари мне своё сердце.       — Хорошо, Хван.       Феликс искал сбежавшего мальчишку везде. Он осмотрел два этажа и не нашёл никого даже близко похожего на него. Последним местом, где он мог быть, и где Феликс ещё не был, была библиотека. Наверное, странно бежать в библиотеку после того, как над тобой посмеялась вся школа и лучший друг парня, которого ты рисуешь уже несколько месяцев. Но это Хёнджин, так что ничего странного. Открыв дверь, он тут же взглядом нашёл тёмную макушку в самом углу комнаты. Библиотека не часто посещаемое место и повезло, что сейчас тут пусто, кроме двух парней, стоящих в разных углах.       — Эй, я не буду допрашивать тебя, — сказал Феликс, подойдя достаточно близко, чтобы его было слышно. Он достал блокнот, карандаши и вырванный Минхо лист и присел прямо на колени, лаже не думая о чистоте пола, прямо перед Хёнджином. — Посмотри на меня, — но Хёнджин не смотрел, даже звука не произносил. — Ладно... хорошо, — Феликс положил возле его вещи и, последний раз задержав взгляд на беззащитном мальчике, который уткнулся лицом в колени, плечи его подрагивали, собирался уже уйти. Хёнджин перехватил его запястье.       — Останься, пожалуйста, — это звучало почти умоляюще, в уголках глаз парня скапливались слёзы, и Феликс не мог уйти. Просто не мог оставить его одного в пустующей библиотеке.       Он кивнул, садясь рядом с тёмноволосым и взяв его за руку, позволил ему положить голову ну своё плечо. Феликс молчал. Хёнджин тоже. Лишь изредка он всхлипывал и расцеплял их руки, чтобы рукавом толстовки вытереть капающие на штаны Феликса слёзы.

***

      Уже было поздно. Феликс не знает, сколько просидел тут, утешая мальчика, но точно больше, чем нужно. Но он не мог уйти, Хёнджин заснул прямо на его плече. Он изрядно устал, да и сидеть в одной позе долго время не очень уж и удобно. Но тревожить сон спящего не хотелось. Только сейчас появилось время по-настоящему задуматься о блокноте Хёнджина. Они никогда особенно близко не общались, и возникает вопрос почему именно он? Странный вопрос. Мы не выбираем, кого любить, это приходит само, неожиданно. Но действительно ли Феликсу нравятся парни? Нет, не так. Действительно ли нравится Феликсу Хёнджин? Если нет, то почему помог ему? Почему защитил от насмешек Минхо? Почему пошёл его искать сразу же, а не отдал блокнот позже? Почему остался с ним, и почему не уходит сейчас?       Феликс всё ещё не спал. Он уже собирался заснуть в такой позе, в какой находился прямо сейчас. Не удобно сидя с парнем, спящим у него на плече. Хёнджин заворочался и, открыв глаза, понял, где он находится и с кем. Он резко подскочил, отчего Феликс невольно вздрогнул, повернув голову к нему.       — Почему... почему ты не ушёл, когда я уснул? — спросил Хёнджин, теребя пальцами свою толстовку, немного нервничая в присутствии Феликса.       — Отчасти в этом есть и моя вина, — Хёнджин хотел было начать спорить, но Феликс не дал ему и слова сказать. — Если бы на твоих рисунках был бы не я, а кто-то другой, то Минхо даже внимания бы не обратил. Да и к тому же, я в тебя врезался. Прости его, он не всегда умеет контролировать свои действия, — Феликс оторвал прикованный взгляд от рук Хёнджина и смотрел прямо в его глаза, которые уже было плохо видно из-за наступившей темноты. Снова повисло неловкое молчание. — Почему именно я?       Хёнджин понял, о чём речь, но и дву слов сказать не мог. Ему было бы легко сказать, что Феликс ему нравится, если бы тот не сидел бы прямо сейчас прямо напротив него. Кому-угодно, но не ему.       Просто... ты, — Хёнджин делает глубокий вдох, пытаясь собрать все силы в кулак. — нравишься мне.       — Что ж, тогда, — Феликс потянулся за нетронутым блокнотом, лежащим возле него. Взял его, осторожно перебирая пальцами от легкого волнения, пробегающего под кожей. — Отдаю тебе твой блокнот, карандаши и дарю своё сердце. Блокнот, карандаши и моё сердце принадлежат тебе.       Это было признание? Определённо да.