Возлюби свои "прорехи"

Расставив учеников в ряды, учителя дали указание отправляться в чащу леса. На карте они обозначили территории, на которые лучше не заходить, при опасности те будут должны пустить в небо красную вспышку. — Всё что от вас требуется, это собрать как можно больше ингредиентов для зелий. Они могут быть растительного, животного и минерального происхождений. У вас в руках находятся мешки, они бездонны, поэтому потрудитесь хорошенько. Снейп был очень серьёзным, но на фоне лесничего, который весело сказал:"Те, кто наберёт как можно больше ценных компонентов, получит Превосходно.» — становился менее устрашающим. Он скривил рот, доказывая то, что утверждение Хагрида правдиво, отчего многие, не дождавшись сигнала, ринулись к кронам. — Остолопы. — Процедил зельевар, уходя к своим покоям, тем самым давая коллеге инициативу. Решив не задерживать оставшихся детей, тот подал сигнал, обозначающий начало погони. Миона бежала впереди их сомкнутого треугольника, возвращая свой взгляд то на карту, удерживаемую рукой, то на тропы, дабы не свалиться во враг. Смит со скучающим и недовольным лицом упирался ногами в землю, но держащий его за руку Рольф с не маленькой скоростью приближался к развилке дорожек. Булстроуд пыхтела девочке в спину, так как задание им нужно было выполнять в парах. Вот и Рон сейчас с Малфоем приближались к лесу, только один всё время косился на школьного хвастуна, а другой кажется, вообще не интересовался происходящим сейчас общим делом. Малфой, сощурив глаза, шёл впереди, оставляя сконфуженного рыжего позади, мальчик всё пытался ему что-то сказать, но он лишь затыкал ему рот, в одиночестве скрываясь за кустами. Поттер с всё ещё отпечатанным на лице следом от подушки, вышагивал со свитком в руке, пока Блейз вёл их в нужном направлении. Не сказать, чтобы слизеринец был хорошим компаньоном, но по крайней мере не пытался возразить профессорам, в молчании следуя с очкариком. Спустя 50 мин снования, их сумки пополнились: горькой полынью, корою волшебной рябины, соком пиявки, Мурлокомлем, перьями бултрушайки. — Ты идёшь вправо, а я налево, так будет быстрее, встретимся на этом же месте через час. Забини развернулся, уходя к крутому склону, пока парень, не зная, что делать, держал в руках двойник карты. Найдя ещё не перечёркнутые крестиком области, Герой последовал своей интуиции, подозревая, что там он сможет отыскать что-то ценное. Как только он остался в одиночестве, пернатый, вылетев откуда-то с верхушек деревьев, приземлился ему на подставленную руку. На голову был накинут капюшон, а рукава толстовки плотно натянуты до самых ладоней. Ели раскидистыми ветками преграждали путь солнечным лучам, время от времени те спадали на опавшие на землю листья золотистыми пятнами. Под обувкой расстилались лиловые корни, так что довольно часто мальчик практически окунался в атмосферу осени. Когда такое падение насчитало двенадцатый раз, в адрес брюнета прилетело оскорбление: —  Аккуратнее!..— Развернувшись на коленках, он заметил змейку, запутавшуюся промеж его пят. — Извините! — Рептилия взглянула на него, и кажется, стала гораздо спокойнее, потому что до этого раскрытая пасть с сочащимся ядом уже хотела воткнуться в мальчишескую лодыжку. Её стан сдвинулся назад, давая гриффиндорцу себя освободить. Он делал это с непонятной тревогой, потому что после ночных переглядок его тело непроизвольно ёжилось под таким интересом, особенно касаемо чешуйчатых. Он постарался сделать это быстро, и не только потому, что ему следовало торопиться, но и оттого что его руки под холодным ветром ужасно шелушились, покрываясь корочкой, как у престарелой старушки. Помогала всё таже мазь, но спросонья его быстро подняли на завтрак, не дав привести себя в порядок. Дотянувшись до свитка, он отметил, что Бумсланг, нарисованный в самом конце, очень походил на попавшегося змея. Только вот смутил факт того, что их ловили ради шкуры, та была довольно дорогой, но смотря на то, как животное осматривает его умным взором, даже не пытаясь напасть на сидящую совсем рядом птицу, желание сдать её на растерзание учителя совершенно ушло. Почесав затылок, Гарри осторожно поднялся в вертикальное положение. — Если вам не сложно, не могли бы вы дать мне немного своего яда? Школьник огибал сухие стволы, разглядывая поднятый над головой флакончик с жёлтой жидкостью. Шлёпнув себя по уху из-за назойливого жука, его пальцы наткнулись на серёжку, с духом которой он уже давно не разговаривал. Внезапная мысль сконфузила его, но решив не страшиться, парень задал вопрос: — Сколько ещё осталось воспоминаний? — Это было важно, и не только касаемо крестража, хозяина которого Гарри узнал благодаря Елене, да и вообще, что это такое, но и по причине хвори, из-за которой время от времени становилось ужасно морозно. Его пугал факт того, что многие ребята носили свободные футболки, в то время как он сам начал закутываться в ветровки. — Думаю, что три или около того… — Было ему ответом. Такой незначительный промежуток, но одновременно пугающий, потому что знание, которое он всё хотел познать, могло предать его психологическому состоянию ещё большую шаткость. Сжав колбочку в руке, Поттер, смотря под ноги, последовал дальше по намеченным объектам. Мешок всё пополнялся, а разум нагревался как раскалённая сковорода, за посиделками с друзьями его мысли переставали доставлять ему проблем, но оставаясь в ночной тиши или одиночестве, собственный голос вёл с ним беседы, стараясь разредить обстановку и придумать более менее хороший план. Только вот если не выходило ничего сносного, это ещё сильнее портило боевой дух. Парень дошёл до маленького ручейка с бирюзовой водой, по которой плыли безымянные кораблики. Лиан больше не было, те внезапно закончились, как стёртый ластиком карандаш. По периметру между водой и лесом были цветы, чем-то схожие с васильками, середина пульсировала красным, чем-то напоминая удары сердца. Растения как будто бы дышали или просто воздух взъерошил их стебли. Чисто из привычки он потянулся к интересной находке, но Колеус клюнул его в палец, намекая не делать того, что мальчик задумал. Гарри посмотрел на него, а потом почему-то приложил руку к сердцу, отмечая что шевеление бутонов отдавалось в том же ритме. Задрав подбородок, он отметил, что небосвод теперь отчётливо можно было разглядеть. Всё слилось в огромную хмурую кашу, предвещая грозовые тучи. Вспомнив, что ему ещё нужно вернуться в лагерь, школьник выдохнул через нос, воспроизводя свой маршрут.

***

~Несколькими днями ранее~ Малфой находился у себя в спальне, ожидая, когда же родители позовут его вниз. Тёмный Лорд, вместе со своими приспешниками, наведался к ним в дом, о чём-то переговариваясь с отцом. Он ходил от стены к стене, испытывая нетерпение, которое можно было выпустить наедине. Он надеялся, что его всё же введут в курс дела. Драко очень хотел потрудиться для семьи, доказать его главе, что он достоин называться Малфоем. Всё, что касалось заслуг и ожиданий, всегда было выведено перед его глазами. Блондин надеялся на похвалу, лёгкое похлопывание по спине или хотя бы улыбку, но по итогу всё это дарила лишь мама. Отец же всегда держался в стороне, в тени, в которую мальчик всё стремился попасть. Ему так хотелось увидеть ответную реакцию этого человека, что любая возможная неприязнь к тем или иным вещам отметалась в сторону. Мальчик больше не ходил в сад за домом, не раскрывал шторы, лишь бы не вспоминать, то, что вызвало в нём колебание. Оно ему мешало. Привязанность, вот, что не давало ему покоя. Люциус же кажется, вообще их не имел, но иногда, когда мама грустила, его маска вздрагивала на мгновение, что несомненно его сердило, поэтому он запирался у себя в кабинете, возвращаясь всё тем же напыщенным, бесчувственным снобом. Когда в спальне появился Добби, мальчик оживился, почувствовав себя уверенней. Эльф был напуган, зашуган, и это вызвало небольшую толику сомнения, но всё же снова отшвыривая ненужные выводы, он последовал за домовиком. Когда они приблизились к лестнице, тот как-то печально на него посмотрел, при этом слегка преграждая путь. Когда губы юного господина скривились, эльф всё же рассеялся в воздухе, пропуская парня вперёд. Я ступал спокойно, элегантно, как подобает наследнику рода. Идеальная спина, укладка, волосы, которые на этот раз были снова прилизаны. Арка с входом в главную залу должна была стать отправной точкой в моём будущем. Она и стала. Первое, что он почувствовал, ступая в своё новое начало это ужасный запах. Душный, железный, от него начало воротить желудок. Папа стоял с Нарциссой в самом конце, рядом на корточках согнувшись, сидел Смит. Реддл держал в руках палочку, оборачиваясь на посетителя. Он улыбнулся ему, подзывая подойти ближе. — Здравствуй, Драко. Проходи. — Он не знал, что ему делать, кажется, обувь уже тонула в крови, застилавшей всё вокруг. Тела десятков пожирателей были разбросаны кто где. Многие лица были спрятаны, а какие-то смотрели прямо на него, но уже ничего не говорили своей пустотою. Земля превратилась в море, медленно и невыносимо затягивающее в свои пучины. Люциус мотнул головой, подзывая идти к нему, но Малфой просто застыл, не зная, что думать, не то, что делать. Вся эта резня, похоже, даже не имеющая за собой весомых причин, не складывалась с его представлениями о правильном проявлении власти. Драко думал, что он будет учувствовать в переговорах, вести за собой бойцов, составлять планы, но его надежды совсем не оправдались. Мать стояла за спиной мужа, еле сдерживая в глазах слёзы. Мальчик никогда не видел, чтобы та плакала, он никогда не хотел, чтобы она плакала. К горлу подкатила мерзкая субстанция, но видя, как отец крепко сжимает челюсть, сглатывает теперь уже отвратительный ужин. Он шёл, обходя бездыханные туши, именно туши, потому что ничем иным как животными, они для господина не были. Его лицо было ложным, отвратительным, фальшивым, и казалось бы, он уже давно должен был привыкнуть к такому, но в данной ситуации парень просто хотел на мгновение выбраться из кокона, потому что сейчас в нём было невыносимо находиться. Слизеринцу казалось важным увидеть здесь хоть что-то живое, хоть одну настоящую эмоцию, осознающую всё происходящее. — Вперёд. — Прошептал лев, в его голосе чувствовалась издёвка. — Сбывается твоя самая долгожданная мечта, не так ли? Дак иди же к ней, смелей. Даже Малфой понял, что это звучало просто абсурдно. Сейчас он прямиком шёл к тем желаниям, за которыми, не отдыхая, гнался. Люциус расслабился, но это совсем не порадовало сына. Драко по правде говоря, даже задумался о том, чтобы нарушить то, что так долго выстраивал всю свою жизнь, то, что его всегда устраивало. В один момент в дом заложили потрескавшийся кирпич, он осыпал за собой стену, руша всю связующую за собой цепочку. То, что так долго восхищало его, вызывало трепет где-то в груди, рассыпалось пеплом ложных образов. Вот она, личность, которую мальчик восхвалял, человек, даже не подавший вида о том, что хоть что-то волнует его в этом мире. Это был обвал. Давящее окружение пропитывалось под рубашку, оставляя на его теле следы преступления, которых он не совершал. Когда парень встал рядом с Захарией, вздрагивающим на земле, матушка сжала его кисть, явно не собираясь отпускать сына от себя, женщине тоже было сложно, но она ничего не могла с собой поделать. Семья единственное самое дорогое, что у них было. — Я рад, что вы все в сборе. — Том обошёл их кругом, словно бы рассматривая потенциальных жертв. — Мальчики. Смит поднял голову, пуффендуец крепился, чтобы его не вырвало прямо на хозяйские брюки. Прямо у него под боком лежала женщина, её ладонь ещё крепко сжимала древко, направленное в его ногу. На негнущихся ногах он встал рядом с Драко, ожидая приказа Тёмного Лорда, он почти что не моргал, это помогало высыхать возникшим слезам. Дак вот как чувствовал себя мужчина в зеркале. Ужас, омерзение, страх, но разве он сейчас испытывал уважение к человеку, стоящему напротив? То, чего он так хотел от одноклассников?

***

~Наше время~ — Локомотор Виббли! — Оранжевая вспышка проскочила мимо, оставляя зверька целым. Ученики перепрыгивали через ямы, оббегали сосны, но Штырехвост (поросёнок с длинными ногами, коротеньким толстым хвостиком и узкими чёрными глазками.) двигался куда проворнее, вдобавок к этому их было несколько. Часть школьников убежала на Юг, другая на Север, а Флора, Гестия и Луна, ещё с десятком второкурсников, направлялись к Западу. Благодаря длинным и гибким телам, близняшки с поразительной изворотливостью преодолевали препятствия одним за другим. Слизеринки двигались как ветки бамбука, приспосабливающиеся к любому внешнему давлению. Как наколдованный мираж, сёстры отражали каждый взмах своих рук, каждый поворот шеи, даже голоса, произносящие заклинания, были с удвоенным тембром. Лавгуд, пусть и не отличающаяся огромной скоростью, поспевала за ними, умудряясь как и они не заострять внимание на кончающийся воздух, сдавивший альвеолы. Дети остались позади, а троица всё продолжала преследовать свинью, наконец подбитую под правое копыто. Та повалилась на брюхо, зверя оплели толстые верёвки. — Впечатляет. — Когтевранка оторвалась от созерцания своего трофея, замечая на себе цепкое внимание. Девушки практически не говорили с друг другом, но похоже продемонстрированное сейчас заклятье оживило их интерес к своему напарнику. Луна улыбнулась им, левитируя за собой брыкающуюся хрюшку. Для Лавгуд сестры тоже были неким интересным феноменом, мозгошмыгов у них вообще за всё то время, что они рядом живут, не было. Похоже, их настолько не волновали насущные проблемы, что этим существам не за что было зацепиться. Команда направилась обратно к лагерю, и если бы не камешек под ногой, парочка и не заметила то, что их компаньон остановился на полпути, смотря куда-то в ноги. Они переглянулись, вставая по обе стороны от неё. Там, на кончике туфельки начинался продолговатый след чьей-то ноги, когтистой и глубокой. Ничего не оговаривая, брюнетки запустили в небо сигнал, ожидая своего декана. — Оборотень. — Сказала безапелляционно Флора, синхронно со своей тенью разворачиваясь лицами к любым возможным местам, где мог находиться потенциальный источник опасности. Было даже приятно оттого, что те прикрывали не только себя, но и своего союзника, возможно, их некая схожесть ментально сблизила их, пусть это и нельзя было понять по тому, как они молча завтракали за столом. Полумна проследила за тем, как следы с каждым разом уменьшаются, проявляя человеческую стопу, так можно было отыскать зверя, но в определённый момент подсказки просто прервались вблизи небольшой речушки. Появившийся спустя десять минут профессор, отправил учениц в лагерь, сказав, что с этим недоразумением он разберётся сам. Все ребята сидели в одной палатке, так было сделано для их же безопасности. Когда преподаватели вернулись, все сразу побросали свои дела, скучковавшись в один большой круг, благо габариты позволяли. — Уважаемые ученики, нами был обнаружен след оборотня, и пусть лес ограждён от таких опасных созданий, как дементоры, директор не мог предположить, что эти звери могут настолько сильно приблизиться к школе. Скорее всего, кентавры мигрировали именно по этой причине. Профессор Рубеус отправиться с группой волшебников на их поиски, дабы обезопасить наше возвращение домой. На эти оставшиеся два дня мы с вами не будем уходить далеко с территории привала, попрошу всегда держать при себе палочку, и находиться в месте, доступном для вашего спасения, на этом всё, можете продолжить то, чем занимались до этого. Золотая троица присела к камину, обдумывая только что услышанную информацию. — Вчера было полнолуние, поэтому отыскать стаю будет довольно проблематично…- Грейнджер достала учебник по Защите От Тёмных Искусств, а мальчики лишь удивлялись, зачем она берёт с собой всю библиотеку? — На самом деле оборотни это обычные люди, которых укусил уже преобразованный оборотень. При превращении они теряют свою человечность, но всё остальное время живут как обычный волшебник или магл. В одной из книг я читала, что в такой форме они могут противостоять магу, поэтому к ним не стоит относиться поверхностно. Многие из них ненавидят обычных людей, из-за их страха, поэтому огромные группы во времена Первой Магической вступали на сторону Того-Кого-Нельзя-Называть. — То есть ты хочешь сказать… — начал рыжий. — Что это могут быть подчинённые Тома. — Закончил очкарик, сложивший ноги по-турецки, он ближе всех сидел к огню. — Может быть, ему здесь что-то нужно? — Или он пытается найти способ пробраться в школу. — Предположил Рольф, но в тот момент, когда гриффиндорцы на него взглянули, он как-то зажался, быстро заканчивая свою теорию. — Ну, этот лес же находится недалеко от Хогвартса и рядом с запретным лесом, возможно, он пытается придумать план, как пробраться внутрь? — Ну а оборотни сюда каким боком? — Джинни с Дином присели на диванчик, тоже увлечённые сложившейся обстановкой, Поттер был рад, что они ему верят. — Не знаю, если честно, но иногда стоит поплыть по течению, вдруг куда-нибудь да приплывём. — Миона пожала плечами, углубляясь в справочник, на деле она всё равно продолжала рыскать зацепки. К середине дня вся толпа постепенно расфасовалась по разным местечкам, вот и Гарри сейчас сидел с Саламандром под небольшой елью, делая записи. Пуффендуец бегал за какой-то пташкой, всё пытаясь её зарисовать, а Гарри держал блокнот, вглядываясь в фестралов, пасшихся в четырёх метрах от них. Изящные крылатые кони, больше напоминавшие скелеты с туго натянутой поверх шелковистой серой кожей, были на первый взгляд опасными, как предписывало им это министерство, но мальчик по их безобидной и неспешной ходьбе понимал, что у тех даже в мыслях не было на кого-то нападать. Крылья на подобии летучей мыши были сложены за витиеватой спиной с проступающими позвонками. Один из детёнышей обратил на него внимание, медленно и осторожно подбираясь к застывшему брюнету. С каждым приближением его глаза, белые с переливающейся серой дымкой, окунали его в пелену какого-то блаженного спокойствия. Эти существа были предвестниками смерти, которую видел человек, оттого на душе немного отлегло, потому что уходя в другой мир ты не чувствуешь ни отчаяния, ни боли, лишь тихо подбирающееся забвение. Он увидел их ещё в самом начале поездки, когда вещи загружали в повозки, от одного их вида в голову приходил Эрни, рухнувший посреди кромки Чёрного озера. И пугали Поттера эти создания не потому что они жуткие, а просто сам факт того, что ему удалось их увидеть. Само осознание того, что он видел смерть, делало его запятнанным. Жеребёнок ткнулся мордой к нему под курточку, чувствуя запах свежих яблок. Погладив его по голове, он передал ему лакомство, отчего-то начиная зарисовывать мирный табун. Линии выходили на автомате, словно он просто наблюдатель, следящий за действиями художника. Черты получились выразительными, мягкими, растёртый грифель дарил рисунку некую плавность. — Кто это? — Саламандр осторожно присел рядом, кажется, стараясь не спугнуть кого-то, кто мог находиться где-то поблизости. — Фестралы. Думаю, ты о них слышал. — Мальчик посмотрел на пририсованный лужок, снова обращая внимание на Поттера. Его лицо от ранее заинтересованного стало спадать вниз как тяжёлый непосильный мешок. Он сомкнул губы, вертя в голове то, что так хотелось узнать. — Кто это был? Гарри откинул голову назад, даже не сомневаясь в познаниях парня, только от этого всё равно было тошно. — Эрни. С тобой на Пуффендуе учился, помнишь? — Как же забыть, для него был прощальный вечер. — Он повторил его движение, вглядываясь в небо, отчего-то совсем не голубое, а персиковое, только оттенок был чумазый, будто в него взяли и втоптали грязным ботинком. Возможно, он не заметил, но стал потихоньку раскачиваться из стороны в стороны, всё время теребя свои пальцы. — Я иногда чувствую это напряжение, я имею ввиду про Захарию. Он часто бывает злым, словно не хочет никого к себе подпускать, но в итоге всё равно сдаётся, но не до конца. Знаешь, он часто посылает меня куда подальше, но мне почему-то кажется, что он рад, что я за ним таскаюсь, надеюсь, это не выглядит глупо со стороны… — Совсем нет. — Гарри ощупывал листок разворота, поворачиваясь к блондину. — Он тот ещё тролль, но думаю самый хороший из всех, которых я знаю. Саламандер засмеялся вместе с ним, почувствовав передышку от неприятных воспоминаний. Он выхватил его книжку, совсем не удерживаемую хозяином, Поттеру нечего было страшиться. Зверь ушёл обратно к сородичам, а Рольф в это время перелистывал картинки и записи, иногда делаемые на уроках или в свободное от них время. Он ухватился за закладку, это было перо Колеуса, которое тот обронил в поезде. — Чьё оно? — Мальчик приблизил его к лицу, стараясь рассмотреть каждую завихрушку, что-то в нём напомнило безумного учёного. — Моего друга. Птица как птица, а даже если и волшебная, то никакой информации у нас в школе о ней не было. — Ты не там искал… — Полузабвенно произнёс Саламандр, поднимаясь на деревянных ногах. — Мне нужно написать дедушке, мне кажется это что-то очень интересное, поверь мне, я знаю, что говорю! — Он кивнул ему на прощанье, спустя минуту уже вбегая в своё жилище.