Затмение.

      Пытаясь построить мысли в ряд, Такемичи крутил педали велосипеда чувствуя как Майки сидит на багажнике велосипеда, чуть отклоняясь назад, говоря о чём-то с Дракеном, который почти лежал на руле. Ханагаки не понимал, почему Майки так изменился в будущем если сейчас такой благородный, как бы смешно и странно это не звучало.        — Майки-кун, можно спросить? — Манджиро глянул на другана и с улыбкой кивнул, ожидая вопроса. — Почему я тебе понравился?        — Глупый на самом деле вопрос. — увильнул Сано, откидывая назад голову и Такемичи тут же извинился, поджимая губы. — У меня был старший брат, он погиб. Когда он был жив, за ним шли силачи, ты похож на него, Такемич-чи.       — Ну, думаю, я не так крут. — Майки кивнул, подтверждая слова друга и Такемичи вновь поник головой. Ладно, он сам это сказал. Глянув вперёд Ханагаки сглотнул и сжал руль. У него тоже есть родственники, старшая сестра, которая погибла в прошлом по его вине. Кореша Киёмасы изнасиловали и убили её, это стало последней каплей к решению о побеге Такемичи. Однако, сейчас он вернулся, уже второй раз и повстречался с одним из организаторов адского Шапито в будущем из-за которых погибла Тачибана. Сано освободил его и друзей от рабства на Киёмасу, однако, где Нобуко? Ханагаки с тех пор как вернулся ни разу не встречал своей сестры, которая в прошлом вечно была с ним, мать тоже молчит о ней, как-будто это табу для неё и Ханагаки ничего не понимает. Он ведь ничего не делал такого, чтобы изменить судьбу сестры, это сделал Сано, он спас её от изнасилования и смерти в четырнадцать... Точнее, мог бы спасти, если бы она не пропала раньше этого. Более жуткое то, что ни Аккун, ни Макото, ни Казуши, даже Такуя не понимают о ком говорит Такемичи.       — У тебя есть сестра, а ты нам не рассказывал? Она хоть симпатичная? — с искорками в глазах спросил Казуши с Макото, в то время как Такемичи не понимающе смотрел на Такую. Почему даже его друг детства, который чуть ли не в открытую говорил, что любит Нобуко и больше всех убивался после её смерти, не помнит её. Впервые слышит. Как же так? Такого в прошлом точно не было.       Возвращаясь домой, после прогулки с Майки и Дракеном, Такемичи думал о том, что ему делать дальше, ведь он встретился только с одним из верхушек «Тосвы», а где второй из цирка – не понятно. Шагая, думая думы, Такемичи вздрогнул и отшатнулся в сторону, пропуская вперёд гопарей. Брюнет, шагающий впереди свиты с главарём оглянулся и выдохнул сигаретный дым, от чего Такемичи не смог разглядеть лица, лишь смутно через сероватый, плотный дым разглядел синие глаза.        — Где-то я их видел. — в будущем вроде, но Такемичи не заострял на них внимания, торопясь домой. Он забыл о словах Наото, который указывал ему пальцем на фотографии развешанные по белой доске. Она была в ужасном будущем, так же рядом с Кисаки, однако, причины у неё иные, нежели просто нести разрушение и хаос, смерть и отчаяние, как это делает Кисаки. Скорее даже, наоборот. Она не верит, что её план осуществится, по-крайней мере, не сразу, но, она уже ближе чем раньше. В прошлый раз она лежала в канаве, с разорванной одеждой, избитая и изнасилованная, медленно умирающая от кровотечения. В этот раз она пошла совершенно иным путём решив поменять своё положение в пищевой цепи и стать хищником, защищающим беззубую змею.       — Он меня не узнал. — заметила девушка и Кисаки фыркнул, смотря в лицо брюнетке, которая затянулась и выдыхая сквозь зубы кинула окурок в урну, попадая туда.       — Не удивлён, ты ведь исчезла, когда твоя семейка переезжала сюда. — верно, она просто сбежала, во время суеты переезда. Однако, это не коробку с одеждой потерять, это ребёнок и конечно её искали... Не нашли. Если бы они просто искали семилетнего ребёнка, было бы проще, но её мышление было не для семилетней. Она старше чем кажется, в теле четырнадцати летней девочке сидит тот кто в прошлом прожил свою жизнь и многого повидал. Главное: она знает всё происходящее и имеет план на будущее... Одно из его вариантов.       — Ты меня слушаешь? — спросил Кисаки и не услышав ответа глянул на девушку, чуть хмурясь. Она слишком часто уходила в себя, его это напрягает. — Нобуко.       Девушка вскинула брови и глянула на парня рядом, как обычно виновато улыбнувшись. Она бы обняла его или смеясь взяла бы под руку, если бы не бугаи за спиной, при которых нельзя показывать свою "миленькую" сторону. Нобуко порой сама же путалась в своих же масках и забывала, где она настоящая и что она чувствует по настоящему, но это и не важно, главное, она хорошо играет и Кисаки ей всецело верит. Если бы это было не так, не держал бы подле себя. Этого она и добивалась. Ради этого она бросила недавно обретённую семью и сбежала, хотя знала, что в следующий раз её не успеют тронуть, Майки спасёт её с друзьями быстрее. Не важно.       Нобуко не собиралась высовываться, ей это было так же невыгодно, как и попадаться Такемичи на глаза, но этого избежать не удалось. На первом же собрании по назначению командира третьего отряда, Нобуко закрыла парня, подставив блок, внимательно следя за Такемичи. Им двигала злость, ей – выбранная роль. Выбранная давным-давно ей сторона моста, который стоит сжечь.        — Н... Нобуко... — девушка, замаскированная под парня откинула руку брата и пнула его в бочину. Признал таки, неважно, пускай ненавидит и не понимает, она давно всё решила и так же уверена в своих намерениях, как и Такемичи уверен в желании спасти Хинату. У каждого свой путь. Нобуко не нужно драться с кем-то, она этого и не умеет, всё что она делает, так это добровольно подставляется под удары, защищая Кисаки. Она всё это делает ради одной цели, которая далека и по ощущениям не становится ближе. Но, Нобуко и не ждёт быстрой отдачи, она настырная в своих целях.       — Я тебя люблю. — повторяет девушка смотря в голубые глаза напротив, которые за столько лет уже перестали что-то выражать. С удивления, эти глаза скатились в пустоту и полное безразличие, однако, Нобуко их всё равно повторяет и не по одному разу.        — Я знаю. — Нобуко улыбнулась сжимая сбитые в кровь руки в области костяшек. Она редко переходила черту, ограничивалась в основном словами, редко лишь проявляла нелюбимую Кисаки тактильность, чаще всего кратковременную и ненавязчивую. Она понимает как устроен мозг подростка обделённого вниманием родителей, привыкшего к роли злодея. Она такая же, добровольно откинувшая возможность зажить нормальной жизнью ради него...       В чужих глазах эти двое и правда выглядят как сова и змий без клыков, однако всё ещё отлично гипнотизирующий остальных хищников. Нобуко умирает рядом с Кисаки не улетая, но и не пользуясь им, как сова, что не может заклевать змею и утолить голод отправляясь за другой добычей. Выживает она только благодаря пешкам Кисаки, что вечно окружают его строя стену, через которую не пробиться. Ей не нужно драться со всеми, всего лишь вовремя подставить свою голову под удар трубой и отлететь на машины, ничего сложного. Кисаки оглянувшись смотрел на тело девушки, лежавшее на согнутой от удара крыше машины, в то время как её голова свисала вниз. Он привык к тому что она будто заранее знает, когда нападёт противник, никто так не умеет из его "телохранителей", лишь она одна видит то чего никто не видит. Она полезная, по настоящему полезна.        — Ох нихуя себе, — протянул Ханма выпрямляясь и наклоняя голову набок. — Удивлюсь, если она и сейчас выживет. Баджи от души вмазал.       И правда, от всей души, врачи еле как вытянули девушку с того света, она была близка к клинической смерти. Однако, ей повезло больше чем Баджи, его никто спасти не мог, и не хотел, даже он сам. Придя в себя, Нобуко аккуратно прикоснулась к перевязанной, обритой голове, дёрнувшись от боли. Благо она выжила, не хотелось ей всё начинать с самого начала.        — Ты очнулась? Я удивлён. — Нобуко повернула голову, посмотрев на Кисаки, который похоже только недавно пришёл и увидел момент пробуждения девушки. — У всех Ханагаки головы чугунные? Это не поддаётся логическому объяснению.       Нобуко улыбнулась, прикрыв глаза. Она сама в шоке, ей видимо просто повезло, что рука Баджи дёрнулась, когда цель резко поменялась. А вот Такемичи правда бессмертный, Нобуко выбрала не ту стязю, но собирается тянуть её до конца, пока не добьётся своего, или пока не сдохнет. Что-что, а этого она не знает, она знает о всех смертях, но не знает за свою, про сестру Такемичи ничего не было сказано, и была ли она вообще. Ошибка ли она, или тот кто своим появлением предполагает изменения в привычном мире. Скорей всего. Но, в какую сторону изменять мир, решать уже ей.       — Логики нет, я просто люблю тебя, поэтому и выжила, наверное. — Кисаки фыркнул, что-то вроде: "бред полный", и ушёл из палаты, возвращаясь уже с врачом. Может быть и бред, но такой приятный. Я был готов умереть ради тебя, но выжил и буду и дальше с тобой, ведь люблю – кого бы такое оставило равнодушным? Это ведь не пустые слова, Нобуко и правда была близка к смерти защищая Кисаки, теперь её слова в его глазах отзывались не пустотой, а неким доверием. Нобуко это заметила. Она смогла подтопить лёд и он тронулся с мёртвой точки. Теперь, на её:       — Я люблю тебя...       Кисаки быстро кидал ответ:       — Я люблю Тачибану. — будто напоминая ей... Или себе. Она этого и добивалась, чтобы Тетта начал сомневаться, чтобы путался и терялся не зная, что ответить на её слова, ставшие уже нормой. Будто ложка мёда с чаем каждый день, в одно и тоже время, с одной и той же улыбкой. Это не надоедало Кисаки, ему просто было плевать, сейчас же его это бесило, до жути, до вены на лбу. Дальше Нобуко царапнула глубже – резко прекратила всё это. Без объяснений и лишних слов, Кисаки ей этого даже приказать не успел, с его уст не срывалось заветного: "завались, достала уже", которое бы объясняло резкий молчок со стороны девушки. Теперь эта сова не просто стояла рядом со змеёй, она держала её в клюве и в любой момент могла перекусить. Нервы Кисаки были в её руках, и она дёргала за них, то нервируя, то давая заветную ложку мёда в бочку дёгтя. Да, он любит Тачибану, он так до сих пор считает и напоминает об этом Нобуко, но она то любит его, Тетта в этом уверен, так почему она не говорит этого как обычно? Не может же она так быстро переобуться, Кисаки такого не простит. Однако, Нобуко даже не собиралась переобуваться, ей нравились её "калоши", в которых она сидит, по мнению Тетты. А тот пропустил момент, как его посадили на длинный поводок. Зато это видели остальные, тот же Ханма обратил на это внимание, изменения были на лицо. Кисаки начал многое Нобуко спускать с рук и меньше подставлять её под удары, хотя раньше ему было глубоко плевать на её состояние.       — Я люблю Тачибану. — в который раз роняет Тетта на слова Нобуко, не шевелясь пока она мягко обнимает его за шею и трепетно целует в челюсть и подбородок.       — А я тебя люблю, и очень сильно. — она уже сама в это верит, давно поверила, от того так волнуется, имея возможность прикоснуться к Тетте. Хоть и без ответа, но всё равно, то что он не отвечает на ласки, не значит, что его тело не реагирует. Возможно, тело как-раз таки куда честнее хозяина. Пуска Тетта не даёт пересечь черту, Нобуко понимает, что близка к тому чтобы эту черту стереть. Она готова заставить Кисаки влюбиться в себя любыми способами, и сейчас она как никогда раньше близка к этому. Его доверие у неё, нервы крепко намотаны на кулак, тело в открытом доступе для неё, если не пробьётся в сердце, привяжет к себе и сделает зависимым. Как это неосознанно сделала Хината. Нобуко собирается занять её место. Спасти Кисаки и остаться с ним став той, кто ему не откажет. Нобуко понимала, что если бы шла против Кисаки, со своими знаниями могла бы спасти много людей, возможно, но она хотела изменить зависимого человека. Стать луной и затмить собой солнышко в виде Хинаты, застелить Кисаки собой глаза и спасти брата с остальными тем что перетянула бы внимание главного злодея на себя. Она решила остаться на другой стороне с Теттой и спалить мост, оставив там Тачибану и Такемичи в спокойствии. Может быть, раньше она бы просто убила Кисаки облегчая брату жизнь, но не сейчас, когда сама привязалась, а может и правда влюбилась. Она не брала чувства из воздуха, говоря о любви к кому-то в какой-то момент и правда влюбишься, так с ней и случилось.       Нобуко понимала, что всё может закончиться за считанные секунды, но её ноги сами кинулись вперёд и схватили Кисаки, сбивая с ног вырывая прям из-под колёс грузовика. Её сомнения могли стоить жизни, которую она хотела спасти. Правда, очень хотела. Несмотря ни на что.        — Уходим, скорее. — попросила Нобуко, поднимаясь и чувствуя как Кисаки дрожащей рукой схватил её за руку, даже не споря, просто быстро уходя с ней, пока перепуганный Такемичи отвлёкся на перевёрнутый от заноса фургон. Скрываясь на крыше небоскрёба Нобуко тяжело выдохнула и услышала тихий, истеричный смешок Кисаки.       — Я не понимаю, ты как Такемич-чи путешествуешь в будущее что-ли? Ты знала, что я мог умереть? Ты всё знала? — Нобуко кивнула, хотя Тетта кое в чём был не прав, в будущее она не умела прыгать, она просто видела всё это на страницах манги. Однако, что будет дальше ей неизвестно, она спасла злодея, который должен был погибнуть и дать ход настоящему боссу, с первых страниц прячущийся в его тени, но сейчас всё поменялось. И по лицу Кисаки понятно, что не в лучшую сторону изменится эта и так страшная история. Смертей наверное будет только больше.        — Тетта. — позвала Нобуко подходя и парень оглянулся, ничего не делая и позволяя ей взять его побитое лицо в ладони. — Я люблю тебя. А ты?       Кисаки несколько секунд молча смотрел в большие синие глаза Нобуко, которая пальцами очерчивала его скулы и ждала его слова. Она хотела понять, что ей делать дальше, для этого нужно решающее слово Кисаки. Приговор. Тетта чуть схмурил брови и сжав запястья девушки пальцами, отвёл её руки от своего лица в стороны, отходя к краю, смотря на восходящее солнце.       — Я... Люблю Хинату. — спор с Ханагаки на парковке его только сильнее в этом убедил и Кисаки будто осознал, что всё это время заблуждался. Его чувства к Нобуко неправильны, он любит только Хинату, готов и дальше за неё сражаться. Нобуко медленно, очень медленно подходя, спросила:        — Ты продолжишь добиваться её, хотя и узнал правду? Продолжишь... Идти по трупам? — Кисаки кивнул, сам себе оглашая приговор. Нобуко поджала губы, вытирая слёзы. Всё чего она добивалась было зря, он не хочет оставаться с ней на своей стороне, и будет и дальше строить мост из трупов других, чтобы потом разочароваться и добавить Хинату в число трупов в то время как рядом с ним есть та кто любит его. Пускай изначально Нобуко говорила "люблю", обманывая Кисаки, тогда это был её план, но не сейчас. Она его так любит, и ей больно от осознания, что её старания прошли мимо него. Нобуко хочет чтобы Кисаки остался с ней, но если продолжать так и дальше, будет лишь больше жертв. Она не учла, что тьму привлекает свет, возможно Нобуко выбрала не ту тактику становясь тьмой, которой в Тетте и так предостаточно. Ему нужен кто-то светлый и чистый. Она в его глазах уже не такая. Есть только один способ это изменить...       — Тетта... — парень оглянулся и тут же расширил глаза, чувствуя как его с разбегу схватили и сбили с ног. В ушах свистел ветер, небо будто собиралось упасть на них, как быстро они приближались к земле, Кисаки не видел, перед ним было заплаканное лицо Нобуко, которая закрыла глаза в улыбке и прижалась к нему. — Я люблю тебя... Очень сильно...       Поэтому и умру вместе с тобой. Если оставлю тебя в живых, ты причинишь много боли моим родным, которых я старалась защищать, если убью, долго с этим не проживу. Попробуем сначала... Нобуко не собирается сдаваться... Очнувшись на кровати, девочка схватилась за голову и тяжело дыша повернулась, смотря на развалившегося рядом Такемичи, который спал прям в одежде, с плащом и зачёсанными наверх волосами.       Всё началось с начала...       И так будет постоянно пока её цель не выполнится... Пока она не спасёт Кисаки, не обрекая этим жизни других на гибель...