Путь Ночного зверя Конохи

      На фоне шелеста был слышен лишь стук ботинок о толстые ветви деревьев. С каждым шагом лес становился все гуще, листва закрывала почти весь свет, образуя полумрак, будто солнце уже зашло за горизонт, но луна еще не появилась на темнеющем небе. А ветви становились все ближе и ближе друг к другу. Рен бежала в сторону границы леса, где ее уже давно ждали новые сокомандники.       Слабый ветер колышет ее волосы и листву, что издавала приятный успокаивающий звук, но усмирить быстро колотящееся сердце не удавалось. Поставленная задача, в виде выполнения выдуманного задания, не давали ей насладиться прохладой тенистого леса. Но вскоре помимо шелеста послышались посторонние шаги, причем довольно быстрые. И они становились все громче и громче, настигая Рен со спины. Сомнений о личности преследователя не было. За ней гнался Какаши.       Еще какое-то время Рен бежала, прислушиваясь к шагам, оценивая расстояние, и будто задумавшись о чем-то, но в какой-то момент она резко остановилась на одной из веток. После этого Какаши не составило труда сократить расстояние, он решил одним прыжком приблизиться и остановить новую ученицу, помешать выполнить проставленную им же задачу. Как только он совершил задуманный рывок, Рен откинулась назад, будто падая с ветки спиной, но та не уходила из-под ее ног. Стоило ее телу принять горизонтальное положение, как Рен оттолкнулась от своей опоры, поджав ноги, и вскоре оказалась за спиной Какаши, с огромной скоростью долетев до ветки, на которой тот стоял пару мгновений назад. Схватившись руками за нее, Рен обернулась вокруг и вновь твердо стояла на ногах, снова спиной к наставнику.       Достигнув места, где он рассчитывал схватить девочку, Какаши обернулся и заметил задумчивое и уж слишком сосредоточенное выражение лица и пристальный взгляд ученицы, что уже сидела на одном колене, повернувшись к нему, пока ее рука лежала на сумке с кунаями, было не сложно догадаться, что она что-то задумала.       Казалось, что трюк, проделанный Рен, ничуть не удивил джонина, он был спокоен, настолько, что это могло напугать, но точно не его новую ученицу, ведь она сама постоянно ходила с таким же выражением лица, даже в разгар боя. А в воздухе витал дух новой битвы, подогреваемый лишь опустившей голову Рен, что явно настраивалась на предстоящий бой.       В ожидании очередной атаки ученицы Какаши провел чуть больше минуты, ему показалось, что время тянулось слишком долго, и вскоре это начало утомлять. Но вот долгожданное нападение состоялось. Рен бросилась на наставника с огромной скоростью, держа в руке кунай, а ветка, на которой она стояла, затрещала, и по ней поползли трещины, еще немного и она бы сломалась под напором сильного толчка.       Какаши выжидал. Он покорно наблюдал за каждым движением Рен, а сам не посмел шевелиться, застыв на месте. Могло показаться, что, если джонин продолжит вести себя таким образом, то Рен удастся его поразить и даже ранить, но позволить такому случился, Какаши не мог. Только в самый последний момент он сделал лишь один шаг в сторону, увернувшись от прямолинейного удара. Коснувшись ногой ветви, на которой стоял наставник, девочка тут же развернулась, снова направившись в его сторону, не сбавляя скорость. Было не сложно догадать, что с этой силой Рен управлялась очень умело и явно уже долгое время практиковалась в ее использовании, потому что все ее тело двигалось будто интуитивно, исполняя ее желания без какой-либо задержки или «минутки на подумать», будто это было заложено в ее генах, как инстинкты. И снова выпад. Но на этот раз Какаши не стал выжидать распоследнего момента, а быстро, будто одним движением, обогнул несущуюся на него Рен и схватил ее за запястье, тем самым остановив ученицу. Он поднял ее, вытянув за руку, так, что ноги перестали касаться ветки, и девочка повисла над землей. Сильно сжатое запястье не смогло больше держать оружие, и кунай выпал из ее хватки, полетев вниз.       Уже через несколько мгновений острое лезвие вонзилось в землю. В то время Рен лишь беспомощно болтала ногами и озлобленно смотрела на нового наставника, но не принимала никаких попыток к освобождению.       — Та техника… — начал спокойно говорить Какаши, смотря ученице в глаза. — Она ведь требует много чакры, да? Ты сильно вымоталась из-за нее. Сдайся и не трать оставшиеся силы.       Ответом для него стали лишь молча оскаленные зубы. Злобный оскал точно не добавлял ее детскому, хоть и вечно безразличному лицу миловидности, а только подчеркивал, будто уставший взгляд и темные мешки под глазами. Рен опустила голову, и могло показаться она отчаялась, не находя выхода из сложившейся ситуации, но это было ошибочным выводом. Она резко начала раскачиваться и вскоре смогла достать ногами до ветки. Этого было достаточно, чтобы совершить очередной рывок и освободиться из хватки наставника. Какаши только и успел заметить, что в ее глазах засветился ярко-желтый бураинган. Рен отлетела в сторону и вскоре, перевернувшись в воздухе, оказалась на земле. Не прошло и пяти секунд, как она сорвалась с места в том же направлении, что и бежала раньше.       «И снова подалась в бега… — подумал Какаши, спустившись с дерева. — Ну хоть этот небольшой тест прошла».       Джонин оказался прав, бежать так же быстро, как Рен делала до первой стычки с наставником, она уже не могла. Силы стремительно заканчивались, а до границы леса было еще далеко. Рен бежала изо всех сил, но этого, к сожалению, было недостаточно. Какаши не потребовалось много времени, чтобы догнать уставшего генина, не прилагая почти никаких усилий. Он быстро настигал ученицу, как бы она не старалась ускориться или скрыться за деревьями.       Скоро в сторону Рен полетело несколько кунаев, которые она с легкостью отбила, остановившись и повернувшись лицом к наставнику. Бежать дальше не имело смысла, потому пришлось согласиться на очередной поединок. Кунаичи начала было складывать печати для какой-то техники, чтобы закончить вновь начавшийся бой как можно быстрее, но Какаши опередил ее, намереваясь сделать то же самое. Неожиданно он оказался за ее спиной и одним резким ударом подсек ей ногу, после чего девочка рухнула на землю. Джонин снова схватил ее за запястье, оттянув ей руку, а другую заломал, прижав к ее спине ногой, вжимая в землю, от чего Рен скривилась и тихо что-то помычала. Как бы она не пыталась освободиться, Какаши прилагал все больше силы, давя на спину, прижимая заломанную руку еще сильнее. Девочка только и могла, что озлобленно смотреть на наставника из-за плеча, пока в ее глазах не потухал бураинган, что так сильно выделялся в полумраке леса.       — Так ты только сильнее вымотаешься, — спокойно проговорил Какаши, навалившись всем телом, на ногу, которой он прижимал ученицу к земле. — Может, хватит?       И снова ему ответили, а только впивались взглядом в него все глубже и глубже, будто это был тот свирепый зверь, в которого превратилась Рен, использую какую-то неизвестную Какаши технику. Но несмотря на свое, казалось бы, безвыходное положение, девочка явно не собиралась сдаваться. Хоть она и не принимала явных попыток к освобождению, что-то странное привлекло внимание джонина. Она накапливала чакру.       Не прошло не больше пару секунд, как Рен сложила одноручную печать противостоянии, высвобождая сконцентрированную чакру. В тот же миг по всему ее тело пронесся электрический ток. Технику можно было бы назвать бесполезной или даже опасной, ведь стиль молнии, запертый внутри шиноби, мог нанести вред, но у нее была особенность. Ток передавался через прямой контакт с кожей пользователя, что и произошло. Держа ученицу на правую руку, не закрытую бинтами, в отличие от левой, молния прошла и через него, издавая неприятный, но очень знакомый для Копирующего ниндзя.       «Молния?.. — пронеслось в его голове, стоило слабой боли пронзить его тело. — Разве в документах не упоминалось, что она предрасположена к стихии ветра… Не слишком ли рано для двух природных стихий?..».       Стоило Какаши оставить все эти раздумья, как техника спала. Она не продлилась и пары секунд. Неужто накопленной чакры было недостаточно? Или техника была настолько затратной в этом плане? Не понятно. Но дыхание, тяжелое и хриплое, на столько, будто выдохшейся Рен, что лежала на земле, не давали воду в течение нескольких дней, оставалось фактом. Какаши ослабил хватку, он больше не сжимал ее запястье до посиневших кончиков пальцев уже обмякшей в его ладони руки, не наваливался на ее спину всем весом, давая возможность отдышаться и хоть немного перевести дух.       Прошла минута, но поверхностные вздохи не прекращались, хоть и стали тише и спокойнее. Теперь они прерывались лишь на короткие приступы хриплого кашля       — Так и продолжишь себя мучить? — нахмурившись, спросил Какаши. — Сколько еще чакры ты готова потратить на эти бесполезные поединки? Сдайся!       Уже такое привычное молчание в ответ. Но джонин понимал, что она бы сказала, если все же прервала молчание.       «Нет!»       Пока наставник тратил время на то, чтобы убедить девочку прекратить сражение, она продумывала план. И он был готов, стоило ему закончить говорить. Рен резко выпрямила ногу, ударив сенсею в ладышку, будто возвращая тот прием, совершенный им ранее, тот, из-за которого она сейчас лежит на земле. Эта неожиданная атака не была сильной, но этого хватило для того, чтобы выбить Какаши из равновесия. Он пошатнулся и сделал лишь один шаг назад, чтобы устоять на ногах, но освободив при этом Рен. План сработал так, как и должен был.       Воспользовавшись, созданным ей же моментом кунаичи оттолкнулась от земли руками и ногами и уже через несколько мгновений скрылась за деревьями и кустами, что стали значительно реже. Это могло значить только то, что граница леса была совсем близко. До поставленной цели оставалось совсем немного.

***

      Солнце начало понемногу сходить с голубого почти безоблачного неба, что дало понять, что время истекало. Осталось где-то чуть больше получаса.       Так и не восстановившееся дыхание значительно затрудняло бег. Хотя и бегом то было назвать сложно, скорее быстрый шаг, прерываемый камнями и ветками, которые почему то именно сейчас начали путаться под ногами. Такими темпами убежать от наставника Рен не сможет, он быстро ее догонит и снова попытается остановить, а сквозь стволы деревьев уже виднелась сама тренировочная площадка. Она была совсем близко. Но, конечно, джонин ни за что бы не согласился так просто отпустить ее и позволить спокойно добраться до остальных ребят, потому уже через пару минут Какаши настиг ученицу.              Как только он приблизился. Рен, не медля ни секунду, набросилась на него с новой атакой, но так была слишком примитивна. Обычным ударом кулаком джонина не одолеть и даже не задержать, потом ему не составило труда остановить его и не собирался отпускать. Кунаичи всеми силами вырывалась, но это было бесполезно.       — Хватит, Рен. — спокойно и серьезно произнес Какаши, стараясь посмотреть девочке в глаза. — Время на исходе, у тебя практически не осталось сил.       Она оставила свои никчемные попытки освободиться. Ее плечи устало опустились, и плотно сжатый кулак уже не впивался пальцами в ее ладонь.       — Как бы ты ни старалась не подавать виду, я вижу, что ты вымоталась, продолжил свой серьезный монолог Какаши, но его прервали.       — Но время еще есть… — не понимая головы, тихо проговорила Рен, перебив наставника. — Я могу продолжать. В ответ джонин лишь вздохнул и снова заговорил, но еще серьезнее, чем до этого:       — Нет. Закончим на этом. Я не буду продолжать.       Только после этого девочка подняла голову, и только сейчас Какаши мог нормально осмотреть ее лицо, ведь до этого они бились, и она лишь мерцала перед его глазами. Темные мешки под глазами, отрешенный взгляд светло-зеленых возможно чуть серых глаз, бледная кожа и, кажется, всегда слегка сведенные к переносице брови. Это первое, что бросалось в глаза, когда смотришь на нее. Он так бы и продолжил вглядываться в ее лицо, будто пытаясь найти в нем ответы на вопросы, что возникли у него во время тренировки, Рен быстро заметила, как ее рассматривал наставник, она тут же отвернулась немного насупившись. Тогда Какаши уже мягче произнес:       — Пойдем. Думаю, ребята уже заждались.       Не говоря ни слова, девочка последовала за сенсеем, стоило ему направиться к границе леса. Она не казалась расстроенной или раздраженной из-за того, что задача выдуманной миссии не была выполнена, но на ее лица застыло какое-то странное выражение, значение которого Какаши никак не мог разгадать, как и то, куда направился ее поток сознание. Он видел, что мысленно его ученица находиться уже очень далеко отсюда, вне настоящего времени и места.