What's In Your Head, Zombie ?

Всё началось с того, что он не ответил на звонок. Он не пришёл в школу, хотя вчера мы как обычно прогуливали физру и читали комиксы. -Что ты будешь делать, если меня не станет?- спросил он. -Не знаю, наверное повешусь в школьном туалете на лифчике той сучки из параллели,- ответил я. Мы смеялись. Но на следующий день он не пришёл. А потом и на другой. И он всё ещё не отвечал на звонки. Я начал переживать. Через какое-то время в школе сообщили ужасную новость. -Ваш одноклассник Фрэнк Айеро погиб в результате ссоры с отцом. У меня случилась паническая атака тогда, я выбежал из класса в туалет. Меня вырвало. Несколько раз. Похороны были отвратительными. Я увидел его тогда в последний раз. Его лицо, которое обычно было солнечным и жизнерадостным, теперь стало белым и мёртвым. Губы, которые обычно были растянуты в улыбке до ушей, теперь превратились в безжизненную, ровную линию. Его глаза были закрыты, но я уверен, они были такими же мёртвыми. "Тебе было больно, Фрэнки?" Думал про себя я. От мысли что ему было больно мне становилось очень плохо. Это был Фрэнк Айеро. На его плите было написано "любимый сын, друг и талантливый гитарист". Он был таким, да, но так же он был добрым, замечательным, самым лучшим и самым дорогим что было в моей жизни. После похорон я впал в некое состояние амёбы в спячке. Я не ел, не двигался, я даже блять не спал. -Джи, родной, ты в порядке? - заходила иногда мама. Она ни разу не получала ответа. Только где-то через месяц я разрешил Майки заходить ко мне. Мы вспоминали его, разговаривали, плакали. Они были хорошими друзьями, несмотря на то что подкалывали друг друга. Майк очень помог мне тогда. Через какое-то время я вылез из своей "пещеры". Мама и папа думали что я в порядке, но это было не так. Я все ещё не могу спокойно реагировать, когда меня называют как он назвал меня. Я все ещё не могу посещать те места где мы с ним были. Только Майки и Рэй могли понять меня. Первое куда я отправился выйдя из своей "пещеры"- это на кладбище, чтобы навестить его. Его портрет на плите был холоден, как и земля, а которой он лежал. Я поговорил с ним, поплакал, повспоминал и немного успокоился. Я верил что он нашёл покой. Но это оказалось не так.