«Девять сотен рентген за бортом»

«На заре голоса зовут меня. На заре голоса зовут меня. На заре небеса зовут меня. На заре…»

Громады деревьев окружали бойцов. Свет ещё пробивался, ибо они ещё находились на краю Великого Леса. Впереди темнела чаща. БТРы остановились бок о бок. На землю спрыгнул командир и уставился в экран наручного устройства. Потом он посмотрел на чащу и жестом показал глушить двигатели. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом деревянных гигантов. Но мозг начинал додумывать новые звуки. Шустрый мотнул головой и зажал кнопку на шлеме — Нам надо ехать туда, но мне это категорически не нравится. Короче, Бойцы! Приказ таков: перезарядить все оружие, установить ИК, ПНВ, тепловизоры. И да. Поешьте, путь будет тяжёлым, без остановок, а вы не завтракали. Так, Шишка, раздать всем сухпайки! — Есть! — прозвучал женский голос, приглушенный чьей-то руганью. — Так, экипаж 216, что у вас происходит? — обернулся командир к их БТРу, из которого вылетела Шишка. Из других БТРов начали выползать остальные, чтобы посмотреть что же таки происходит. Тут из 216-го выпрыгнули две рыжие бестии. Это были Лиса и Зверь. У первой из смещенного носа текла кровь, у другой был порез в пол плеча. — Так! Что здесь происходит? — закричал командир — А ну отставить! Но его не слушали. Тут девушки потянулись к оружию. Но сделать это им не удалось. Лису с ног сбил Пух, налетевший на неё словно товарняк, а Зверю прилетело с ноги в сонную артерию от Енота, от чего та мгновенно обмякла. Пух уже вставал с пришибленной и связанной Лисы, когда подлетел Шустрый. Каким-то образом мадам умудрилась расцарапать здоровяку лицо. — Это что за нахрен?! — орал командир — Вы совсем охренели?! Пух в это время уполз к Еноту, который притащил аптечку и флягу. — Да ну нахрен этих баб! — прошептал Пух товарищу. Енот не ответил, лишь отвинтил крышку и отхлебнул. Его тут же перекосило. — Ух мля… — все что он смог сказать. Пух взял флягу и спокойно выпил четверть тары. И тут к ним повернулся командир. Они синхронно опустили забрала-маски и спрятали флягу за спину. Командир на них злобно зыркнул, но ничего не сказал. Он взял у Пуха флягу и сам отпил. — Эту — он указал на Зверя как только пришёл в себя после содержимого фляги — Ко мне! А Лису развязать и на место. И да, остановите ей кровь, а то она бледнеет! — Шустрый взял Падре и ушёл к останкам оси. Шишка раздала всем пайки, которые бойцы начали поедать уже через мгновение. Енот и Пух выдохнули и, сняв шлема, пошли к Лисе. Та неодобрительно посмотрела на здоровяка, но не сопротивлялась. Пух осмотрел её нос и хмыкнул. — Это ж как она так умудрилась тебе ударить? — Руки длинные — пробубнила Лиса. — Так, говорю сразу, будет больно, анестезии нет. — обратился дозиметрист к рыжей водительнице. — Пофиг, жги! — сказала та и зажмурилась. Пух резким движением вправил ей нос — Ааааа! Лять! Больно! — заорала Лиса. — Я предуп… — договорить он не успел. Из чащи раздался оглушительный пробирающий до мозга костей вой. Оставив еду, все повыхватывали оружие. Даже Лиса забыла про боль, вскочила, но вспомнила, что у неё связаны руки. Пух, не оборачиваясь развязал узел. Девушка скинула верёвку, вставила вату в нос и вскинула свой пистолет. Тут же в эфире раздался запинающийся голос Шустрого. — Всем в-в машины! Все молча, подхватив пайки, медленно и тихо забрались в свои БТРы. Енот забрался в ближайший. Как только он закрыл за собой и Пухом люк, к ним повернулся командир с ужасом в глазах. — Вы Зверя забыли! Два друга переглянулись. Енот вскинул АУГ, Пух снял с крючка свой автомат. — Я прикрываю, ты её вытаскиваешь. — Я тогда у пулемёта — сказал командир. Енот выскочил из люка и осмотрелся. За ним высунулся здоровяк. Енот обернулся и, увидев кивок товарища, двинулся вперёд. Он дошёл до девушки и начал было приводить её в чувства как услышал в рации. — Енот, не д-двигайся. Приказ был выполнен беспрекословно. И тут он услышал рык над головой. — Не поворачивайся. — сказал Пух. — А я че нахрен делаю — прошептал Енот. — А теперь тихонько, как маленькая сука мышка, ты поворачиваешься, медленно начинаешь двигаться ко мне и ныряешь под БТР — проговорил дозиметрист, прицеливаясь. — Звучит как полный бред! — хмыкнул командир 105-го БТР медленно разворачиваясь к головной машине. — Готов? — здоровяк снял автомат с предохранителя. — Естественно! — он приготовился и рванул к БТРу, нырнув под него рыбкой. Тварь было дернулась за ним, но тут загрохотали сразу три пулемёта и пара автоматов. Енот выполз с другой стороны, залез на броню и только сейчас увидел тварь. Огромная облезшая туша с частично сгнившей плотью. Сломанные ребра в некоторых местах разрывали остатки шкуры и из-под них виднелись подгнившие органы. Из пасти твари торчали огромнейшие зубы размером с мачете. Глаза давно вытекли. Это был огромный волк, порядка десятка метров в длину и около шести метров в холке. Тварь ориентировалась по звукам и запахам. Пулеметные очереди особого вреда твари не нанесли. Но дали бойцу возможность добраться до БТР. Енот собрался залезать в БТР и тут тварь таки сообразила, что есть и добыча, которая не огрызается свинцовым градом, и она как раз лежит под лапами. Огромная туша извернулась и подхватила девушку. Командир, не желавший отдавать твари бойца зажал гашетку. Но тем самым только приблизил и так скорую смерть рыжего техника. Видимо он все-таки нашел ещё не до конца атрофированный нерв и попал в него. Псина от боли сжала челюсти. Раздался хруст костей и вопль. Туша скрылась, оставив часть бойца на земле. Енот рванул к ней. Выползли и остальные. Рвотный комок стоял в горле от вида. У Зверя ниже пояса за исключением кровавого месива из костей и остатков органов не было ничего. Слезы и кровь текли по бледному лицу умирающей. Она что-то шептала, уже вряд ли осознавая, что происходит. Командир 105-й машины сел на корточки и обхватил голову. Все стояли в тишине. Лиса уткнулась в Шустрого. Стояла гробовая тишина. И тут раздался выстрел, оборвавший мучения рыжеволосой девушки. Дозиметрист опустил дымившийся глок. — Чтоб не мучилась — с хрипом сказал он. Мышь похлопала здоровяка по плечу. — Все правильно… Все правильно. Пух молча подошёл к своему закадычному другу Еноту, поднял его и повёл к БТРу, доставая флягу. — Мышь, Шишка, Лиса, Кошка… Кхм… Ваш боец, хороните быстрее, иначе хоронить придётся больше — грозно сказал командир и развернулся к остальным. — Бойцы! Привести все в боевую готовность и занять круговую оборону! Он ушёл в свой БТР. За ним ушли Падре и Малой. Все начали расходиться, а женский экипаж начал рыть яму. По щекам девушек текли слезы. Лишь Мышь была холоднокровна. Она сняла с погибшей жетоны и закрыла уставившиеся в небо глаза. Постояв с минуту над холмиком, девушки ушли в свою машину. Колонна тронулась.