Я помню эти вечера...

Я долго зрел для сих речей И думал, сто́ит ли игра свечей. И вот теперь, при свете дня, Ты молча выслушай меня. Я часто тёмными ночами В кошмарном корчаюсь бреду И слышу голос твой печальный. Но чем помочь теперь могу? Засну ли я, проснусь с тобой? Услышу ль запах я родной? Как знать! На то не наша воля, Не выбирать нам наши роли. А жизнь моя так быстро Вспыхнула огнём от искры! Была тому виною ты, Хоть и бежала от войны. Все мысли заняты тобой: Глаза закрыты пеленой, В ушах звенят твои слова. Душа колышется до дна! Люблю, люблю! et cetera... Я помню эти вечера, Когда на кухне мы вдвоём Сидели. И огнём Горели щёки у меня: Всё не привыкну, что любя Ты, голову склонив, глядишь И шёпотом мне говоришь О жизни, о любви, делах; Как ты сидела на пирах, Как ты о ком-то горевала... Потом ты чаю наливала В рюмки. Мы пили, тост произнеся За то, что встретились. Ты вся Уже пропахла домом, И этот запах мне родной. Но вот уж говоришь с укором, Что мне пора к себе домой. Послушно куртку надеваю, Смотрю: не хочешь отпускать. Я снова голову теряю! Но выхожу за дверь. Опять На улице темно. Я понимаю, что давно Тебя по свету я искал. С другими счастья попытал, Но лишь тебе принадлежу. И без тебя не проживу Теперь, когда я знаю, Что в жизни счастье есть. Мне хочется уже так чаю В твоей квартире! Просто сесть И выплеснуть всю боль наружу, Переворачивая душу Тебе и мне. Мне выпала большая честь С тобою жить, с тобою знаться, Тебя любить, и попытаться Твоё мне сердце покорить. В любовь до гроба я не верю И клясться в том тебе не смею, Но каждый взгляд и каждый вздох Подёрнут дымкой сладких снов.