Закон притяжения. Сближение сердец.

Летний ветер задумчиво теребил занавески. Страницы оставленной на столе книги перелистывались одна за другой. За окном уже во всю светило солнце, окруженное перистыми облаками, медленно плывущими по небу. Время близилось к полудню. Смятым комом на кровати лежало тёмно-синее в белых звёздах одеяло. Созвездия, нарисованные на потолке, переливались от случайно заглянувших в комнату лучиков солнца. Комната старшей из детей была погружена в творческий хаос. Нежно-салатовые стены увешаны различными рисунками. Скомканные листки заполонили всё пространство у рабочего стола. И только стаканы под завязку забитые карандашами стройным рядом стояли у его ближнего к стене края. Рядом на стуле небрежно лежала голубая джинсовка с торчащим из кармана блокнотом. Сегодня утро выходного дня началось поздно, впрочем как и всегда. Вся семья дома, причин для спешки нет. Каждый сполна наслаждался лениво ползущими минутами летнего утра. Питер и Мелинда, так и не переодев пижам, спустились в гостиную на поиски кота. И судя по звукам, они увенчались успехом. Из комнаты попеременно раздавались детский смех и воинственный мяв кота, отчаянно сражающегося с очередной игрушечной мышью. Иногда хозяйке дома, Изабелле, казалось, что дети – единственная причина, почему их кот всё ещё пролезал к кошачью дверцу. Пушистый прохвост не так давно, но весьма прочно вошёл в их жизнь. Теперь даже сложно представить те времена, когда их семья была лишена его обаяния. Большие ярко зелёные глаза с неизменным упорством выпрашивали у каждого живущего на их улице Высоких Клёнов всевозможные лакомства. Отказать коту было просто невозможно. Напротив гостиной, в которой играли дети, находилась кухня. Там их мать уже во всю готовила завтрак. Шкварчала сковорода, подкипал чайник, а по дому во все стороны разносился аромат домашней выпечки. Дети то и дело выглядывали из-за дверного проёма, чтобы вдохнуть сладкий аромат яблочного пирога. Резкий стук в дверь. Детский смех в тот же миг оборвался. Изабелла у плиты вздрогнула и напряженно взглянула на по-взрослому серьезных детей. Мир, такой теплый и уютный, разбился, разлетаясь на осколки. Уже больше года как они переехали из Норвегии в Англию. Целые пятнадцать месяцев как пропала необходимость спешно сниматься с места при малейшем подозрении на слежку. В те времена каждый стук звучал им набатом, играя на оголённых после потери главы семейства нервах. Роберт погиб больше трех лет назад, но иногда Изабелле казалось, что это было только вчера. … С первого этажа поместья раздался звон стекла и шум взрывов. Грубые мужские голоса выкрикивали странные слова. Дверь в детскую прогибалась от зверских ударов. Мелко трясся комод и шкаф, спешно придвинутые общими усилиями к проходу. Дети забились под стол, стоящий у окна. Старшая крепко обнимала брата, то и дело, гладя его по голове, шептала что-то на ухо. Изабелла замерла между столом и дверью, крепко держа в руках литой напольный торшер. Она была готова стать последней преградой на пути к своим детям. Шансов выжить после нападения неизвестных немного. Но пока дверь цела, они — были. — Лесли, мы его схватили! Уходим, — раздался снизу чей-то грубый голос. — Они свидетели! Грохну и приду, — рыкнули в ответ из-за двери. Очередной удар нечеловеческой силы сотряс дверь. В верхней части появилась медленно ползущая вниз трещина. Ещё немного и они столкнутся с этим Лесли лицом к лицу. Изабелла оглянулась и с тревогой посмотрела на детей. В глазах Питера стояли слёзы. Он все ближе жался к сестре, крепко сжимая в руке потрёпанного плюшевого динозавра. Мелинду била мелкая дрожь. Но взгляд, которым она смотрела на мать, пугал. Откуда такая несвойственная её возрасту смесь страха, ярости и решимости. Что же она задумала? — Я сказал уходим, — громкий бас, леденящим ветром пронесся по поместью. — Цель у нас. Нет причин задерживаться. — Ар-р-р, — громкий удар кулаком был полон гнева и раздражение. — Иду! — Так то лучше, Лесли, — холодный, пробирающий до мурашек голос был полон удовлетворения. Неужели и правда уйдут? За дверью были слышны лишь удаляющиеся шаги. Шум на первом этаже тоже стихал. Похоже они забрали то, зачем пришли. Но что же это было? И жив ли глава семейства, оставшийся с ними один на один? — Роберт, — прижав руку к губам тихо всхлипнула Изабелла — хоть бы жив… — Мам, может… — тихо спросила Мелинда. — Нет, дорогая. Сейчас ещё слишком опасно — мотнула головой Изабелла. В воздухе блестнули непролитые слезы. Сердце рвалось вниз, но дети. Она не могла рисковать ими и верить этим бандитам на слово. Они подождут, хотя бы немного. Спустя некоторое время Изабелла спустилась вниз. Дети, робко оглядываясь по сторонам, шли за ней. Повсюду валялась разрушенная и перевёрнутая мебель, куски штор, осколки от ваз. Изабелла тревожно осматривала полуразрушенный дом. Они нашли его, но было слишком поздно. Роберт лежал на полу, стеклянными глазами смотря в потолок… Первые два года были похожи на страшный сон, ночной кошмар, воплотившийся наяву. Дети часто плакали. Старшая молча, в одиночестве глотая слезы, а младший во сне то и дело начинал кричать. Потом слезы закончились и пришла пустота. Иногда ее сменял страх. Особенно в те недели, что их преследовали кредиторы, объявившиеся на следующий день после похорон. Они утверждали, что Роберт был должен им денег, но кроме слов не могли ничего предъявить. Впрочем, это им не мешало угрожать семье, прибегая к насилию. Каждый раз, когда раздавался стук в дверь, они снимались с места, убегая, схватив так и не распакованные вещи. А за дверью стояли странно одетые люди и выражение их лиц было очень далеко от соседского дружелюбия. С того страшного дня их жизнь пошла под откос. Сейчас же никто не знал о них. В Англии они были самой обычной семьей, живущей на улице Высоких Клёнов. Изабелла работала в университете, дети ходили в школу, а на двери висел колокольчик. Его заливистый звон не так сильно напоминал о прошлых скитаниях. Однако некоторые умудрялись его игнорировать. Впервые за последнее время они могли жить, без оглядки по сторонам. Даже успели завести кота и обжиться дома. Дети стали спокойнее, чаще улыбались. Не изменилось лишь одно — стук в дверь, неизменно вызывающий страх и ожидание чего-то плохого. Раздался повторный стук и звон колокольчика. Похоже ранний посетитель не отличался терпением и был чем-то крайне недоволен. Кто же это мог быть? Причин для волнения не было, но даже учитывая, что их тут никто не знал, пускать незваного гостя в дом было бы верхом неразумности. Жестом отправив детей в гостиную, Изабелла взяла скалку со стола и мягкими шагами приблизилась к окну у двери. Сквозь промежуток между плотной занавеской и окном был виден их незваный гость. Мужчина. Темные, доходящие до плеч волосы собраны в низкий хвост. Одет во всё черное. В руках темно-коричневая кожаная сумка-портфель. На их преследователей он не похож, но и на разносчика газет или молока тоже. Да и почтальон из него какой-то мрачный. Что же ему здесь надо? — Кто там? — собравшись с духом, спросила Изабелла, решив, что гость всё же не представляет той же опасности, что и их преследователи. Возможно он из университета? При приеме на работу ей пришлось указать домашний адрес для обратной связи. В ожидании ответа она настороженно смотрела на дверь, между бровей пролегли строгие складки. Все же торопиться открывать дверь, не узнав цель визита, было бы глупо. А хваленная английская вежливость, последнее, что им нужно, сложись ситуация в самом неблагоприятном для них ключе. — Кхм, — раздалось за дверью нечто невнятное, но очень удивленное, судя по интонации. — Вы не могли бы открыть дверь? Я привык разговаривать с собеседником лицом к лицу. Никак не с дверью. — Пока вы не представитесь и не назовёте цель своего визита, сэр, я не вижу смысла пускать вас в свой дом, — спокойно, несмотря на сильное желание приправить свой ответ иронией, ответила Изабелла. Сарказм и некоторая доля раздражения в голосе гостя ей не понравились. Хотя опасения этот мужчина почему-то не вызывал. Это было странно и как-то неестественно. Со стороны двери послышался глубокий вздох. Кажется, её ответ не вызвал у гостя положительных эмоций. — Я – профессор Снейп, преподаю в школе Хогвартс. Если бы вы обратили внимание на вашу вчерашнюю почту, то не могли не заметить отправленное оттуда письмо. Письмо на имя вашей дочери. В котором и сообщалось о моем визите, — в этот раз голос некого профессора был на удивление сдержан и спокоен. Похоже, он понял, что нежелание его пускать может быть вызвано неосведомленностью о его визите. Хм, надо отдать его выдержке должное. Если письмо и правда было, то его раздражение вполне можно понять. — Письмо значит, — задумчиво и немного смущённо проговорила хозяйка дома, оглянувшись на каминную полку. Именно там ещё со вчерашнего дня лежали все их письма. Обычно ничего важного в них не было, поэтому разбирали почту в их семье не сразу, а чаще в послеобеденное время. Да и кто мог им писать? Счета да реклама. Они даже с соседями почти не общались, не то что с кем-то по переписке. Первое время это вызывало пересуды и странные слухи. Но со временем к нелюдимым соседям все привыкли, решив просто оставить их в покое. Из их прошлой жизни адреса никто не знал — это было слишком опасно. После смерти Роберта его семья и вовсе забыла об их существовании. Почему-то им никогда не нравилась Изабелла. — Мэл?! — Да, мам, — из гостиной, настороженно оглядываясь, вышла светловолосая девочка одинадцати лет, держа в руках большого серого кота. На его насупленной морде было написано вселенское недовольство этой жизнью. Хвост пушистого питомца сердито бил по ноге дочери. Мелинда же, полностью игнорируя его возмущения, перехватила кота другой рукой и почесал за ушком. Ответом ей было утробное мурчание. — Глянь, пожалуйста, на каминной полке письма. Этот джентльмен, — мать сделала многозначительную паузу — утверждает, что тебе вчера прислали письмо из школы, в которой он преподает. — Написанное зелёными чернилами, — раздался из-за двери насмешливый голос нежданного гостя. Похоже ситуация из раздражающей стала казаться ему забавной. Спустя несколько минут, сопровождавшихся недовольным мявом кота и шелестом бумаги, Амелинда с торжествующим видом выхватила из стопки письмо. — А ведь и правда зелёные, — удивлённо воскликнула она и помахала конвертом. — И что же там написано? — Изабелла вопросительно подняла бровь. Ситуация становилась все интереснее. — Мисс, читайте, не томите. Пределом моих мечтаний не является стояние под вашей дверью до вечера. — Мы рады проинформировать, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс», — дальше последовало неразборчивое бубнение, похоже Амелинда искала там обещанное уведомление о визите гостя. — О, вот тут! Завтра утром вас посетит наш преподаватель для более подробного разъяснения содержания письма. Также спешим уведомить, что данный профессор будет являться вашим сопровождающим для покупки всего необходимого. При необходимости он может сопроводить вас на платформу, с которой отбывает поезд до школы Хогвартс. — Волшебства? — мать Амелинды недоуменно и удивленно посмотрела на дочь. — Так и написано, — и обернувшись в сторону к двери продолжила. — Зелёным по белому, вот только звучит как-то нереально. —Для вас пока что может и да, — хмыкнул из-за двери уже менее неизвестный гость. — Ты что волшебница?! — раздался громкий голос и из гостиной выбежал семилетний Питер. — Это что правда? Так мне тогда не показалось? Он большими глазами смотрел на маму и сестру, то и дело подпрыгивая от нетерпения. Правда с ответом никто не спешил. Новость больше походила бы на розыгрыш, если бы не профессор, стоявший под их дверью. Спустя долгую, наполненную изумленным молчанием минуту из-за двери раздался голос гостя. — Быть может теперь вы меня пустите, миссис О'Брайен? — А? Да-да, конечно, — рассеяно ответила Изабелла и, только впустив гостя в дом, осознала, что он в отличие от них знал к кому пришёл. Цепочка на двери была спешно отодвинута и в дом вошёл профессор Снейп. Если бы в этот момент его увидел кто-то из студентов, то был бы очень удивлен. Вместо привычной мантии профессор был одет в строгий черный костюм и темно-зеленую почти черную рубашку. В руках у него была мужская кожаная сумка. — Разрешите теперь представиться более обстоятельно. Профессор школы чародейства и волшебства Хогвартс - Северус Снейп, — голос у мистера Снейпа был низкий, с приятным слуху тембром. — Чтобы у вас не возникало сомнений в правдивости моих слов - вот. Северус сделал несколько пассов палочкой и над ним из воздуха появилось несколько маленьких птичек. Мелодично чирикнув и сделав круг вокруг головы Снейпа, они вылетели в приоткрытое окно. — Вот это да! — глаза мальчика были полны неприкрытого восторга. Старшая из детей завороженно провожала глазами полет маленьких пернатых созданий. Всё-таки какими непосредственными бывают дети. Неужели и он был когда-то таким? — Очаровательные птицы, — мягко улыбнулась их мать, но вернувшись взглядом к нему тут же переменилась в лице. — Изабелла О'Брайен, приятно с вами познакомиться профессор, — внимательным взглядом смотря профессору прямо в глаза произнесла она. — Извините за ожидание, но не в моих правилах пускать незнакомых людей в дом. — В какой-то мере я могу вас понять, миссис О'Брайен, — кивнув, медленно ответил Снейп. Людей он не любил. А непрошенных гостей так тем более. — Я рада, — чуть улыбнулась Изабелла. Возможно, первое впечатление оказалось обманчиво и за сарказмом и иронией скрывается совершенно другой человек. — А я Амелинда О'Брайен, а это мой брат Питер, — широко улыбнулась Мэл и потрепала брата по голове. Тем временем кот оценивающе оглядел мистера Снейпа и удовлетворенно замурчав уселся на его ботинки. Брови профессора взмыли вверх, глаз дернулся, раздался очередной свистящий вздох, сквозь сжатые зубы. — Вы не могли бы его убрать? — напряжённым голосом, едва сдерживаясь, спросил профессор. — Ой, да, конечно,— подскочила к мистеру Снейпу Амелинда. — Кажется вы ему понравились. «Ещё бы не понравился», — ехидно усмехнулся Снейп своим мыслям. — «В утреннюю основу для зелья входила кошачья мята.» Толстый кошара покидать насиженные туфли Снейпа не хотел и вцепился ему в брюки, обхватив ногу, как будто она самое дорогое ему существа на свете. «Надеюсь на месте моей ноги это пушистое нечто не представляет себе какую-нибудь палку колбасы», — возвел к потолку глаза Северус. Попасть в дом было целым приключением, похоже и выйти из него невредимым будет не менее сложной задачей. Беря в расчет баранье упрямство кота, так и не отпустившего Северуса, он решил всё же помочь девочке отцепить это пушистое создание. Оторвав питомца от штанины, Снейп поднял глаза и впервые внимательно взглянул на будущую ученицу Хогвартса. Длинные слегка вьющиеся платиновые волосы, черная прядь, заколотая у виска. Синие, по истине Блэковские глаза. Тонкие почти аристократические, если бы не детский возраст, черты. «Неужели?!?» — глаза Снейпа потрясённо расширились. — «Это просто совпадение. Такое невозможно! Но как же она похожа…» — Что-то не так профессор? — спросила девочка с глазами Нарциссы и волосами точь в точь как у Люциуса. Даже прядь, появившаяся в результате контакта с зельем и та была на месте. — А-э-эм, все хорошо, просто немного задумался. Кхм. Вот ваш кот, мисс — немного прийдя в себя ответил Северус. Похоже привычная маска скучающей вежливости в очередной раз сыграла ему отличную службу. Иначе его ошарашенный вид вызвал бы намного больше вопросов, тем более у такой подозрительной леди как Изабелла О'Брайен. — Пожалуй, нам стоит пройти в гостиную. Хотелось бы подробнее услышать об этой школе. Даже не знала, что в Англии такое есть. Что уж говорить о заявлении, будто моя дочь –волшебница, — всё ещё немного изумлённым, но уже более деятельным голосом напомнила о себе Изабелла. Всё же это её дом и раз уж гость оказался в нем, следовало проявить хотя бы минимальное гостеприимство. — Да, было бы неплохо, — тихо кивнул Снейп, погруженный в свои мысли. Его мозг лихорадочно пытался найти причину происходящего. Как же это возможно? — Мам, сковорода, — крикнула Амелинда из кухни. — Ох, точно. Вы пока присаживайтесь, я сейчас подойду, — предложила мать Амелинды и повернувшись к Питеру попросила — Пит, проводи нашего гостя, пожалуйста. — Конечно, мам, — по-детски серьёзно кивнул Питер. — Пойдёмте, сэр. Маленькая детская ручка схватила его за край рукава и настойчиво потянула в сторону предполагаемой гостиной. — Ну пошли, — усмехнулся Снейп и направился за мальчиком вглубь дома. Питер был совершенно не похож на сестру, а вот на свою мать очень даже. Светло-русые, цвета меда, волосы в беспорядке лежали на голове. Такие же как у матери серо-голубые глаза сосредоточенно смотрели вперёд. Хотя буквально пару минут назад, Северус был уверен, в них горели шальные искры восторга. Одет мальчонка был в светлую с кроликами пижаму. Похоже они правда только недавно встали и его визит застал их врасплох. Что ж, у него хватит терпения их подождать. Особенно если его угостят той выпечкой, ароматы которой витают по всему дому. Северус так давно не ел простой домашней еды. Последний раз, ему готовила мать… Северус тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли о прошлом. Похоже, эти призраки вечно будут преследовать его, напоминая об ошибках былых дней. Снейп горько улыбнулся и перевел взгляд на брата девочки. Пока он пребывал в своих мыслях, маленький шалопай успел переодеться и похоже даже пытался причесаться, но безуспешно. Снейп задумчиво обвел взглядом гостиную. Тут было тепло, светло и очень уютно. Теплые нежно-бежевые стены, белоснежные занавески у окна, выходящего во внутренний двор, совместные семейные фотографии на полочках и стеллажах. Шоколадного цвета диван и пара кресел, в одном из которых Северус и расположился. В центре низкий столик с вязаной кружевной салфеткой и вазой с тройкой свежих ландышей. Их сладковатый аромат смешивался с запахами выпечки, заставляя невольно дышать чаще, чтобы приятная смесь запахов, оставляла более яркое послевкусие. Снейп уже довольно долго постигал тайны зельеварения. И острое обоняние было одним из неотъемлемых инструментов для создания зелий высокого качества. Но иногда оно было полезно и в обычной жизни, как сейчас. Северус мог с уверенностью сказать, что на кухне готовится омлет с зеленью, тосты из ржаного хлеба и яблочный пирог с корицей. Замечательный завтрак, если брать в расчет то, что это утро началось с черного кофе без ничего. — Мне показалось, что у вас голодный вид, так что думаю вы не откажетесь от кусочка пирога и чашки цветочного чая, — светло улыбнулась Изабелла, ловко меняя местами поднос, который она держала на руках, и вазу с ландышами, переставляя последнюю на маленькую тумбу с другой стороны дивана. — Благодарю, это очень любезно с вашей стороны, миссис О'Брайен, — вежливо ответил Северус, чуть не улыбнувшись в ответ. Уже во второй раз он терялся от улыбки и понимающего взгляда хозяйки дома. Её светло-голубые с тёмно-серой, почти стальной окантовкой глаза казалось смотрели в самую глубину его черствой души. Северус даже проверил окклюменционные щиты, хоть это было и глупо. Ведь мать девочки явно не волшебница, а значит изначально, не может владеть легилименцией. Тем более уровня Темного Лорда, а ведь даже ему не удавалось, хотя скорее просто не хотелось, пробивать щиты Снейпа. «Интересно, сегодня выходной, а главы семейства дома нет. Может спросить? Желательно бы рассказать про способности девочки сразу всей семье», — именно такими мыслями оправдывал свой следующий вопрос мистер Снейп. Из-за спины миссис О'Брайен вышла Амелинда, она как и брат уже успела сменить тёмно-синюю в звёздах пижаму на летнее нежно-зеленое платье. — Простите за возможно бестактный вопрос, но где мистер О'Брайен? Вопрос, который необходимо обсудить, касается непосредственно всей семьи, — договорив, Северус поднял глаза от кружки с чаем и замер. Казалось будто ледяной ветер промчался по гостиной. Глаза каждого из членов этой маленькой семьи безжизненно смотрели перед собой. Исчезло любопытство в глазах брата и сестры, стёрлась улыбка с лица их матери, в уголках рта пролегли горькие складки. Похоже сам того не зная, Северус напомнил им о каком-то плохом событии из их жизни. — Он умер несколько лет назад, так что вся семья уже перед вами, — грустным и каким-то безжизненным голосом ответила Изабелла О'Брайен. «Мог бы и сам догадаться», — подумал Снейп, злясь на свою недогадливость. — «Зачем только спросил». На мгновение ему показалось, что перед ним была не Изабелла О'Брайен, а его Лили. Та, которую он увидел после смертельной встречи с Темным Лордом... — Примите мои соболезнования. Мне жаль, — коротко сказал Северус. — Ничего, дело ушедших лет, — мотнула головой Изабелла, прогоняя призраков прошлого. Она приобняла дочь, потрепала сына по голове, возвращая их в реальный мир из пучины печальных воспоминаний. — Мяууу, — в гостиную важной походкой прошествовал кот. Похоже этот пушистый прохвост, решил, что пора вновь обратить на себя внимание заманчиво пахнущего гостя. — Предлагаю выпить чаю и вернуться все же к цели вашего визита, — сказала Изабелла, прямо вглянув на Северуса. В её глаза вернулась жизнь, но они все ещё были полны грусти. — Конечно, тогда перейдем к делу, — кивнул профессор и отставил кружку, которую так и держал до этого в руках. — Наконец-то, — раздался со стороны брата девочки тихий предвкушающий возглас. Снейп мысленно усмехнулся. «Любопытный парень этот О'Брайен, хоть напоминает своей прической задиру Поттера», — немного мрачно закончил мысль Снейп. — Итак. Как вы уже прочли из письма, вашу дочь приглашают на обучение в Хогвартс. Учиться в этой школе могут только волшебники и волшебницы. Ваша дочь — одна из них. Обычные люди, в нашем мире их называют маглы, ничего не знают об этой школе и не могут её увидеть просто так. — Почему вы так уверены в том, что она волшебница? — недоверчиво спросила Изабелла. — Всё просто. Ей пришло письмо из Хогвартса — развел руками Северус. — А если это ошибка? — впервые за весь разговор подала голос девочка. Она была на удивление спокойна, ни вскриков, ни охов. Только задумчивый взгляд, направленный почему-то на его волшебную палочку. — Невозможно,— покачал головой Северус и, смотря девочке в глаза, предложил. — Подумайте сами, мисс О'Брайен. Возможно в вашей жизни были моменты, когда происходили необъяснимые вещи. Удивительные и невозможные. Особенно тогда, когда вы испытывали сильные эмоции. Амелинда отвела взгляд и ещё больше уходя в свои мысли. Странная реакция. Лили вела себя не так. — Было! Точно было! — вскочил с дивана Питер, чуть ли не подпрыгивая на месте. — Когда я чуть не упал с дерева, она меня на облако поймала. А потом сказала, что мне показалось. Я думаю она тогда сильно испугалась. И когда мы кота завели, у неё тогда всю ночь звёзды на потолке летали! — Пит, ты хоть бы паузы между словами делал, — улыбнулась Изабелла. — Он прав, все это было. И это ещё не всё, — тихо сказала Амелинда, взгляд её становился все более осознанным. Казалось, как будто в своих размышлениях она все же пришла к какому-то выводу. Что ж одно это уже неплохо. — Что ж, тогда я продолжу? — Конечно, мистер Снейп. Мы вас внимательно слушаем, — кивнула миссис О'Брайен. — Отлично. Обучение в Хогвартсе длится 7 лет и поступают туда учиться как только маленькому волшебнику исполняется 11 лет. Учебные год начинается 1 сентября и заканчивается в июне переводными экзаменами и летними каникулами. Делится год на три семестра, разделенные Рождественскими и Пасхальными каникулами на которые дети могу возвращаться домой или оставаться в школе по предварительной записи. В остальное время они находятся на полном пансионе, — Снейп сделал паузу и окинул взглядом семейство О'Брайен. Его слушали внимательно, настороженно и не перебивая. — Пока всё понятно? Мать девочки сосредоточенно кивнула, Питер энергично замотал головой, во все глаза смотря на Снейпа. Амелинда слушала задумчиво, но уже менее отстраненно. Похоже рассказ Северуса её увлёк. — Тогда продолжу. К письму прилагается список покупок для первого учебного года. Такой же список вы будете получать каждый год с учётом изменения программы следующего курса. Купить всё необходимое можно в Косой Аллее, магловский вход указан на брошюре в письме. Учитывая, что вы являетесь магловской семьей и живете достаточно далеко от Лондона, где этот вход и находится, в первый раз я буду вашим сопровождающим. Вынужден предупредить, что в мире магии своя валюта. Так что нам придется посетить волшебный банк Гринготтс для обмена. — А что насчёт курса обмена? — У меня нет четких цифр, но учитывая специфику гоблинов, он будет несоразмерным, — хмыкнул Снейп. — Печально,— нахмурила брови Изабелла. — Вы всегда можете подать заявление на помощь малоимущим студентам. Министерство Магии кровно заинтересовано в отсутствии необученных волшебников, которые могли бы доставить проблемы и раскрыть случайно тайну существования магов. — И как же это сделать? — вопросительно подняла бровь миссис О'Брайен. Снейп на минуту замялся, с некоторой долей удивления наблюдая за ней. Ведь именно с таким же выражением лица он задавал вопросы, вызывающие у него глубокую степень сомнения и недоверия. Мысленно мотнув головой, Северус взмахнул палочкой невербально призывая стандартное заявление на материальную помощь из кожаной сумки-портфеля. Это магловские приобретение оказалось на удивление удобным для различных бумаг и деловых встреч. Хотя его любимый саквояж зельевара ничто не может затмить. Свиток и перо с изумрудным оперением материализовались из воздуха. Питер изумлённо ахнул и громко захлопал в ладоши. «Какой восторженный паренёк. Надеюсь он не всегда такой», — подумал Снейп, мысленно закатывая глаза. Хотя если отбросить старые привычки, такая реакция ему льстила. — Вот, нужна только ваша подпись внизу как опекуна девочки, — сказал профессор, протягивая свиток с заявлением. — Хммм, вот оно как, — задумчиво произнесла Изабелла, забирая из рук мистера Снейпа документ. Надо отдать ей должное, что прежде, чем нераздумавая подписывать бумагу, она её внимательно изучила, не раз пробежавшись глазами по строкам. — Умеете этим пользоваться? — с сомнением спросил Северус протягивая перо. — Доводилось, — почти не поднимая глаз от заявления, ответила Изабелла, забирая перо. — Благодарю. Северус в очередной раз мысленно хмыкнул. Интересное семейство. Может зря он так отпирался, когда Дамблдор заявил, что в этом году Снейп будет помогать Макгонагалл с семьями маглорожденных. … В кабинете как обычно всё стрекотало, мельтешило и шумело. И как этот старый маразматик тут работает. С ума сойти можно от этой какофонии. Директор сидел за своим столом над кипой бумаг и задумчиво покусывал сахарное перо. О его тяге к сладостям можно было слагать легенды, одни пароли чего стоят. Сегодня это был «лакричный замок». Фоукс привычно сидел на жердочке перебирая перья. Иногда казалось, что у этой птицы не менее меланхоличный характер, у её хозяина. Распределяющая шляпа, когда Снейп проходил мимо него неопределенно хмыкнула. В прошлый раз у них с Северусом вышел весьма занимательный спор о факультетах и их месте в жизни Снейпа. — О, мой мальчик! Ты уже здесь — Альбус очнулся от поглотивших его мыслей и обратил внимание на Северуса. — Вы же звали директор. — Да-да, конечно. Видишь ли в чем дело, близится учебный год, скоро двери Хогвартса откроются снова для наших маленьких волшебников — как всегда издалека начал Дамблдор. Это его манера неимоверно раздражала Снейпа, который ценил свое время и предпочитал более лаконичные обсуждения. — Профессор, может ближе к делу? — немного раздражённо поинтересовался Северус. Сегодняшняя бессонная ночь над очередным экспериментальным зельем совершенно не способствовала сохранению самообладания. Спать хотелось зверски. — Ты как всегда нетерпелив, Северус, — лукаво сверкнул на него глазами из-под очков половинок Дамблдор. — Ну что ж, тогда буду краток. — Буду вам бесконечно благодарен, директор. — В этом году Миневре понадобиться твоя помощь. Маглорожденных студентов много и очень важно уделить каждому из них достаточное количество времени. Поэтому в этому году ты тоже будешь участвовать в ежегодном посещении первокурсников. — Я? Директор, вы верно шутите. Это не совсем здравая идея, — раздражённо помотал головой Снейп. Он был лишён предубеждения к маглокровкам, но так тратить своё свободное от студентов летнее время он решительно отказывался. — Что вы, Северус, я уверен вы отлично справитесь с этой задачей. От вас всего то и нужно, что рассказать о Хогвартсе и мире магии, ответить на вопросы и сопроводить их за покупками и при необходимости на вокзал. Ведь не все живут в Лондоне и смогут справится сами в короткие сроки. В первый раз им будет сложно, мальчик мой, так что наша задача — оказать посильную помощь, — упоенно вещал Дамблдор, но увидев, что его речь не вызвала нужного отклика, тяжело вздохнул. — Вы занимаетесь этим впервые, так что под вашей опекой окажется лишь несколько ребят. — Отказаться я не могу? — с затаенной надеждой спросил Северус. — Вот здесь их адреса, — Альбус сделал вид, что не услышал вопроса, и протянул Северусу пергамент, исписанный размашистым почерком. — Я настоятельно советую вам начать с семейства О'Брайен. Им скорее всего понадобиться помощь по каждому из озвученных мною пунктов. Снейп тяжело вздохнул и поднял на директора обречённый взгляд. О чём он думал, когда соглашался на преподавание этим неучам? Как же они все его порой раздражали… — Хорошо, сэр. Я так понимаю выбора у меня в любом случае нет, — последнее предложение было сказано почти что шепотом. Однако директор со своим феноменальным слухом на непредназаченные для его ушей фразы, всё же её услышал. — Выбор есть всегда, Северус, просто вы свой уже сделали, — кончиками губ улыбнулся Альбус и задумчиво махнув пером закончил беседу. — Можете идти, Северус, у вас такой усталый вид. Вам стоит выспаться. — Да неужели, — ядовито ответил Снейп и резко развернулся в сторону выхода. Черная мантия вороньим крылом взмыла над полом. Спать. Сначала спать, а потом думать. В какую же очередную интригу его втягивает директор. Слишком это все неожиданно и неоднозначно. Северус так быстро вылетел из кабинета Альбуса Дамблдора, что просто не мог заметить лукавую улыбку, озарившую лицо директора. Старые фигуры, новая партия и непредвиденные повороты судьбы, вот и все, что приготовил для профессора зельеварения старый добрый директор Хогвартса… — Вот, я ознакомилась и подписала, — вырвал Северуса из плена воспоминаний голос миссис О'Брайен. — А копия оригинала заявления нам положена? — А? Нет, но если вы хотите, могу сделать, — чуть заторможено ответил Снейп. — Было бы неплохо, — кивнула Изабелла. Взмах. Свиток мягко выскочил из ее рук и взмыл в воздух. Ещё раз и свиток поплыв разделился на два. Один из них скрылся в недрах сумки Северуса, другой аккуратно приземлился на тумбу рядом с Изабеллой. Она в ответ благодарно кивнула. — Так, вроде бы я все рассказал, — задумчиво протянул Снейп мысленно перебирая в памяти основные моменты. — Хотя… «Стоит им рассказать про факультеты или не стоит?» — размышлял Северус. Заманчивая возможность не допустить предубеждения в отношении своего факультета боролась с сомнением в необходимости этой информации в принципе. Возможно всё же стоит, вдруг это спасет девочку от попадания к тупым гриффиндорцам. — Хотя есть ещё кое-что. Система обучения в школе основана на разделении по факультетам. Программа абсолютно одинаковая, различается лишь окружение, в котором проходит обучение детей. Существует четыре факультета. — А какие? — нетерпеливо спросил Питер. — Подожди немного, милый. Сейчас профессор расскажет, не торопись, — укоризненно покачала головой Изабелла. — Каждый из них назван в честь одно из основателей Хогвартса. Первый — Слизерин. Ключевыми качествами для него являются рациональность, собранность, острота и хитрость ума, амбициозность, обдуманная решительность и изобретательность. Как раз его деканом я и являюсь. Символ нашего факультета — змея. Цвет — изумрудный с серебром. — То есть распределяют в соответствии с внутренними качествами? — заинтересовано спросила Амелинда. — Но как же они это определяют? — Да, именно так. Это делается для того, чтобы юным дарованиям было проще адаптироваться к учебе. А с определением проблемы возникают редко. Но я пожалуй все же оставлю ваш последний вопрос, мисс О'Брайен, без ответа. Будет вам сюрприз. — с долей иронии ответил Снейп. — А про остальные факультеты расскажите? — чуть наклонив голову набок спросила Изабелла. — Конечно, — кивнул Снейп и продолжил. — Второй — Гриффиндор. Чаще там встречаются эмоциональные, отважные, иногда безбашенные люди, им свойственна безграничная храбрость, часто даже на гране с глупостью и благородство. Считается, что на этом факультете учатся самые самоотверженные и честные. Символ — лев, а цвета — рубиновый с золотом. — Глупым быть не очень хорошо, да мам? — честными глазами глядя на мать, спросил Питер. — Всегда нужно думать о последствиях, милый. Просто иногда на это не хватает времени, — философски ответила ему мать. — Третий факультет — Когтевран. Его студенты всегда тянутся к знаниям и новым открытиям. Они стремятся к познанию мира, творчеству и умственному созиданию. Остроумие и любознательность — одни из самых характерных черт этого факультета — продолжил Северус с улыбкой вспоминая увлекающуюся натуру воронов, вот кто на его занятиях всегда старался по максимуму, не смущаясь задавать вопросы. — Их символ — орёл, цвет — синий с бронзой. — Звучит заманчиво, — легко улыбнулась Амелинда, наматывая на палец, выбившийся из прически локон. — Весьма, — хмыкнул Снейп. — Ну и последний — это Пуффендуй. Факультет дружных и трудолюбивых. Они упорны, добросердечны, заботливы и чаще всего отлично ладят с растениями и животными, как обычными, так и с магическими. Символ — барсук, цвета — солнечно-желтый с черным. Вот вроде бы и всё. «Кажется, с самым сложным я справился» — самодовольно подумал Снейп. Впервые за все годы он смог почти непредвзято описать каждый из факультетов. Дамблдор бы гордился им. Северус внутренне передёрнуло, ну что за бред приходит в голову. Только одобрения старого маразматика не хватало до полной картины сумасшествия. — Очень интересный принцип разделения. А распределения проводят единожды? — с интересом спросила Изабелла. — Да, — коротко ответил Снейп. — Ммм, ясно, — покачала головой Изабелла. — Что-то не так? — в голосе Северуса промелькнуло недоумение. — Да нет, просто подумайте только. Дети растут, их характер меняется с течением времени и из-за стечения обстоятельств. А в итоге за 7 лет, они так и остаются на одном и том же факультете, где каждое качество стало как штамп на их характере, — ответила Изабелла. — Да и межфакультетские соревнования, тех же рациональных слизеринцев и эмоциональных гриффиндорцев, вполне могут перерастать во вражду. Неужели никто об этом не задумывался? Амелинда внимательно слушала, каждое сказанное матерью слово и судя по сосредоточенному лицу делала выводы. Похоже рассуждения на такие темы были не редкостью в их семье, раз одиннадцатилетняя девочка с таким внимание отнеслась к словам своей мамы. «Что же случилось в их семье?» — в очередной раз задумался Северус. — «Кажется это семейство заставляет меня думать больше, чем за все последние лет десять. Может поэтому Альбус меня и отправил к ним? По доброте душевной решил в очередной раз расширить мой кругозор. Помнится, прошлая попытка закончилась моим дергающимся глазом и его скорушенными вздохами. И как он везде успевает?» Последний риторический вопрос как обычно остался без ответа. В ответ Снейп лишь пожал плечами. Так было всегда. Об ином исходе никто и не задумывался, хотя здравое звено в этом рассуждении было. — Ну что ж, я рассказал вам все необходимое. Осталась самая малость. Когда вы сможете сходить в Косую Аллею? И нужно ли вам сопровождение на вокзал Кингс-Кросс? — перейдя к заключительному моменту, спросил Снейп. — Если это возможно, то да. Я сомневаюсь, что мы справимся впервый раз сами. И если честно, мне бы хотелось и самой взглянуть на место, где будет учиться моя дочь. Я искренне благодарна вам за подробный рассказ и вашу внимательность, но отпустить ребенка с человеком, которого я вижу впервые... Даже если вы и правда волшебник и магия существует, в чем я уже, после показанного вами, не сомневаюсь. Вы и ваш мир для нас чужие, даже с учётом наличия магии у Амелинды, она ещё не часть вашего мира. Мы не знаем ваших законов и правил, также, как и вы в большинстве своем, скорее всего, не знаете наших. Поэтому мне сложно, если не сказать невозможно, отдавать ребенка в школу-пансион, о которую я и в глаза не видела. — Звучит разумно, но тем не менее, ей это образование необходимо. Его отсутствие может быть опасно как для самой мисс О'Брайен, так и для всей вашей семьи. — И всё же, прежде чем соглашаться на обучение дочери, я хотела бы увидеть школу и встретиться с её директором. Если это возможно, не могли бы вы донести это до него? — серьёзно посмотрела на профессора Изабелла. — Хорошо. Я попробую, — после длительной паузы ответил Снейп. Ему очень не хотелось внушать насильно что-либо этой сильной, но такой хрупкой с виду женщине. Некоторые её слова заставили Северуса задуматься о привычных вещах в ином ракурсе. Это было непривычно, но как-то правильно? В конце концов внушит и убедить он всегда успеет, а так может директор и пойдет на встречу. Хотя несмотря на интересный полученный опыт, Снейп искренне надеялся, что следующая семья будет менее вдумчиво осмысливать сказанное им. Проблем ему похоже хватить и без этого. — Я вам очень за это благодарна. Даже если ничего не получится, все равно. Спасибо вам, мистер Снейп — с облегченной улыбкой сказала в ответ Изабелла. Её слова невольно заставили чуть дернуться в улыбке крепко сжатые во время раздумий уголки губ сурового профессора зельеварения школы чародейства и волшебства Хогвартс. — А насчёт вашего вопроса про Косую Аллею. Если вам удобно, то можно посетить её в среду, во второй половине дня. Почему-то мне кажется, что маггловские, как вы их называет, правила работают и на волшебных улицах, — продолжила миссис О'Брайен. — Это какие же? — немного сварливо спросил Снейп. — В будние дни, меньше людей и очередей, — звонко рассмеялась, глядя на насупленный вид профессора, Изабелла. — А ведь правда, — Северус всё же не удержался и улыбнулся в ответ. — Тогда мы в среду идём за волшебной палочкой? — глаза Амелинды зажглись незамутненным по-детски искренним восторгом. — Да, дорогая, именно так, — потрепала её по волосам мать. — Ура-а-а! Мы увидим волшебников! — радостный крик Питера буквально взорвал гостиную. — Тогда во вторник вечером я пришлю вам письмо с точным временем отбытия, — уведомил их Снейп, медленно поднимаясь из кресла. — Хорошо, — кивнула в ответ миссис О'Брайен. — Только в этот раз, не забудьте про почту, — иронично напомнил профессор. Амелинда широко улыбнувшись, звонко рассмеялась, вспоминая утреннее происшествие. — Мы постараемся, — серьезно кивнула Изабелла, но в её глазах были видны лукавые смешинки. — Тогда, если у вас больше нет вопросов, я пойду. — Прошу вас, сэр, — протягивая ему кожаную сумку-портфель, сказал Пит. — И… Вы можете ещё раз показать птичек. Пожалуйста, сэр. Два больших, почти как у домовика глаза, смотрели с непередаваемой надеждой в самую душу профессора зельеварения. И наверное впервые со смерти Лили Северус не смог отказать в просьбе, хоть и мог. Палочка лёгким движением взмыла в воздух, принося вслед за изумрудными искрами стайку маленьких птичек. — Они такие красивые, — восторженный возглас был лучшей благодарностью из всех возможных. Снейп, кивнув на прощание, стремительно покинул гостеприимный дом. — До свидания, мистер Снейп, — услышал он прежде, чем закрыл за собой входную дверь. Кажется, сегодня не только у семейства О'Брайен был день открытий, но и Северус Тобиас Снейп открыл в себе грани чего-то неизвестного или просто давно забытого…