15 + 7

На очередной перемене, когда Ярослав залипал в телефоне, к Матвею повернулась Яна и, хитро улыбнувшись, прошептала. — А ты знаешь, что я сняла вас на телефон? Когда вы с Яриком целовались. Матвей глянул на Ярослава. Тот никак не отреагировал на это. Не слышал, значит. — Скинь мне, — он достал телефон. — Хочу посмотреть. — Уверен? Это восемнадцать плюс, вообще-то, — она хихикнула. — Я миллион раз пересмотрела и не могу остановиться. — Давай, скидывай, — настаивал парень. — Ладно, — Яна тоже достала телефон и отправила видео. — Там почти с самого начала. Как только выяснилось, что вам придётся сделать. Я не могла это не снять, —она хохотнула. — Для истории. — Ага, — кивнул парень, включая запись. — Он какое-то время молча смотрел на происходящее безобразие, улыбаясь и посматривая на Ярослава. Но когда дело дошло до поцелуя, он аж рот раскрыл от увиденного. Янка постаралась снять. Ей бы оператором работать на порностудии. — Чë ржëте? — неожиданно спросил Ярослав, подозрительно глядя на всех троих. — Что ты там смотришь? — Он не дал Матвею ничего ответить и выхватил телефон из его рук. — Ярик, тебе лучше бы это не смотреть, — сказала Яна. — Это ещё почему? — он недовольно фыркнул и включил видео с начала. — Чë за... — Ярослав ошарашенно смотрел в телефон и чувствовал, как стремительно краснеет, потому что его резко бросило в жар. Он так сильно закусил губу, что чуть не проткнул её до крови своими острыми зубками. Когда видео закончилось, Матвей забрал свой телефон из рук Ярослава. А тот какое-то время пребывал в шоковом состоянии, застыв в том положении, в котором был. Увидеть себя со стороны, целующимся со Смирновым. Он не ожидал. — Ярик, — позвала его Яна. — С тобой всё хорошо? Тот медленно перевëл взгляд на девушку и закрыл лицо рукой. — Нет, мне нехорошо. Мне надо на воздух, — он резко встал и вышел из класса. — У Ярика шок, — сделал вывод Ваня. — Я же говорила, что это восемнадцать плюс, — цокнула языком Яна. — Правильно. Нельзя детям с неокрепшей психикой такое показывать, — засмеялась Марина. — А ни чë, что он там в главной роли? — заметил кто-то. — Это другое, — ответил Ваня. Все засмеялись. ******* Ярослав вышел на улицу. Почему-то его сильно трясло. Щëки буквально горели. Он и правда испытал шок от того, что увидел. Как он мог докатиться до такого? Он глубоко вдохнул морозный воздух. Холод проник в лëгкие, как будто обжигая их. Сев на лавочку, которая находилась под деревом за школой, он закрыл лицо руками. Позор, какой позор. Он ведь уже почти забыл про это. Но нет. Зачем это сняли? Для чего? Чтобы тыкать ему этим видео в лицо? Откуда оно у Смирнова? Чтобы издеваться над ним? Он снова глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, но его стало трясти ещё сильнее. Может это уже от холода он не понимал. Перед глазами так и стояла эта картинка, где он, пьяный почти в стельку, целует взасос этого гада, да ещё с таким наслаждением. Прозвенел звонок на урок, но Ярослав не хотел возвращаться. Ему сейчас не до уроков. Резко возникло желание пойти и броситься под машину. Ну или с моста. Или с крыши. Глупо, конечно, но и ситуация не менее глупая. — Где Ярик-то? — обеспокоенно спросила Яна. — Должен уже вернуться. Он же слышал звонок, надеюсь, —отозвался Ваня. — Он, наверное, ещё не отошëл от шока, — улыбнулась Марина. — Такой впечатлительный мальчик, такой ранимый. Милашка, — она расплылась в улыбке, глядя на Матвея. — Вот скажи, какогó это, целоваться с таким очаровательным созданием? — Без комментариев, — улыбнулся тот. — Так и знала, что офигенно, — хохотнула она. — Так, а где у нас Ярослав? — спросила Ольга Семëновна, войдя в класс. — Вы что, опять подрались? — она подозрительно посмотрела на Матвея. — Нет, с чего вы взяли? — ответил тот. — Да вы что? — произнëс с насмешкой Тимур. — У них теперь не война. У них теперь любовь. Все засмеялись. — Гущин, не нарывайся, — недовольно произнëс Матвей. — Ну так где он? — повторила учительница. — Сказал, что ему надо на воздух. — Так, Матвей, иди и найди его, —скомандовала Ольга Семëновна, показывая на дверь. — Кто я? — удивился парень. — А ты видишь здесь ещё одного Матвея? — она прищурила глаза. — Давай побыстрее и чтобы без глупостей. Он встал из-за парты и вышел в коридор. Ну, раз Ярослав хотел на воздух, значит на улицу упëрся, сделал вывод Матвей. Перед школой никого не было. Тогда, возможно, он за школой. Там есть лавочка, куда обычно некоторые парни бегают курить. Он завернул за угол. Ярослав сидел на лавочке и дрожал от холода, обхватив себя руками. — Ну и что ты в класс не идëшь? —спросил Матвей. — Звонок на урок уже был. — Тебе-то что? — еле слышно огрызнулся тот, стуча зубами. — Меня Ольга Семëновна послала за тобой, пошли, — Матвей старался говорить как можно спокойнее. Он знает Ярослава, знает, когда он не в духе. Его только задень неосторожным словом. — Мне и здесь неплохо. — Ярик, здесь холодно, ты заболеешь. — Отъебись от меня! — вспылил парень. — И не называй меня Яриком. Матвей замолчал. Плохо дело. Хотелось ему что-то ответить в том же духе, но он пересилил себя. Надо сохранять спокойствие, чтобы сохранить мир. — Послушай, не надо всë так всерьёз воспринимать, — осторожно начал Матвей. — Зачем так сильно расстраиваться из-за какого-то видео? Ярослав резко поднял на него хмурый взгляд. — Ты не понимаешь. Это не только из-за видео, но и из-за меня самого. Я там выгляжу. Как шлюха какая-то... А вы все смеëтесь надо мной... Я для вас как клоун... Вам лишь бы поржать... Зачем было это снимать? — Это не я, — ляпнул первое, что пришло в голову Матвей. Ярослав усмехнулся. — Ну естественно не ты. Ты в это время был немного занят. Откуда у тебя это видео? — Это Янка снимала, — неуверенно произнëс Матвей. — Сучка. Пиздюлей бы ей всыпать. — Слушай. Тебе надо успокоиться. Пошли в класс. Здесь очень холодно. — Ты не понимаешь, что я тебе объясняю, да? — вспылил ещё больше Ярослав. — Это всё произошло из-за тебя, кретина! Нахуя ты написал это задание? Если бы не ты, ничего бы не было! Это ты во всём виноват! Придурок! В следующий раз сначала башкой хорошенько подумай, прежде чем что-то сделать! Скотина, — он злобно фыркнул. Матвей поджал губы и ничего не ответил. Потом развернулся и ушёл в класс. Ярослав остался один сидеть на холодной лавочке. Осознание того, что он снова сорвался на Матвея и нагрубил ему, пришло слишком поздно. Конец перемирию. Мир не продержался и пары дней. Он расстроился ещё сильнее и, не выдержав, разревелся. Матвей вернулся в класс один. — Ну и где твой сосед? — поинтересовалась Ольга Семëновна. — Скоро придëт, — ответил парень. Слова Ярослава больно задели его в этот раз. Возможно, раньше он и не сильно бы расстроился из-за этого, но именно сейчас было обидно. Да, он безусловно прав. Если бы Матвею не пришла в голову эта мысль – написать именно это задание, то ничего бы и не было. Совсем ничего. Они бы не целовались. Ярослав бы не напился. Не ночевал бы у него дома. Матвей не узнал бы его чуть лучше, чем знал до этого. Они не пили бы кофе у него на кухне. Не заключили бы перемирие, которое было только что нарушено. Ярослав появился в классе только через двадцать минут. Весь замëрзший, бледный, хмурый и с красными глазами. — Ярик, ну что это такое? — возмущалась учительница. — Ну не лето же. Где ты ходишь? Уже пол урока прошло. Он ничего не ответил. Молча сел на свой стул, не глядя на своего соседа по парте. Больше они в этот день не разговаривали вообще. Ярослав понимал, что обидел парня, но заговорить с ним не смог. Хоть и хотел. А Матвей тоже боялся сказать в его сторону хоть слово, чтобы не ухудшить ситуацию ещё больше. Так и разошлись по домам. ******* А на следующий день Ярослав ожидаемо заболел. Нежный организм не выдержал переохлаждения, и ещё ночью у него подскочила температура. А к утру стало совсем плохо. В горле пересохло, нос заложило, и голова просто раскалывалась. — Сынок, а что не встаëшь? — мама зашла в его комнату проверить. Обычно он ставил будильник и сам просыпался. — Ма. Я не могу, — тихо прохрипел он и закашлялся. — Ты что, заболел? — она подошла к кровати и потрогала лоб. — Да ты горячий весь. Где ты умудрился простыть? — Дай таблетку, пока я не сдох. — Не говори так. Сейчас принесу, — она вышла из комнаты и уже через несколько минут вернулась с таблетками. — Вот, выпей эту, мне надо на работу. Если до завтра лучше не станет, в чëм я очень сомневаюсь, то вызову врача. — Хорошо, — еле слышно отозвался Ярослав. — В школу позвонишь сама. А то я не могу. — Позвоню, а ты лежи. Если что, я оставлю таблетки на тумбочке. И звони мне, если будет хуже, хорошо? — Да, — Ярослав засунул в рот парацетамол, запил водой и снова рухнул в подушки, накрывшись одеялом. Почти сразу же он снова вырубился. В школе уже все пришли, и вот-вот должен начаться урок. — Что-то Ярик сегодня опаздывает, — задумчиво сказала Яна. Матвей промолчал. Он сам полночи не спал, всё думал, как ему помириться с Ярославом. Как его убедить в том, что всё произошедшее всего лишь случайность. Да, возможно, в какой-то степени он и виноват. Но так получилось. Матвей перебрал в голове кучу вариантов и доводов в свою защиту. Только вот, зная характер Ярослава, он понимал, что тот его и слушать-то не захочет. Уж если он себе в голову что-то вбил, то уже не переубедишь. В класс зашла Ольга Семëновна. — Так у вас снова я. Начнëм урок что-ли? — А Ярик ещё не пришëл, —обеспокоенно сказала Яна. — И не придёт, — Медленно произнесла учительница, изучая журнал. — Нагулялся ваш ненаглядный Ярик вчера на улице и заболел. Звонила его мама, у него высокая температура. — Надо было его силой притащить в класс, — сказала Яна, глядя на Матвея. — Да я бы притащил, но мне же сказали без глупостей, —оправдывался тот. — Матвей, в некоторых случаях надо действовать по ситуации, — сказала Ольга Семëновна. — Да, я понял, — отозвался он. На следующей перемене. — Эх, всё-таки без Ярика скучно, — сказала Яна. — Да уж, только он может что-нибудь ляпнуть, чтобы все со смеху по полу катались, — улыбнулась Марина. — Слушай, — к Матвею повернулась Яна, — о чëм вы болтали на улице что по ощущениям вы снова поцапались? — Она пристально посмотрела на парня. — Мы сами разберëмся, — проворчал Матвей. — Признайся, что он тебе нравится, — вдруг подал голос Тимур, повернувшись к парню. — И не как друг. — С какого бы хера я должен тебе в чëм-то признаваться? — недовольно произнëс Матвей. — Ну почему сразу только мне. Я думаю, тут всем интересно, — он ухмыльнулся. — Особенно после вашего страстного поцелуя. — Я не собираюсь ни в чëм признаваться ни тебе, ни кому бы то ни было. Поэтому отъебись. — Значит, нравится, — сделал вывод Тимур. — И я даже не удивлëн этому. — Это не твоë собачье дело! — вспылил парень. — Ты сам-то скоро себе шею свернëшь, когда на него пялишься. — А я и не отрицаю этого, — усмехнулся Тимур. — Да, он мне нравится. И если бы мне попалось число пятнадцать, а не тебе, то я не стал бы щëлкать ебалом и так просто не отпустил бы его от себя. Попался бы этот подвыпивший птенчик в мои лапы. — Слышь ты! — Матвей встал со стула. — Слюни подотри, и даже близко к нему не приближайся, извращенец! Тимур широко улыбнулся. — О, ревнуешь? Правильно. И если не хочешь проебаться, то приглядывай получше за своей принцессой. — Ты мне здесь не угрожай, —нахмурился Матвей. — Я тебя предупредил! Хоть пальцем тронешь, пришибу. — Матвей, успокойся, — Яна пыталась взять его за руку. — Никто не собирается трогать твоего Ярика. Да, Тимур, — она посмотрела на парня. — Как скажете, — ответил тот и отвернулся. — Боже, какие страсти, — улыбнулась Марина, — знал бы Ярик, что из-за него тут не девчонки, а пацаны грызутся, охуел бы, наверное. Матвей был в бешенстве. Как смеет какой-то там Тимур смотреть в сторону его парня. Ну, может он ещё и не его парень, но он им обязательно будет. Пусть только попробует приблизиться. Шею свернëт ублюдку. Он на секунду представил, что действительно могло бы быть, попади Ярик в лапы Тимура. Он же пьяный был, абсолютно беззащитный, как ребёнок, и не смог бы сопротивляться этому извращенцу. От этих мыслей в рожу захотелось заехать ещё сильнее. А вообще Матвей очень расстроился, что Ярослав заболел. Ну что за вредина такая, ну говорил же он ему зайти в класс. Надо было и правда просто взять и притащить. Ну, поорал бы немного, может, даже побил бы его, ничего страшного, это вполне можно пережить. Зато не заболел бы. А Ярослав весь день мучался от температуры. Она то опускалась не надолго, то снова поднималась, когда действие таблетки заканчивалось. В глазах всë расплывалось, мысли путались и слабость была во всём теле. Он проспал почти весь день, изредка просыпаясь, чтобы только попить воды. Уже поздно вечером зазвонил телефон. Ярослав кое-как нащупал его среди подушек и, прищурившись, пытался прочитать на экране, кто же ему звонит. — Смирнов? — удивился он и, вздохнув, нажал принять вызов. — Алло, — прошептал он. — Привет, ты как? — спросил Матвей. — Плохо. — Таблетки пьëшь? — Да, но они не помогают, — Ярослав закашлялся. — Так хочется тебя отругать и отшлëпать по заднице. За то, что не слушаешься. — Не надо, — жалобно произнëс парень. — Мне и так хреново. — Ладно, ладно, не буду. Ты и сам знаешь, что виноват. Да? Знаешь ведь? Повисла небольшая пауза. — Матвей, — тихо произнëс Ярослав. — М-м-м, — он улыбнулся. Геужели это чудо назвало его по имени. — Извини меня за вчерашнее, — он тяжело вздохнул. — Я не в себе был. — Я так и подумал, — отозвался Матвей, облегчëнно вздохнув. Значит, всё-таки есть надежда на примирение. — Я же понимаю, что всё, что было, это случайность, но всё равно очень разозлился. — Я это и пытался тебе объяснить. — Не обижаешься? — Уже нет, — Матвей улыбнулся. Ну как можно на него долго обижаться? Ярослав шумно вздохнул и снова закашлялся. — Блин, как мне плохо. Просто пиздец какой-то. — Ещё раз выйдешь на улицу раздетый, я тебя отшлëпаю, — Матвей засмеялся, а Ярослав недовольно хмыкнул. — Не надо мне здесь угрожать. Я тебя не боюсь. — Ты мне не веришь? — Верю, верю. Думаешь, накачался так теперь всё можно? — А можно мне снова называть тебя Яриком? — поинтересовался Матвей. — Ну, если хочешь, — Ярослав улыбнулся. — Хочу. — Тогда можно. Серьёзно, не обижайся на меня. Я тоже больше не хочу ругаться. Что-то я так устал от всего этого, — он вздохнул. — Снова мир? Матвей засмеялся. — Да, снова мир. Но будь уверен в том, что в следующий раз я тебя силой приволоку туда, куда надо. Вот прямо на плечо закину, и ничего ты мне не сделаешь. И можешь кричать и ругаться сколько угодно. — Ладно, — согласился Ярослав. — Что? — Матвей был очень удивлëн таким ответом. Он ожидал бурных возражений и даже каких-нибудь угроз. — Я говорю, что согласен. — Ты такой послушный, когда болеешь. — Не обольщайся, — хмыкнул Ярослав. — Это ненадолго. — Ладно, давай лечись, пей таблетки и отдыхай. Если захочешь, звони в любое время, хорошо? — Почему ты со мной такой добрый? — поинтересовался Ярослав. — Я тебе вчера столько гадостей опять наговорил, а ты так быстро меня простил. Это потому, что я болею? — Нет, не поэтому. — Тогда почему? — Можно я отвечу на этот вопрос как-нибудь в другой раз? Не сейчас. — Как хочешь, — вздохнул парень. — Я всё равно сейчас мало что соображаю. Но мы ещё вернëмся к этому вопросу. — Тогда спокойной ночи, Ярик. — Спокойной ночи, Матвей, — Ярослав положил телефон и вздохнул. Странное чувство. Он был, безусловно, рад тому, что они помирились. Впервые за все эти годы. Почему-то ему было очень важно услышать, что Матвей его простил. А ещё он даже интересовался его самочувствием. К чему бы это? Голова отказывается работать, потому что очень болит. Он с трудом встал с кровати. Вода кончилась, и надо идти за ней на кухню. А ещё голова кружится. Как бы не грохнуться где-нибудь с лестницы. Есть ему сегодня совсем не хотелось, хотя мама и пыталась его накормить чем-то. Он налил себе воды, выпил ещё одну таблетку и вернулся в комнату. Завалившись на кровать, он грустно смотрел в потолок. Рядом спал кот, свернувшись калачиком. Вот у кого ни проблем, ни забот. Ярослав вздохнул. Наверное, он слишком преувеличивал, когда говорил Смирнову о том, что не хочет ни от кого зависеть. На самом деле ему очень не хватает чьей-нибудь заботы и поддержки. Всё решать и делать самому слишком сложно. Так хочется иногда, чтобы кто-нибудь просто обнял его и сказал, что всё будет хорошо. Что ему не о чем волноваться. Что он не один в этом мире. И очень хочется, чтобы его хоть кто-нибудь любил. Такого, какой он есть. Вредину со сложным характером, своим мнением и тараканами в голове. Да и вообще, иногда просто хочется с кем-нибудь поговорить. Не важно о чëм, хоть о погоде. Он снова вздохнул. Да, болеть некруто. Поворочавшись около часа, он снова взял телефон. Немного подумав, он написал сообщение Матвею. — Ты спишь? Но ответа не было. Значит, уже спит. Подумав немного, он отправил ещё одно. — Спокойной ночи.