~ Весна ~
Весна была.
Прекрасным был апрель,
Солнце яркое тепло свое дарило.
Ветер ласковый кроны деревьев зелёных качал.
По дороге к академии шла хрупкая Хоруда, вздрагивая раз иной.
Волосы ее — потерявшая звёзды ночь.
Бровки в форме домика застыли.
Глаза сравнимы с тучей, что извечно вниз опущены.
Кожа — снег январский, что выпал за ночь спокойную.
Поджаты губки бледные,
Шея лебединая не двигалась почти.
Плечи узкие на себе тяжесть сумки несли.
Руки в замочке сплелись.
На теле юном форма школьная сидела хорошо. Она была ей даже большевата, ибо худой была личность хрупкая.
Хоруда Пурезу — ученица Академии Сайко.
Закрытая от мира сего ученица, страсть найдя тихую в книгах —
Молчит извечно.
Замкнулась в себе ещё давно она.
Известно о ней мало.
Понятно одно — Хоруда — фарфор хрупкий, что от манипуляции неосторожной может треснуть…
Неспешно шла Хоруда, ведь
спешить ей некуда.
Уроки начнутся через пол часа, а она уже дошла до учебного заведения.
Лучи солнца игрались в волосах девичьих,
Ветер щеки извечно ласкал.
Но не вызовет природа благосклонная улыбку у несчастной ученицы.
Туфли поменяет милая, да небрежно поплетется по коридорам уютным.
Учеников не так много:
Кто-то в кабинеты разошелся, кто-то на крышу школьную.
Хоруда тоже желала на нее пойти, да прочитать глав парочку книги любимой, но средь голосов чужих, средь силуэтов увидала туча свет во тьме души своей.
Остановилась она, пытаясь уверенность отыскать из сердца недр.
— Приятного аппетита! — Из-за угла ближайшего девица вышла, с подносом пустым, заходя поспешно в клуб, лидером его являясь.Губки в улыбке расплылись.
Ускорились шаги.
И вот, Хоруда заходит в клуб кулинарии, закрывая двери за собой.
Окно напротив.
Из него утра солнце льется на кухонку, в которой происходят чудеса.
Стол большой, пустой совсем
Наверное, ушли члены клуба угощения раздавать.
Розовые оттенки придавали нотки спокойвия и умиротворения.
В поисках лидера завернула ученица на другую часть кабинета.
Средь книг была она.
— Амай — сан. Привет — Тихо говорила Хоруда, сумку ставя на стул очередной. — Хоруда — тян, привет. Рада видеть тебя! — Голос мягкий улыбаться заставлял.Волосы ее касались еле плеч,
Они напоминали карамель.
А глаза…
Глаза — мята, что только расцвела.
Полноватая, милая кухарка улыбалась и прикрыла очи.
Она подошла к другой, обнимая.
Явно лидер ниже была.
Амай Одаяка — лидер клуба кулинарии.
Дружелюбная ученица, мягкая во всех смыслах.
Добрая и отзывчивая.
Готовка — дар ее.
Хоруда и Амай — подруги.
Хоть знакомы они и недавно, но смогли найти общий язык.
Могли и часы напролет болтать.
Понимали с полуслова друг друга.
За долгое время Пурезу счастлива была, ибо никому нужна она не была до нее.до Одаяки.
Они дополняют друг друга.
Уселась на стул хрупкая, да скатерть руками поправила.
Тучи серые направила к окну.
С подругой лепетала, лишь изредка взгляд отводя.
В момент один замерла. Она
увидала в окне правонарушителей.
Сначала лидер прошел,
Та дрогнула.
А за ним…он.
Умеджи.
Глаза цвета янтаря.
И весь он…весь златой, как солнце, что светило пред закатом.
Сердце замерло.
Лист не упадет,
Дождь не начнется,
Щеки стали розой алой.
Хоруда взглотнула, с жадностью пожирая силуэт его.
Но закончилось розовое око.
Прошлись и другие правонарушители.
Хмыкнула черноволосая, да голову подперла рукой бледной.
— Я вижу, моя дорогая Хоруда влюбилась. — Смеясь, спрашивала кухарка, рукой гладя спинку стула, на котором Пурезу восседала. — Я? — Обернулась хрупкая — Быть может… Я просто…— Туча за мятой следила, да замялась вновь.За плиту встала лидер клуба, начала грязную посуду в раковину складывать.
Хоруда же к ней развернулась, да привстала, желая увидать старшую подругу.
— Он так мил. На прошлой неделе мы пересекались с ним. Он помог мне книгу поднять. Как вижу его, так сразу…— И опустила вновь взгляд девица, губы кусая — Ты взрослеешь, Хоруда. Это нормально в твоём возрасте — Заявила Одаяка, начав мыть посуду. — Ты всего на год меня старше…и тем более.тебе никто не нравится из их.» шайки — лейки «? — Голосом дрожащим вопрошала девушка. — Нет. У меня достаточно ухажёров, что бы на них внимание не обращать — Хихикала Амай.А ведь не соврала.
Много кто присматривался к маленькой японке:
Кто-то из оккультистов,
Кто-то из драм клуба,
Кто-то и из клуба кулинарии.
Всех не перечесть.
Да, Амай — не самая красивая ученица академии,
Далеко не самая красивая.
Но ее простота и доброта так и манили к себе.
Манили и просили взглянуть на нее ещё раз, и ещё.
Не красотой, так харизмой. Не харизмой, так глазами. Не глазами, так телом. Не телом, так разумом. Не разумом, так красотой…
Такой политики придерживалась Одаяка.
— Мне кажется, ты ему тоже нравишься — Вдруг, заявила Амай, заканчивая с посудой. — Что? Правда? — Хоруда подошла к ней.Шум с коридоров нарастал.
Прибыли ученики.
Скоро занятия.
Опаздывать нельзя.
Девушка сняла косынку розовую, да подругу за плечо похлопала.
— Пора нам. Заходи вечером! — И прошла Одаяка мимо красавицы тихой.Не стала задерживаться и Пурезу:
Сумку свою взяла, да на занятия отправилась.
Ещё впереди приключения,
Ещё впереди пропорция, что узами любовными связана…
