~ Трещина ~
Орех в мяте утопал,
Волосы её карамельные пахли приятно.
Кожа мягкая хлопку подобна.
На лице её волнение, грусть.
А он серьёзен был.
Молча, в луной темноте сидели они, в друг друге нутро ища.
— Ты хочешь поцеловать меня? — молвила повар, глаз отводить не смея. — Хочу, — руки сильней плечи сжали. — Тогда чего ты ждёшь? — голову подняла девушка — Пытаюсь понять, хочешь ли ты, — и сел ближе — Хочу, — она улыбнулась мягко.Нос чужого коснулся.
Губы прильнули к другим.
Небрежно и совсем не аккуратно слились в поцелуе они весеннем.
Она щеки гладила, а он плечи сжимал.
Это был их последний вечер.
Больше Осоро Амай не увидит.
Думаю.
Ибо через дня три…
— Как Амай пропала? — дрогнула Хоруда, себя обняв. — Это официально, — Заявил Таро, брови в домик сводя. — Амай жаловалась, что ей плохо и я думала, что она дома. На телефон все это время не отвечала…— темноволосая всхлипнула. — Если так будет продолжаться, то и мы можем умереть, — Ямада обернулся.После занятий Пурезу желала Умеджи найти, но он быстрей был.
Нашел её, да к себе прижал, макушку извечно целуя.
Он так переживал за неё,
Так волновался.
Не переживет, если такая участь и Хоруду постигнет.
— Ты в порядке? — спрашивал Умеджи, в глаза чужие смотря. — Да, а ты? — она щёк его коснулась. — Тоже. Почему нас домой не распустят, пока небезопасно здесь. К чему панику разводить и страх меж учеников, — глаза янтарные бегали извечно. — Я не знаю, но а как же Амай? Мы ей не сможем помочь? — в глазах горела надежда. — Мне хотелось бы ей помочь, — юноша глянул на небо.Листок не упадет,
Дождь не пойдет,
Страх академию покрыл пеленою своею.
Подвал
Сыро,
Холодно.
Лишь лампа горит через раз.
К стулу привязана была девушка.
Глаза её завязаны,
Страх тело пронзал.
Пыталась не паниковать Одаяка, но это выходило сложно.
Раздались шаги.
— Ты ошивалась рядом с моим семпаем? — Раздался голос металла. — Кто это? Ты все не так поняла! — Руки дёргая свои, выбраться желая, Амай пыталась не рыдать. — Отвечай на вопрос, — пощёчина. — Я не понимаю, о ком ты, — страх вновь к душе прильнул. — Ты общалась с Таро Ямадой последние дни. Что вас связывает? — девушка приблизилась к Амай. — Мы просто друзья. Я помогаю ему оправится от последних событий, — заявила Одаяка, слёзы роняя. — Он на такую даже не глянул бы. Ясно. Толку от тебя никакого. Зря только вожусь, — шаги тише стали, а после.Удар.
И снова темнота,
Боль пронзило тело,
Сил совсем мало оставалось…
А время текло.
Убийства за убийствами происходили.
Окрасилась академия в закат алый.
Напряжение покрыло всех собою.
Страх животный разум в руках своих вертел.
Так и прошли две недели.
Вышел из заточения своего Осоро…
Был он в настроении хорошем.
Хоть и знал, что времена не лёгкие в академии, но будет очень рад увидеть он друзей своих и Амай, что на звонки его не отвечала, да на сообщения.
Шарахались все в академии.
Дышать боялись раз иной.
Юноша, делом первым, к месту излюбленному пришел, видя, как друзья его в кругу, обсуждают что-то.
Умеджи, что лидера увидел, улыбнулся сначало, а после взгляд отвел виновато.
— О! Брат наш вернулся! Ну как там в Сибири? — Спрашивал Хаянари, руку Осоро пожимая. — Нормально все. Живём. Чё у вас тут за херня происходит? Кто кого укокошил? — лукаво Шидесу улыбнулся. — Да девок пару и пацана какого-то, — ответил Хаянари — И всё? — Осоро на Умеджи глянул.Тишина.
Взглотнул заместитель, да затылок почесал.
Как сказать Осоро? Как поведать?
Как оправдаться и не получить по морде?
Разозлится, что не сообщил ему Умеджи.
Что в тайне это держал.
Но надеялся заместитель, что уляжется все…
— Официально да. А остальные — хрен с ними, — Заявил Умеджи, хмыкая. — Ясно. С вами долго не задержусь, пацаны, — Осоро улыбнулся нелепо, в сторону другую глядя. — Да ты что. Припёрся и сразу смываешься? Куда это? — спрашивал один из правонарушителей. — Да, кое-куда зайти нужно. Припугнуть, что я вернулся, — аж светился блондин.Ему рукой махнули, на прощание, да отпустили.
Но за Осоро Умеджи увязался.
— Постой! Куда ты? — юноша к другому прильнул. — Ну, а ты думаешь, куда? — хмыкнул парень. — Не надо туда! Её там нет, — Сказал Умеджи, руку друга беря. — Дома что ли? — Осоро становился. — Пока никто не знает, где она. Послушай, Осоро, — Умеджи отвел его к стенке. — В смысле никто не знает, где она? — и начало до Шидесу доходить — ОНА «ОСТАЛЬНЫЕ ХРЕН С НИМИ»?! — Осоро взял друга за шкирку, к стене прижимая. — Всё хорошо, подожди, — Умеджи пытался объясниться, но в ярости был лидер правонарушителей. — Если бы с Хорудой беда произошла, ты бы таким спокойным не был! — Он друга опустил, уходя.Упал Умеджи, голову потирая.
Он вздохнул, слегка от боли морщась.
Умеджи всегда был с Хорудой рядом, всегда был вместе с ней, по возможности.
Может, осуждал Осоро тот, ибо сам ничего лидер не сделал для спасения Амай.
День целый курил Осоро, да думать о другом не мог, как об Амай.
Нет её.
И неизвестна участь её.
А больше всего бесится хулиган от беспомощности своей.
Не смог вечером прохлаждаться Шидесу, ибо на глаза ему попался Шоку.
Соль на рану.
Язва на теле.
Просто шатен рядом прошел
Случайно взгляд нефрита бросил.
Как уже оказался в лапах Осоро.
— Чё ты шастаешь тут, пиздолиз? — Рычал от злости едкой юноша. — Я хотел здание обойти. Отпусти, — шипел другой, руки пытаясь сильные удержать. — Как ты меня бесишь. Пахнешь как баба! — тот в лицо другому плюнул. — Я тебе ничего не сделал! — Шоку сморщился. — А мне повод не нужен, — удар.Так бы и издевался над несчастным хулиган, если бы не...
— Не бей его, Осоро-кун! Не бей! — Девушка подбежала к двоим, с видом взолнованым.Медленно обернулся Осоро, вздыхая тяжело.
— А, это ты, — он отпустил Шоку.Тот упал.
Помахал рукой он тому, что бы улепетывал быстрей.
Злобу хорошо выместил Шидесу.
Убежал Шоку.
Медленно подошёл к девице Осоро, надменно на пришедшую глянул.
— Амай! — И прижал крепко ту к себе.Он вхлипнул.
Сердце его разрывалось.
Место себе день целый найти не мог.
Думал лишь о ней
Парень в глаза её глянул, не смея отрывать взора.
Но, как только лицо ближе к милой стало, сразу же пощечину получил Осоро.
— Ты зачем его обидел? Что он тебе сделал? — из стороны в сторону качалась Одаяка. — Амай…— не мог ничего другого сказать юноша. — Ты…— немел он от удивления. — Мне…мне не хорошо, подожди…— она о него оперлась, дыша тяжело.Он придержал ее, но та в обморок упала…
— Тебе было больно? — спрашивала Хоруда, волосы златые гладя. — Немного. Озверел Осоро, — заявил Умеджи, зубы стиснув. — Ты не обижайся на него, — Пурезу щеку ласкала. — Не обижаюсь. Я бы поступил точно так же, — и обнял Хоруду Умеджи — Ибо я не пережил смерть твою…
