План по захвату губ Феликса

— Эй, Феликс — Сони оборачивается к сидящему рядом австралийцу, надувая свои губы, которые замазал шоколадом от сладкой булочки. Джисон шуточно всегда добивался губ своего друга, но как только дело доходило до ответственного момента, когда Ликс так же тянется к нему с полуулыбкой на губах — он отскакивает и смущённо смеётся, переводя все в шутку, но он никогда не знал, что чувствует Феликс внутри, когда он снова и снова тянет к нему свои губы, не знает, как Ликсу хочется действительно наконец-то поцеловать, обхватывая талию Джисона в своих руках. Это желание у себя Феликс заметил, когда при совместном просмотре фильма в комнате Хана, впервые шуточно ответил Джи на поцелуй в щеку и увидел милый розоватый румянец на его больших хомячьих щеках и блеск в глазах, которые увеличились в размере, как только Ёнбок коснулся его щеки. После этого Джисон только ещё чаще начал дразнить, но не давать поцеловать, на что Феликс лишь улыбался, а в мыслях уже давно зацеловал его тысячи раз за его шуточные поцелуйчики. И этот раз был не исключением. Ли снова свои губы тянет в ответ, как Джисон отстраняется и заливается громким звонким смехом. Феликс обиженно фыркает и клянётся себе, что в следующий раз обязательно словит его губы и тот не сможет больше отвертеться, нельзя же так безнаказанно играться его сердцем и давать красный свет в самый волнительный момент. — Хочешь мои губы, Ликси? — Хан хитро улыбается, облизывая с губ шоколад и ловит на себе его взгляд, от которого все стынет внутри. Он действительно так смотрит на него, словно вот-вот сорвётся и поцелует и, по ощущениям, Хан кажется… не против? Признаться честно, он этого и ждёт, но редко это признает. После каждого раза, когда губы лучшего друга находятся в паре миллиметров от него, сердце, что предательски учащенно бьётся в груди от такой близости — выдает его с потрохами. Джисон перестает улыбаться и теперь, со смущением, молча доедает купленную Ёнбоком булочку, стараясь не думать о его внимательном взгляде, который молча отвечал на вопрос Сони минутами раннее. И теперь Джисон не настолько уверен, что он всего лишь глупо шутит, теперь он думает о том, что если все-таки Феликсу дать по-настоящему себя поцеловать?

~~~

— Хён, как ты понял, какой именно момент для поцелуя стал подходящим? — Хан задумчиво стучит пальцами по черному чехлу телефона, пытаясь найти в словах близкого друга ответ для себя. — Никогда об этом не думал, просто поцеловал Хенджина, когда понял, что больше ждать не могу, когда этот идиот допрет, что я его люблю так же, как и он меня, — Джисон закатил глаза, давая понять, что не такой ответ ожидал, но на это Минхо лишь хихикает, с любопытством смотря на младшего друга. Сони никогда на такие темы не говорил, поэтому додуматься, что Хан все-таки словил на кого-то краш было несложно — а что? Кого ты уже хочешь поцеловать? — Джисон сводит брови к переносице и дует губы, кидая подушку в сидящего на кресле возле кровати Минхо, который от такого детского жеста Хана начинает громко смеяться, словив мягкую небольшую подушку в руки. — Феликса. Он такой… И в общем… Ну ты же понял? — Джисон пытается подобрать слова, которые могли бы описать Ликса для него, но в словаре для Хана слишком мало слов, чтобы хоть как-то сказать то, какой же Ёнбок именно в его глазах. Минхо непонимающе хмурит брови, наклоняя голову вбок, на что Сони лишь цокает языком, раздражаясь, что Минхо не может понять «элементарных» вещей. — Ты просто втюрился, чувак — Хани смущается от слов хёна, заливаясь краской. Возможно, Минхо действительно прав, ведь как объяснить иначе то, что сердце Джисона выпрыгивает из груди каждый раз при виде Ликса, что Джи готов кричать от счастья, когда Феликс непринужденно его касается или же, когда становится жертвой тактильности Ликса и тонет в его объятиях. — Да ну тебя, я хотел твоего совета, что мне делать, а ты… — старший подъезжает на кресле ближе и тянется за телефоном Джисона, на что Сони всячески пытается спрятать свой смартфон, чтобы Хо не смог достать — что ты делаешь? — Любовь всей твоей жизни хочу с тобой свести — Джисон снова переключается в режим орущей белки и начинает скакать по всей комнате, пока Минхо за ним гонится, чтобы выдернуть из его рук телефон и назначить ему встречу с Феликсом, но Джисон оказался настолько быстрым, что Минхо, с отдышкой оперевшись ладонями о колени, смотрит на то, как Хан стоит возле двери, хватаясь крепко за ручку. — Не надо, а вдруг он не любит парней! — Джисон, он бисексуален, — закатывает глаза Хо, садясь обратно в кресло, пытаясь отдышаться. Джи лишь с опаской смотрит на лучшего друга, но сдавшись, все-таки садится на край кровати, ожидая следующих слов Минхо. Но Ли молчит, лишь пялясь в стену напротив — ты же дразнишь его поцелуями? — спустя долгое минутное молчание спрашивает Хо и получает утвердительный кивок от него — И Феликс всегда тянется, чтобы ответить? — щеки Сони вновь пылают красным цветом, но он все так же кивает, на что Минхо хитро улыбается — Так просто посмотри, что он будет делать, если ты не отвернешься — Джисон задумчиво хмурится. — Но это нужно момент подобрать… — Хан косится на Минхо, который вот-вот закатит снова глаза — Не закатывай так глаза, хён! Это действительно серьезно, я всегда подбираю моменты, когда так можно побаловаться с ним! — дверь в комнату Джисона открывается и на пороге показывается возлюбленный Минхо, из-за чего тот сразу же расплывается в нежной улыбке, протягивая свои руки к нему для объятий. Хан всегда удивлялся, что Минхо словно меняют, когда Хенджин появляется в поле его зрения, словно совсем другой человек, не тот бесячий хён с саркастичным чувством юмора, который со всеми. Для Джисона, наверное, так и выглядит любовь? Когда ты с любимым становишься совсем другим и готов стать самым милым и нежным, обнимая своего человека. — Чего вы так кричите? — слабо улыбается в ответ Хенджин и без стеснения залезает на колени к старшему, обвивая руками его шею. Джисон немного кривится от столь нежной картины, но все-таки молчит. — Джисон не может признать, что влюбился в Феликса — Хо носом утыкается в шею Хенджина, вдыхая сладкий запах его парфюма и косится на Джисона, который смущённо опустил взгляд в пол, вспоминая, как Ликс приближался к его лицу в последний раз и как он струсил, отворачиваясь от него. — Он не может признать или Феликсу сказать? — Джисон с наигранной обидой смотрит на Хвана, щипая того за бедро, на что тот айкает и смеётся. — Это у вас все легко, пососались у всех на глазах и с тех пор постоянно это делаете, бесстыдники! — пара заливается смехом, наблюдая за таким детским поведением Хана. Со стороны Ли и Хван выглядели, будто родители, а Хан — их ребенок подросток, который и сам не понимает того, что чувствует и как это проявить к человеку, который начинает вызывать волнение и бабочки в животе одним своим присутствием рядом. — Спорим, мы сможем сделать так, чтобы вы с Ликсом поцеловались? — Хо протягивает Джисону ладонь, и тот с недоверием смотрит на Хенджина с Минхо. Спорить с этими женатиками опасно, ведь для выигрыша спора они сделают все возможное. Но с другой стороны… Разве Хану не нужна помощь, чтобы поцеловать Феликса, даже если для этого придется проиграть Хенджину с Минхо? — На что спорим? — спрашивает самый младший и Хенджин переглядывается с возлюбленным, хитро лыбится не по доброму на друга, из-за чего тому становится не по себе: он знает, что в головах этих придурков таится многое. — Если мы выиграем, то сливаем то видео, где ты обмазался пеной для бритья из-за прошлого нашего спора — глаза Джи вмиг округляются. — Шутишь? — Это цена наших услуг свах — пожимает плечами Минхо, целуя Хёни в щеку, на что Хенджин оборачивается полностью лицом к нему и без капли стыда и совести целует того в губы. Хан закатывает глаза и чувствует, что такими темпами сейчас увидит свой мозг. — Идите уже, перестаньте портить девственную атмосферу моей комнаты своим развратом, противные вы, фу — Минхо и Хенджин ехидно хихикают, отбивая друг другу пять. Джисон шуточно кривится, выгоняя за дверь гостей своей «девственной и невинной» комнаты, после чего тяжело вздыхает. Ему нужен план того, как поцеловать Феликса. Но, кажется, недавно ушедшая парочка уже знает, как это сделать.

~~~

Спустя неделю раздумий, Джисону идеальный момент не удалось подобрать, да и в голове для какого-то мега большого плана было пусто. Он даже расстроился, что так и не может никак совершить поступок, который однозначно поменяет их отношения с Ликсом. В один из таких вечеров, сидя на кухне у ребят из второго общежития, он задумчиво колотил ложкой свой зелёный чай, которого на кухне макнэ-лайна и Минхо было хоть отбавляй, ибо Ликс обожал зелёный чай и постоянно покупал с разными добавками. Джисону казалось, что если в мире закончится весь зелёный чай — это будет означать, что его весь скупил именно Феликс. — Привет, Джисон — раздается глубокий голос как-то совсем возле уха, а после со спины чьи-то маленькие руки обвивают, переплетая пальцы в замок на животе. Хану казалось, что весь запас воздуха иссяк в миг, а сердце из груди вот-вот выпрыгнет, если Феликс прижмется ещё ближе, но Ликс поступает ещё коварнее: он кладет свой подбородок на плечо Джисона, у которого все эмоции на лице читаются. — Привет, Ликси — сдавленным голосом выдает Сони, боясь повернуть голову к Ликсу и встретиться взглядом с ним. Феликс отстраняется, медленно убирая руки с накачанного тела Джисона, и с милой улыбкой садится возле него, соприкасаясь своими коленями с его. Хан чувствует, как разряд мурашек прошёлся по телу. — Как день прошел? — Хан неловко улыбается, пытаясь хоть как-то мысли в кучу собрать. Внутри эта бешеная белка уже орет громко-громко и не может никак перестать ощущать чужие руки на своей талии. — Чанбин в зал потащил недавно, поэтому фигово — пытался пошутить Джисон, скорчив усталое лицо, театрально всхлипнув. Феликс усмехнулся, внимательно смотря на Джисона. Такой милый и забавный, и точно так же меняется с Феликсом, как это делает Минхо, при одном появлении Хенджина рядом. Хану кажется, взгляд Феликса на него поменялся, более игривый и флиртующий, совсем непохожий на другие, будто он что-то знает. — Тогда, надеюсь, я смогу помочь скрасить тебе вечер, после тяжёлого дня с Чанбином — засмеялся неловко Ёнбок, чувствуя, как в груди расплывается жар от предвкушения. Феликс чего-то выжидает, пока Джисон не догоняет этого. — Тогда ты уже помог — Хан сам не понимает, как это вырвалось из его уст и неловко чешет затылок, пытаясь не смутить Ликса своим недофлиртом в его сторону. Волнение внутри с каждой минутой нарастало, когда Ёнбок с ним один на один. — Для большего улучшения, может тогда, пойдем фильм посмотрим? Мы так и не досмотрели Гарри Поттера из-за того, что я заснул — Джисон без замедлений, быстро и много раз кивает, одаривая Феликса широкой улыбкой, на что Феликс краснеет, опуская глаза. Кажется, сердце сейчас из груди выпрыгнет и сделает сальто, если этот милый парень с беличьими щеками и глазами не перестанет так на него смотреть. Обоим до жути неловко и оба хотят одного и того же. Ликс для идеального вечера достает из морозилки ванильное мороженое, которое так любят они оба и неловко, поглядывая назад на медленно идущего за ним Хана, идёт к себе в комнату. Джи идёт за Ликси, как послушный мамин мальчик, пытаясь угомонить свой внутренний крик, ибо ему как минимум ещё час находится с Феликсом, и если он не успокоится, то умрет от переполнения самых разных эмоций. Сони с кровати, светящимися от влюбленности глазами, наблюдает за каждым движением Феликса, который подключает ноутбук к зарядке и ищет тайм код, где в прошлый раз они остановились. Джисону почему-то не верится сейчас, что Ёнбок настоящий. Веснушки под голубым цветом освещения сейчас более заметны. Хан ловит себя на мысли, что хотел бы каждую из них расцеловать, губами провести линии, выводя созвездия, поцеловать в кончик носа, смотря глаза в глаза. Чувствуя, как смущение накрывает с головы до пят, и щеки покрываются до жути красным румянцем, а после наконец-то коснуться пухлых губ, ощущая, как мурашки по телу бегут, живя своей жизнью. Хану хочется всю эту бурю эмоций с Феликсом ощутить в полной мере, оставляя свои поцелуи на его губах и теле. Он хочет расцеловать его всего, и это желание усиливается каждый раз, когда Ликс возле него так близко сидит, невинно ему улыбаясь как ангел. — О чем задумался так, Сони? — Ёнбоки хихикает, придвигаясь ближе к парню, чтобы вместе досмотреть в обнимку фильм. Но как только Феликс встречается взглядом с Джисоном, как-то уже и фильм слишком на задний план отходит. Хани тяжело сглатывает, концентрируя свой взгляд на глазах напротив, желая утонуть в темно-карей пучине и желательно, никогда больше не выплывать из неё. — О тебе — пытается отшутиться Джисон и смеётся в ответ, увидев, как Феликс, какой раз за вечер, засмущался, отводя глаза в сторону, легонько ударяя старшего по плечу. И ему кажется, тот самый момент настал? Джисон складывает губы трубочкой, потянувшись к Ликсу, ожидая, что тот оттолкнет и начнет возмущаться, но какого же было удивление Хана, когда Ёнбок прижимается к его губам в ответ. Пульс останавливается в миг, а до ушей доносится все, словно сквозь вакуум. Светловолосый вмиг отстраняется от Джисона, скрывая смущенное лицо в своих ладонях, ожидая реакции Хани на его поступок, но её не следует, от чего Феликсу становится страшно. Ведь Джисон ничего не говорит, но и действий никаких не предпринимает. Ему кажется, что это немое «нет» на его небольшое проявление смелости по отношению к Сони. Молчание в комнате ощущается удушающим, от чего глаза Ёнбока слезятся и он начинает тихо шмыгать носом. Кажется, только тогда Джисон наконец-то просыпается от транса, приближаясь к маленькому комочку в виде Феликса. Медленно его ладони с красивого лица, покрытого веснушчатыми созвездиями убирает, и с нежностью смотрит на него. — Ты чего? — Ли неуверенно взгляд поднимает, снова встречаясь с беличьими милыми глазами Хана, которые не смотрят со злостью или с отвращением, напротив, как-то слишком по родному, слишком близко к сердцу. — Прости… Я думал, что ты правда хочешь этого. Я идиот, правда? — Ликс грустно улыбается, слезливо в его глаза смотрит, на что тот усмехается, качая головой. Сони нежно обхватывает его лицо своими ладошками и вытирает большими пальцами мокрые следы от слез. А у Ёнбоки все внутри переворачивается от такого милого Джисона. — Ты вовсе не идиот, Ликси, и я правда хочу этого — глаза Феликса вмиг загораются и Хану кажется, что в темных сияющих больших зрачках видит себя, от чего неловко улыбается и уже сам тянется к нему за поцелуем. Джи не спешит, медленно касается чужих, потресканных от мороза губ, чувствуя приятную шершавость, кончиком носа еле весомо касается его, слыша сбитое дыхание Ликса. Руки Ёнбока уже плавно обвивают тонкую талию Джи, ощущая, как напрягается все его тело, каждая мышца от нежных касаний. — Целуй уже — нетерпеливо шепчет Феликс, оставляя губы приоткрытыми, чтобы Хан мог с лёгкостью поцеловать. Что Джисон в следующую минуту делает, и теперь полностью обхватывает в плен его уста, чуть сильнее сжимая в своих руках лицо Ли. В груди все цветет от эмоций, переполняющих сполна, а в левой области груди, что-то выстукивает ритм быстрее, чем рэп Чанбина. Губы Феликса были сладкими и привкуса, словно мягкий и пухлый зефир. Губы Феликса для Джисона были самыми-самыми, до одури манящими, а также долгожданными. Хан первый нехотя отстраняется и с такой же нежностью, как и минутами раннее, смотрит в глаза напротив, соприкасаясь своим лбом с его. — Я, кажется, влюблен в тебя, малыш Феликс — тихо говорит Джисон, на что Ёнбок во все тридцать два зуба улыбается, и своими объятиями валит Хана на кровать. Всеми ногами и руками обнимает его, словно коала. — Значит все-таки Хенджин и Минхо были правы, я боялся, что это не взаимно — с лица Сони резко улыбка сползает. Теперь он с удивлением смотрит на уже своего парня. — А что они сказали? — Что ты боишься меня поцеловать и признаться мне — Ликс кладет в ласковом жесте голову на накаченную грудь Хана и легонько трётся, словно котенок. Но у Джисона от услышанных слов, словно вся жизнь перед глазами пролетает. — Вот черт…