связь.

Арсений долго въезжал, почему Антон постоянно рядом с ним и везде его тащит с собой по универу, но только потом понял, когда Шастун, весь краснея и трясясь, предложил ему встречаться. А Арсений был более чем доволен — Антон симпатичный, добрый и смешной. Они молодые и свободные, кто им запретил бы? И все бы хорошо, но Арс рассказал об этом Вадиму и теперь вынужден терпеть неясную никому из окружающих ревность от брата. Как сейчас. — Вы пообщаетесь, и ты поймешь, что он прекрасный человек, Вадим, — раздраженно говорит Арсений, закатывая глаза и вытаскивая продукты из пакетов. — Я и так вижу, что он кончелыга, Арс, мне не нужно общаться с ним, — говорит Попов-младший, закинув ноги на кухонную тумбу и развалившись на стуле, — длинный, дрищ, несуразный весь какой-то, а ты об него трешься вечно, будто он модель, — фыркает Вадим и продолжает сверлить брата взглядом. Арсений плавно движется по кухне, уверенно раскладывая продукты в холодильник, что-то выкладывая на стол, чтобы начать готовить, видимо. Вадим невольно следит за тем, как красиво изгибаются руки брата, как покачиваются бедра при ходьбе, как он аккуратно пальцами откидывает челку, которую с утра по полчаса укладывает. И так всегда. Невозможно не смотреть на него. Если Арсений в комнате, то все смотрят на него — аксиома. — Что ты, блять, несешь? Хватит. Это неуместно, это мой выбор, Вадим, будь добр вести себя по-человечески, — рычит Арс, на секунду отвлекаясь от вскрытия упаковок с сыром и нарезок, а потом тянется на верхнюю полку, чтобы достать красивую тарелку. Вадим тянет с ответом, залипая на задравшуюся рубашку, но потом вздыхает и отвечает: — Ладно. Извини. Хорошо, во сколько он придет? Арсений поворачивается к брату и легонько улыбается. — Через час. Я купил сидр и тебе пиво, твое любимое, — говорит Арс и вновь отворачивается, чтобы продолжить, а Вадим замирает на месте. Твое любимое. Попов-младший смывается в свою комнату от греха подальше (в прямом и переносном смысле) и думает о том, в какой момент жизни он вообще оказался в этой яме желания к своему родному брату. С аморальностью данного вопроса он уже смирился, но это и усложнило картину. Вадим скрипел зубами от злости, когда узнал, что Антон встречается с Арсением. Вспоминая слова классика: почему он, а не я? Но ответ был вполне очевидным, поэтому и вопрос больше риторический. Однако это не отменяло душевных терзаний парня, когда он видел, как Арс смотрит на Шастуна горящими глазами, как они едва держатся, чтобы не накинуться друг на друга среди толпы их друзей. Такую страсть сложно пропустить мимо глаз. Вадим решает отвлечься и набрать Коле, лишь бы не оставаться со своими мыслями наедине. А Арсений на кухне не прекращает мучать себя мыслями. Ему очень хочется залезть в голову брату и понять: что же так сильно бесит Вадима в Антоне? Или дело в чем-то другом? Сложно. Может, Арс что-то сам не видит в Шастуне, что видит Вадим? Да бред. Антон весь как на ладони. Попов-старший отмахивается сам от своей головы и берет в руки телефон, собираясь написать своему парню, но тот уже звонит. Арсений отвечает на звонок, а улыбка сама ползет по лицу. — Извините, я звоню самому красивому мужчине на планете Земля, я правильно попал? — звучит бодрый голос Антона из динамика, и Арсений смеется, качая головой. — Правильно. — Еще и скромный, ну как мне повезло! — восклицает Шаст, и Попов превращается в один большой смайлик с глазами сердечками. — Ну и где ты? — бормочет Арс, зажимая телефон между плечом и ухом, и берется за нож и сыр. — Почти у твоего дома, я решил прийти чуть раньше, потому что сбежал с пары, честно говоря. — Не переживай. Вы поладите, все будет хорошо, Шаст. Антон на другом конце улыбается, как умалишенный, потому что до сих не может понять, как Арсений так точно угадывает с его настроением. — Даже спрашивать не буду. Я надеюсь, потому что мне бы не хотелось больше этих неловких разговоров на пустых лестницах с твоим братом. Арсений закатывает глаза и вздыхает в трубку. Да, он даже не стал говорить Вадиму, что знает об этом. Это бессмысленно, потому что брат будет отрицать любую причастность к этому факту, да и Антон попросил молчать. — Я все ещё хочу понять, что происходит. Может что-то, что я упускаю, и это что-то важное, — тихо говорит Арс, аккуратно раскладывая кусочки сыра по тарелке, — переживаю сильно. — Мы разберёмся, Арс. Все будет хорошо, — уверенно отвечает Шастун, и хочется верить, да и как не верить, когда парень всегда отвечал за свои слова? Видимо, воронежские корни не дадут поступить по-другому. Конечно, Вадим фыркнул, едва увидев Антона, но промолчал. Они долго пытались неловко вести разговор между собой, как-то привлекали Попова-младшего, но тот только прожигал их недовольным взглядом. Взрослым таким, осознанным, но недовольным настолько, что Арсению даже захотелось чуть отодвинуться от Антона, будто они не просто обнимались, а минимум трахались на этом диване. И такое продолжалось бы, наверное, всю ночь, но Вадиму надоедает наблюдать за этим. Плевать, он попробует. Внутри себя он, конечно, ругает себя за излишнее будущее проявление эмоций, но соглашается сам с собой. Возможно, если он перестанет вести себя, как мудак, то Арсений будет более открыт к нему, как раньше. — Ладно, Тох, че мы сидим такие кислые, да? Может, сыграем в «Правду или Действие»? — улыбается Вадим, следом делая глоток из своего стакана. Арсений оживляется и резко поворачивается к своему парню с огромной улыбкой на лице: — Я за, ты как? Шастун кивает с улыбкой и приподнимает свой стакан, как бы салютуя Вадиму. Неужели. Они остаются на своих местах, но теперь Антон чуть расслабленнее сидит, лениво приобнимает Арсения за плечи, когда тот привычно закинул ему на колени свою ногу. Вадим внутри себя скрипит зубами, но пытается привыкнуть к этим слипшимся пельменям на их диване. — Начнём с лёгкого?— ухмыляется Попов-младший и смотрит на Арсения. Тот кивает, внимательно слушая. Сначала были общие вопросы, мелкие действия, типа залпом выпить, спуститься и подняться с первого на последний этаж. Вадим проникался к Антону, особенно после истории, где тот рассказал, что не побоялся в Воронеже заступиться за парня, которого почему-то окрестили в геи. Неужели этот Шастун и вправду такой хорошенький весь? Арсений в восторге только не пищал, потому что брат и Антон постепенно действительно находили общий язык, смеялись и шутили, хотя Попов сильно переживал за исход сегодняшнего мероприятия. А потом начались те самые задания и вопросы. Вадим почему-то первый перешёл к ним. — Хорошо, Арс, — говорит Вадим, ехидно улыбаясь, — был ли у тебя секс в публичном месте? Арсений фыркает и смотрит на Антона, который выглядит как довольный кот. — Был. И не раз. Вадим выглядит удивлённым, но не с отвращением на лице. Это успокаивает и Арсения, и Антона. — Хорошо, Антон, правда или действие? — спрашивает Арс, ногой подталкивая ногу своего парня. — Действие. — Бля, что же тебе загадать… — Поцелуйтесь, что ли. А то я смотрю, вы такие напряжённые, того и гляди пар из ушей повалит. Давайте, соситесь, — смеётся Попов-младший, допивая содержимое своего стакана параллельно. Арсений смеётся, но смотрит на Антона. Шастун максимально расслаблен, улыбается и кивает в согласии: — Это я готов всегда. Иди сюда. Они тянутся друг к другу, Антон кладёт ладонь на колено Арсу, а тот обнимает за шею, и они целуются, прижимаясь друг к другу. Вадим чуть приоткрывает рот, машинально раздвигая ноги шире, и натурально (или нет) залипает на двух целующихся парней. Арсений увлекается и углубляет поцелуй, а Антон не в силах прерваться, поэтому позволяет. — Так, ну все, вы тут потрахайтесь ещё, — усмехается Вадим, облизывая пересохшие губы, — давай, Тох, загадывай. Антон пьяно улыбается, смотря на парня, и закусывает губу, думая. Попов-младший ловит себя на мысли, что зависает на этой картинке, но потом переводит взгляд на брата. А Арсений почти лежит на своём парне, щеки красные, губы припухшие, что невольно в голову лезут картинки, где эти губы вокруг его, Вадима, члена. Попов-старший жадно слушает Антона, и только поэтому Вадим замечает, что тот что-то говорит. — Позвони своему другу и скажи, что тебе отсосал какой-то ваш общий знакомый, сам придумай кто, — хихикает Шаст, как дурак, и Арсений запрокидывает голову, смеясь с задания. Вадим тоже хихикает и понимает, что от его друзей он с вероятностью восемьдесят процентов отхватит пиздюлей, но отказываться не в его принципах. — Ну хорошо. Вадим звонит Никите, и тот недовольно отвечает, как и всегда. Он рассказывает, что Максон с другой группы ему отсосал только что, придумывает на ходу историю, что они встретились в клубе, что тот припер его к стене, и Вадим не успел среагировать. — Ну, хоть кто-то тебе отсосал, господи, а то скоро сперма тебе бы голову пробила, давай спи, долбоеб, — бурчит Ватолин, и бросает трубку, а Антон с Арсением разрываются громким хохотом на всю квартиру, утыкаясь друг в друга. — Ну все, лошади, угомонитесь, — гаркает Вадим, сам сдерживая смех, — Арс, теперь ты. Правда или действие? — Действие, — ухмыляется Попов-старший, — удиви меня. Вадим внутри себя вспыхивает от такого взгляда с поволокой, направленного на него, но понимает, что не он причина. — Что ты там сказал? Удиви? — недовольно говорит парень и хмыкает, а Арс кивает с довольной улыбкой, — тогда отсоси Антону, прямо тут. Шастун в шоке раскрывает глаза и кидает взгляд на своего парня, собираясь придумать, как избежать этого задания, но два брата прожигают друг друга взглядами, будто происходит безмолвная битва. Вадим чуть прищуривается, неотрывно смотря в красивые голубые глаза Арсения, а Арс пытается понять своё настроение. Почему-то в голове не возникло моментальной мысли — отказаться от задания, а наоборот. Попову-старшему хотелось доказать брату, что ему на все плевать и что он влёгкую сделает это прямо здесь. Видимо, алкоголь тоже умеет говорить. — Хорошо. — Хорошо?! Арс! — взвизгивает Антон, поворачивая парня к себе, — ты, вероятно, шутишь? — Нет, Антош, давай, ложись поудобнее, — фыркает Арс и толкает парня в грудь, чтобы тот лёг. Антон в ахуе, но он достаточно пьяный, чтобы не сопротивляться, поэтому Арсений уже на его бёдрах. Попов целует Шастуна и двигает своими бёдрами, потому что он хочет показать, как он умеет. Тупой Вадим. Арс поднимает взгляд на брата и сползает ниже, вставая коленями на пол и наклоняясь к паху Антона. Шастун все ещё в ахуе, но возбуждение уже трещит зарядами по венам, поэтому он облизывает губы каждые десять секунд и опускает свою большую ладонь на затылок Арса, не надавливая и не направляя, просто чтобы он чувствовал тяжесть руки. Вадим сжимает пальцами подлокотники кресла и кусает губы, когда видит, как Арсений стягивает с Антона спортивки с боксерами, обнажая просто, блять, огромный член Шастуна. Попов-младший закусывает губу, лишь бы не отпустить какой-нибудь комментарий, и съезжает немного вниз по креслу, раздвигая ноги. Возбуждение бьет по венам, заставляет внутренности кипеть, но Вадим упорно молчит, только дышит тяжело. Арсений сидит боком к брату, поэтому перестаёт на него коситься и поднимает глаза на Антона. Тот кивает, и Арс обхватывает губами крупную головку, начиная её посасывать с громким причмокиванием. Они втроём ни о чем не думают, просто находятся в моменте. Антон сжимает пальцы в волосах Арсения, но не торопит. Попов-старший выпускает член изо рта и облизывается, а потом опускается ниже к яйцам и проводит влажную дорожку вверх по стволу, обводя после языком головку. Вадим тяжело дышит, чувствуя, как стояк упирается в ширинку, смотрит на такого по-блядски прекрасного Арсения, а потом переводит взгляд на Антона, и он удивлён, что под таким властным взглядом Арсений ещё не стоит раком и просит его трахнуть. Видимо, Антон не такой тихоня, как кажется. А потом Вадим слышит подтверждение этому. — Давай, Арсений, глубже, — голос у Шастуна падает на пару октав, а член у Вадима полноценно встаёт. Хочется достать и подрочить себе, но парень не уверен за реакцию этих двоих. Арсений сдавленно стонет вокруг члена и насаживается ртом глубже, беспрекословно слушаясь Антона. Он втягивает щеки, создавая вакуум, и медленно двигает головой, не отрывая взгляда от своего парня сейчас. Вадим засматривается, и ему так хочется, чтобы на месте члена Антона был сейчас его, чтобы Арс так же плотно обхватывал его и так же жадно отсасывал, смотря в глаза. И тут Вадим чувствует на себе взгляд, поднимает голову, а Антон прожигает его своими зелёными. — Не сдерживай себя, Вадим. Давай, — хрипло говорит Антон, и Попов-младший почему-то слушается, даже не раздумывая. Стягивает джинсы с трусами вниз и делает первое движение рукой по члену, не сдерживая стона. Арсений все ещё смотрит на Антона, даже не попытавшись скосить взгляд, и насаживается на член Шаста, направляемый им же. — Посмотри, Арс, как у твоего брата встал от того, как ты хорошо мне отсасываешь, — мурлычет Шастун, за волосы поднимая голову Арсения и поворачивая на Вадима. Арс облизывает влажные губы, и по всему телу проходит волна возбуждения. Брат выглядит великолепно в своём удовольствии, смотрит на него так жадно. — Давай, малыш, иди к нему, — вдруг тон Шастуна становится каким-то грубоватым и властным, и Вадим немного напрягается, — покажи брату, как глубоко ты умеешь отсасывать, — Попов-младший чуть приподнимается в кресле, ведомый желанием защищать брата, но тот послушно кивает и на четвереньках подползает к нему с ухмылкой на лице. — Так вот, в чем было дело? — хмыкает Арсений и наклоняется к бедру Вадима, оставляя поцелуй прямо у паха. — Меньше разговоров, Арс, я ясно выразился, — Вадим удивляется тому, как поменялся голос Антона. Он такой рычащий, властный, что ты не можешь не подчиняться, что-то в нем заставляет тебя делать то, что он хочет, и это обнуляет все то, что Вадим знал «до» о сексе. Арсений кивает и обхватывает губами член Вадима, сразу же принимаясь за дело. Попов-младший на это смотрит с восхищением и громко стонет, все нервы оголены, потому что его сон стал реальностью. Он осторожно гладит брата по голове, не пытаясь заниматься самодеятельностью, потому что по правую руку сидит Антон, который может гаркнуть так, что сердце через горло вылетит. Как оказалось. — Малыш, глубже, давай, — ухмыляется Антон, наблюдая за полным наслаждения лицом Вадима и отчего-то гордясь своим мальчиком. Он поднимается с дивана и, не снимая одежды, встаёт на колени за Арсением, наклоняясь к его заднице и прикусывая половинки по очереди через спортивные штаны, а потом звонко шлепая. — Я был бы не против продолжить втроём, что думаешь, Арс? — мурлычет на ухо Попову-старшему Антон, и в этом слышно всю заботу мира. Антон спросил только Арсения, потому что он — его главный приоритет, поэтому Вадим даже не обижается, он вообще в ахуе. — Я за, папочка, — задушено отвечает Арсений, оторвавшись от члена Вадима, и смотрит брату прямо в глаза с озорной улыбкой на губах. Вадим охуевает, и внутри него пожар, потому что зелёные и голубые напротив смотрят на него так жадно, что видно, как демоны пляшут у этих двоих во взгляде. Арсений и Антон стали его личным адом, но он готов спуститься на миллион уровней вниз, дойти до ядра, если Арсений будет так смотреть на него. И оказалось, что Антон в реальной жизни и Антон сейчас — это два разных человека. Такому Шастуну не просто хочется подчиняться, от такого Шастуна хочется услышать приказ, лишь бы сделать так, как он хочет. Угодить. — Тогда, малыш, будь хорошим мальчиком и сделай своему брату хорошо, — довольно говорит Антон и прикусывает Арса за плечо, стягивая штаны вместе с трусами к коленям. Он отстраняется и избавляет Попова-старшего от штанов вообще, чтобы освободить себе простор для действий. Антон наклоняется и целует ямочки на пояснице Арсения, а сам Арсений пытается взять до горла член Вадима. Попов-младший чуть ли не скулит, бегая взглядом от Антона к Арсению, а потом Арс так громко стонет, что звук отдаётся крышесносной волной прямо в член. Вадим стонет, а потом видит, что спровоцировало такой стон. Антон уверенно раздвигает половинки задницы Арсения и вылизывает его так, словно он самая большая сладость в жизни Антона. Шастун сжимает ягодицы своими большими ладонями и впивается в кожу пальцами так, что, возможно, останутся следы. Вадим во все глаза смотрит на эту картину и неосознанно сжимает волосы на затылке Арсения, немного дергая его вниз. Попов-старший чуть закашливается, но одобрительно стонать не перестаёт. — Что, милый, нравится? Хочешь вылизывать Арсения так же, как я? — говорит Антон, оторвавшись на секунду от Арса, и облизывает влажные губы. Вадим может только судорожно кивнуть, повторив за Антоном действие. Он никогда не делал такого, но ему хочется взять из этого момента всё. Антон поднимается на ноги, и Арс отстраняется от брата, облизывая губы и тяжело дыша. Вадим сидит, почему-то ожидая команды от Антона, а Шаст смотрит только на Арсения, а потом наклоняется к нему, сидящему на своих поджатых ногах, и жадно целует, пальцами ощутимо сжимая волосы на затылке своего парня. Арс стонет ему в рот и хватается за руки, выгибаясь. Вадим залипает на изгибах тела брата, как красиво он изгибается в руках Антона, как вздымается грудь от тяжёлых вздохов. — Дай-ка, — шепчет Антон и отстраняется от Арсения, разгибаясь и подавая руку Вадиму. Тот сразу же берётся и встаёт, а Антон обхватывает его за талию, прижимая к себе. Вставший член Шастуна упирается в низ живота Вадиму и ощущается это просто охуенно. Кожу будто обжигает, рука Антона крепко держит его, поэтому Попов-младший сам не понимает, как тянется к лицу Антона, и вот они уже целуются. Вадим приглушенно стонет и хватается за руку Антона, потому что кажется, будто ноги не держат. А Арсений наблюдает за тем, как его парень и его брат целуются, и желание дотронуться до себя никогда не было таким сильным. Вадим, до этого довольно грубый парень, плывёт в умелых руках, как когда-то познал это ощущение Арсений. Видимо, все Поповы не могут устоять перед Шастуном. Антон разрывает поцелуй и улыбается, наблюдая за эмоциями Вадима. Где-то он уже такое видел. — Давай, малыш, теперь сделай своему брату хорошо, — шепчет Антон и отпускает Вадима. Арсений смотрит на Шастуна, и в его глазах вся любовь мира. Он обещал, что все будет хорошо — все уже хорошо. Антон опускается в кресло и кладёт ладонь на затылок Арсению, поглаживая и улыбаясь ему. — Не понимаю, почему твой блядский рот до сих пор не занят, — говорит Антон, и у Арса мурашки по всему телу, поэтому он сразу же обхватывает губами головку и насаживается ниже, стягивая спортивные штаны с парня и откидывая их в сторону. Так-то лучше. Вадим поднимает взгляд на Антона, и тот все понимает. Нужно чуточку помочь. — Представь, Вадим, что это самое вкусное мороженое в твоей жизни, и не бойся, мой мальчик обожает, когда его вылизывают, — мурлычет Антон и сдавленно стонет, запрокидывая голову назад и управляя Арсением на своём члене рукой. У Вадима на пару секунд сбивается дыхание от того, как хорошо выглядит брат с этой стороны. Он наклоняется и сначала влажно целует спину Арса, спускаясь ниже, а потом осторожно, не как Антон, раздвигает ягодицы парня и в который раз забывает, как дышать. Да, у него был секс с парнем, он знает, как это все выглядит и происходит, но сейчас все чувства острее. Вадим не выдерживает и широко проводит языком по расселине, а сверху слышен громкий стон. Это и подбивает двигаться увереннее, что он и делает. Сначала вылизывает его снаружи, изъебываясь языком во всех различных направлениях, сжимает ягодицы, а потом пробует толкнуться языком внутрь и сходит с ума от того, какой Арсений податливый. Антон тяжело дышит и стонет, когда Арс скулит прямо на его члене, иногда вытирает ему проступившие слёзы, пытаясь немного ослабить давление на глотку, но Попов усердно насаживается обратно, работая ртом, как не в себя. Антон знает, что сейчас возбуждение постепенно забирает у Арсения личность, что грань, которая была установлена до этого, пройдена. Так же Антон знает, что нужно переходить к активным действиям, пока кто-то не кончил раньше Арсения. — Давай, малыш, хочешь мой член внутри, да? Конечно хочешь, о чем я спрашиваю, — воркует Антон, смотря в опьяненные глаза Арса, и закусывает губу от того, что парень не может не скулить и не стонать хотя бы три секунды, потому что Вадим уже трахает его языком и, видимо, довольно умело. — Пожалуйста, папочка, пожалуйста, дай мне его, прошу, папочка, — хнычет Арсений и извивается, заводя руку за спину и прижимая лицо Вадима ближе к своей заднице. Антон ухмыляется и встаёт с кресла, чтобы подойти к Вадиму сзади. Арсений упирается свободной рукой в пол, прогибаясь, и громко стонет. Шаст встаёт позади и потом резко обхватывает шею Попова-младшего ладонью, отстраняя от задницы Арса и наклоняясь к нему. — Очень хорошо, хочешь трахнуть его, да? Конечно хочешь, о чем это я, — шепчет Антон и прикусывает мочку уха Вадима, оттягивая и опуская руку на его член, — давай-ка растянем его, — добавляет он и с нажимом проводит ладонью по стволу, специально не касаясь головки, а Вадим стонет, откинув голову Шастуну на плечо. Антон поднимает Арсения за бёдра с пола и почти кидает на диван, заставляя руками упираться в спинку и широко раздвигать ноги. Вадим все ещё почему-то ждёт указаний от Антона, хотя всегда мечтал об этом, поэтому он стоит рядом и смотрит на Арсения, красиво изогнувшегося на диване. Попов-старший кидает взгляд на младшего и облизывается, подзывая к себе. Вадим встаёт напротив и наклоняется, а Арс впивается в его губы, притягивая к себе за шею. Они целуются, кусаясь и тихо мыча друг другу в рты, а Антон позади наблюдает за этим с горящими от возбуждения глазами. Это выглядит слишком красиво и ни разу не неправильно. Но Арсений опять хнычет и толкается бёдрами в воздух, поэтому Антон достаёт из джинсов смазку, которую таскает с собой после одного интересного случая, и не церемонится, выливая вязкую жидкость прямо между половинок. Арс вздрагивает, но потом одобрительно стонет. Вадим поднимает голову и видит, как Антон размазывает смазку между пальцев, а потом медленно проникает внутрь первым. Арсений открывает рот в немом стоне и откидывает голову назад, а Вадим припадает губами к его шее, отвлекая от неприятных ощущений, но ему очень хочется увидеть, как красиво растягивается анус брата вокруг длинных пальцев Антона. Из-за этой мысли Вадим не сдерживается и прикусывает кожу на шее Арсения, сразу же зализывая. Ему так хочется загнать свой член прямо до горла брата, но он переживает, что это будет слишком. Антон разве что не рычит от возбуждения, вгоняя пальцы в задницу Арса и покусывая его кожу на спине, потому что хочется больше, ближе. — Антон, пожалуйста, мне нужен твой член, — стонет Арсений, и в его голове ад. Черти пляшут огромным хороводом, нет ничего, кроме двух пар рук, которые ласкают его, и губ, которые, кажется, со всех сторон. Он стонет и мечется по дивану, когда с одной стороны его так хорошо трахает пальцами Антон, а с другой брат, который оставляет такие сладко-больные следы на шее, который насилует его рот так хорошо и приятно. Голову ведёт от осознания ситуации, но хочется больше и больше. — Вадим, закрой ему рот, не понимаю, почему я до сих пор слышу от него что-то, кроме стонов и криков? — фыркает Шастун и раздвигает пальцы внутри Арсения, растягивая. Арс срывается на крик и пытается насадиться глубже, но Вадим не даёт, смекнув, что к чему. Арсений кайфует от грубости, очевидно. Поэтому парень выпрямляется и надавливает Арсению на скулы, чтобы тот открыл рот. Арс послушно открывает и обхватывает губами член Вадима, облизывая и всасывая его в свой рот. Глаза Попова-старшего уже закатываются от удовольствия, поэтому Вадим начал толкаться глубже, крепко удерживая голову брата на месте. Стоны сами вырывались из горла от такой блядской картины перед собой. — Будь готов, Арс, четвёртый, — тихо предупреждает Антон и, видимо, входит, потому что Арсений замирает на месте, распахивая глаза. Вадим выходит и наклоняется, чтобы поцеловать и отвлечь от неприятных ощущений. Он даже, блять, не представляет, насколько нужно быть терпеливым, чтобы принять четыре пальца. Но, учитывая размеры Антона, не удивительно. — Вадим, заткни его рот сейчас же, мне сколько повторять? — рычит Шастун и шлепает Арса по заднице, сжимая и оттягивая. Попов скулит, растянутый с двух сторон, и не знает, куда податься. Ему нужны оба рядом с ним. Возможно, даже в нем. Ему нужно, чтобы он был между ними, чтобы терся о них обоих и чувствовал их. Антон, как будто чувствуя своего парня, медленно вытаскивает пальцы из тела Арсения и целует поясницу, поднимаясь выше. — Иди сюда, Вадим, и сними уже эти ебанные джинсы, — усмехается Антон и поднимает к себе Арсения, поворачивая лицом и впиваясь в его губы. Пара жадно целуется, Антон не удерживается и сжимает задницу Арса, проникая внутрь двумя пальцами. Вадим придвигается к ним ближе на коленях по дивану и ожидает, когда Антон разрешит что-то сделать. — Давай, милый, хочешь взять его? Хочешь трахнуть своего брата? — шепчет Антон, переводя мутный от возбуждения взгляд на Вадима, и облизывается, опуская обе ладони на задницу Арсению и раздвигая их в стороны, — посмотри, какой мокрый и растянутый, давай, вон смазка. Арс наваливается на Антона почти несоображающей лужей, вцепившись в его плечи пальцами, и только и делает, что скулит и стонет в умелых руках. Ему слишком хорошо, но хочется ещё. Хочется глубоко внутри большой член, который бы жестко трахал его, хочется член в глотке. Хочется все и сразу, а кроме возбуждения и двух парней, которые доводят его до экстаза, в голове ничего не осталось. Вадим берет смазку и размазывает по члену, шипя от того, какой уже болезненный у него стояк. Арсений выгибается специально для Вадима, а Антон специально удерживает его на месте, то вгоняя пальцы внутрь задницы Арса, то вытаскивая и открывая самый лучший вид на Земле. Попов-младший обхватывает одной рукой бедро брата, и их пальцы с Антоном переплетаются, с большей силой впиваясь в нежную кожу Арсения, а другой Вадим придерживает свой член за основание, медленно проникая внутрь. Попов-старший выгибается ещё и стонет, царапая Антону плечи. — Вот так, хороший мальчик, Арс, расслабься и дай своему брату хорошо тебя трахнуть, малыш, — мурлычет Шастун и коротко целует Арса в губы, медленно опуская его вниз и расцепляя их с Вадимом руки. А тот только рад: сразу же вбирает в рот член своего парня, пытаясь взять с каждым разом как можно глубже и одновременно толкнуться назад бёдрами, чтобы брат уже двигался. Вадим наконец-то берет себя в руки и делает первое движение, боясь сделать брату больно. И когда Арсений одобрительно стонет, окончательно расслабляясь, Попов-младший даёт себе волю. Входит в ритм, сначала умеренный, прогибая Арса посильнее в пояснице, не в силах оторвать взгляд от макушки, которая так же ритмично двигается. Но потом он поднимает глаза на Антона, а тот смотрит прямо на Вадима, ухмыляясь и едва слышно постанывая, но закатанные глаза говорят сами за себя. Шастун цепляется за этот зрительный контакт и решает, что пора. — Малыш, ты бы видел то, что вижу я. Твой брат так хорошо натягивает тебя и твою задницу на свой член, Арс, он так этого хотел, господи, — и все это в глаза Вадиму. Арсений, слыша это, громче стонет, а Вадим не удерживается, ускоряя движения члена внутри брата. Слышатся частые шлепки кожа о кожу. Возбуждение срывает все клеммы, вырывая животные инстинкты. — Чувствуешь? Он готов вытрахать из тебя все, но тебе же будет мало одного, верно? Конечно да, — продолжает говорить Антон, а Арсений отрывается от его члена, чтобы передохнуть, но потом возвращается обратно, втягивая в рот яйца по очереди и надрачивая своему парню. Вадим чуть ли не скулит, жестко и бесцеремонно вбиваясь в брата, потому что Антон своими словами подвел его к краю. Никогда он не думал, что такие грязные разговоры могут его настолько сильно возбуждать, но в сочетании с Арсением и его упругой задницей — это огненная смесь. Антон видит, как у Арса уже чаще обычного закатываются глаза, но это все ещё недостаточно для его неугомонного парня. Он знает. Он помнит, как охуел в первый их раз. Попов-младший грубо держит бедра брата, удерживая на месте и с силой вбиваясь в него, вымещая все своё желание и не жалея. Арсений стонет, пытаясь взять член Антона до глотки, чтобы заткнуть самого себя, пока сам Шастун продолжает говорить: — Детка, готов, чтобы в тебя кончили? — тихо спрашивает Антон, и Арс быстро кивает, зажмуриваясь от удовольствия. — Не сдерживайся, Вадим, — говорит Шаст, резко запрокидывая голову назад и закрывая глаза, потому что его парень протолкнул его член до своей глотки, — блять, Арс. Охуенно, продолжай, малыш, твой рот… Вадим не выдерживает, потому что он и так долго терпел это все, и резко входит до основания в Арса, вжимая его бёдра в свои и кончая глубоко в нем с громким стоном. Попов-старший прогибается и выпускает член изо рта, громко выстанывая что-то нечленораздельное. Антон наблюдает, как Вадим приходит в себя и медленно выходит из брата, и видит, что Арсений уже не в себе. — Давай, малыш, повернись к Вадиму лицом, хочу трахнуть тебя, тебе же так мало, ты же у меня такая шлюха, да, милый? — громко говорит Шаст, и Арс приподнимается, впиваясь в его губы и продолжая надрачивать ему одной рукой. Вадим в ахуе еле дышит, пытается восстановить дыхание, но не получается, потому что Арс разворачивается, и в его глазах звенящая пустота. И это так красиво, страшно, непонятно для Вадима, но Антон наверняка знает, что делает, когда грубо раздвигает ноги Арсения, жестко прогибает его в пояснице и сразу же вгоняет член по основание, заставляя Арса кричать. И вся последующая сцена заставляет Вадима находиться на грани волнения за брата и возбуждения от картины перед собой. Антон жестко вколачивается в своего парня, царапая его бока и спину, жестко выгибая шею за волосы и отвешивая шлёпки по заднице. Арс на каждое прикосновение льнет к Шасту, отзывается стонами, криками и телодвижениями. Вадим удерживает Арсения за руки, но брат то и дело кусает его за внутреннюю или за внешнюю часть бедра в порывах особенно сильных и быстрых толчков. — Какая же ты шлюха, малыш, посмотри на себя, посмотри, как глубоко ты принимаешь мой член, — говорит Антон, тяжело дыша, и продолжает трахать Арсения, не останавливаясь вообще. И вот момент истины, когда Арса пробивает дрожь по всему телу и он замирает на месте, сначала беззвучно кончая и ловя судороги в конечностях, а потом громко крича от удовольствия и от силы оргазма, который он получил. Антон делает еще пару толчков, чтобы его парень ощутил весь спектр ощущений и догнал каждый, а потом резко выходит и в два движения доводит себя до оргазма, кончая на спину Арсения и громко выстанывая «А-а-арс». Вадим в ахуе наблюдает, как брата до сих пор не отпускают судороги и как быстро приходит в себя Антон, мягко целуя спину Арса и поднимаясь. — Вадим, можешь принести мокрое полотенце, пожалуйста? Он не встанет сейчас и лучше бы нам сейчас быть рядом с ним какое-то время, — тихо говорит Антон и чуть улыбается. Попов-младший кивает и подрывается, быстро находя полотенце в их ванной, чтобы намочить его горячей водой. Подумав, заходит в свою комнату и берет мягкий плед, который ему подарила мама, вдруг понадобится. Когда Вадим заходит в гостиную, то Арсений все ещё в таком же состоянии желе, с закрытыми глазами и тяжело дышит. Антон осторожно вытирает его везде, чтобы не было никакого дискомфорта, и укладывает на диван. Плед действительно пригодился. Шастун накрывает Арсения им. — Он в порядке? — шёпотом спрашивает Вадим Антона, находя трусы и натягивая хотя бы их. — Да, просто он позволяет своим инстинктам и возбуждению слишком много в своей голове, отдаётся, плюс жадный, поэтому выдаивает из себя все, что можно, а потом погружается в это состояние. Это нормально, но мы должны побыть рядом, пока он не придёт в себя, — отвечает Антон, так же глазами отыскивая свои трусы и скрывая причину комплексов многих мужиков. Они сидят на полу у дивана и тихо переговариваются, пока Арс не ворочается и не приходит в себя, спрашивая, как долго он был в этом. Антон и Вадим улыбаются, отвечая. Потом они решат, что делать с этим всем, но сейчас в этой квартире исключительно покой и улыбки. Возможно, потом кому-то будет плохо, а кто-то будет чувствовать слишком много ответственности, но все в итоге решится.