Зазеркалье

Шум города, его быстрое движение и звышенные стандарты хорошей жизни, казалось бы обычный мегаполис, коих в мире не один десяток, но для Ликса он самый любимый и необычный, сказал бы он, если бы это было правдой. Он терпеть не может Сеул. Да, для некоторых этот город не город, а мечта. Для Феликса же это просто соковыжималка, которая так и норовит раздавить его в своём быстром темпе. Жизнь здесь не такая уж и сладкая, как многим кажется. Просто нужно понять одну вещь, если ты хочешь жить хорошо, стань лучшей копией себя. Абсолютно всем плевать на твои чувства. Люди лишь хотят выпотрошить тебя, достать душу и кинуть её на асфальт, безжалостно втоптать в грязь. Феликс долго сопротивлялся этому правилу, но вскоре сдался, сделав из себя того самого сладкого мальчика-ангелочка, которого хотят все без исключения. Однако есть в нём ещё тот лучик, что заставляет противиться всему дерьму, что с ним происходит. Вот и сейчас этот лучик заставляет его ноги бежать по крышам, то и дело, перепрыгивая через разные препятствия. Закатное солнце опаляет последними лучами кожу, придавая ей оранжевый и нежно-розовый оттенок. Как в последствии оказалось, Феликс любит экстрим. Те самые острые ощущения, что дают на некоторое время забыть о том, что ты должен или не должен. Здесь на вершинах домов, он чувствует себя хоть немного, но свободнее. Будто птица расправившая крылья перед полётом. Очередной прыжок и вот блондин уже стоит на очередной крыше достаточно высоко здания. Ноги гудят, а дыхание уже давно перестало быть нормальным, как в прочем то и занятие, которому Ликс отдается полностью. Паркур давно стал частью его бедной жизни. Бедная она не потому, что денег не хватает, а потому, что лишена вещей, которые дарили бы радость. Она пуста. Эту книгу даже читать никто не станет, хотя обложка выглядит не лучше, чем обложка учебника по физике. Становится ужасно скучно уже на первых страницах, ведь от них так и веет правильностью. Но есть один человек, что решился взяться за это наискучнейшее произведение. Ветер становится прохладнее и даже зелёная рубашка не спасает. Он пробирается под кожу, опаляет холодом открытые коленки, что не скрыты гольфами и шортами, но Феликсу нравится. Он не мазохист, просто ему всегда жарко, поэтому ветер является его единственным спасением. Последние лучи скрываются за соседним небоскребом. Прекрасная картина заката. Она цепляет взгляд и уносит его куда-то далеко за грань сознания. Думать о чём-то совершенно не хочется, но странные, а порой даже грустные мысли, так и ползут в голову, нагружая её ещё сильнее, чем препод во время пар. В таком состоянии ты не слышишь и не обращаещь внимание ни на что. Всё это отходит на второй план, становится не таким важным. Уже не холодно, не больно и ты полон сил, хотя устал неимоверно. Солнце уже зашло, и город погрузился в своё второе состояние. Ночь. Улицы ни на минуту не утихают, а наоборот, становятся только шумнее. Яркие неоновые вывески с названиями различных клубов и баров. Рестораны, что по факту, должны закрываться, продолжают свои работу. Шум машин тоже не прекращается, ведь кто-то спешит домой, а кто-то на работу или же отдохнуть от тяжёлого дня. Ночной город и его такая же ночная жизнь, само по себе прекрасное зрелище. Огоньки отражаются в карих глазах, скрытых голубыми линзами. Феликс смотрит на всё это как заворожённый. Ему интересно узнать судьбу каждого человека. Понять куда торопится вон тот мужчина в пальто или к кому на свидание собралась та женщина, что сейчас вышла из машины. Всё это захватывает разум, пробуждая дикое желание. Глаза загораются, а пальцы крепче сжимают холодный металл. Позади слышаться чьи-то тихие шаги и Ликс резко оборачивается. Перед ним стоит парень такого же возраста, что и он, только рост выше на несколько сантиметров. Он стоит недалеко, но из-за того, что в то место не попадает свет его плохо видно. Феликс прищуривается, а его глаза становятся похожи на две маленькие щёлочки, но вскоре он выдыхает и отворачивается обратно к своему занятию, а точнее созерцанию прекрасного. Парень тоже долго стоять не стал и подошёл к Ли. - Двадцать минут. Я просил не опаздывать, но ты всё же опоздал, Хёнджин. - Голос Феликса спокойный, но в нем слышится доля разочарования и упрёка. Парень рядом лишь усмехается и надувает губки. Собственно это и есть наш второй герой Хван Хёнджин. Человек с железным терпением, раз взялся за такую сложную книгу под название "Одинокие будни или жизнь Ли Феликса", что любит рисовать и выводить Ликса из себя безудержным флиртом и зачастую ты не понимаешь, то ли он шутит, то ли он и в правду так вырожает свою безграничную любовь. Феликс уже с этим смерился и старается просто не обращать внимания на страные взгляды со стороны прохожих, когда это чучело пытается опять его поцеловать прямо на улице во время их совместной прогулки. Вы не подумайте, что Феликсу противно такое отношение к себе от своег друга, он не гомофоб, а даже наоборот, только вот здесь главную роль играет то, что Хван в первую очередь его друг, а потом всё остальное. При чём не просто друг, а лучший. Если бы не он, то кто бы стал вместе с Ли ходить на пары и покупать еду в соседней кафешке, когда тот забывал кошелёк. Конечно, кошелёк, всегда, почему-то, забывал Хван, но это не важно. А самое главное, кто будет с ним провожать последние лучи заката и говорить какое Ли солнышко и как ему с ним повезло. Все эти, казалось, бы обычные действия без Хёнджина были бы ни те. Всё же, когда этот оболдуй рядом, Ли так и хочется улыбаться, забывая обо всём, ибо Драма Квин, такое прозвище получил Джин из-за своего характера сучки, очень часто вляпывается туда, куда не стоило бы. И как вы думаете, кто бежит аж спотыкается его спасать? Правильно, бедный Ли Феликс студент третьего курса архитектурного университета Сеула. - Ну, малыш Ликси, я же не специально. У меня были причины на то, чтобы задержаться на пару минут. - слова Хвана звучат непринуждённо и как ни в чем не бывало. Он разворачивается и опирается о перила спиной, укладывая руки по бокам. - Чем же ты таким интересно занимался, что опоздал на целых двадцать минут? - Блондин развернулся к своему собеседнику, наблюдая за тем как тот достает из кармана пачку сигарет и закуривает одну. Вредная привычка Хёнджина - курение. Как бы он не пытался бросить не получалось, а может он просто и не так сильно хотел бросать своё пагубное занятие. Можно подумать что в его жизни случилось какое-то горе из-за чего он и начал травить свой организм никотином, но нет. Он курит, потому что хочет и ему глубоко плевать, что скажут на это его родители или же даже просто прохожие. Его здоровье - его выбор. - Поправочка: не двадцать, а девятнадцать минут и сорок три секунды. Я засекал. - И с каких пор ты стал таким? - Хван непонимающе выгнул бровь. - Умным? - Назойливым, Хван, назойливым. - Феликс тыкнул в парня пальчиком, на что тот лишь звонко расмеялся. - Но ты же любишь меня, зайка. - Хёнджин начал двигать бровями в подтверждение своих слов, а его губы изогнулись в едкой усмешке. Ликс закатил глаза и отвернулся от друга, продолжая смотреть в пустоту ночного города. - Терпеть тебя не могу. - Феликс проговорил это почти шопотом, но Хван услышал ещё больше улыбаясь. - Так бы и прибил. - Я тоже тебя люблю, можешь не начинать. Всё оставшееся время они провели в тишине. Дело не в том, что им нечего было сказать, просто слова здесь были явно лишние, да и каждый думал о чём-то своём. Время неумолимо двигалось вперёд, и вот, стрелки скоро перевалят за полночь, а наши мальчики продолжают стоять на какой-то крыше, хер знает где. - Малыш, ты не думаешь, что нам пора в кроватку? - Хёнджин стоит с зади Феликса и обнимает его за талию, сильно прижимая к своему телу. Голову он положил на маленькое, но не такое уж и хрупкое плечо, носом утыкаясь, куда-то в район шеи. От Феликса пахнет чем-то сладким. Скорее всего это его любимый брауни ну или же шоколадное печенье. Хван сам не знает, почему его друг у него ассоциируется именно с шоколадом, а его запах вызывает обильное выделение слюны. - Спать я с тобой не собираюсь, так и знай, а насчёт того, чтобы пойти по домам, я ничего не имею. - Ликс попытался выбраться из таких тёплых объятий друга, но тот лишь крепче прижал его к себе. - Ты разбиваешь мне сердце своим отказом. Так нельзя. - Хёнджин проехался носом от щёки до уха, нежно шепча. - Да, хорошо, может ты теперь отпустишь меня? - Феликс особо не пытался выбраться, но для приличия подёргался. Ожидаемо, что ничего не вышло. - Неа, вдруг тебя кто-нибудь заберёт. Хотя пусть только попробует забрать такую сладость у меня - От такого открытого признания веснушчатые щёки сразу вспыхнули. Это не было похоже на то, что обычно говорил Хёнджин. Горячее дыхание жаром прошлось по шее. Сердцебиение становилось более учащённым, дыхание замерало где-то в груди, а потом нервным выдохом выходило наружу, сталкиваясь с холодным воздухом и образуя облачко пара. - Джинни, отпусти меня. - Феликс старался звучать более уверенно, но голос дрожал, выдавая его неуверенность. - Ммм.. ты завёшь меня так, только, в таких ситуациях, но хорошо. - Руки на талии ослабили свою хватку и Ли с лёгкостью смог выбраться. Быстро выкрутившись он схватил Хёнджина за рубашку притягивая к себе. - Ты флиртун хренов, хватит так делать. Ещё одна такая выходка с твоей стороны и я расскажу Минхо, кто испортил его любимую кофту. - Малыш, я не знал, что ты можешь быть таким опасным. - Пухлые губы вновь растянулись в хитрой усмешке. - Ты меня понял, Хван? - Феликс слегка встряхнул ворот тёмной рубашки. - Да, малыш. - Ли отпустил Хвана и направился к выходу с крыши. - У тебя такое милое лицо, когда ты сердишься. - Крикнул Хван в спину Ли, но тот предпочёл проигнорировать, ибо слова Ли о прекращении такого поведения точно прошли мимо его друга, а рассказывать Ли Минхо ничего не будет, ведь сам был виноват, но не так сильно как Хван, но эта заноза умела вывернуться так, что хер к ней докопаешься, и Феликс это прекрасно знал, но всё равно продолжал угрожать этой несчастной кофтой, которая Минхо и даром не сдалась. Он купил её на какой-то там распродаже и только потому, что Джисон постоянно смотрел на неё, говоря какая она стрёмная. Зачем Ли старшему эта кофта, не знал даже сам обладатель этой фамилии. Просто есть. Денег не жалко, так как куплена по дешёвке, Хан сердится из-за того, что она стрёмная, значит всё окей. Впрочем всё как всегда, но это не надолго.