Затерянное пламя

Декабрьские сумерки в Петербурге наступают рано, и в шесть часов вечера уже было темно. Горели фонари на Петроградской набережной, освещая пустынный тротуар и закрытые сувенирные ларьки. Крейсер «Аврора» возвышался за парапетом подобно молчаливому стражу. Редкие прохожие торопливо пробегали мимо на остановку маршрутки, стараясь побыстрее скрыться от пронизывающего ветра, несущего мелкие снежинки. И никто не обращал внимания на компанию, собравшуюся возле спуска к воде. Помимо участников похода, здесь были Красин с Ирбенским. Ирбенский, тепло поблагодаривший всех участников экспедиции, теперь старался держаться ближе к Альмире - видно было, что он хочет ей что-то сказать, но не решается прервать общий разговор. Все знали, что пришла пора расставаться, и каждый хотел немного оттянуть этот момент. - Как будем возвращать мачту в Астрахань? - спросила Аврора. - Этим займётся Гильдия, - ответил Нантакет. - Но сначала я отвезу маячную мачту на гильдийские верфи, чтобы наши мастера проверили, всё ли в порядке. Всё-таки мачта побывала в тёмных мирах. Мало ли что могло случиться. Сейчас Нантакет, в красном с белым мундире и с обручем на голове, в котором словно сиял драгоценный камень, напоминал доброго принца из сказки. - Хорошо, - согласилась Аврора, - Только постарайтесь не переполошить астраханских журналистов. Она пожала руку Нантакета и между ними произошёл короткий телепатический диалог. Затем она повернулась к Альмире и сжала сильной ладонью руку женщины: - Спасибо за участие. И... - она посмотрела на Ирбенского, - отдельное спасибо за Игоря. Когда будешь в Петербурге, приходи на борт. К фортепиано я тебе вход открою. «А ещё не забывай, что у каждой души, какой бы сильной она ни была, случаются минуты слабости. Не бойся просить о помощи, если нужно. Спасибо за арусианскую музыку. Она мне тогда помогла». Подойдя к Лиэлль, Аврора неожиданно обняла арусианскую девушку и что-то ей тихонько сказала. Лиэлль просияла в ответ. Солейль же бросилась на шею Хранительницы сама: - Я буду скучать!.. - И я тоже, самолётик, - улыбнулась Хранительница. – Очень рада была познакомиться с тобой! - Ну, пока, что ли? - Саша и Альмира пожали друг другу руки. Емейлами и прочими контактами в социальных сетях они уже обменялись. Саша также вернула Альмире компас, который когда-то давал ей Король Дариэль. - Ты правда приезжай летом! - добавила шаманка. - Я покажу тебе те самые ижорские места, про которые говорила! Затем Саша повернулась к Лиэлль и подарила ей одну из своих шаманских подвесок, что удивило, обрадовало и немного смутило арусианку. Самолётика Саша обняла и что-то шепнула на ухо, отчего обе засмеялись. - И не забудь написать письмо Владиславу Петровичу! – напомнила Солейль. - Он, наверное, волнуется. А я пришлю ему фотографии из Карабогаза. И привет Антоновым, конечно же! - Обязательно! – пообещала Саша, крепко пожимая новой подруге обе руки. - Прилетайте с Альмирой! Возле набережной притормозила серебристая "Хонда", оттуда вышел Павел Анатольевич. - Друзья, прежде чем разойтись по своим реальностям, предлагаю на полчасика зайти ко мне, - пригласил он и заговорщически улыбнулся Ирбенскому. Окинув взглядом компанию, он добавил: - Так, вас семеро, а в машине только четыре посадочных места. Девушек - однозначно в машину, поместитесь как-нибудь вчетвером на заднем сиденьи. Нантакета - тоже, у него ценный груз. Игорь, Святогор, а вам придётся добираться своим ходом. Саша посмотрела на Хранительницу; Аврора улыбалась, но глаза её оставались печальными, как у существа, которое переживает свою личную драму, но не хочет посвящать в неё остальных. «Наверное, это из-за Паллады, - догадалась шаманка. - Это очень больно, когда твоим врагом становится собственная сестра…» - Извините, - Саша смущённо кашлянула. - Но я хочу остаться с Авророй… Она снова повернулась к Хранительнице и заметила, что её взгляд потеплел. - Жаль, - вздохнул Павел Анатольевич. - Ну, заходите в мой офис у Святогора на борту. Альмира, Лиэлль и Соль разместились сзади, Нантакет сел рядом с водительским креслом. Лиэлль беспокойно посмотрела на шагающих вдоль набережной Красина и Ирбенского: - Ой... Им долго идти, наверное? - Масштабы Петербурга казались ей непривычно огромными по сравнению с арусианскими городами. Павел Анатольевич ободряюще улыбнулся: - Они доберутся ещё быстрее нас! Корабли в этом облике умеют телепортироваться. Главное - знать, куда. А они знают. Павел Анатольевич жил в доме дореволюционной постройки на Васильевском острове. Вскоре вся компания собралась в его квартире, на кухне с высоким потолком. На плите шумел чайник - для тех, кто не мог питаться одной лишь чистой энергией. Альмира с аппетитом наворачивала холодец с салатом «оливье», Лиэлль ограничилась творогом с мёдом. Соль отправила Тинто в Роттердам очередной смс и теперь увлечённо рассказывала о подробностях похода за мачтой Астраханского. Чайник закипел. Павел Анатольевич достал коробку с чайными пакетиками и начал расставлять кружки. - Подождите, - Нантакет на долю секунды замер, и в руках его появилась красная кружка с маяком и звездой. Он подал кружку хозяину дома: - Это вам небольшой сувенир от Гильдии плавучих маяков. - Спасибо, - поблагодарил Павел Анатольевич. - Можно её опробовать? - И Нантакету нужно кружку! - воскликнула Солейль. - Я обещала угостить его арусианским бальзамом. И вас тоже, и Святогора с Игорем! Пока разливали чай и Соль подбавляла всем ильда мелорис, Альмира обратилась к Нантакету: - Нэн, раз ты умеешь так доставать вещи со своего корабельного борта, можно твою гитару? - Пожалуйста! - В руках Нантакета, как по волшебству, появился инструмент. - Держи. - Мира, ты обещала спеть Святогору «Песню питерских ледоколов»! – напомнила Соль. - Я вообще-то уже пела её у Святогора на борту, - отозвалась Альмира. - Павел Анатольевич помнит... Но тогда я исполняла её плохо. Сейчас - надеюсь, немножко лучше. - Не стесняйся! - Солейль легонько её подтолкнула: - Давай, от винта! - Есть от винта! - Альмира ударила по струнам и запела: Мы лёд разбиваем в зимнем порту, С душой выполняем работу мы ту. Надо фарватер освободить, Чтобы другие могли проплыть. Эй, братья-сёстры, выпьем до дна! Не нужно нам водки, не нужно вина! Вкус наш совсем безыскусен и строг - Пойдут нам водичка и уголёк. Лайнер и сейнер, здравствуйте вам! Мы в Петербурге рады гостям. Мы раздолбаем к чертям этот лёд, Чтоб вы могли идти вперёд. Портовый буксир, здорово, приятель! Ну-ка давай становись в кильватер. С местными льдами ты не шути - Мы, ледоколы, проложим пути. Летом, увы, нам придётся скучать, Днём у причальной стенки торчать. Но вечером вместе с прочим народом Мы будем тусить в Клубе Водоходов. - Ахаха! - расхохотался Святогор. - Отлично, отлично! Только я бы заменил "уголёк" на "дизелёк". Мы давно не работаем на угле. - Но это же художественное обобщение! - весело возразила Солейль. Альмира подмигнула ей. - Так, друзья, а теперь давайте припев все вместе! - распорядилась она. Корабли и Солейль подхватили, но могучий бас Святогора перекрыл все голоса: Эй, братья-сёстры, выпьем до дна! Не нужно нам водки, не нужно вина! Вкус наш совсем безыскусен и строг - Пойдут нам водичка и уголёк! От пения Святогора, казалось, сотрясались стены. С потолка отвалился кусок штукатурки. - Святогор, ты не гуди так сильно! - рассмеялся Павел Анатольевич. - А то у машин во дворе послетает сигнализация. Альмира посмотрела на Лиэлль. Арусианская девушка задумчиво улыбалась и выглядела отсутствующей. Женщина поняла: Лиэлль уже мысленно на Арусе, с Рильстранном-Астраханским. И все как-то сразу притихли. - Наверное, нам пора, - проговорила Альмира, возвращая гитару Нантакету. - Подождите, - остановил её Павел Анатольевич. - Игорь хочет кое-что сказать. У него для тебя подарок. - Да... вот, - в руках Ирбенского появился смартфон с гарнитурой. Но взглянув на прибор, Альмира поняла, что это не обычный мобильник. Ирбенский протянул его Альмире: - Вот... Хранители сделали, специально, чтобы мы с тобой связывались. - Спасибо... - Альмира взяла прибор из его рук: - То есть, когда ты будешь у пирса в Ораниенбауме, а я - в Голландии, я смогу тебе позвонить? - Да... И я тебе тоже. - Здорово! - обрадовалась женщина. - Теперь тебе не придётся скучать в одиночестве возле набережной. А ещё ты сможешь говорить с Тинто и Солейль. - Игорь, как всегда, скромничает, - Святогор улыбнулся в бороду. - Концепция и дизайн - его, мы сделали только техническую работу. - Спасибо... – Альмира сжала руку Ирбенского и несколько секунд смотрела в его глаза, словно разговаривая мысленно. Потом спохватилась: - Так, нам всё же надо идти, - она поднялась и пожала руку Павлу Анатольевичу: - Большое спасибо за приём и чай! Она обратилась к девушке-самолётику: - Соль, предлагаю не лететь, как сюда, а добраться через Арус. То есть пойти с Лиэлль. На Арусе я знаю обратный портал, он выведет нас в Голландию, в Тильбург. Конечно, Тинто придётся поскучать немного дольше, зато ты сбережёшь крылья. И увидишь Рильстранна. - Я бы тоже хотел с вами, - робко проговорил Ирбенский. - Увидеть брата, убедиться, что он в порядке... Святогор, можно? Святогор потеребил бороду в размышлениях. - Ты, конечно, в последнее время часто бывал вне тела. Это может сказаться нехорошо на твоём корабельном корпусе в Ораниенбауме. Но... Один день на Арусе не повредит. Только смотри, дольше не задерживайся! - Понял! - Ирбенский просиял. Альмира тоже обрадовалась: ей не хотелось расставаться с плавучим маяком, который за эти несколько дней стал ей так дорог. И конечно, Игорю нужно увидеться с братом! А ей - отдохнуть денёк на Арусе перед тем, как возвращаться в земную жизнь. - Вам на маршрутку? - Павел Анатольевич помнил, что портал находится в Гатчине. - Могу подбросить вас до «Московской». - А куда мы выйдем из гатчинского портала? - спросила Лиэлль, до этого молчавшая. - Возле Ин-Тегельда, - ответила Альмира. - Там всегда кто-нибудь есть, так что оттуда до Львиного замка нас подвезут. - А давайте лучше в Кельмриль! - предложила Лиэлль и с жаром заговорила: - Я проведу, я сумею! Надо только попасть на морское побережье! Здесь далеко море? - Ну, всяко ближе, чем Гатчина, - улыбнулся Павел Анатольевич. - Я вас подвезу. Нантакет, а тебя куда? - Меня можно высадить где-нибудь на набережной по дороге, - ответил Нантакет. - Дальше я пойду сам. Друзья вышли из подъезда. Пока Павел Анатольевич заводил машину, Альмира, Лиэлль, Соль и Нантакет попрощались с Красиным. - Ты видео всё-таки сделай, - напомнил Святогор Альмире. - А то мы с Павлом Анатольевичем уже сколько ждём. - Ой, - смутилась она. - В этот раз постараюсь не продинамить.