Палата номер восемь

— Р-ради меня? — Оливия от шока приоткрыла рот. — Мне же не послышалось? Ради меня? «Ради меня?» Эти слова девушка проговаривала раз сорок. Она лежала, скомкавшись в клубок и глядела в пол, и не пошевелилась даже когда первые лучи солнца пробились в палату. Оливия… — раздался робкий голос. Стар приподняла голову. Увидев у двери Ботана, брюнетка привстала. — Привет. — Ты… Ты пойдешь в столовую? — Ну, да. Кстати! — девушка улыбнулась. — А ты ведь вчера йогурт выпил! — Оу… На лице юноши появился лёгкий румянец. Учитывая, что выпил йогурт ради Оливии, он засмущался. Тонкие пальчики начали теребить воротник больничной рубашки. Оливия заметила это. Первый признак влюбленности, о котором говорил Макс. Однако, рано что-либо говорить. Хотя слова «Ради тебя» засели глубоко в подсознании. — Ты же не ела чипсы? — спросил Ботан, прищурившись. — Я не из тех сук, которые слово не держат. — Я тоже слово держу. Ради тебя. Снова это слово. Теперь его было отчётливо слышно. Кудрявая застыла, глядя на парня. Это худощавое тельце, потрескавшие тоненькие губы, карие глаза. Одежда, которая была немного велика, что придавало ещё больше милоты парню, Румяные щеки, шея, робкий нежный голос… услада для ушей… Он идеальный. Помотав головой, девушка, как ни в чем не бывало встала с кровати и взяв ванные принадлежности, подошла к Ботану. — Молодец. Чтобы в столовке съел всё, что там тебе дадут. — Нет, — отрезал очкарик. — Ты же обещал! — вскрикнула Стар. — Я тогда тоже нарушу обещание, раз такое дело! Толкнув Ботана с прохода, девушка вышла в коридор. — Я буду пока пить йогурты… — вымолвил Ботан. — пока мне тяжело… Давай начнем с малого, ладно? Голос в конце задрожал. — Ладно… — обернулась девушка. — Но бабла у меня не много! Так что готовь свои! — Хорошо! Прошло минут тридцать с разговора ребят. После ванных процедур Оливия вышла и направилась к своей палате. Ботан до сих пор стоял возле палаты Оливии, держав руки за спиной, разглядывая грязный пол под ногами. — И чего ты до сих пор стоишь? — девушка закинула мокрое полотенце на плечо. — Я ждал тебя, чтобы мы вместе пошли в столовую… — Ждал меня? — девушка приблизилась. — И для чего? — А… — юноша замешкался. — Просто! У меня нет никаких двусмысленных мыслей и что-то в этом роде! Я говорю честно! — Успокойся, я шучу. Она прошла в палату. Разложив вещи по местам, вышла к Ботану и те пошли в столовую. Сидели они так же, как и раньше. И так же не притронулись к еде. Оливия болтала с соседками, а Ботан в это время наблюдал за ней. Пару раз она ловила его взгляды, на что он быстро отводил взгляд куда-то стену. Максим, который сидел напротив Ботана внимательно следил за другом, при этом ухмыляясь. — Чего ты вечно туда смотришь? — спросил шатен. Очкарик вздрогнул. Помотав головой, он перевел взгляд на соседа. — Я никуда не смотрю… — Я же вижу, что ты на Оливию смотришь. Можешь рассказать, что произошло? — Максим, ничего не произошло… — Кстати! — запил компотом парень, перед очередным допросом. — На твоей тумбочке были йогурты! Я как бы каждый проверил, один из них пустой! Ты начинаешь кушать? — Ну… да. Я стараюсь ради одного человека. Только Макс! — вскрикнул Ботан. — Давай на этот раз без допросов, ладно? Максим тепло улыбнулся. Однако, он далеко не глупый и всё понимал. Столовая пустая. Последние люди покинули небольшое помещение и разошлись по палатам. — Ты ведь помнишь? — произнесла в пол голоса Оливия. — Да. Сейчас я выпью йогурт. Перед тобой. Забежав в свою палату, Ботан взял одну бутылочку напитка и вернулся к Оливии. На этот раз уверенности меньше, чем в ту ночь, но парень все же выпил его. — Молодец! Можешь же, когда хочешь! — Ты тоже молодец! Я рад за тебя! — Дадада, хватит тут нежностей и прочей херни, — махнула рукой девушка и после чего ушла в свою палату.