Трудности любви. Часть3. Борьба за счастье.

      Эх, бедный я, бедный. Все только обижают. Я зашёл в спальню, запер дверь и лёг на кровать. Не хочу никого видеть. Через десять минут в дверь постучали. - Макс, открой, пожалуйста, - Валерка. Я не ответил ему, - я ни причём, меня твоя сестра заставила приехать, - Подкаблучник фигов, предатель, - ладно, бро, как остынешь набери мне. Сходим куда-нибудь вдвоём, - проговорил Валерони с той стороны и стало тихо. Слава богу.               Я решил пока что вздремнуть, а потом пойти поужинать. Прошло около двух часов. Меня никто не беспокоил и я благополучно успокоил свои расшатавшиеся нервы. В дверь постучали. Я встал, открыл и увидел Ника. Он стоял с подносом в руках виновато улыбаясь. - Заинька, я ужин принёс. Будешь кушать? - спросил он. Я улыбнулся. Он такой милый сейчас. - Буду, солнце, - ответил я ему, отойдя в сторону и пропуская его в комнату. Ник прошёл к тумбочке и поставил поднос. Потом подбежал ко мне, взял на руки и понёс на кровать. - Ты такой лёгкий, зай, как пушинка, - проговорил он, удобнее усаживая меня на кровати, - тебя покормить или ты сам? - блин, мне так приятна его забота, до жути приятна. - Сам, солнце. У меня же сломана левая рука, а не правая, - сказал я ему. Ник поставил мне на колени поднос. Фига себе он постарался! Он приготовил мне пасту болоньез и лазанью. А ещё круассаны и латте, - Ничего себе! Спасибо. У нас сегодня итальянская и французская кухня? - спросил я его. Ник разулыбался во все 32. - Захотел тебя порадовать. Кушай, я сейчас, - сказал он и вышел в коридор. Я сидел и наслаждался ужином. Он зашёл назад, неся большой букет лилий и маленький пакетик. - Солнце, ужин это, оказывается, только часть твоих радований меня? - спросил я, принимая из его рук букет и откладывая на кровать. - Да, зайчик, именно так, - проговорил он, садясь рядом со мной, - я тут кое-что купил, не знаю, понравится тебе или нет. Но когда я это увидел, я подумал, что на тебе это будет смотреться замечательно, - и достал маленькую коробочку, - Заинька, дай свою ножку.       Я поставил свою ногу ему на бедро, аккуратно, чтобы не расплескать ужин. Ник открыл коробочку. Достал из неё тонкую цепочку которая была сделана из серебристых и жёлтых звеньев. А на самой цепочке висело маленькое сердечко. Ник закатал мне штанину и повесил на щиколотку цепочку. - Прекрасно, зай, - гладил он мою ногу, а после поцеловал там, где висела цепочка, - она как для тебя сделана. Тебе нравится? - спросил у меня Ник. Я закивал. - Да, солнце, очень. Спасибо, - ответил я ему. А и правда красиво смотрится. - Я рад, зай. Я пойду в душ, а ты доедай давай. А потом можем и фильм посмотреть, - сказал Ник, ещё раз поцеловал мою ногу и пошёл в ванную.       Всё, а я довольный и счастливый до жути. И вот как нам быть с ним по отдельности? Не представляю. Доев вкусный ужин, я кое-как поставил поднос на кровать. Да уж, а с одной рукой как-то неудобно. А как мне мыться? А переодеваться? Придётся Ника напрягать. Я встал с кровати и тоже пошёл в ванную. Никита как раз закончил с мытьём и стоял в одном полотенце на бёдрах. - О, зайчик, ты чего? Что-то случилось? - спросил он меня. А я засмущался. Сколько раз видел его голым, а всё не привыкну никак… - Солнце, это, как его… В общем, поможешь мне помыться? А то из-за этой руки сделать это самому проблематично, - Ник улыбнулся и подошёл ко мне. -Конечно, зай. Сейчас гипс твой закроем только, - отошёл и достал из шкафчика специальную ненамокаемую повязку. - Сегодня купил - врач посоветовал. Сейчас закрою, чтобы не намок и пойдём в душ, - Ник ловко замотал мой гипс. Потом снял с меня футболку, стянул джинсы вместе с бельём. Браслет же остался болтаться на ноге. - Тебе он чертовски идёт, так сексуально, - сказал он мне на ухо, заводя меня в душ. Он встал ко мне вплотную, снял с себя полотенце и мы оба оказались голыми. - Ник у меня же рука сломана, - проговорил я, облокотившись о стену душевой кабины. - Заюш, не переживай, я всё сделаю сам, - проговорил он и принялся за дело, накрыв мои губы своими, а руки опустил на мои бёдра. По мне тут же прокатилась горячая волна возбуждения. Горячая вода обжигала и без того горячую кожу. Ник языком ласкал мой рот, а руками тело. Член, чувствуя ласку, тут же встал. - Заюш, ты такой чувствительный, отзывчивый, - проговорил он шёпотом мне в ухо, - я люблю тебя, заюш, очень люблю, - и стал спускаться поцелуями вниз. Сначала шея, затем ключицы. Оставил на ней засос. Я плавился от удовольствия. Поцеловал грудь, поиграл языком с сосками. Вот это мне очень понравилось, до безумия. - О, я нашёл ещё одну эрогенную зону. Нравиться, Заюш? - сказал он, гладя мою грудь и задевая соски пальцами. - Да, солнце, да… - выдохнул я, запрокинул голову назад и закрыл глаза.        Ник стал спускаться мокрыми поцелуями вниз, целуя пресс, тазовые косточки. Руками гладил мои ноги и ягодицы. Опустился передо мной на колени. Я открыл глаза и посмотрел на него. Блин, лучше бы я этого не делал. Ник стоящий на коленях, смотрящий мне в глаза, мокрый из-за воды, с блестящими глазами и мокрыми губами - незабываемое зрелище. Такой горячий Никита мне просто сносил крышу. - Солнце, от одного твоего вида я готов кончить, - проговорил я. - Рано, заюш, потерпи, - сказал он и накрыл мой член своими губами.       Бля, это пипец как охеренно. Ник сперва легко поцеловал по всей длине, а после взял в рот и стал двигать головой. Я стонал от наслаждения. Горячая вода обжигала, но мне было пофиг. Я и так горел… - Солнце, я сейчас… Я не могу, - провыл я тяжело дыша. Ник отстранился и встал. - Не так, заюш. Иди ко мне, - сказал Ник, поцеловал, подхватил под бёдра и поднял. Используя стену для опоры, я для надёжности вцепился здоровой рукой в его плечо. - Не бойся, заюш. Я не дам тебе упасть. - прошептал он, переместил руки ниже, чуть развёл мои ягодицы и плавно вошёл. Я непроизвольно дёрнул. - Блин, - вырвалось у меня. Мне не было больно, просто не приятно. - Прости, заюш, прости. Сейчас будет хорошо, - сказал он, впился в мои губы и стал двигаться.       Сначала медленно, то полностью выходя, то заполняя меня до конца. Ник знает, как доставить мне удовольствие. - Блин, солнце, это охрененно, - проговорил я, опуская голову Нику на плечо. - Знаю, заюш, - ответил он. Никита стал дышать тяжело, толчки стали быстрее. Ванную заполнили наши с Ником стоны в унисон. Он стал вбиваться в меня всё быстрее и резче. И вот он пик. Мы оба взорвались как сверхновые звезды. Ник тяжело дыша, посмотрел на меня. - Заюш, ты как? - спросил он, выходя из меня и ставя на пол душевой кабины. - Ахуено, солнце, - сказал я ему, а у самого ноги трясуться. - Зай, не матерись, тебе не идёт. А теперь давай мыться, - ответил он и взял мочалку с гелем. - Да, давай. А то столько воды зря потратили, - и повернулся к нему спиной. - Не зря, а на удовольствие, - возразил он и шлепнул меня по ягодице. Но мы все-таки стали мыться. Пробыв в душе минут 5-7, Ник вытер меня и себя. Помог надеть мне бельё и футболку, оделся сам. Подхватил меня на руки и понёс на кровать. Уложил меня, лёг сам и укрыл нас обоих. Притянул к себе под бок и сказал, - Заинька, сладких снов, - и закрыл глаза. - И тебе солнце, - ответил я ему. После такой физкультуры и раслабляющего душа, только и хотелось что спать. Что я собственно и сделал.