Миларасс. Ангел смерти

      Мысль о том, что я могу исцелиться, вдохнула в меня новые силы. Я словно заново ожила и с ещё большим рвением нырнула в освоение белой магии. Надежда, прочно засевшая в сердце, помогала не обращать внимание на неудачи и заставляла продолжать упорствовать.       Две недели незаметно пролетели в круговороте регулярных тренировок, промежуточных контрольных и предновогодних хлопот. Школьники вновь покидали стены академии, а мы с Летой утопали в дополнительных заданиях кураторов итоговых проектов, которые, пронюхав, что мы остаёмся на каникулы в школе, решили оторваться на двух отличницах. Лета не могла разобраться с химическими формулами зелий, я никак не могла ей помочь. В том, что касалось ведьмовских штучек, я понимала мало. Мой же исторический проект отправляли на переделку уже седьмой раз. Прошла половина учебного года, а я каждый месяц начинала работу с нуля. Лета, которая в истории магии разбиралась так же, как я в химии для ведьм, глубоко сочувствовала мне, но ничем помочь не могла.       Потому мы и проводили уже второй вечер подряд в моей комнате не за работой, а за бокалами синего вина, сокрушаясь, как несправедлива жизнь. Это отвлекало не только от предстоящей выволочки от учителей за пропущенные сроки, но и от мыслей о туманном будущем.       Сегодня нашу идиллию нарушил стук в дверь.       Лета, распластавшаяся на моей кровати, как на своей, состроила недовольную гримасу.       — Не открывай.       Но я уже поднялась со стула и направилась к двери.       — Спрячь бутылку, — бросила я по пути.       Стук раздался снова, на этот раз более настойчивый. Я приоткрыла дверь и встретилась с пронзительным взглядом изумрудных глаз.       — Господин директор! — театрально воскликнула я. — Какими судьбами?       За его спиной бродили ученики и их родители. Большинство из них перетаскивали тяжёлые чемоданы поближе к выходу, остальные собачились, столкнувшись лбами. Справа от нас спорили родители оборотня с родителями колдуньи из-за каких-то там традиционных и нетрадиционных отношений. Их дети стояли, потупившись, и не знали, куда себя деть. В конце коридора орали друг на друга две женщины. Одна явно была чародейкой, другая, судя по долетавшим до нас репликам, являлась обычным человеком, из-за чего и оскорбилась.       Я поморщилась и спросила у Рона, так и не пустив его внутрь:       — Ты не собираешься вмешаться? Они же глотки друг другу перегрызут.       — Пускай грызут. Я не хочу стать невольной жертвой их интриг. Ты дашь мне войти?       Я понадеялась, что Лета успела к этому времени убрать все признаки нашей пьянки, и открыла дверь шире.       — Ну надо же, грозный ангел смерти боится скандала с парой мамаш, — съехидничала я.       — Эти мамаши пострашнее Риады будут, — пошутил он и кивнул Лете в знак приветствия. Та сдержанно улыбнулась и приняла позу поприличнее, хотя её это не особо спасало. Лежать перед директором на кровати всё равно как-то неловко. Марон остался у порога и обратился к нам обеим. — Мы с Идассом собираемся посидеть сегодня в общей гостиной, отметить окончание четверти. Если хотите, можете присоединиться. Учителя разъедутся к вечеру, так что во всей школе нас останется всего четверо.       — Решил споить двух школьниц? — не удержалась от подколки я.       — Только одну, — загадочно сверкнул глазами он. — Ждём вас к десяти.       Он подарил каждой из нас по ослепительной улыбке и покинул комнату.       — Мне кажется, ты ему нравишься, — заявила Лета.       Я фыркнула и закатила глаза.       — А вот это точно мимо. Мы с ним близки как брат с сестрой. Ни о каких романтических чувствах и речи быть не может. Скорее всего он намекал на тебя, так что будь осторожнее.       — Думаешь, напоит и затащит в постель? — с сомнением спросила она.       — Не думаю, — сказала я. А про себя добавила: «Знаю». Надо будет поговорить с ним на тему развращения малолетних. Мне хватило брата, добивавшегося её сердца. Вон, до сих пор забыть его не может.       И тут меня посетила гениальная идея. Я придумала, как одним выстрелом убить сразу трёх зайцев.       — Лет, — протянула я. — А сходи-ка к себе, соберись. Мне тут нужно кое-что сделать.       Моя попытка спровадить её выглядела жалко, но подруга поняла намёк и отправилась в свою комнату, прихватив остатки вина.       До десяти вечера оставалось всего несколько часов, так что я схватила телефон и набрала знакомый номер.              Просторная гостиная на первом этаже непривычно пустовала. Горел огонь в камине, на стенах висели светильники с весьма тусклыми камнями внутри, но в комнате было светло. Журнальный столик в центре гостиной был завален бутылками с алкоголем и различными закусками, на диване и креслах лежали пледы. В какой-то степени это выглядело даже романтично, но разговоры мужчин не располагали к подобной атмосфере. Они обсуждали принятый на днях законопроект об ограничении вампирских полномочий на территории страны. Я с удовольствием присоединилась к дискуссии, Лета внимательно слушала, сев рядом со мной диван.       — И этот министр, у которого в родственниках, к слову, не один вампир, через неделю изменил свою позицию на абсолютно противоположную, — вещал Марон. Ему повезло оказаться слушателем на заседании. — Естественно, это вызвало вопросы, но он выкрутился, как самый настоящий змей. В итоге основные аргументы перестали иметь какой-либо вес, и закон решили принять.       — Это тот, который кричал в прямом эфире, что вампиры высасывают кровь младенцев? — уточнил Идасс, разливая вино по бокалам. Марон мрачно кивнул.       — И никто не стал разбираться? — удивилась я. — Может, у него в семье драма какая-нибудь или его шантажировали.       — Разбираются с этим сейчас ангелы, — поведал Рон. — Если закон останется в силе, то через пару лет вампиров выживут из Амты.       Пока мы беседовали, Лета успела включить музыку со своего телефона и начала подъедать закуски. Я отвлеклась от разговора и присоединилась к подруге. Заметив, что ведёт она себя слегка нервозно, спросила:       — Ты в порядке? Это уже четвертый бутерброд.       Ведьма кивнула, глянула на меня и честно покачала головой из стороны в сторону.       — У меня не выходят из головы слова Марона, — призналась она.       — Лет, да он же пошутил! — Я поспешила успокоить подругу. — Его интересы быстро вспыхивают и ещё быстрее угасают. В прошлом месяце он загорелся идеей купить как-то там винтажный велосипед с тремя педалями. И только когда я сказала, что вряд ли ему удастся на нём ездить, до него дошло, почему этот драндулет продаётся.       Пытаясь скрыть удивление, Лета произнесла:       — А как он собирался на нём ездить вообще?       — Видимо, решил отрастить хвост.       Мы одновременно уставились на такого взрослого и умного ангела смерти, увлечённо болтающего о распылении чего-то там в пространстве. Невольно переглянулись и рассмеялись на всю комнату. Представлять Рона с длинным хвостом оказалось очень забавно. Как я ни сдерживала себя, прекратить хохотать было сложно.       — Мы упустили какую-то шутку? — вежливо поинтересовался Идасс.       — Скорее мы упустили одну деталь, — кратко пояснила я, и мы зашлись новой волной смеха.       Быстро позабыв о нас, маги вернулись к обсуждению очередной проблемы.       — В общем, тебе не о чем беспокоиться, — заключила я и весело улыбнулась. — К тому же малолетки вроде тебя для Рона всегда будут оставаться детьми.       Лета ничего не сказала насчёт «малолетки», но определённо почувствовала вспыхнувший во мне триумф. Расспрашивать не стала. А я поскорее переключилась на еду, чтобы не думать о заготовленном сюрпризе. К тому же, я не была уверена, что он ей понравится.       Где-то через час, когда все изрядно выпили, а закуски наполовину опустели, Рон с загадочным видом подошёл к камину и извлёк из-за него до боли знакомый мешочек.       — Нет! — воскликнула я. — Только не фанты!       Лета и Идасс с любопытством глянули на меня, а я встала с дивана и направилась к двери.       — Это без меня. Мне хватило, — на ходу пояснила я.       — Да ладно, Миларасс, — подначивал Марон. — Неужели боишься не справиться с одним из заданий?       — Твои провокации не прокатят. Я помню, какие там задания.       — Ну, я немного изменил некоторые из них, так что всё в пределах разумного.       — Рон, твои пределы разумного переступают все границы дозволенного. Даже мои.       Идасс и Лета наблюдали за нашей перебранкой с нескрываемым интересом, переводя взгляд с одного на другого.       — Неужели ты боишься? — сверкнул глазами ангел.       Я хохотнула.       — Дело не в страхе.       — Тогда в чём проблема? — На его лице расползлась лукавая улыбка.       Я ведь прекрасно понимала, что он берёт меня на слабо. И я помнила, как лезла по скалам в Чертоге за яйцами пещерного орла посреди ночи. Более бесполезных заданий я в жизни не получала.       Но уйти и не посмотреть, как подобные задания выполняют Идасс или Лета? Нет, я не могла отказать себе в таком удовольствии. К тому же среди фантов были и пустые бумажки. Вытянув такую, можно было дать любое задание одному из присутствующих. Если повезёт, то я вытяну две такие бумажки и оторвусь по полной.       — Хорошо. — Я вскинула руки, сдаваясь, и вернулась на диван. Марон чрезмерно радостно закричал и уселся в кресло. Я закуталась в плед в попытке укрыться от того, что будет дальше.       — Дамы вперёд, — объявил Рон.       Злобно посмотрела на него и не дала Лете протянуть руку. Пусть для начала посмотрит, что там за задания. Опустив руку в мешочек, я нащупала фант и вытянула наружу.       — «Выпить бутылку шампанского разом», — прочитала я. Ну, для начала не так уж и страшно. Я порадовалась, что этот фант не достался Лете. Она пила вино с раннего вечера и уже давно была навеселе. К тому же, при необходимости я могла избавиться от алкоголя в крови. — Наливай!       Все трое протянули уважительное «у-у-у», и Марон с громким хлопком открыл припасённую бутылку. Любезно разлил её содержимое по трём бокалам и пододвинул их ко мне.       — Вперёд, — обратился он ко мне.       — Я в тебя верю, — шутливо произнёс Идасс. Я бросила в него грозный взгляд.       Под общие крики выпила залпом все три бокала.       — Ну вот, а ты боялась заданий, — поддел Рон, пока я жмурилась от горечи.       — Рано радоваться, — сказала я и принялась закусывать. Третий бокал показался мне просто разбавленным спиртом.       Марон протянул мешок Лете.       — Эй! — возмутилась я. — Теперь очередь парней.       Непроизвольно мы разделились на команды «девочки-мальчики».       Идасс вытянул фант.       — «Изобразить обезумевшего оборотня на крыше здания».       Все, кроме Марона, нахмурились. Это задание не казалось забавным или смешным. Однако Марон вытащил нас на улицу и заставил Идасса забраться на ближайшую крышу. Снег, подгоняемый ветром, вихрями кружил вокруг нас, на крыше и вовсе собрались огромные сугробы.       — Какое-то детское задание, — сообщила я Рону. Лета согласно кивнула.       — Так это только официальная его часть, — сказал парень и извлёк из кармана телефон.       Идасс как раз готов был начать спектакль. Мы с Летой дружно и громко поддерживали его, пока он выл на четвереньках, стоя на краю крыши. Наверно, свою роль сыграл алкоголь, и мы наблюдали за сценой со смехом.       Когда Идасс спустился, Марон копался в телефоне.       — Ты нашёл что-то более интересное, чем моё выступление? — поинтересовался белый маг.       — Вроде того, — ответил Марон и с мальчишеской улыбкой протянул ему телефон.       Я заглянула в экран и рассмеялась. Рон снял всё представление на видео и выложил в социальную сеть. Вот поэтому мне не нравилось играть в фанты. Завтра кому-то будет очень стыдно. Но пока Идасс лишь жизнерадостно улыбнулся и предложил вернуться в тепло.       Настала очередь Леты тянуть бумажку. Прочитав задание, она торжествующе рассмеялась.       — Я должна взломать кабинет любого учителя и принести оттуда какую-нибудь его вещь. Я так давно хотела умыкнуть набор реактивов у химички!       Сказать, что меня удивили её слова, не сказать ничего. Видимо, сказывается влияние двух ангелов смерти. Чтобы Лета хотела что-то украсть? Ни за что бы не подумала.       Она отправилась на свою миссию, а мы решили подождать в гостиной. Как-то так вышло, что мы с Идассом сели рядом, и теперь слегка касались друг друга ногами. Я с удовольствием продолжала бы сидеть рядом с ним до самого утра, но сообщение, пришедшее на мой телефон, вынудило подняться.       — Приду через пару минут, — бросила я и, оставив плед, побрела к выходу из школы.       Странно, но без веселой компании, на улице оказалось не только скучно, но и холодно. Десять минут назад меня грели плед, алкоголь и смех, а сейчас я активировала демонскую кожу, чтобы не закоченеть. Желания пользоваться магией не было.       За воротами топталась знакомая фигура. Я зачерпнула горстку снега, скомкала шар и отправила его точно в голову брата.       — Я только гелем волосы уложил!       — То есть на смену цвета у тебя хватает чародейства, а на укладку — нет?       — В такую погоду никакая магия не поможет.       Я толкнула холодную металлическую решётку, и Астиан вошёл на территорию школы. Мы уставились друг на друга, явно ожидая каких-то слов.       — Ладно, — тяжело вздохнула я. — Прости, я не должна была грубить тебе.       — И стоило раньше смс-ку отправить, чтобы я не ждал тебя как идиот целую неделю в том кафе, — с осуждением сказал он.       — Я сразу дала понять, что не приду, — оправдалась я. Брат пожал плечами. Мы двинулись ко входу, утопая в снегу. Марон не потрудился расчистить даже проезжую часть. На полпути мне это надоело. Я остановилась, выставила руки перед собой и нагрела воздух, не выпуская огонь. Снег таял, образуя тропинку, шириной в метр и длиной до самых ступенек.       — Вау, — выдохнул брат. — Я уж думал, что ты собираешься поджечь снег.       Я пихнула его локтем и довольно улыбнулась. Произвести впечатление на Астиана было приятно.       Неприятно стало, когда мы вошли в гостиную, где Лета баловалась с добытыми реактивами. Одного взгляда на моего брата ей хватило, чтобы уронить колбочку с какой-то химией и резко помрачнеть.       — Что он здесь делает? — холодно поинтересовалась подруга. Она принялась убирать стекло дрожащими руками.       — Я подумала, что Астиан мог бы заглянуть к нам на огонёк, — невинно сообщила я. — Мы не виделись пару месяцев, а вы вообще почти полгода.       — И я с удовольствием не видела бы его ещё столько же.       — Мы можем поговорить наедине? — обратился Астиан к ней.       — Нет, не можем!       На глаза подруги навернулись слёзы. Я не знала, почему они с Астианом разошлись (хотя я не могла сказать, что они вообще встречались), но точно видела, что её обида несерьёзная. Она расплакалась не из-за проступка брата. Она боролась с собой, и ей было неприятно оттого, что она рада видеть Астиана. Да, не только ведьма может быть эмпатичной.       — Лет, вам стоит поговорить, — настояла я.       Девушка поколебалась всего несколько секунд, а потом кивнула и вышла из гостиной. Астиан подмигнул мне и скрылся в коридоре, не поймав мой уничижительный взгляд. Раз всё вернулось на круги своя, я решила придерживаться с ним прежней манеры поведения — вредной младшей сестры.       — Это тот самый братец-чародей, о котором ты рассказывала? — поинтересовался Рон.       — Нет, это братец-дуралей, о нём я старалась не упоминать.       — Есть другой брат? — подал голос Идасс.       — К сожалению, нет, — вздохнула я и упала на диван рядом с ним. Потом перевернулась на спину и положила голову на его ногу. Он не был против. — А было бы хорошо, между прочим. Они бы собачились между собой и не трогали меня. А так приходится мне всё время ставить этого зазнайку на место.       Парни сочувственно и понимающе улыбнулись.       — Ты действительно пригласила его, чтобы наладить семейные отношения? — спросил Идасс, поправляя мои волосы.       Не хотелось его разочаровывать, но ответила я честно:       — Скорее я не захотела породниться с Роном. Шутки о втором брате должны оставаться шутками. — Я обратилась к ангелу, приподнявшись. — А ты, не смей даже думать о моей подруге в этом смысле. Что за глупые намёки? Ты забыл, что она несовершеннолетняя?       Марон закатил глаза так, словно я клеветала на него — устало и раздражённо.       — Миларасс, если бы я хотел переспать с твоей подругой, то я давно бы это сделал. И ни твои угрозы, ни её возраст меня бы не смутили. Я просто развлекаюсь, шутя над вами.       — Хотелось бы верить, — буркнула я и уткнулась в потолок.       — Рон, твоя очередь тянуть фант, — напомнил Идасс. — Я так понимаю, Олету и Астиана можно не ждать.       Мы согласились с этим, и Марон потянулся к мешку, покоившемуся на столе.       — «Честно ответьте на вопрос от каждого участника». — Ангел недовольно поморщился.       — Идасс, ты первый, — уступила я. Мне нужно было время придумать вопрос.       — Хорошо. — Недолго думая, он спросил, — Какой факт о тебе меня удивит?       Марон прищурился, как бы размышляя, какая из его историй может быть наиболее ошеломляющей. Идасс довольно потягивал виски, не торопя ангела с ответом. Воцарилась томительная тишина.       — Я по пьяни спалил дом покойных родителей.       Золотистые брови Идасса взлетели вверх. Я поперхнулась собственной слюной.       — Что?! — Наверное, я удивилась больше Идасса. — Почему я узнаю об этом спустя почти пять лет после нашего знакомства?!       Мне было известно, что Рон с подросткового возраста сирота. Более того, я знала и другие его секреты, даже те, которые знать не хотела бы. Но о таком факте, как «успешная» утрата родительского имущества, я не ведала. Рон много раз рассказывал об усадьбе, принадлежавшей его семье, и я была уверена, что это место, куда он всегда сможет вернуться, если захочет вырваться из лап Риады. А так получалось, что ему некуда идти из Чертога. Не знаю, как его, а меня отяготило это знание.       Но на мой возглас он только рассеяно пожал плечами.       — У тебя есть ко мне вопрос?       — Есть. — Об этом мне иногда приходилось думать в Чертоге. — Были ли у тебя отношения, пока ты жил в Чертоге?       — Конечно были.       Не сказать, что я рассчитывала на ответ. Тем более на такой невозмутимый. Пока мы перекидывались репликами, я повернула голову в его сторону, сейчас же я с трудом вернула её в исходное положение, обречённо уставившись в пустое пространство. В голове возникли сотни вопросов, но я не решилась задать ни один.       — Миларасс, помимо одиннадцати ангелов-мужчин и Смерти, у нас бывали и новобранцы, вроде тебя, — насмешливо объяснил он. — Просто не все оставались до посвящения.       — Заметь, ты не уточнил половую принадлежность новобранцев, — весело произнёс Идасс.       Я скосила глаза и увидела, что Рон криво усмехнулся. Но меня волновало уже не это, и так понятно, что девушки претендовали на должность ангелов.       — Что значит «не все оставались»?       Я решила получить чёткий ответ на однажды заданный вопрос.       — Кто-то покидал Чертог добровольно, кто-то не успевал этого сделать, — непринуждённо пояснил он. — Ты же не думала, что те испытания, которые парни тебе устраивали, не были способны тебя убить?       — Я не думала, что эти испытания убивали других.       — Большинство не убивали. Но несчастные случаи были.       — Неужели Риада не видела, кого приглашает на обучение? Она не могла заранее распознать того, кто скорее всего погибнет?       — Мил, Риада — Смерть, а не ясновидящая. В будущее заглянуть не может даже она.       На этот раз тишина в гостиной стояла напряжённая и почти осязаемая. Идасс поспешил её разбавить:       — Уже поздно, давайте расходиться спать.       Предложение было хорошим, но мне захотелось отвлечься ещё одним заданием.       — Только сначала я вытяну ещё один фант.       Мне любезно подали мешочек, чтобы я не вставала. Тщательно порывшись рукой в бумажках, я достала ту, что лежала на самом дне. Это оказался пустой лист.       — Видно, не судьба, — сказала я. — Подумаю над заданием позже. Пойдёмте спать.       Я была уверена, что Марон возразит, но он не стал этого делать. То ли дал мне возможность устроить ему подлянку, то ли решил, что я придумаю задание для кого-то другого.       Оставив образовавшийся бардак в покое, мы покинули общую гостиную. Марон сказал, что ему нужно что-то забрать в кабинете, так что на второй этаж мы поднимались с Идассом вдвоём. На этот раз его присутствие не действовало на меня столь бурно. Я раздумывала над возможным заданием для Рона и воспринимала компанию белого мага как саму собой разумеющуюся. А когда Идасс взял меня за руку, я словно ощутила себя дома. Прикосновение было тёплым и каким-то родным.       Не сговариваясь, мы направились в спальный корпус для учителей, в его покои. Эта была не первая ночь, которую мы проведём в его комнате, но сегодня она вряд ли будет наполнена разговорами. Мы оба устали и хотели спать. Может, алкоголь позволил мне спокойно принять тот факт, что мы ляжем вместе, а может, я просто давно об этом мечтала и потому чувствовала себя вполне комфортно.       — Как думаешь, стоит придержать задание для Рона? — спросила я, ныряя под одеяло после тёплого душа.       В комнате царил полумрак, лишь одна белая сфера парила под потолком.       Идасс сначала забрался в постель, притянул меня к себе и только после ответил:       — На твоём месте я бы до последнего держал это желание, как туз в рукаве. Никогда не знаешь, что будет завтра. А так у тебя появится возможность воспользоваться им в самый подходящий момент.       — Воспользоваться Роном или желанием? — хитро уточнила я.       Маг расхохотался.       — В твоём случае — и Роном, и желанием.       Я кивнула, соглашаясь. Приберегу этот фант до лучших времён.       — Спокойной ночи, — сказала я, поудобнее устраиваясь на груди мага.       — Добрых снов, — прошептал он мне в волосы.       Огненная сфера с тихим щелчком погасла.