Золушка. За три шага до любви.

- Сания, мне нужно в Корею, давно детей не видел. Хочешь, поехали со мной? - У меня съёмки, ты же знаешь! Но с твоими детьми я б познакомился. - Тогда попробую их привезти к нам. Люблю тебя. - Не вздумай спутать я с их матерью. - Да не в жизнь! *** - Вниманию пассажиров следующих рейсом 362 Цюрих-Сеул начинается посадка. Коридор 2б. Альфа в нетерпение сорвался с места, скоро он увидит своих мальчиков. Полет проходил в штатном режиме, альфа хоть и нервничал, но долгий перелет не выдержал, его сморил сон. - Господин, просыпайтесь, почти все уже вышли. Мы в Сеуле. - А, да, спасибо... В самом аэропорту было как-то очень оживленно, бегали люди, многие сидели в блестящих термоодеялах, люди с надписью волонтёры сновали туда сюда. - Простите, что происходит? - А, трагедия... Вчера самолёт летевший в Токио потерпел крушение, 214 человек, ещё не всех подняли, выживших нет. - О, бедные люди - альфа сочувственно оглядел сидящих - Какая трагедия! *** Такси подъехало к бывшему дому, воспоминания наплыли лёгкой грустью. Енхун поднялся на лифте на нужный этаж и постучал в дверь, ответа не было, попытался ввести код замка, но он не сработал, вновь постучал, ответа нет. - А Вы кто? - донеслось со спины. - Добрый день, Ким Енхун, в этой квартире живут мои дети и бывший муж. - Уже не живут - зло процедил омега. - Что простите? - Я Сун, вчера я посадил Ваших детей в самолёт... - Зачем? - А зачем вы бросили двух малалетних детей в квартире без еды на неделю? - Что?! Как? - Как уехали и не выходили на связь... - Где они? - Не знаю.... -В смысле?!! - Мы смогли связаться только с Ким Намхи... - Мои мальчики у дяди в Японии? - Нет... Самолёт... Он... Вдруг в голове альфы болезненным уколом всплыл переполох в аэропорту... самолет... рухнул... Сеул-Токио? - Нет... Нет, не говорите, что мои мальчики были в упавшем вчера самолете!? -... Альфу затрясло, он резко упал на колени и завыл в голос, чем сильно напугал омегу. Через минут 15 вой стих и сменился на поток проклятий в адрес бывшего мужа громким щепотом, но и он вскоре оборвался злобным - Шею шалаве сверну!