Над тобой сияет солнце

V

      В пять лет он впервые осознает ту горечь утраты, которую только может вынести маленький ребенок, на чьих глазах недавно растерзали живого человека, еще живого на тот момент, когда отец доставал газовый резак. Крик мужчины еще долго отражался в ушах маленького мальчика, которые закрыть ему было нельзя — папа ругался, говорил, что ему не положено закрывать уши, когда он работает. Натаниэль Абрам Веснински обязан слушать каждый вздох жертвы своего отца, обязан слушать и запоминать, чтобы однажды занять его место и продолжить семейную империю крови и ужаса, которую Балтиморский Мясник сделал сам, за много лет кровопролитий и ужасов, которые постоянно слышались за дверьми подвала. Маленький Нат еще не знает значение слова " империя», но когда это звучит из губ отца, то становится пугающе страшно. Рядом с мужчиной, которого он зовет своим отцом страшно всегда. Такие не могут не пугать.

VII

       Ему исполняется семь лет, когда Натан Веснински заставляет парнишку взять нож в свои детские ручонки и провести надрез на горле у очередной жертвы его ненормального отца. Ненормальный.это слово кажется слишком мягким для описания поступков этого монстра, по другому его просто никак нельзя назвать. Рыжеволосый мальчик отказывается, именно тогда впервые случается это.Впервые на столе Мясника оказался не должник или мелкая сошка, которая своровала какую-то чепуху, а его собственный сын, с бледной и нежной кожей, до этого момента.       Этот глупый урок он усвоил на отлично, вместе с каплями крови, который вытекали каждый раз от ударов отца по спине. Плеть летала здорово, отбивая свою скорость на спине и ягодицах мальчика, пока родитель находил это забавным. Забавно. Забавно было бы видеть, как тот кто хотел вырастить с Натаниэля хищника и монстра, на самом деле вырастит психологически травмированного человека.

IX

      Когда ему исполняется девять, вся жизнь делится на «до» и «после», как бы глупо эта фраза сама по себе не звучало. Маленький мальчик оказывается брошен один на распутье, или остаться с тираном отцом или сбежать вместе с мамой, далеко отсюда, к дяде Стюарту и забыть о тех страшных годах, оставивших на теле Натаниэля ужасные следы, которые будут становится только страшнее с течением времени и которых будет больше, если Мэри не рискнет сбежать.       Вот только они не успевают сбежать, когда шальная пуля настигает женщину с ребенком. Веснински младший помнит это так, словно это было не десять лет назад, а вчера. Окровавленное платье матери, его собственные руки в крови и дрожащий нож в детской ладони. Другого выбора мама ему не дала, он должен прикончить ее сам, потому что иначе Натан убьет их обоих, а мама и так много мучилась за года жизни с этим человеком. Натаниэль делает единственно правильный для того времени выбор и прекращает агонию Мэри ловким разрезом артерии.

Все стало решено еще тогда, когда он впервые понял, как легко отнять человеческую жизнь…

      Натан очень часто говорил ему, что люди во многом схожи с бабочками или мухами, такие же назойливые, недолго живут и пугаются любого предмета в твоей руке, тапка или мухобойки. Вот только заместо мухобойки у отца в правой руке был тесак, а в левой топор и очень часто они находили себе укрытие в теле маленького рыжего мальчика. Тот день Натаниэль запомнил надолго, ведь отец впервые назвал его «сынок», стоило Натану увидеть как быстро из тела жены выходит кровь и качается из стороны в сторону ребенок.       Возможно страх делал свое дело, возможно во многом складывалось впечатление из-за обстановки, но Ниэль никогда не мог подумать, чтобы Балтиморский Мясник был кому то должен или обязан, брал у кого-то взаймы такие суммы, которую он увидел на чеке. 14 миллионов долларов, почти целое состояние, правда из этой суммы Натаниэль не увидел ни цента, а вот отдавать, как выяснилось, будет он.

***

Кабинет Мориямы Ичиро не понравился мальчику по одной простой причине — там не было света. Они с отцом сидели там уже добрых сорок минут, а из диалога мужчин Натаниэль мало что понял. Только почему-то спиной чувствовал, что это ему не понравится, ведь Натан никогда не присутствовал на диалогах своего отца с такими важными людьми, а то что Ичиро важный, Натаниэль не сомневался. — Натан — Натан, сроки давно уже вышли. Разве я не уточнял, что с тобой будет если ты просрочишь? — голос хозяина кабинета кажется Ниэлю таким расслабляющим и спокойным, что под него хочется уснуть, но что-то внутри ребенка говорит о том, что это станет его последним сном. Людям с такими голосами доверять нельзя, вспоминаются мальчику один из советом матери, когда они собирались сбежать. Отец что-то мямлит в ответ, а Веснински — младший решает поднять взгляд на Морияму и замирает.

Опасность.

      Этот человек чертовски опасен, сразу понимает Натаниэль, хоть ему лет семнадцать на вид. Он выглядит, как подросток, но при этом давно им не является, а еще у него колкий и цепкий взгляд темных глаз. Он красивый, тут нельзя не согласится, а судя по форме его глаз, он является японцем. Темные взъерошенные волосы, довольно высокий, дорого одет. Опасность все еще от него исходит. — Вы красивый, — срывается с языка Натаниэля раньше, чем сопляк успевает об этом подумать. Когда на него переводят взгляд, мальчишка жмурится в вжимается в стул, думая, что его сейчас снова ударят. Но вместо этого с его лба убирают рыжую челку и этот самый взгляд неожиданно смягчается, когда обладатель словно заглядывает в душу паренька и остается доволен. Натан что-то рычит, но стоит Ичиро перевести на него взгляд, как он тут же замолкает. — Спасибо. Ты Натаниэль, верно? — дождавшись кивка, Морияма складывает руки на груди и смотрит на Натана и усмехается. Темные глаза опасно блестят и дальше в суть диалога Ниэль не вдается, продолжая рассматривать симпатичное лицо парня.       Позже ему сообщат, что собственный отец продал его Ичиро за бумажку о прощении долга, так что теперь он фактически принадлежит этому красивому парню со странной натурой, который при этом всем еще и хозяин этого всего. Больше с Ичиро они не видятся, а все внимание Натаниэля забирает женщина, которая проводит его к комнате, где он теперь будет жить вместе с другим мальчиком, которого так же продали для Ичиро.

Х

      Этого мальчика зовут Кевин Дэй, он большой фанат экси, как и Натаниэль. Не сказать, чтобы у них сразу сложились хорошие отношения, но постепенно они смогли притереться друг к другу, сложить пазлы своих духовных отношений и когда Нату исполняется десять лет, он смело может назвать Кевина своим лучшим другом, которому он безоговорочно доверяет почти всю правду о себе. Почти всю, но не всю, некоторые скелеты должны превратиться в костную труху.       Во многом их хорошим отношениям поспособствовали еще два парнишки, Рико Морияма, брат того самого опасного Ичиро и Жан Моро, француз, мальчишка с застенчивым взглядом и очень пылким сердцем. Именно эти три ребенка не давали Натаниэлю скучать, окружили его всем, что было запрещено для него пока он жил с отцом в особняке Балтимора: дружба, смех и экси.       Они часто вчетвером сидели на чьей — то кровати и рассказывали истории, смешные или не очень, придумывали самые разные развлечения, умудрялись залезать абсолютно во все переделки, куда только можно было попасть, побывать в любой заднице. Рико был мозгом и инициатором половины их проделок, вторую половину взял на себя Натаниэль, а Моро и Дэй уже успели смирится, что в задницах Веснински и Мориямы вечное шило и что они затащат их в любые приключения.       Рико был очень похож на своего брата и поначалу Натаниэлю казалось, что они не подружатся, так как наверняка такому как Ри нельзя общаться с простыми детьми (хотя он и сам не сильно то простой, прикидываться простым его всегда учила Мэри) и какого было его удивление, когда именно Рико первым подошел к нему и представился, рассказал где он находится и пообещал разбираться с каждым, кто посмеет обидеть его друзей. У Ната впервые появились друзья.       Жан казался полной противоположностью Рико, замкнутый и закрытый, он никого не впускал в свой маленький мирок. Но стоило им собраться вместе всем, как на месте Моро появлялся маленький моторчик и солнышко, не дающее никому заскучать. Окружение действительно меняет людей, Ниэль в этом убедился когда сам в первый раз засмеялся рядом с мальчишками с шутки Жана. В добавок, Моро оказался французом и для Веснински не было большей радости как разговаривать с Кевином и Жаном на французском, получая за это комментарии от Ри, который во французском ни в зуб ногой.       Дэй стал для Веснински настоящим сокровищем, с которым они могли поговорить об абсолютно всем, начиная от спорта и заканчивая звездами. Впервые Натаниэль испытал такую сильную эмоциональную привязанность к человеку и, мать бы его убила за такие слова, ему это нравилось. Нравилось доверять Кевину, нравилось смотреть за ним, да и вообще, весь Кевин нравился, настолько приятного и солнечного человека нужно было бы еще поискать. И нет, это не значит, что Жан и Рико значат для него меньше. Ниэль любил всех своих друзей одинаково крепко и сильно.       Когда Нат узнал, что Эвермор является настоящим комплексом для игроков в экси в одном здании и не менее громадным домом в другом здании, его глаза загорелись. Экси это любимая игра Веснински, если бы ему только позволили выйти на поле, это было бы самым шикарным подарком, которому Ниэль точно был бы рад. И о чудо, ему действительно позволяют и вскоре он занимает место нападающего в команде со своими друзьями. Не это ли счастье?       Минус был только в том, что покидать Эвермор или Воронье гнездо было фактически запрещено до пятнадцати лет, школа находилась в здании Эвермора, учителей привозили туда и именно в здании стадиона находился кабинет Ичиро Мориямы и комната их дяди, тренера Воронов. Чтобы попасть из Эвермора в жилой комфортный комплекс, нужно было пройти по длинному коридору и предоставить электронную ключ-карту. За целый год Натаниэль и ребята облазили Эвермор и Воронье гнездо сверху донизу, изучили каждый коридорчик и закуток, пролезли там, где муха не пролетит.       Одним вечером Ичиро вызывает его к себе и Кевин как-то странно смотрит на парнишку, чем вызывает непонятную дрожь в коленях. Зачем это он понадобился опасному Морияме в 11 часов вечера, когда у них скоро отбой? Так или иначе, он идет туда и вскоре уже сидит напротив старшего взрослого юноши, подписывающего какие-то бумаги. — Нат? Проходи, я ждал тебя, — он кивает на диванчик у стены и рыжеволосый садится на него, постукивая кедами друг о друга. Ичиро отрывается от документов и внимательно смотрит на Веснински, словно сканируя его и пытаясь или запомнить или разучить. Натаниэль поднимает на него глаза и снова замирает, чем вызывает у Мориямы смешок и качание головой. — Надеюсь в этот раз ты мне не скажешь, что я красивый. Ворон мгновенно тушуется и отводит взгляд, что-то неловко бурчит про то что он не виноват и вообще тогда он переволновался. Ичиро снова усмехается и наливает в стакан себе коньяк, делая глоток. — Натаниэль, а теперь к делу и серьезно. Твой отец продал мне тебя год назад в целях.погасить долги за счет твоего тела. Да-да, он хотел чтобы ты стал моей личной игрушкой и отработал эти четырнадцать миллионов, давая мне пользоваться твоим телом, чего я разумеется не хочу и не буду делать. Заместо этого у меня к тебе есть предложение, которое ты можешь принять, — черные глаза прожигают Натаниэля взглядом и Веснински от этого сглатывает громко и кивает, не замечая свою собственную дрожь в руках.       Его отец хотел, чтобы он стал чьей-то шлюхой и продал его Ичиро. За бумажку о прощенном долге. Это даже звучит мерзко, а на деле кажется еще хуже и мысленно Нат невероятно благодарен Ичиро за его благосклонность и воспитание, не позволившие ему опустится так низко. Да и к тому же, Ниэль бы не выдержал этой грязи снова и снова. Ему хватило этого в детстве, сполна.       Папаша явно был с прибабахом и любимым его развлечением было наблюдать, как сыночка трахают на его столе, сжимая все тело до крови и разрывая юношескую плоть членом, а Натаниэль в это время пытался сдерживать слезы и не скулить от невозможной боли. Он чувствовал себя грязным, грязь оставалась в нем, грязь была на нем самом, в его теле и на лице, об которое все вытирали. Натан называл это «любовью» и смеялся, когда из задницы младшего вытекало чужое семя. Мерзко. — Несколько лет назад я создал что-то вроде организации, занимающейся чисткой города от таких, как твой отец. Буду честен, Натаниэль, твой папаша редкостная сука, я таких людей ненавижу, — Ичиро продолжает свой монолог, а Ниэль выскользнул из своих мыслей и внимательно прислушался к словам старшего. — Организация «Уран» действующая не в рамках закона, но ему помогающая и убирающая проблемы с дороги копов. Вместо того чтобы трахать тебя, я хочу чтобы ты вошел в эту организацию. Рико, Кевин и Жан уже там, если тебе интересно.       Он смотрит на Натаниэля с вопросом в глазах и тому не нужно много думать, чтобы согласится на такое. Он согласен убивать по заказу, только бы не терпеть той «любви» навязанной ему отцом. Всё, что угодно.

***

Наверно в каждой семье, которую когда-то видел Натаниэль были свои «темные лошадки». В его семье такой вот фигурой оказался его отец, в семье Морияма пожалуй все, в семье Кевина и Жана родители, которые просто сплавили собственных детей куда подальше. Мама Кевина погибла и паренька просто вскоре отдали на воспитание к дяде, Тетсуи Морияме, который, в прочем оказался настоящим садистом, в чем вскоре Веснински и убедился.       Родственничку Рико все это время была нужна победа и выкладка на полную, от каждого игрока команды. За проколы следовали жесткие наказания, несколько Натаниэль испытал на себе после того, как не успел перехватить мяч. Жесткая трость здорово побила его ноги, до комнаты его доводил Кевин, постоянно придерживая за плечо. В тот же день он собрался со всеми ребятами из команды в гостиной Вороньего гнезда, где кроме них никого не было. Именно так Ниэль и узнал, что такие наказания уже обыкновенная норма и все смирились с этим. Больше всех достается Жану, т.к мальчишка в принципе не любит повышать голос или как-то взаимодействовать с раздраженными людьми. Его колотили сильнее и чаще всего, за абсолютно все, даже если его вины не было.

Именно тогда Натаниэль Абрам Веснински дает себе обещание уничтожить любого, кто посмеет сделать больно его друзьям.

      Команда Вороны это сломанные люди, птицы без крыльев, которые у них отрезали обстоятельства, другие люди или они сами. Их просто объединили в одну команду, в надежде что такие разрозненные люди не смогут взаимодействовать друг с другом вне поля. Надежды не оправдались и сломанные кусочки пазла начали отрастать, а команда сплочаться сильнее. На поле они были единым механизмом, действующим настолько ладно и едино, что дух захватывало, на радость ебнутому дяде. Хоть они были и разными, то старались объединятся, держаться вместе и не давать кому-то чувствовать себя обделенным. Возможно, складывалось то, что они еще все дети, самым старшим было 14 лет, а как известно, пока ребенок маленький, найти друзей гораздо легче. Вот только, на поле да и так, это уже давно не дети. Они лишены семей, лишены своего собственного счастья, лишены детства и материнской любви. У них нет ничего кроме крепкой спины товарища под боком, да и то, даже это приходилось долго вдалбливать в их головы.       Эта схема работает ровно до того момента, когда Кевину Дею исполняется 19 лет, Натаниэлю и Рико по семнадцать, восемнадцать скоро будет Жану. Тот день…тот день в глазах Ната и в его памяти останется навсегда, день, когда он потерял своего лучшего друга окончательно.       С утра ничего не предвещало беды, у них была самая обыкновенная игра на территории Эвермора, тренировочная с другой командой, Ежи кажется. Все шло хорошо и Вороны тащили счет вперед, выкладываясь на полную как и всегда. Черные всполохи формы мелькали то там, то здесь и у Натаниэля кружилась голова от того, как много их было вокруг. Пальцы дрожали, когда он бежал к мячу и пасовал его для Кевина. «Сын экси» принимает мяч и несется к игроку, чтобы обвести его хитрым финтом вправо, в то время как левая рука сжимает клюшку. Финт почти удается, но парня резко толкает его опекун в этой игре и Дэй падает, теряя мяч. Опекуну дают жёлтую карточку за грубые правила игры и матч приостанавливается. — Кев, ты как? — Нат присаживается на колено рядом с сидящим на поле Кевином и внимательно смотри на лучшего друга, закусывающего губы. Зеленые глаза моментально поднимаются и нападающий рвано выдыхает. — Я не могу встать.кажется, вывихнул. — парень со стыдом снова опускает взгляд и закусывает губы, краснея. Из-за идиотского толчка упасть и вывихнуть ногу в середине игры, да и кому, ему, носящему на скуле цифру приближенности к Рико! Невозможный позор.       К ним побегает Моро и снимает защиту, помогая Кевину встать. Все втроем они доходят до лавочки и усаживают там Кевина, которого уже заменили на третьего нападающего команды, Рико. Морияма присаживается рядом с другом и хмурится, развязывая шнурки обуви Дэя и осматривая уже успевшую посинеть конечность. Точно вывихнул. Первый номер недоволен игрой соперника, даже для экси это были грязные приемчики. В тот момент они еще не понимали, в какую задницу вляпался Дэй и как надежно он в ней сидит.       Взрыв происходит этим же вечером в тренировочном зале Эвермора, когда все игроки собираются, чтобы обсудить ошибки матча, поговорить о результатах. Кевин Дэй, звезда этого матча прихрамывает в зал и садится рядом с Жаном, пока Рико и Натаниэль в кабинете Ичиро помогают старшему с разбором кое — какой макулатуры по прошедшим делам Урана.       Несмотря не тренировки, ребята постарались не забивать и на обязательства перед Ичиро и успешно ходили на все задания, разделив всю работу на три сектора. Сектор первый, отдел связи, возглавляемый Жаном Моро.Несмотря на хорошую физическую форму и возможность выступать на первой линии атаки, Моро выбрал контроль в штабе Эвермора, направляя деятельность ребят с камер и голосовой службы. В команде Жан стал главным связистом, тем самым парнем, который взял под контроль около десятка таких же башковитых специалистов.       Второй сектор, ударный, куда вошли Веснински и Морияма — младший. Ичиро гонял их обоих так, словно они были не простыми подростками, а уже солдатами, машинами смерти. Хотя, с тем как воспитывались парни, не удивительно, что его разделили они. У них не было главных или подручных, они разделили это напополам, выходя на атаку так, словно желали оба сдохнуть, но до этого разумеется не доходило. У обоих в отрядах были только проверенные люди, куда так же вошли и члены команды по экси, особенно жестокие в бою. Ниэль прекрасно знал, что его принимают за монстра и так называют, но сам он любил прозвище, которое один раз дал ему Ичиро и которое запало в душу подростка. Орудие Смерти, именно так его и называли во всех трех секторах. Ну или «Третий» из-за набитой цифры на скуле.       Кевину Дэю отдали третий сектор, сектор тыла и поддержки. В частности там были снайперы и стрелки дальнего расстояния, прикрывающие задницы второго сектора. Их всего 5 человек, Кевин и Тэя Мулдани, возлюбленная парня вошли туда под должностями начальника и заместителя и умело рулили всем на протяжении уже четырех лет. Хоть со стороны Кевин и казался милым парнем, который не способен причинять боль, это было не так. В бою вся четверка были безжалостны, хоть некоторые и не любили встревать в откровенные замесы. Когда Веснински и Морияма возвращаются, становится понятно, что что-то уже успело произойти, это видно по перепуганным ребятам, каплям крови и кричащему.Кевину?! Ладони Ната холодеют и он подбегает к другу, сжимающему свою ведущую левую руку, по которой стекает кровь. Белые осколки отпечатываются в чужой памяти надолго, прежде чем парень поймет, что это кость. Кевину сломали руку.

***

В эту ночь Натаниэль почти не спит, уснуть умудряется только под утро. Несмотря на то, как он обычно чутко спит, услышать звук вставания высокого парня с кровати напротив он не смог, как и услышать, что на тумбочку положили записку и что его поцеловали в лоб. Веснински проснется с утра разбитым и со странной тревогой на душе, а когда повернется взять телефон и посмотреть на время, то увидит сложенный вдвое тетрадный клетчатый лист со знакомым ровным почерком. Натаниэль, прости, но это конец. Тренер сломал мне руку просто потому что травмировался на поле, я не хочу больше этого терпеть, я устал. Ичиро и Кенго дали добро, я ухожу. Пожалуйста, не ненавидь меня. Мы обязательно встретимся, Третий, только немного подожди. Я люблю тебя, брат. Прощай. До встречи, Нат.       Абрам сжимает записку с руке и падает на кровать, стараясь игнорировать эту боль в груди. Кевин просто ушел, бросил их здесь одних, ушел непонятно куда и непонятно зачем. Парень горько хмыкнул, вспомнив зачеркнутое «прощай». Значит, Кевин и сам не верит, что они действительно встретятся и так же будут друзьями.       Веснински впервые оглядывает свою пустую комнату и поджимает губы. В голову, как назло лезут воспоминания о том, как им было здорово всем в четвером просто сидеть в этой комнате, дурачится, заниматься своими делами. Теперь они будут втроем, Кевин Дэй вычеркнул их из своего списка жизни. Ниэль встает и фыркает, стараясь игнорировать распространяющуюся пустоту внутри себя и горький осадок где-то в глубине души. Возможно, обижаться на Кевина действительно было эгоистично, но причина злобы была не в том, что брюнет ушел, а в том, как именно он ушел. Молча. Резко. Ничего не сказав. Именно это и душило парня, когда он собирался спустится вниз, на завтрак.Уже внизу он увидит Рико и Жана в таком же состоянии и ребята не сговариваясь уходят в тренировочную для стрельбы.       Стрельба всегда помогала Натаниэлю прийти в себя и остыть, ведь на ладони чувствуется нечто опасное и холодное, настоящий металл смерти и парню отдаленно кажется, что пахнет кровью и мясом, пахнет могилами. И ему нравится этот запах. Он берет в руки глок и перезаряжает его, обновляя все патроны. Парень надевает наушники и сосредотачивается, выпуская обойму в мишень. Попадание за попаданием, но легче от этого не становится, тяжелый камень все еще лежит на душе парня и он не знает, как от этого избавится. Жан и Рико недалеко, японец устроился на полу, прислонившись спиной к стене, а Жан уселся на стол сзади Абрама, складывая руки на груди. — Вам ведь он тоже ничего не сказал? — с французским акцентом произносит Четвертый, оглядывая притихших парней. Рико кивает и встает, подходя ближе, чтобы им не нужно было кричать друг другу. Нат заканчивает со стрельбой и убеждается, что легче то блядь и не стало. В голове до сих пор давящий взгляд зеленых глаз и теплые руки, которые он навсегда запомнил. Веснински присаживается на столик, с которого вел стрельбу. — Совершенно. Просто молча ушел, оставил записку и съебался хуй пойми куда в какие-то дебри. Я чувствую себя…преданным? Пожалуй так. Ребят, я доверял ему, это было гораздо больше чем просто «дружба» или «влюбленность». Я видел в нем словно продолжение самого себя, своего брата, — выпалил Натаниэль и сел на пол, обняв колени руками. — Я веду себя как ебанный эгоист, его тоже можно понять, ему неприятно, больно, тяжело. Но можно же было хотя бы предупредить нас, разве нет? Разве мы не должны знать о том, что происходит под нашими носами? Все это время он планировал побег получается, или же, это просто решение одной минуты? Щелкнул пальцами, собрал вещички и вперед, в аэропорт?       Морияма пожимает плечами и садится рядом, кладя голову на плечо своей фактически правой руки в организации команды и деятельности Урана. Единогласно было выбрано, что вице-капитаном после Кевина станет Натаниэль и теперь парню предстоит долго привыкать к этому всему, перестраивать что-то под себя и постоянно советоваться с Рико. Жан присаживается рядом и повторяет действие первого номера, тяжело вздыхая. Кудрявые волосы Моро щекочут лицо Ната и он аккуратно сдувает прядку брюнета, хмыкая. С Ри таки проблем нет, у парня выбритые с обоих сторон виски и затылок и только длинная остальная часть волос остается неприкосновенной, её Морияма часто собирает в тугой хвостик.       Дверь их скромного укрытия открывается и в помещение заходит девушка. Ее длинные пушистые черные волосы слабо колеблются от потока ветра от двери, а ладони уложены на талию. Брюнетка оглядывает эту картину и вздыхает, вставая у стены. Тея Мулдани, девушка дорогого бегунка Кевина Дэя. — Я вижу нынешняя ситуация вас подкосила, парни. Тоже ни сном ни духом, что он дропанет? Если честно, Кевин всегда был идиотом, но в последнее время я замечаю это все чаще. Мы расстались, я имею полное право называть его мудаком, — девушка зашипела от своей же речи про Кевина и фыркнула, складывая руки на груди. — Даже не пришел, отправил смс и заблокировал номер.       Парни переглядываются и Рико ехидно хмыкает, приподнимая голову, прежде чем произнести фразу о которой думал все время, пока стала известна новость. — А нам он вообще одинаковые записки подбросил всем, только исправил имена. А тебе вон, ручками сообщение натыкал, вообще молодец, хоть сейчас под венец с ним иди, Тея. Ну, а что? Обычно перед свадьбой невесты сбегают, а ты будешь первой невестой, у которой жених съебался, — под конец японец смеялся, вытирая слезы с уголков глаз, да только непонятно было, от горя хохочет или от радости. Не удивительно было бы, если и от того и от того. Теа на эту фразу лишь усмехается, а после подходит к парня и поочередно ударяет их ладонью по плечу. Жан шипит, Натаниэль морщится, Рико тихо матерится. Состояние души прям. — Кевин Дэй выбыл, дорогие мои, но это не значит, что выбыть должны мы. Подожмем хвосты, запихнем всё это поглубже в себя, сожмем зубы и прорвемся, не будь мы Воронами Эдгара Аллана!       Воинственный клич девушки заставляет губы Натаниэля расползтись в довольном оскале и вся четверка кивает друг другу, принимая новую игру. Кевина с ними больше нет, а это значит, что нужно позаботится друг о друге и сделать всё, чтобы отсутствие Дэя не сказалось на командной работе. Веснински касается своей щеки с татуированной тройкой и хмыкает. Эти тату они сделали когда им с Рико исполнилось шестнадцать, все сразу. Казалось бы, простые четыре цифры, но на деле, для Натаниэля это имеет гораздо большее значение. Это знак его принадлежности к этим крутым ребятам, знак того, что он чем-то отличается от других и в конце концов, это знак дружбы парней, знак того, что даже если они будут в разных местах, эти черные римские цифры I II III IV сведут их воедино и снова объединят. " Блядский Кевин, запомни, рожа твоя бандитская, не смей опускать руки, понял, утырок? Ты блять один из Воронов, хоть и сейчас покинул наши ряды. В твоих жилах течет огонь и такая же жажда победы как и в наших! Отрасти свои черные крылья и покажи всем, чего ты стоишь! Иначе что блядь, я зря тебя отпустил?!»       Его мысли никто не слышит и Натаниэль скалится сам себе, сжимая руку в кулак. Если к моменту их встречи Кевин не станет что-то из себя значит, Веснински разобьет ему лицо об асфальт, не меньше. А пока что впереди миссии и тренировки, опасные диалоги с тренером и подготовка к их первому матчу в другом стадионе. Ворон ворону глаз не выклюет, запомни это, Кевин Дэй.

***

      Два года. Два года назад произошла эта ситуация с Кевином и десять лет назад Натаниэль Абрам Веснински попал в Воронье гнездо как вещь. Уйдет отсюда он как желанный хозяин, как и все тут. Ему 19 лет, за спиной почти шесть лет службы в Уране, девять лет проживания с Балтиморским Мясником и теперь уже два года как проживания в одной комнате, после Кевина к нему никого не подселили.       Седьмое июня прекрасный день, выходной, в который можно поспать подольше, так как тренер Морияма уехал (счастливой ему дорожки и камней в колеса, как отозвался об его отъезде Рико. Родственные связи, эх, так прекрасно), а команда только недавно выиграла награду, так что по всестороннему решению вчера все решили дружненько наебенится и сегодня отоспаться. Идея была принята восторженным гулом и к двум часам ночи 12 тел проживающих в Гнезде разбрелись по своим комнатам. Хотя, тут более уместо было бы сказать расползлись, потому что в слюни пьяными были все, даже Жана споили, хоть тот и сопротивлялся. Воронам повод только дай, они бы и Ичиро споить умудрились, да только тот в кабинете закрылся и повесил на дверь табличку «Пьяным мордам вход запрещен». Довели парня, эх. Остальные члены команды не живут в Вороньем Гнезде, но иногда ночуют, когда тренировки затягиваются. Бывает и такое, что уж врать. Натаниэль, Жан и Рико живут в общежитии Воронов, так как не хочется расставаться друг с другом, да и комнаты обжитые, удобно. Им вообще повезло, что Эвермор как комплекс для тренировок и занятий и Воронье Гнездо сделали в двух отдельных зданиях, иначе Нат готов дать руку на отсечение, он бы на второй день пребывания постоянно под землей повесился бы.       Ниэль тихо выползает из кровати и открывает окно, морщась от яркого света, долбанувшего по голубым глазам. Веснински зевает и зарывается пальцами в рыжие волосы, берет телефон и смотрит на время. 11:20, судя по всему, дожили до утра явно не многие, потому что с первого этажа не слышно ни звука, а что происходит в спальнях второго этажа остается загадкой. Парень оглядывает комнату, приходя к выводу, что все как обычно. Заправленная пустая кровать напротив, куда Нат часто скидывает вещи, рабочий стол у окна, заваленный учебниками и тетрадями, где-то там тусуется ноутбук. Ну, они сейчас студенты и посещают университет (в этот раз учителей им уже не привозят, выросли детки) так что однако, об учебе надо подумать. Хотя бы потому что негласное правило Воронов — есть долги нет экси. Поэтому, с учебой завалы особо не нужны.       На тумбочке лежат длинные черные повязки, которые Натаниэль носит постоянно, пряча свои уродливые шрамы на руках, оставленные тренером, Лолой и отцом за все время, пока сын с ним жил. В повязках ножи, потому что это было требование Ичиро, а Ниэль и не против, повязки то тоже подарок Мориямы, только не старшего. Рыжеволосый идет в ванную, где наскоро приводит себя в порядок, в очередной раз шугаясь своего отражения, голубых глаз и ярко рыжих волос, похожих на пламя. Глаза один в один отца и Нат морщится, когда вспоминает Натана и его тесаки.       Через двадцать минут он выходит из комнаты и тихо спускается по винтовой лестнице вниз, подходя к барной стойке и замечая там бутылку воды. Наверное Ванесса позаботилась о членах команды, солнышко какое. Девушка играет на позиции защитника, как и Жан и почему — то Натаниэлю кажется, что между парочкой происходит какая-то химия. Или ему реально просто кажется. Веснински берет бутылку и залпом выпивает добрую половину, идя в столовую комнату. Там стоит длинный деревянный стол, за котором сидят несколько человек и наблюдают за происходящим на экране. «Нет бы в гостиной смотреть, в столовую приперлись, придурки» — мысленно буркает парень и садится рядом, прикладывая холодную бутылку ко лбу. Рико приходит через пару минут и они обмениваются страдальческими взглядами, после чего Морияма падает рядом с парнем. Только после этого их замечают и оборачиваются. — Немая сцена, — хмыкает Третий и машет сокомандникам рукой, на что эти хмурые рожи лишь отворачиваются. Похмелье штука жесткая, не поспоришь. Натаниэль осматривает сидящих за столом. Ричер, Джонкенс и Вильямс сидят рядышком и мучительно подпирают головы руками, выжрали вчера больше всех. Жана и Теи еще нет, или спят, или уже успели куда-то смотаться. Рико сидит рядом и отпивает от такой же бутылки с водой, периодически морщась, когда кто-то слишком громко возмущается. Головка бо-бо, однако. Ванесса сидит лицом к Веснински и раскрашивает картинку по номерам, успокаивает нервишки. Ну правда, такой спокойный человек, порой Ниэль даже завидовал девушке с ее спокойствием и непробиваемостью глупостью некоторых членов команды. — Ого, мяч снова у Кевина Дэя! Вы посмотрите как виртуозно он обращается клюшкой правой рукой, хотя при этом, абсолютный левша! — голос коментатора заставляет Ната, как и всех здесь присутствующих вперится взглядом в экран и замереть. Там, в большом масштабе был показан Кевин в оранжевой форме, бегущий к чужим воротам с клюшкой и мячом в руках. Веснински выразительно хмыкает, складывая руки на груди. Команда, за которую парень играет ведет небольшой отрыв, на воротах стоит девушка с кажется мелированным волосом, камера плохо передавала оттенки видимо. Вот они и встретились, но не на поле, а на расстоянии в несколько сотен километров. Пальметто было не сильно далековато от Балтимора, два часа езды и ты уже в Балтиморе. — Так, стоп…они играют сейчас да.ага.а разве с победителями этого матча не мы играем через неделю? — Ричер поворачивается в сторону Рико, с лица которого медленно пропадала краска. Почему блять именно сейчас об этом вспомнили? Очередной нервотреп. Морияма достает телефон и быстро цокает по клавиатуре, а после кладет гаджет на стол. — Именно. С теми, кто выиграет, играть будем мы. Дружеские игры, мать бы их еб. Какие дружеские? Вы видите, как они играют? Там Дэй тащит весь счет, голкипер нормально работает и капитан. Что за избиение младенцев будет? Я искренне надеюсь, что, — он переводит взгляд на экран и щурится. — Лисы продуют. Вот реально. По столовой проносится дружный тяжелый вздох, а после слышен сигнал об окончании матча и гимн Пальметто, лисьи кричалки и много-много оранжевого. Лицо Рико становится еще кислее. — Ну что, допросился? — ехидно смеется Натаниэль и встает, несильно ударяя рукой по столу. — Поднимаемся, хватит тут сидеть и скулить о нашей тяжкой судьбе. Покажем Лисам, что такое мощные вороньи крылья и когти?! — он оглядывает всех вокруг и замечает в их глазах опасный блеск. — Разъебем их! — вскрикивают парни и сидящие за столом поднимают левый кулак вверх.       У них есть неделя на тренировки, неделя на вывод стратегии и ровно неделя, чтобы придумать модель поведения при встрече с Кевином, но последнее вылетает из головы Натаниэля так же быстро, как и попадает туда. Какая разница, как ему вести себя, если первым делом они вытрут Лисами паркет? На губах парня появился озорной оскал и он закинул руку на плечо Рико, ухмыляясь. Шутки в сторону, они собираются надрать задницу Лисам из Пальметто и лично показать Кевину, что они тоже не пальцем деланные. Когда Нат оглядывает остальных ребят он видит на их лицах такие же оскалы-ухмылки и торжествует: единый механизм Воронов вновь начинает работать.