Трейси Дэвис и Зелёный Дракон

Небольшой коттедж радовал глаз своими правильными формами, новой бежевой краской на стенах и аккуратной темно-коричневой черепицей. В это время года город утопал в зелени вьющихся растений. Стриженные лужайки приглашали каждого вынуть из сумки заранее приготовленный ланч, сесть, подставить лицо солнцу и удачно провести целый час своего времени. Переменчивое английское небо в кои-то веки не хмурилось и не посылало туман на их городок. - Трейси, детка, ланч на столе. - Хорошо, мам. - Миссис Топмпсон отведет вас на маяк и обратно, не забудь ключи и не уходи никуда одна от ребят. Если бы вы стояли у окна, ведущего в кухню, вы могли бы увидеть, как девочка кивнула, забирая из рук матери только что заплетенную косичку. - Закрой за мной, пожалуйста. Через пару минут миссис Дэвис уже быстро шагала по тротуару, звонко цокая каблуками офисных туфель, а Трэйси отправилась чистить зубы и готовить себе мюсли. На столе осталась лежать горка тостов, клубничный джем в баночке, масло и нож. В телевизоре бегали диснеевские "Том и Джерри", солнце светило все так же по-утреннему ярко, и где-то под ложечкой копошилось отчетливое ощущение, что день обещает быть чудесным. Но было одно "но" - Трейси не улыбалась перспектива до вечера гулять по городу со скучнейшей, старой и слегка сумасшедшей миссис Топмпсон, их школьной учительницей. Миссис Топмпсон была говорлива как торговка из овощной лавки, и ничто не могло заткнуть ей рот. При этом ей было глубоко все равно, слушают ее или нет, интересно другим или нет, - важно было говорить, говорить и говорить, чтобы заполнить своим полубессвязным потоком сознания разум и душу собеседника. Однажды на уроке Трейси вдруг очнулась от тумана, который создавал в голове бесконечный монолог миссис Топмпсон, и поняла, что та рассказывает о какой-то пещере, где жил какой-то поэт - но кто, где, когда, зачем - все это тонуло, растворялось и исчезало в обрывках бессвязных речевых конструкций. О нет, нет, нет. Трейси готова была терпеть этот ужас в школе, по необходимости, но провести так ещё один день, да ещё и летом, и именно сегодня - нет. Тем временем девочка успела позавтракать, и с мрачным мыслями отправилась одеваться. Платье и носочки лежали как обычно в шкафу, аккуратно и на своём месте. Две толстенькие косы, курточка на случай перемены погоды, ланч уложен в рюкзак. Прокручивая в голове мысленные ругательства насчёт "старой карги", Трейси повернула ключ в замочной скважине, вынырнула из холла на улицу, и тут же перестала грустить. Впереди ещё два дня каникул, а у миссис Томпсон можно отпроситься. Соврать, что мама заберёт её от маяка сама, только и всего. Было ещё довольно рано, и птицы тонко щебетали свои песни, спрятавшись на деревьях и в кустах. До школы Трейси дошла быстро, подгоняемая утренней прохладой. Оказалось, что и остальные решили не задерживаться, и многие уже стояли у ворот. Вскоре пришел автобус, который заказали специально для этой поездки. Ребята ещё не до конца проснулись, поэтому путь на маяк прошёл в относительной тишине, прерываемой шумом машин за окном, шорохом пакетов, зевками, попытками миссис Томпсон втянуть водителя в диалог и навязчивым пиликаньем из чужого плейера. Но вот наконец пейзаж за окном начал указывать на то, что маяк уже близко. Когда автобус остановился, миссис Томпсон первая покинула кабину, ещё раз пересчитала всех детей, расспросила их о самочувствии, попрощалась с водителем и начала рассказывать историю о том, как ездила на этот же самый маяк двадцать лет назад. Со стороны моря дул сильный ветер, не сдерживаемый никакой преградой, стало зябко, и Трейси поняла, что очень кстати взяла с собой куртку. - Миссис Томпсон! - Да? - Моя мама просила сказать, что сама заберет меня. - Она не предупреждала об этом. - У нее очень плотный график, конец месяца, отчёты. Мы даже не успели ещё купить одежду и учебники, хотели сделать это сегодня. Хочешь соврать - клади слой лжи между двумя слоями правды. У миссис Томпсон не возникло даже никаких вопросов, а Трейси мысленно выдохнула, постаравшись ничем не выдать своих эмоций. Тем временем они уже были на месте - у самого входа на маяк. Узкий проход древней винтовой лестницы заманчиво поднимался куда-то вверх. Пройти можно было только по одному, а миссис Томпсон и вовсе с трудом протиснулась между двух стен. Дружелюбная женщина-экскурсовод долго показывала им кухню и спальные места работников маяка. Трэйси особенно заинтересовали кровати - такие вы вряд ли видели где-то ещё. Это было больше похоже не на кровати, а на узкие шкафы-купе, спать в которых можно было лишь с подогнутыми ногами. С одной стороны, это экономило место, а с другой - тепло. Дверца задвигалась, и нагреть воздух в этом ящичке можно было довольно быстро. Посмотрели дети и на фонарь, который работники маяка зажигали, чтобы подавать сигналы морякам. С самой верхней площадки открывался вид на набережную и морские просторы с высоты птичьего полёта. Девочка долго, с замиранием сердца, забыв, где находится, смотрела вниз, и поэтому, когда миссис Томпсон сообщила, что пора спускаться вниз, попросила её разрешить остаться ещё ненадолго. - Мама сказала, что заберёт меня прямо здесь, у маяка. Мне все равно придётся ждать её внизу. Миссис Томпсон разговорились с экскурсоводом, позабыв обо всем на свете, поэтому быстро согласилась. Трэйси смотрела сверху, как остальные дети садятся в автобус, как автобус нервно танцует на парковке и наконец выезжает на проезжую часть. Чайки летали, задевая крыльями воду. Люди и машины выглядели отсюда, сверху, словно куклы в кукольном домике. У берега стояли одинокие яхты, которые пока не собирались отправляться в плавание. Руки замерзли, время близилось к обеду, и пора было спускаться, но девочка не собиралась уходить, завороженно наблюдая, как колышется на ветру морская гладь. Вдруг ярусом ниже раздался отчетливый хлопок. Он был не похож на звук закрывающихся дверец шкафа, и Трейси насторожилась. Идти вниз вряд ли стоило, соображала она. Пока девочка думала, что делать, в проём проникло сначала чужое колено, а за ним и весь человек. Нет, это был не турист. - Трейси Дэвис, как я понимаю? - спросил незнакомый мужчина. - Да, сэр. - Миссис Дэвис, отойдите от перил подальше, иначе я боюсь, что мне придётся собирать вас по кускам. Девочка послушно отошла от края, но уже на следующей фразе поняла, что мужчина безумен и крайне опасен: - Мне бы не хотелось, чтобы нас видели, иначе "Аврорату" придётся потратить уйму времени на стирание памяти. В школе им не раз говорили, что если вас взяли в заложники, нельзя делать никаких резких движений или спорить. Поэтому Трейси спокойно кивнула, а потом так же спокойно спустилась вслед за мужчиной на пролёт ниже. Здесь он усадил её на табурет, нависнув сверху огромной чёрной фигурой. Трейси безэмоционально смотрела ему в лицо, тем временем пытаясь придумать план дальнейших действий. - Миссис Дэвис, я вынужден сообщить, что вас переводят в другую школу. - Что? - здесь не выдержала даже Трейси Дэвис. Девочка почувствовала, как у неё затряслись коленки, а мысли смешались отчаянный в комок. - Обстоятельства сложились таким образом, что у вас есть особый талант, который нужно развивать в специальных условиях. - Я все равно не понимаю, - девочка с испугом смотрела на этого безумного человека, и пыталась сообразить, что будет делать, если он попытается стокнуть её вниз с маяка. Хотя он, вроде, наоборот, попросил её отойди от края. Трейси попыталась унять дрожь в коленках, но ничего не получалось. - Миссис Дэвис, от вашего отца вам достался особый дар - дар волшебства. - Я не понимаю, сэр. Вроде как с сумасшедшими надо соглашаться, неправда ли? - Я объясню вам это чуть позже. Но в этот момент он резко сжал её запястье. В глазах потемнело, и теряя сознание, Трейси почувствовала себя так, будто нечеловеческое существо пытается разорвать на части её грудную клетку, вытолкнуть из лёгких последний воздух и... убить...