Пурпурная кровь.

            Четыре часа утра. Едут три патрульных машины. В одной из них едут детектив и Виктор. Куда они так спешат? Очевидно, очередной вызов. Чарли обнаружила группу вампиров на кладбище Харрикейна, половину смогла уложить, другие в сознании, но двигаться уже не могут.             —Мистер Эмили, Вы переживаете? — заметил дрожащие руки детектива его помощник.             —Да. — ответ звучал коротко и быстро, без каких-либо эмоций.             —Если с ней что-то случилось, нам бы доложили об этом, верно? — утешил сыщика Виктор.             —Сердцу покоя нет… Как будто что-то должно случиться. — выдал детектив, смотря на дорогу.             —Вы просто волнуетесь. Поэтому такое чувство и возникает. Всë будет хорошо, я же говорю Вам.       Генри слегка ухмыльнулся и продолжил вести машину. Наконец, то самое кладбище. Было жутко. Конечно, приехать в четыре часа утра на кладбище, когда вокруг ни души. Не каждому дано такое испытать.       Вот группа полицейских во главе с детективом Эмили уже нашла место где и произошла вся передряга. Чарли, видимо, уже убежала. Генри заметил одного из живых вампиров и подошёл к нему. Детектив присел около данной жертвы и что он услышал:             —Заплутавший агнец, на беду свою играет роль, ища подход научный. Свергнув Бога, дикий зверь в бреду себя миссией дней грядущих возомнил. Только вот всë это наяву, от проявления потусторонних сил. Ни водица, ни кресты не сберегут!       Генри слушал это с недопонимающим видом. Слышится, как какой-то бред, но покоя не даёт. Звучит как какое-то послание или что…             —Прикончите выживших вампиров. — сказал Генри полицейским, встав и отойдя подальше от толпы с Виктором.             —Детектив, что Вам сказал этот упырь? — спросил помощник, поглядывая на трупы и без того бледных монстров.             —Бред какой-то сказал, но знаешь, эти слова мне покоя точно не дадут. Я люблю точность, поэтому это интересное дело нужно разгадать любой ценой.             —Вы как всегда в своём репертуаре, детектив!             —Можно на «Ты» и спасибо тебе.       Церковь с которой видно всё кладбище. Фиолетовоглазый вампир, гордо подняв голову, созерцал на проишествие и пристально следил за движениями детектива и его помощника.             —Сегодня кое-что должно случиться: эпоха и место едва ли важны, люд не верит, что монстры таятся под покровом тьмы. Только вот за невинными вашими спинами свой оскал, — тут же вампир оскалился и, словно рыча, продолжил, — В улыбке злобной обнажает демон. — тут же вампир обратился в летучую мышь, улетевшую в сторону Луны.       Детектив и его помощник мирно едут по домам. Тут Виктор задаёт один странный вопрос:             —Детектив Эмили, а ты свободен?       Мужчина остановил машину, следом, посмотрев на Виктора:             —В плане? — спросил детектив.             —В плане отношений.             —Эм… Да, свободен. — немного помешкавшись, ответил рыжий.             —Честно говоря, ты мне давно нравишься. И я всё время думал, как тебе сказать о своих чувствах…             —Хах, — детектив усмехнулся, приблизившись к своему напарнику, он продолжил, — Правда?             —Ну… — парень заметно засмущался и перевёл взгляд от детектива в переднее окно машины. — Да, я же говорю, что… — Виктора прервал поцелуй от Генри, заставляя обоих покраснеть, как на морозе.       Генри отстранился. Нежно улыбаясь и поглаживая своего спутника по щеке, детектив хмыкнул и, недолго думая, ответил взаимностью. Мужчины улыбались друг-другу и мило заигрывали. Они почувствовали себя настоящей парой. Генри хотел именно этого — тепла, ласки и счастья.       Сильный удар бледной и тощей рукой по тёмной стене с узорами, напоминающими викторианскую эпоху. Рык смешанный с шипением. Так звучат разбитые мечты и сердце вампира, который умудрился влюбится в человека — в живую кровь. Холодные ручьи слëз стекали по бледным щекам, а зрачки становятся всë у́же.             —Блядь! Сука! Ненавижу! — брань слышна уж сколько времени, но не прекращалась никак, — Ненавижу тебя, Генри…       Уже нам знакомый вампир-шатен наконец начал успокаиваться. Голос перестал дрожать и дрожь прошла, но глаза были мокрые и остатки слез ровной тропинкой стекали к краям подбородка. Оскалившись и сжав ладонь в кулак, вампир прошипел:             —Ты потеряешь всë… Всë, что тебе дорого. Потеряешь и пожалеешь, что отверг меня… — Уильям улыбнулся с некой угрозой и громко засмеялся. Звонкий смех парня эхом раздаётся по поместью.