Легенды страны Оз. Глава 15

      Все жители Изумрудного города на протяжении нескольких часов стремились пообщаться с Фиалкой, разузнать о ней больше от принцессы Озмы и Глинды, толпой напирая на волшебниц. Однако любопытство народа было слишком рьяным, от чего Глинда попросила Волшебника отвлечь внимание публики, что было успешно исполнено. Пока Оскар Диггз устроил небольшое представление, Глинда и Озма совместно с Фиалкой отравились в тронный зал, для обсуждения ранее сказанной просьбы девушки.       - Такое реализовать не составит труда с нашей стороны, - сообщила Глинда Фиалке – однако для возможности связи, ты должна отчётливо помнить одну из особенностей родителей – будь то манера речи, черты внешности или особенности характера.       - Да, конечно я помню…все до деталей… - задумчиво произнесла Фиалка – Я ведь смогу после исполнения заклинания пообщаться с ними тет-а-тет?       - Разумеется… а почему? – поинтересовалась Озма.       - У нас с родными будет личный разговор, не хочу, чтобы вы слушали их…негодование. – немного грустным тоном ответила Фиалка.       - Не беспокойся, как только мы с принцессой Озмой поможем наладить между вами связь, тут же покинем комнату. – успокоила Фиалку Глинда - Когда ты хочешь с ними побеседовать?       - Если это возможно, то прямо сейчас. – ответила Фиалка.       Озма и Глинда кивнули и прошли с Фиалкой в покои принцессы, где располагалась знаменитая Волшебная картина. Для её активации требовалось встать напротив картины и спросить, что делает тот или иной человек, и на волшебном полотне тотчас же появлялся этот человек, от чего можно было следить за ним и его похождениями, как в кино. Озма и Дороти периодически пользовались её возможностями, но сегодня был особый случай, одной магии картины было недостаточно.       Фиалка, по указаниям волшебниц, встала напротив картины, а принцесса Озма и Глинда встали по бокам между девушкой и волшебным артефактом. Волшебницы взяли Фиалку за руки.       - Сообщи картине, кого бы ты хотела увидеть. – сообщила Глинда Фиалке.       - Я хочу увидеть…Идвига и Белладонну Дебольских… - произнесла Фиалка не то с грустью, не то с волнением.       В этот момент картина стремительно принялась менять изображение, проплывая над лесами, морями, маленькими деревушками и городами. Проплывая прекрасные виды разных поселений, изображение в картине потихоньку замедлялось, добравшись до нужного городка.       Губы Фиалки немного дрогнули, а взгляд стал сосредоточенным, когда она лицезрела знакомые ей улочки и достопримечательности.       Вскоре картина продемонстрировала волшебницам небольшую квартирку, в которой женщина, преклонных лет, прихорашивалась, рассматривая себя в зеркале, а мужчина, тоже почтенного возраста, сидел за столом и разгадывал кроссворды.       - Вот они! – сказала Фиалка – Это мои родители! – несмотря на предстоящий диалог и дискомфорт со стороны Фиалки, она была рада увидеть своих родителей.       Глинда осмотрела комнату и выбрала потенциальный источник связи.       - Вот это большое зеркало послужит нам проводником для твоей беседы с родителями. – сообщила Глинда и, обхватив одной рукой раму картины, закрыла глаза.       За действиями Глинды повторила принцесса Озма и волшебницы приступили к обряду.       Прошептав нужные слова, картина немного исказила изображение, демонстрируя комнату от лица зеркала.       Тем временем в реальном мире зеркало тоже меняло свое отражение, что подметила мама Фиалки.       - Идвиг! – недоуменно произнесла Белла – Что за ерунда с зеркалом?       - Что может случиться с зеркалом?! – немного язвительно ответил ей супруг – Разбила что ли?       - Иди, посмотри сам! – ответила ему недовольным тоном Белла.       С большой неохотой, но Идвиг все же отложил в сторону свой кроссворд и подошел к зеркалу.       - Что за… - недоуменно произнес Идвиг, прищурившись, смотря в мутное зеркало.       - А я про что говорю! Вечно ты меня не слушаешь! – ответила Белла, скрестив руки на груди и закатив глаза.       - Погоди, в нем что-то проявляется… - сообщил Идвиг, всматриваясь в отражение дальше.       Оба внимательно наблюдали за зеркалом и увидели размытый сиреневый силуэт в изумрудном окружении. Вскоре изображение приобрело максимальную четкость и Идвиг с Беллой увидели в зеркале юную девушку. Сначала оба впали в недоумение и не понимали, кто перед ними, пока раздавшийся, не знамо откуда, эхом голос не произнес…       - Мама, папа, это я. – добродушным тоном ответила Фиалка – Вы меня слышите? Немного войдя в ступор, оба родителя не сразу ответили дочери.       - А, это ты дочка? – впервые с робостью ответила Белла.       Фиалка кивнула, после чего обратилась к волшебницам.       - Вы не могли бы нас оставить? – поинтересовалась Фиалка.       Глинда и Озма кивнули и сообщили, что когда она захочет закончить разговор – пускай прикоснется к раме картины и связь прервется. Волшебницы покинули комнату, а Фиалка вернула свое внимание на картину.       - Мам, пап, я очень рада вас видеть. – добродушно ответила Фиалка.       - Так, ладно, я почти купилась! – ответила Белла, придя в себя – Это все ваши «новые технологии» и ты как-то успела заменить нам зеркало, пока нас не было дома с отцом, верно?       - Это не… - не успела Фиалка договорить, как её перебила мама.       - Просто дай мне так думать! Хорошо! Не хочу ничего слышать! – строго ответила Белла, ткнув своего супруга в бок локтем.       - Согласен с твоей матерью. – ответил хладнокровно отец – А теперь давай объясняйся! Где ты и куда пропала?       - Сомневаюсь, что вы мне поверите, если я расскажу вам все в подробностях… - немного скромно ответила Фиалка.       - Ну, расскажи как есть и… - произнесла мать, взглянув на свою дочь – что за несуразный на тебе наряд? Выглядит так, будто это создал человек, ни разу не держав до этого иголку с ниткой в руках.       - А что у тебя с глазом? Что это за инфекция? Он гниет у тебя?! – с омерзением спросил отец.       - Нет! Просто зрачок у меня деформирован! – немного возмущенно ответила Фиалка.       - Не смей повышать голос на родителей! – со злобой ответил Идвиг – Мало того, что тебя изуродовали, так еще ты имеешь наглости дерзить нам!       - Я не дерзила, просто ответила на вопрос. – спокойным голосом ответила Фиалка, однако от каждого негативного слова от родителей в ее сторону, сердце девушки будто пронзали тысячей кинжалов.       - Не оправдывайся. – ответила недовольно Белла – А теперь говори где ты находишься, немедленно!       - В стране Оз, довольны? – сообщила Фиалка с небольшим надрывом в голосе.       - «Очень смешно» - произнес саркастично отец – Если не хочешь говорить, то и ладно! Если ты связалась, чтобы мне нервы трепать, то я не собираюсь в этом участвовать!       После этих слов, Идвиг покинул супругу и дочку, уйдя в комнату, что-то бубня себе под нос.       - Видишь, до чего ты отца довела! – недовольно ответила Белла – Мы для тебя всегда все делали, давали все самое лучшее, чтобы ты ни в чем не нуждалась, а в итоге ты отплатила нам сплошными проблемами и разочарованием.       - Теперь я больше не буду «разочарованием нашей семьи»… - произнесла Фиалка, сдерживая свои судороги от переполняющих её грусти эмоций.       - Что ты сказала? – спросила Белла.       - Я больше не буду вашим разочарованием – вы больше меня никогда не увидите, я не доставлю вам неприятностей, вам не придется терпеть меня и мои поступки.       Фиалка говорила последние слова на эмоциях и уже была готова окончить разговор, пока не прозвучала самая страшная вещь, которой она боялась…       - ИВЕТТА ДЕБОЛЬСКАЯ! – уже в ярости произнесла Белла дочери – Мы слишком долго терпели тебя и твои выходки, но раз ты решила так нам отплатить – то дерзай! Вали хоть на все четыре стороны и твори все, что желаешь, но учти, тебе больше некуда будет возвращаться! Теперь ты не имеешь ни отца, ни матери! Ты для нас больше не дочь, а натуральный отброс общества - кем ты являлась на протяжении всей жизни, им тебе и оставаться!       После этих слов, Фиалка поняла, что вот-вот расплачется, от чего подошла ближе к картине и произнесла последние слова своей матери…       - Прощай мама и передай всего хорошего папе… - произнесла тихо Фиалка, коснувшись рамы картины.       Изображение матери тут же исчезло, демонстрируя теперь красивый лесной пейзаж. Фиалка была крайне подавлена беседой с родителями. Хоть она и представляла ранее, что так может пройти их беседа, ей все равно было невыносимо больно от слов и поведения родителей. Самые близкие ей люди просто отреклись от дочери без всякого сожаления, не проявив никакой любви к своему ребенку. Фиалка вышла из комнаты и, опираясь на закрытую дверь, смотрела в пустоту, сердце кололо от душевной боли, а руки неконтролируемо дрожали. Фиалка ощутила, как на лицо наворачиваются слезы и, оглянувшись по сторонам, поспешила в свою комнату, в надежде не встретить ни души, не заметив, как с противоположного угла коридора на неё сочувствующе смотрел лучший друг…

***

      После полировки своего тела, Дровосек хотел лично поздравить Фиалку с решением суда и провести время со своей лучшей подругой. Заглянув в бальный зал, Ник увидел придворных принцессы Озмы, что наводили порядок после суда. Дровосек поинтересовался у Джелии Джемм, не могла бы она показать, где Озма обустроила Фиалку во дворце, на что Джелия отвела его к покоям Фиалки. Постучавшись в дверь комнаты, никакой реакции не последовало, и Ник заглянул внутрь. Не обнаружив Фиалку в своей комнате, Дровосек отправился в тронный зал к волшебницам, в надежде, что они подскажут, где может находиться его подруга.       - Она сейчас общается со своими родными. – спокойным тоном ответила Озма Дровосеку.       - Что? Её родители здесь! – восторженно произнес Дровосек - Я бы хотел познакомиться с людьми, что вырастили такого замечательного человека, как Фиалка.       - Не совсем, - неловко произнесла принцесса – родители Фиалки не находятся в стране Оз, мы установили между ними связь с помощью волшебной картины и зеркала во внешнем мире, благодаря чему они могут общаться.       - Понятно, - задумчиво произнес Дровосек – думаю, я подожду Фиалку в коридоре у дверей вашей комнаты принцесса, если вы не возражаете.       - Конечно Ник. – ответила добродушно Озма.       - И еще… - произнес Ник, обратившись к Глинде – Глинда, я бы хотел узнать, когда вы планируйте отправиться с Фиалкой в страну Кводлингов?       - Три дня я проведу в Изумрудном городе, нам с принцессой Озмой нужно обсудить дальнейшее обучение Фиалки, после чего мы и отправимся в мои владения. – добродушно ответила Глинда – Да и Фиалке, я думаю, будет интересно пообщаться с вами до своего отъезда.       - Благодарю вас, ваши величества. – сказал Дровосек, откланявшись волшебницам и направился в сторону покоев принцессы.       Приблизившись к ним, Дровосек услышал голос Фиалки следующие слова девушки, сказанные родителям…       «Я больше не буду вашим разочарованием – вы больше меня никогда не увидите, я не доставлю вам неприятностей, вам не придется терпеть меня и мои поступки…» - услышал Дровосек.       - «Разочарованием»? – удивлено прошептал Дровосек.       Не успел он опомниться от слов Фиалки, как его повергли в шок следующие слова матери…       «ИВЕТТА ДЕБОЛЬСКАЯ! Мы слишком долго терпели тебя и твои выходки, но раз ты решила так нам отплатить – то дерзай! Вали хоть на все четыре стороны и твари все, что желаешь, но учти, тебе больше некуда будет возвращаться! Теперь ты не имеешь ни отца, ни матери! Ты для нас больше не дочь, а натуральный отброс общества - кем ты являлась на протяжении всей жизни, им тебе и оставаться!» - прозвучала на повышенных тонах от матери.       Ник прикрыл рот рукой от удивления, он искренне не мог понять, как родители могли говорить подобное своему ребенку. Фиалка быстро завершила разговор и направилась к выходу из комнаты, от чего Дровосек ушел за угол коридора.       «Сомневаюсь, что она захочет сейчас говорить с кем либо…» - подумал Дровосек, выглядывая из-за угла.       Когда Фиалка вышла из покоев принцессы, Ник впервые увидел на лице девушки печаль и разочарование. Её глаза были стеклянные, словно безжизненные, а по щекам стекали слезы. А руки дрожали. Обратив на это внимание, Фиалка устремилась по коридору, в противоположную сторону от Дровосека. Ник смотрел вслед подруге с сожалением, его сердце бушевало, а мысли сменялись мгновенно, проявляя эмоциональную реакцию. Печаль и огорчение сменились злобой и возмущением, что Дровосек хотел высказать родителям Фиалки лично. Вернувшись в тронный зал, Дровосек обратился с просьбой к волшебницам, чтобы они помогли ему связаться с родителями Фиалки.       - Вы сможете это сделать без помощи Фиалки? – поинтересовался Дровосек.       - Да, думаю сможем, если ты смог услышать голос одного из родителей, то это возможно реализовать и без Фиалки. – ответила Глинда.       - Более чем, но только я не знаю их имен… - немного растеряно произнес Дровосек.       - Я помню их! - ответила восторженно Озма – Идвиг и Белладонна Дееее…Дебооо…       - Дебольских! – произнес Дровосек.       - Да, точно! - произнесла Озма – Когда бы ты хотел с ними связаться Ник?       - Чем быстрее, тем лучше. – сообщил Дровосек.       Волшебницы согласились и, проведя ритуал снова, только уже с Дровосеком, объяснили ему все детали и покинули комнату. Мама Фиалки, в этот момент, отвернувшись от зеркала, рассматривала свои украшения в шкатулке.       - Мисс Белладонна! – немного возмущенно произнес Дровосек, что заставило женщину вздрогнуть и осмотреться.       Когда взгляд женщины упал на вновь искаженное отражение в зеркале, лицо женщины скривилось в явное омерзение.       - А вот и защитничек приперся… - сказала недовольно Белла – Правда ты своей настоящей внешности боишься, раз прибегнул к графике…       Дровосек недоумевающе посмотрел на женщину, не понимая, о чем она говорит.       - Я бы хотел представиться, меня зовут Железный Дровосек, я являюсь императором страны Мигунов, а так же лучшим другом вашей дочери – Фиалки. – сообщил Дровосек.       - Кого? Так значит Иветта вам представилась. – произнесла с усмешкой Белла.       - Попрошу не называть её этим несуразным прозвищем! – спокойно, но строго произнес Дровосек – Я бы хотел обсудить с вами и вашим супругом ваше непростительное отношение к дочери.       - Идвиг сейчас не в состоянии разговаривать с «жестянкой», - ответила Белла, изобразив одной рукой кавычки - так что я выражу наше общее мнение. Что же вас интересует?       - Я спрошу вас лишь об одной вещи – ваша дочь самый прекрасный и добрый человек, которого я встречал за всю свою жизнь, почему вы считаете её…разочарованием и… кем вы назвали Фиалку в последней беседе? – Дровосек не смог произнесли последние слова Беллы, так как они, для Ника, являлись ложью.       - Ну, она это заслужила. – сообщила хладнокровным голосом Белла – Всю жизнь она была мягкотелой и трусливой. Всегда перечила нам и нашим интересам. Устроилась работать каким-то жалким поваром, вместо педагогической профессии. Не обзавелась семьей к своим двадцати шести годам и с ранних лет восхищалась каким-то героем из детской книги…что-то про страну Оз… - сообщила Белла, вспоминая название книги – Её старшие братья и сестры всего достигли без лишних проблем, лишь она одна осталась жалкой и бесхарактерной.       - И вы действительно считаете, что это весомые аргументы для оскорбления дочери? – строго спросил Дровосек, не показывая своего удивления, что во внешнем мире существуют книги об их стране.       - Да. – не выразив ни одной эмоции, ответила Белла – Ей пора уже повзрослеть и понять, что жизнь не состоит из радуги и цветочной поляны и нужно быть более суровой и практичной, ожидая предательства от любого встречного человека на пути, как мы её учили и растили!       Выслушав это, Дровосек осознал их точку зрения и понял, что ему их точно не переубедить.       - Знаете что мадам, - сурово произнес Дровосек – возможно, вы говорите правду. В ваших глазах действительно приходится бороться с ужасным и бессердечным миром, а вся доброта срубается на корню без возможности растить в себе положительные черты характера, однако я очень счастлив, что Фиалка смогла справиться с законами вашего мира и остаться такой чудесной девушкой, которой я и мои друзья смогли её увидеть. И еще, я никогда больше не допущу того, чтобы Фиалка вновь попала в ваше общество!       Речь Дровосека оскорбила Белладонну и она выразила это, без промедления, на своем лице.       - Ах ты х… - начала говорить Белла.       Но не дослушав возмущений женщины, Дровосек прикоснулся к раме картины и полотно вновь демонстрировало красивые лесные массивы.       Дровосек с одной стороны был рад, что высказал свое мнение Белладонне, с другой стороны он испытывал невероятную печаль и сочувствие к Фиалке, представляя, как на протяжении всей своей жизни она слушала унижения и нарекания от своих родителей. Ник поспешил в свою комнату и, порыскав в ящиках, нашел чернила, перо и чистый лист бумаги. Перед составлением записки, Дровосек глубоко задумался над завтрашним разговором с Фиалкой и есть ли возможность помочь девушке с её душевной проблемой…       - Может стоит…нет, не то…а хотя…точно нет… - бубнил Дровосек под нос, мысленно прокручивая завтрашний диалог.       Для обновления своих мыслей, Дровосек вышел на балкон и осмотрелся вокруг. Перед Ником раскрывалась прекрасная картина ночного неба, усыпанного звездами, улочки изумрудного города, ярко освещаемые фонарями и сад изумрудного дворца…       - …Точно, вот оно! – восторженно произнес Дровосек, заприметив одну деталь в саду, и вернулся в комнату.       Быстро настрочив пару предложений, Дровосек свернул записку в конверт и, взглянув на часы, отправился в покои Фиалки. Подойдя к двери, Дровосек легонько постучал в дверь, в надежде, что Фиалка еще не спит, но реакции не последовало. Ник медленно дернул ручку и приоткрыл дверь в покои девушки. Заглянув внутрь, он увидел, что Фиалка уснула, а возле кровати горела лампа, что освещала комнату. Ник постарался как можно тише войти и, положив конверт на тумбочку, потушил лампу. Обратив внимание на девушку, он обнаружил, что она заснула в своем костюме, а на подушке и ее щеках виднелись еще не высохшие слезинки. Дровосек укрыл Фиалку одеялом и присев перед уходом из комнаты, убрал несколько прядей волос с её лица и протер слезинки с щек.       «Теперь я понимаю, почему ты считала себя обузой…» - подумал Ник, смотря на Фиалку – «Но теперь всё будет хорошо»       Дровосек осторожно вышел из комнаты и, перед закрытием двери, тихо прошептал.       - Я больше никому не позволю тебя обидеть…