Полотно памяти

Этот день хочется стереть из памяти, никогда больше не вспоминать, но нельзя, нельзя, мать твою. Провожая этого ублюдка хотелось протянуть руку и удержать, чтоб не свалил, чтоб остался рядом, ведь, если уйдёт хоть на несколько дней, Рыжий опять в дерьме утонет, он уже не выдержит без этого Мажора, захлебнётся. Шань хотел верить, что та записка ничего не значит, что это просто бессмысленные каракули, но не пронесло, буквы на том листке бумаги не врали, а ответом на них всегда было решительное "да". Осознание молотком бьёт по черепу - разлука будет долгой. Вроде как он не должен париться и как-то переживать по этому поводу, ведь для него тут одни плюсы: этот ушлёпок уедет, а значит лезть к Шаню больше не кому, да и заботится то... блять. Нет, нет, нетнетнет, опять мысли не туда сворачивают. Стоп, хватит. Не медли, пока он ещё здесь - не медли. Включив диктофон, Рыжий судорожно убирает телефон в карман и, тяжело выдохнув, подходит к Тяню. Дрожь овладевает телом, от волнения руки невольно сжимают футболку. "Чё за хуйня, блять?" - думает Шань. Но ответ на этот вопрос и сам знает, хотя ещё не очень уверен в том, что он правильный. Он вообще ни в чём не уверен, особенно, когда дело до Тяня доходит. Постоянно рядом с ним Рыжий становится другим, он становится - Мо Гуань Шанем. Становится настоящим, открытым, заботливым, милым, ранимым. И кто бы смог дать ответ на вопрос - "почему именно он?". Раздражает. - Ну и чё?... Надолго? - Мо Гуаньшань, мне будет тебя не хватать. "Долго значит" - Больно, будто ножом по сердцу рубят бессовестно, не оставляя живого места. - Не зови меня так... особенно сейчас, кретин... Хэ Тянь лишь в непонимании наклоняет голову чуть в бок и смотрит, ждёт объяснения. Только смысл? Шань и сам не знает, что он только что спизданул. Блять. Немного потупя, Хэ всё же улавливает смысл сказанных Шанем слов. Ему больно - это его последний раз, следующий придёт не скоро. На лице появляется ломанная улыбка, опять эта сраная улыбка, но в этот раз она натянута, и Шань прекрасно это видит, ведь знает его искреннего. - Малыш Мо, не забывай меня. - Не смогу забыть того, кого ненавижу... "ты тоже не забудь, дурак..." - мысленно договаривает Шань, и на душе скребутся кошки, безжалостно раздирая плоть. Он никогда этого не скажет вслух, ему гордость не позволяет, не хочет думать о том, что может привязаться, он боится этого. Жизнь научила одному - "привяжешься к человеку, он бросит, а ты останешься дохнуть один". И Шань чётко соблюдал это правило, но в этот раз видимо проебался. Поднимает взгляд и видит, нежно улыбающегося Хэ Тяня. Последняя его улыбка в жизни Шаня, была наполнена боли, была - фальшивой. *** Теперь, когда Хэ Тяня нет рядом, нет тех постоянных бесячих приставаний, глупого, но красивого флирта, низкого, завораживающего голоса, на душе становится пусто и больно, чертовски больно. Единственное, что его спасает - это та запись, сделанная в день отъезда, и ещё, рубашка, она Тяневская, единственная Тяневская вещь, которая осталась у Шаня на руках. С ней связаны и плохие и хорошие события. к счастью, хороших больше. Больная нога, вечер, уроки, тёплые руки, потащившие из-за стола, чужие стопы под своими, невесомые касания к руке и талии, закат, медленный, неуклюжий танец, легкий, почти не ощутимый поцелуй, осевший на тыльной стороне ладони. - это те самые воспоминания, связанные с рубашкой, которую Шань до сих пор хранит. На дворе уже конец весны, моросит тёплый дождик, отбивая тихий ритм по грязному отливу. Вот и прошла вторая весна без Хэ Тяня. Надев рубашку, он садится на довольно большой подоконник, включает ту самую запись, и все дни, связанные с ним ударяют в голову: Их первая встреча, драки. Приставания и помыкание. Первый поцелуй в жизни Шаня забрал он. Это был худший день в его жизни - так он думал. «Я настолько тебе противен?» «Да. Убирайся... Сейчас же...» «Впредь не держи всё в себе». «Я здесь». «Не позволю, чтобы с тобой что-то случилось». Опять разборки, школьный коридор, поцелуй в шею. «Просто боюсь, что когда-нибудь ты меня забудешь». «Я так сильно тебя ненавижу, что запомню на всю жизнь...». Первая их ночь вместе. Они уже ближе, но ещё так далеко друг от друга. «Я убью любого, кто посмеет тебя обидеть». Серьги, с которыми связаны все наилучшие воспоминания, кроме самого последнего, который унёс с собой эти, дорогие для Шаня, гвоздики. «Выйдешь за меня?». А потом... признание - «эта фраза - лож». «Просто не сдохни». И, наконец, Шань решается открыться, решается пролить слёзы на чужое плечо. «Мы же договорились, что ты больше не будешь справляться со всем в одиночку». Совместный поход и ещё одна ночь, проведённая вместе. Опять Шэ Ли, он даже во сне преследует. Чёртов кошмар. И Рыжий спешит к Тяню. «Кошмар приснился? Не бойся, Малыш Мо~» Опять ночь вместе, хоть и не рядом, но в одной квартире. «Останься со мной...» Гитара. Красная, дорогущая гитара, с надписью "Мо" «Занимайся тем, что нравится. Я поддержу тебя». Задний двор, орех, подбитый глаз. «Я буду заботиться о тебе...» Школьная дискотека, шум и гам. «Я сказал, что хочу видеть тебя каждый день». И то, что в душе тяжким грузом легло, что забыть навсегда хочется, а не выходит. «Я не знаю, что не так с моей жизнью... Почему то, что легко для других, с таким трудом даётся мне?.. Я просто хочу со всем порвать... Начать всё заново... Это мои проблемы...» «Я могу их решить...» И фраза, которая выедает всё из тела, не оставляя хоть что-то живым. «Ты... веришь мне?» Из глаз выступает слеза, стекает по тёплой, но тусклой щеке, падая на подоконник. Но он продолжает вспоминать. Он будет продолжать вспоминать. И опять признание, но оно сильнее прошлого, настолько, что до дрожи. «Не нужно ничего доказывать, прокалывая ухо. Я просто надеюсь, что ты делаешь это, потому что я тебе нравлюсь». «Если я уйду, будет ли он грустить?» Скучает, прямо сейчас сидит и вспоминает о тебе, придурок. Заметно отношение к Тяню изменилось, Шань стал более спокойным по отношению к нему. Он явно не хочет, чтобы он уехал. Но вселенной на его хотелки похуй. Ещё одна ночь вместе, которая была, наверное, самой лучшей в жизни обоих. С момента самой первой, преграда разрушилась, разлетелась на части, тела стали ближе, намного ближе, они прикипели друг к другу и не отсоединялись до самого утра, пока не проснулись, наконец, вместе, наконец, желанно и спокойно. Вместе. «Я найду способ обеспечить тебе хорошую жизнь». Доверие Шаня выкручивается на максимум, уходит за вселенную. Он уже не обращает внимание на окружающих. сейчас в этом мире только они. «Боишься, что увидят?» Тактильность Тяня становится чем-то обычным и родным. «Давай потанцуем». Танец под ярким и тёплым закатом Шань никогда не забудет. Всё. Он помнит всё до мельчайших деталей. Садится так на подоконник уже второй год, и каждый раз, как первый. А слова с записи продолжают резать органы. "Малыш Мо, не забывай меня" - всхлип. "Малыш Мо, не забывай меня" - ещё. Зарывается лицом в колени, и горячие слезы солёными струйками начали выступать из глаз. Он всегда так, ни разу другого исхода не было, всегда уделял этому около часа, никогда не пропускал. Он и вправду скучает, ждёт, как пёс своего хозяина, но всё не так, Хэ Тянь - не хозяин Мо Гуань Шаня, он его поводок, а это для Шаня разные понятия. И ему этого поводка не хватает.