Праздное бормотание ветра

Красивый статный юноша, среднего роста, медленно шел по побережью. Его внимание привлекла ракушка. «Так глупо», — подумал он, останавливаясь и поднимая её с песка. Люди говорят, что если приложить ракушку к уху, можно услышать море. Но он и так стоял на берегу и слышал. Сегодня у него был день рождения. Юноша уже привык встречать его один. Он не любил шумные компании, не имел друзей. Лишь долг и службу. Так он думал. Алатус приложил ракушку к уху, не ожидая, что действительно услышит море. Так и случилось. Нет никакого шума воды. Лишь тишина… И… Что это? Он слышит бормотание ветра? «Бесполезно», — подумал он и бросил ракушку назад в песок. Шум воды или шум ветра. Да какая вообще разница. Он был один, совсем один. Ему не ведомы людские чувства, но почему тогда тоскливо? Юноша тяжело вздохнул. Каменный лес Гуюнь сегодня наводил на него грусть. Он не любил проводить время шатаясь без дела, но сегодня заняться было нечем. «Так себе день рождения», — подумал он, поднимаясь на вершину одной из скал. Не найдя себе другого занятия, юноша решил просто наблюдать за морем. Послушать шум воды и насладиться тёплым солнцем. Как жаль, что его план был сорван. Сильный весенний ливень, раскаты грома и свечение молний. Вот, что приготовил ему день. В очередной раз, тяжело вздохнув, юноша присел на камень, укрываясь от дождя в пещере между скал. Конечно, в глубине души, адепту хотелось, чтоб рядом кто-то был. Даже не так. Не просто «кто-то». Якса не смел даже думать о любви, но сердце предательски рвалось к Анемо архонту. Каждый раз, оставаясь наедине со своими мыслями, воображение невольно рисовало его облик. Грустно и больно, отношений между ними быть не может. Архонты не ведают любви. Как и адепты. Хотя, Сяо уже давно знал, что это ложь. Признаться было сложно, он служит Мораксу и должен быть верен повелителю Гео. Но его душа рвалась к свободолюбивому и легкомысленному Барбатосу. Случись сейчас война Архонтов, Алатус точно не сможет встать против Венти. Он стал бы гнусным предателем, изменившим Мораксу. Подобные картины угнетали. И почему сейчас? Сегодня у него праздник, а он сидит, подавленный собственными мыслями. — Ауч, чёртова Райден! — раздалась чья-то звонкая ругань. Этот голос был Алатусу знаком. Он медленно вышел из укрытия: на песке сидел юный бард, он весь промок уже до нитки, статус «электро» оповещал, что только что он получил «привет» от покровителя Инадзумы. На лице невольно появился смешок. Этот архонт всегда вызывал у Сяо смешанные чувства. — Вы в порядке, лорд Барбатос? — спросил Сяо, подходя к архонту и протягивая ему руку. — О! — воскликнул бард. — А вот и ты! — Он охотно подал руку адепту. — Я тебя искал. Молния ударила совсем рядом, и Анемо архонт невольно пискнул. — Давай куда-то отойдём, — пробормотал он. — Мне кажется, Эи злится, что я рассказал путешественнику о ее любви к десертам, ехе. Да, этот «юноша» не умел держать язык за зубами. А если быть точнее, не хотел. Ему было всё равно, кто и что о нем думает. Самый слабый Архонт? Ну и пусть. Бард-бродяжка? Да пожалуйста. Венти совсем не заботило мнение других. Кроме Сяо. Архонт и не заметил, как всей душой и телом полюбил «приёмного сына» Моракса. Если б только повелитель Гео знал о намерениях Венти, одной молнией сегодня всё не кончилось бы. — Ты почему один? — спросил Барбатос, выжимая насквозь мокрый плащ. — А с кем мне быть? — задал риторический вопрос Сяо. — Я всегда один. — Нет, не всегда. — Венти аккуратно обнял адепта за плечи. — А как же я? — Вы снова пьяны? — спросил Алатус, чувствуя запах алкоголя. — Разве это "пьян"? — возмутился архонт. — Я просто пригубил. Я и тебе принёс. — Он словно из ниоткуда вытащил бутылку вина. — Лучшая выпивка Мондштата. — Благодарю за Вашу доброту, Лорд Барбатос, но вынужден отказать. — Отказывать Архонту? Это грех! — возмутился Венти. — Давай хоть по глоточку. — Он весело улыбнулся и отпил с горла. — За твоё здоровье, юный адепт, — протянул бутылку Алатусу. Всего один глоток. Ничего же не произойдёт? . . . Уже довольно пьяный Архонт, решил поведать, не менее пьяному адепту, о любви. — Послушай, — проговорил он, доставая лиру, — я расскажу тебе, что знаю о любви. Поведаю все чудеса этого мира. Милый адепт, прошу, пойми те чувства, о которых поёт лира. Я слышал ветер, слышал вьюги вой. Но, знаешь, этот вечер, мне показал, что мой герой совсем не вечен. Сколько ему? Тысячи две? Я не пойму, так почему? Мне кажется, он совсем юн… И всё же, я люблю…? — Лорд Барбатос, Ваши слова мне льстят. Простите, я прервал Вашу песню. Вы пьяны, я не могу понять… — Всё просто, дорогой адепт. Великий Барбатос решил обнажиться пред тобой! Пора это принять. — Совсем не понимаю Вас, милорд. Простите, может быть я глуп. — Да, может быть. Сложно сказать, глуп или туп. — Звучит обидно. Что это? В груди болит. — О, здорово! С тобою сердце говорит. — О чём? Не понимаю. — Быть может, о любви? Не знаю. — Мне не известно о любви. Неведомы мне чувства. — Не нужно, ничего не говори. От этих слов мне грустно. — Прошу прощения, милорд! Я Вас задел, мне нет прощенья… — Неплохо спели, а, адепт? И, кстати, с днём рождения~