После

Гадриэлю было одиноко. Так одиноко, что сейчас он согласился бы на что угодно, только бы сбежать от этого на редкость противного чувства. Но спасения от него пока не было и не предвиделось, поэтому оставалось выпутываться самому. Тюремщиков взглянул на часы. Они сообщили ему, что сейчас уже полдесятого утра. Парень вздохнул не хуже Криса и поплёлся на кухню своей маленькой однокомнатной квартиры, которую снимал уже около месяца на этой Земле. Зайдя на кухню, он достал банку с растворимым кофе и поставил на плиту чайник. Тот не торопился закипать, а тратить магию на такую ерунду Гадриэль не собирался, поэтому решено было подождать. Нефилим вытащил из кармана телефон. На дисплее высветилось сообщение от Карины - девушка спрашивала его, не знает ли он где сейчас пропадает Миха. Гадриэль не знал. Он не видел Старина уже около трёх месяцев, как тот вернулся домой. И только сейчас парень почувствовал, что очень скучает по нему. Со вздохом он отложил телефон и уставился в окно. Его взгляду предстала абсолютно обыденная картина - серое небо, деревья с голыми ветвями, нахохлившийся воробей, пристроившийся прямо напротив окна. Окно было закрыто, но приглушённый шум машин все равно доносился, разрывая охватившую квартиру тишину. Будучи не в силах больше ее выносить, Гадриэль снова взял телефон в руки, разблокировал и набрал номер Михаила. Пару секунд он сомневался, но одиночество, которое он пытался запихнуть подальше, почувствовав его колебания, тут же навострило свои когти. Тюремщиков ругнулся и нажал на кнопку вызова. После пяти гудков Гадриэль начал волноваться. После десяти - откровенно беспокоиться, но тут в трубке наконец раздалось долгожданное «привет» и он, выдохнув, приложил телефон к уху. - Гадриэль, ты? - А кто ж ещё? Твоя бабушка со стороны матери? - Выдал он, надеясь, что не слышно, с каким облегчением он отвечает. - Не приведи Сёстры. Давно тебя не слышал, Ариэль. - Эй, я вообще-то тоже! А раз скучал, то не обзывайся. В трубке раздалось неразборчивое фырканье. Гадриэль ухмыльнулся. - Ну ладно, рассказывай, что там у тебя. Как жизнь, как сам? - спросил нефилим, нарушая молчание. - Да все отлично. Экзамены вроде как сдал, проводил родителей на моря, теперь сижу вот, пытаюсь придумать чем заняться. - О, отлично тебя понимаю. - Слушай, может встретимся где? Поболтаем, может, девчонок и Криса позовём? Столько времени уже все вместе не собирались ведь. Гадриэль, который только что хотел это предложить, яростно закивал головой, а потом опомнился и сказал: - Да, отличная идея. - Ага, тогда я сейчас напишу им. До связи? - До связи. В трубке послышались гудки. Экран погас. Тюремщиков отложил телефон и улыбнулся воробью. Тот нахохлился ещё больше и спрятал клюв в перья. Нефилим хмыкнул, встал и выключил чайник. Его мысли вертелись вокруг идеи встретиться. Девчонок он не видел давно, но с Кариной время от времени перезванивался. Крис... Крис сейчас на своей Земле, поэтому поддерживать с ним связь последний год было трудно, но пару раз Гадриэль и к нему на пироги заглядывал. А вот Миха - как пропал, так и ни слуху, ни духу ни о нем, ни от него. Да и чего, собственно нефилим хотел от него после всей этой заварушки в Керионии. Наверно, непросто было смириться с собственной смертью и неожиданным воскрешением, подумалось Гадриэлю. Да и к тому же, если верить Лоре, то соединение с Соррланом тоже наложило свой отпечаток на него. Ну да ладно, Миха всегда относился к жизни с завидным оптимизмом, так что, наверное, с ним все равно хорошо. Вдруг телефон, лежащий на столе завибрировал. Звонил Старин. Гадриэль поспешно - возможно, даже слишком поспешно - взял трубку. - Да? - Так. Я обзвонил нашу дурную компанию, и, представь себе, они все ужасно заняты. Гадриэль с досадой цокнул языком. - Жаль. - Согласен. Может, тогда я просто заскочу к тебе? О, это мысль. - Отлично, залетай. Только прихватит с собой чего-нибудь съедобного, а то у меня ведь из еды - только растворимый кофе. - Да ты прям хозяюшка, как я погляжу. А намагичить нам жратвы ты не сможешь? - Вот ещё. - Гадриэль фыркнул в трубку. - Раз в сто лет в гости собрался, так будь добр прихватить гостинец для друга! - Мне тебя, как домового, молоком прикормить нужно будет, а только потом ты меня в дом пустишь? - А что если и так? Только не молоком, а, например, баранкам. - Да понял я, понял, нечисть чернокрылая. Скоро буду. - Между прочим, я очень даже «чисть»! - Крикнул он в трубку, но Михаил уже отключился. 2 Спустя час, а, может быть, и вечность, в дверь позвонили. Гадриэль, как раз наколдовавший вторую чашку, пошёл открывать, но немного потерял ориентацию в пространстве и ударился головой об косяк. Таким, то есть потирающим лоб, на котором уже пыталась вскочить шишка, и застал его Михаил. - Что, так бежал меня встречать, что шокировал все косяки и они твёрдо вознамерились тебя остановить? От звука человеческого голоса в реальности Гадриэль немножко впал в ступор. И испытал совершенно девчачье желание броситься Михе на шею с воплем о том, как он скучал. - Может ты возьмёшь один из мешков и дашь мне пройти? - Ехидно прищурив серый глаз сказал Старин. - Или оторопел от моей неземной красоты? - Да нет, даю тебе время налюбоваться мной, - наконец выдавил из себя Тюремщиков, принимая из рук некроманта пакет из супермаркета. - Ты скупил половину Магнита, или мне кажется? - Ты сам сказал, - ответил Миха, проходя в прихожую и вешая шапку на крючок, - что из еды у тебя только растворимый кофе. Вот я и решил тебя, сиротинушку, накормить и обогреть. - В моём доме? - Именно. Поэтому закрой рот и убирай продукты в холодильник, пока масло не растаяло, а молоко не превратилось в кефир. А Гадриэль в это время честно прибывал в шоке. Ибо с каких таких пор Миха стал таким язвительным, наглым и... заботливым? Но что бы это ни было, оно было приятным. Душащее его одиночество начало постепенно отползать в самый тёмный угол. Парень облокотился на стену и смотрел, как Старин закатал рукава и шарил по шкафчикам, поминутно ворча, что в этом доме ничего не найдёшь. Наконец он отыскал то, что ему было нужно, а именно - сковороду. Он удовлетворенно хмыкнул, поставил ее на плиту и щелчком пальцев зажег огонь. Затем махнул свободной рукой в сторону холодильника. Дверь открылась и оттуда вылетела коробка с яйцами. Гадриэль слегка прищурился и заметил в воздухе тонкий силуэт, державший эту коробку. Миха взял два яйца, разбил их и вылил на сковородку. - Так, а ты чего встал? На вот тебе нож, доску и помидоры. Нарезай кубиками. Вышеупомянутые предметы с какой-то прицельной точностью полетели в Гадриэля по одному мановению руки некроманта. Если б Тюремщиков был человеком, от него бы сейчас остался хладный труп. - Я смотрю, ты прокачал навык обращения с духами? - Я, по твоему, балду все эти месяцы гонял? - Судя по твоему настрою, что-то ты, всё-таки да делал. Старин обернулся и посмотрел на его работу. - Если ты продолжишь чесать языком, яичница пожарится прежде, чем мы добавим в неё помидоры. - Пришёл тут и начал распоряжаться, точно король. - проворчал себе под нос Гадриэль, стряхивая помидоры на сковороду. Миха сделал вид, что не услышал этого. Он бесцеремонно отодвинул нефелима от плиты и лопаткой перемешал всю эту штуку. Получилась какая-то бурда, но пахло вкусно. Базиликом и чем-то еще. - Тарелки в этом доме есть? - Есть конечно. Я, по твоему, из чего ем? - Судя по твоему состоянию, ты не ешь совсем. - Враньё. - Заткнись и ешь. - Хорошо, мамочка. В него полетел кусок хлеба. Гадриэль его поймал и положил рядом. Яичница оказалась вкусной. Нет, она была гораздо вкусней того, что он ел последние дни. То есть, вкуснее растворимого кофе. Но все имеет свою цену, как сказал Миха, оставив его мыть посуду и убирать со стола. «С меня хавчик, с тебя порядок». Да, именно так он и выразился. Гадриэль хмыкнул. 3 Миха зашёл в комнату, где обитал Гадриэль. Тут было как-то пусто и серо. На двери висел многострадальный синий плащ, в углу валялся потрёпанный рюкзак. В другом углу, ближе к окну стоял стол, на котором почти ничего не лежало, кроме ноутбука и ручки. На подоконнике одиноко стоял кактус. Рядом с раскладным диваном чернел полупустой шкаф. Шторки были задернуты, от чего и так далеко не светлая комната становилась темнее. - Я закончил. - Гадриэль вышел в коридор, не забыв выключить свет на кухне. - Молодец. - А ты что застыл как столб? Проходи уж, раз пришёл. Михаил скорчил рожу, прошёл в комнату и сел на диван. На улице смеркалось, поэтому Гадриэль включил лампу, висевшую над столом. В комнате неожиданно стало уютнее. Тюремщиков сел рядом и откинулся на спинку дивана. - Эх, хорошо. - Это точно, - согласился Миха. - Ну что, может расскажешь, как сам-то ты? Только сначала крылья свои подвинь. С тех пор как они отрасли, ты стал занимать в два раза больше места. - Ну извините, зато я теперь не калека! - Тоже хорошо, но ты так и не начал рассказывать. Гадриэль вздохнул. - Да что рассказывать. Ничего особо не происходило. - Он задумался. - А, ну месяц тому назад я пробовал летать. Миха заинтересованно повернул к нему голову. - И как? - Удивительно, но получилось. - И все? - Ну... да... Михаил недоверчиво прищурился: - Как-то маловато восторгов для человека, который всю жизнь пытался взлететь и считал себя уродом из-за неудач. - Ну что есть, то есть. - Огрызнулся Гадриэль. Встал, отдернул шторы и уставился в окно. Старин поднялся с дивана, щелчком пальцев заставил лампу потухнуть и встал у окна рядом с нефилимом. Внизу раскинулся ночной город. Сотни, тысячи огней - яркие вывески, фары машин, окна в окрестных домах. Гадриэль протянул руку и приоткрыл форточку. В комнату ворвался прохладный воздух, пахнущий дождем. Они стояли очень близко к друг другу, плечом к плечу. - А пошли попробуем? - Что? - Говорю, пошли попробуем полетать. Теперь пришла пора Гадриэля недоверчиво смотреть на Миху. - С каких это пор в тебе проснулся дух авантюризма? Может, на тебя так ночной воздух влияет? - Я серьезно предложил. - И где ж мы будем летать? Старин улыбнулся. - Естественно, на крыше. 4 Квартира, в которой жил Гадриэль, находилась в 13-этажном доме. Поэтому его крыша отлично подходила для того, что задумал Михаил. Но Тюремщиков упорно искал подвох в предложении друга, ибо это было не похоже на обычно рассудительного и спокойного парня, каким тот был раньше. - Кто ты и куда дел Миху? - Подозрительно глядя на то, как Старин щелчком пальцев вскрывает замок на чердак, вопрошал Гадриэль. Тот отфыркивался и упорно тащил нефелима на крышу. Наконец они выбрались из духоты и пыли чердака. Пустое пространство без перил... окрыляло. Ночной воздух приятно холодил кожу. - Шикарно, правда? Гадриэль ответил не сразу. Он вышел на середину, и впервые за долгое время полностью раскрыл крылья. За спиной ему послышалось сдавленное оханье. - Они... они огромные. - Нефелим произнёс это так, будто и сам до этого момента не верил в это. - Это точно, - с восторгом в голосе подтвердил Михаил. Он подошёл и коснулся чёрных перьев. Крыло было тёплым и мягким на ощупь. От этого прикосновения у Гадриэля пошли мурашки по спине. - Ну что, будешь пробовать? - Естественно. Только лучше отойди подальше. Дождавшись, пока Старин отойдёт, Тюремщиков наконец решился. Он, сначала неуверенно, а потом все сильнее и сильнее начал взмахивать крыльями. В голове мелькнула паническая мысль, что не выйдет, но он отбросил ее. Все получится. Должно получится. И вдруг он понял, что парит. От неожиданного осознания он перестал махать крыльями и полетел вниз. Но прежде чем он удалился о бетон, его подхватил Миха. Подхватил и аккуратно поставил на твёрдую поверхность. - Эм... спасибо. - Гадриэль откашлялся. - Ты это видел? Я летел! Ну, почти... - Видел. Михаил смотрел на него и улыбался. В его разноцветных глазах парень увидел гордость за него и ещё что-то. И тут нефелим понял, что все ещё стоит в кольце рук некроманта. - Что-то маловато восторгов для человека, чей друг то... - ехидно начал парень, но тут Михаил чуть наклонился к нему и поцеловал. А потом, не дожидаясь ответа, чуть отстранился, но только затем, чтобы крепко прижать ошарашенного парня к себе, уткнувшись лбом в его плечо. - Да, наверно это все-таки ночной воздух так на меня действует, - еле слышно пробормотал он. Гадриэль первые несколько секунд не понимал что произошло. А когда наконец понял, то порывисто подался вперед и сам что есть силы обнял некроманта. И постепенно то, что Гадриэль копил в себе с тех пор, как Старин умер у него на руках, начало выливаться наружу. И вскоре слёзы огромного облегчения потекли по его щекам. Напряжение, одиночество - все уходило с этими слезами. Так они и стояли, обнявшись, на огромной крыше. И пустота, которую оставили после себя вылившиеся чувства, начала постепенно заполняться чем-то другим. Счастьем.