~
17 апреля 2022 г., 13:01
Старый, замшелый многоквартирный дом на окраинах — он ничем не выделяется от остальных: всё те же жители, всё те же проблемы. И в каждом подобном доме не обойтись без того человека, который будет следить за порядком и докладывать о правонарушениях. Этот не исключение — тут тоже есть свой управляющий. И прямо сейчас он занят своими обязанностями.
Мужчина прогуливался по этажам, крутя связку ключей в руке. Иногда он поправлял пряди черно-белых волос, которые так и норовили выпасть ему на лицо. Этот обход этажей уже вошёл ему в привычку — не первый год он работает смотрителем в этом здании. И он уже даже привык к грязной части этой работы: смотреть в замочные скважины, проникать в квартиры, шариться в вещах и ставить камеры. « Всяко лучше чем моя прошлая работа или участь оказаться в шахтах » — старался убедить себя прилежный работник, пока поднимался на следующий этаж. Очередные несколько квартир, мужчина вновь обойдёт их всех и подсмотрит в каждую, чтобы отыскать какие либо правонарушения. В каждую, кроме одной — эта квартира, как и в прошлые обходы здания, останется без внимания управляющего. И на это есть свои причины.
Там царит уютный полумрак, ведь единственный источник освещения в данный момент — настольная лампа. Там плакаты с Мудрым Вождём прячут за собой флаги сопротивления и высказывания против нынешней власти. Там на потрёпанном диване сидит девушка с гитарой в руках. А рядом с ней на табуретке ещё одна — с нетерпением смотрит за тем как гостья настраивает музыкальный инструмент.
— Ну слава Великому Вождю, что хоть гитару нам не запретили. — Ворчала первая, крутя колковый механизм. — Чем им пианино не угодило? Охх если бы эта директива существовала когда всё пошло наперекосяк, то, я уверена, у нас с Крисом было бы всё хуже чем в итоге сложилось. — Девушка отвлеклась от инструмента и поправила монокль на своём глазу.
Всё ещё у неё свежи воспоминания о том, как мать учила играть её на пианино. Это были приятные моменты детства, до сих пор согревающие её душу. Тогда семья ещё была цела, тогда они жили в отдельном доме.
Тёплые руки матери гладят маленькую девочку по голове: « У тебя прекрасно получается, дорогая» — нежный голос хвалит малышку за её успехи в игре. « Давай покажем папе и твоему брату, чему ты научилась? » — тогда ещё совсем юная, она с радостью побежит звать любимых родственников, чтобы похвалиться перед ними своими навыками. Как бы хотелось вернуться в прошлое, вновь оказаться там.
Тем временем уже давно повзрослевшая версия этой девочки перебирает своими худыми длинными пальцами струны, проверяя надо ли ещё настраивать инструмент.
— Ладно, довольно этих пустых негодований, — еле заметная улыбка появилась на лице, когда взор метнулся на жительницу квартиры, — я всё-таки поиграть тебе пришла, а не устраивать тут дебаты, верно?
— Жаль, что ты не можешь сыграть на пианино, — грустно добавила собеседница, всё ещё думая о том что до этого говорила её гостья, — эти все…такой мрак! Зачем запрещать всё это? Просто какой то беспредел! — Вдруг у девушки наконец-то прорезался голос и она начала в своей привычной манере много всего тараторить.
— Ладно, Клэр, — слушающая негодования сидящей напротив сказала та, — надо радоваться, что хоть из-за гитары нам не грозят шахты. — Она уже наигрывала какую-то простенькую мелодию в качестве разогрева.
— Эхх Ли... — Недовольства сошли на нет, девушка более-менее успокоилась. — Тут и не поспоришь, ты права. — Кларисса немного поникла, из-за чего Лилиан Фрайн наклонилась вперёд, целуя её в щёку.
Наконец-то после разогрева она принялась за игру. Ли играла что-то уже давно ей знакомое, что-то из давнего прошлого.
Оба родителя были довольно музыкальными людьми. Что отец, что мать - они умели играть, и не на одном музыкальном инструменте. Но всё таки, когда мать предпочитала пианино, отцу больше по душе была гитара. У Ли отпечатались в памяти моменты, когда он сидел с гитарой в руках и играл им какую-то песню. Она помнит как он учил Криса игре.
Сразу после приятных воспоминаний приходят плохие. "Слуги народа", что ввалились в их уютную крепость. Ничего не скроется от глаз министерства, ничто в министерстве не остаётся незамеченным. И никакие оправдания не сработают. Чудо, что забрали лишь одного, а не всю семью разом. Но Лилиан старается переключится, не думать в данный момент об этом. Те времена уже прошли, сейчас всё более-менее хорошо. Сейчас она сидит и играет для своей соседки. А эта девушка улыбается, глядя на Ли.
Такой способ провести вечер стал одним из самых приятных. До того, как Соудерсы заселились, девушка предпочитала скоротать время за одной из книг, но после появилась очень любознательная соседка, которой хотелось познакомится со всеми в доме. В тот день, когда одна из пустых квартир поселила в себе новых жителей, Лилиан думала, что если у этих людей не найдётся запрещёнки, то она сама попросит Криса подбросить им её.
Но в итоге Ли сидит у них в квартире и играет для этой прелестной девушки. И даже после того, как обнаружилось, что жители этой квартиры на самом деле нарушают директивы, они всё равно остались в доме. «Мой отец в любом случае замнёт это дело! Слишком печётся он о своей репутации! А если пойдёт слух о том что сын человека из министерства промышляет подобным, то его должности и ему самому будет плохо. » — сводный брат соседки доказывал управляющему, когда тот указал на правонарушения. А самой главной причиной не выселять их стало то, что всё таки между Соудерсами и Фрайнами наладились хорошие отношения. Даже слишком хорошие отношения, но, очередная из директив, запрещает о таких говорить. Подобное образовалось и между Ли с её новой соседкой, и между управляющим с блондинистым юношей, что рисует плакаты для министерства.
Все четверо прекрасно понимают, какой опасности подвергают они себя. Все знают, что когда нибудь спокойствие закончится, когда нибудь их раскроют и это будет конец. Но, пока этого не случилось, Ли, закончив играть, отложит гитару и поцелует свою соседку в губы. Пока это не случилось, Крис, осмотрев все этажи, спустится вниз и заключит в объятия вернувшегося домой тайного бунтовщика против системы.
