По ту сторону выбора

      — Бакуго Кацуки, недогерой! — прохрипел злодей с бледной, как у трупа, кожей. — Знаю, это предложение может показаться неожиданным, но… хочешь стать одним из нас?       Подняв брови так высоко, как только мог, Бакуго уставился на этого психа, любителя-рук-вместо-маски, и выплюнул со всей злостью, что успела накопиться внутри него за весь этот чертовски длинный день:       — Может, засунешь это предложение себе туда, куда солнце не светит?       Справа раздался звонкий девчачий смех, и Бакуго повернулся. На барной стойке развалилась школьница, чуть старше него самого, и сверлила его жадным, почти хищным взглядом. Ее желтые глаза совсем не улыбались — наоборот, они буквально резали его без ножа, отчего кожа Бакуго покрылась мурашками.       — Бакуго, Бакуго… — покачал головой псих. — Неужели ты до сих пор не понял, что быть героем — это дно? Разве ты не видишь, что вся система сгнила?       — Как только герои начали требовать деньги за то, что делают, они перестали быть героями! — злобно процедил молчавший до этого мутант, похожий на ящерицу. — Вот чему научил нас Пятно!       Пятно… Этот псевдоним показался Бакуго знакомым, но он никак не мог вспомнить, откуда. Кажется, что-то, связанное с Деку… Чертов Деку! Смотрел на него своими проклятыми щенячьими глазами, будто собирался броситься на помощь! Черта с два! Он и сам в состоянии себя спасти! И уж точно без участия этого беспричудного придурка… Осталось только придумать, как разнести в пыль всех этих чокнутых идиотов.       Бакуго посмотрел под ноги — потертые доски еле слышно скрипели в такт шагам окружающих. Простая кирпичная стена, барная стойка и парочка барных стульев — вот и все убранство. Хотя, если постараться, можно использовать эти же стулья как оружие.       Бакуго быстро осмотрел всех, находящихся в комнате, и понял, что задача перед ним стоит непростая. Семеро на одного. Да еще и неясно, что у них за причуды. Придется попотеть. Если бы удалось освободить руки и выпутаться из ремней, то после этого можно было бы упасть на спину вместе со стулом — тогда гарантированно никто из этих гадов не оказался бы у него за спиной. Затем кувырок назад, и…       — Двуличность людей, которые живут лишь ради денег и славы, — продолжал заливаться псих с рукой на лице, — и общество, которое навязывает свои правила…       Бакуго вспомнил, о ком идет речь. Но от этого слова злодея же не становились истиной! У любого человека, герой он, или нет, всегда имелись причины и мотивы поступать так или иначе. Даже если допустить, что герои в большинстве своем двуличны — а что из себя представляют эти злодеи? Прикрываясь пафосными речами, они на самом деле совершают куда худшие поступки! Но зато «мы не двуличные». Какое убожество!       Слева хмыкнул один из злодеев, и Бакуго, повернувшись, встретился с ним взглядом. Парень, как и сумасшедшая школьница, был ненамного его старше, но обожженная, скрепленная металлическими скобами кожа, выглядящая просто отвратно, накидывала ему лишний десяток лет.       «Че пялишься?» — хотел выплюнуть Бакуго, но его отвлек псих, явно считающий себя здесь главным.       — Люди, критикующие проигравших, вместо того, чтобы их поддерживать… Мы боремся за правду. Что значит быть героем? Что такое правосудие? Существует ли в этом обществе справедливость? Мы хотим, чтобы все задумались над этими вопросами! И мы победим.       Парень уставился на главного злодея, не веря своим ушам. Что этот псих несет? Причем тут проигравшие и победители, правосудие и справедливость? Как он, убивший кучу людей психопат, вообще смеет произносить все эти слова? Какая к черту победа?       — Ты любишь побеждать, верно? — задал тот прямой вопрос Бакуго и вперился в него своим мутным взглядом. Ответа не последовало, и злодей продолжил тем же бесцветным, ровным голосом: — Даби, освободи его.       — А? — раздался удивленный возглас от парня слева.       Бакуго показалось, что он ослышался. Юноша бросил взгляд на обожженного и понял, что тот тоже в недоумении.       Сдвинув брови, Даби прикрыл глаза, а затем устало потер переносицу.       — Этот пацан тут все разнесет.       Бакуго был с ним на все сто процентов согласен: «Освободите меня, и я сразу покажу вам — а тебе, руколицый, в первую очередь — чего стоят герои!»       Главарь шумно выдохнул:       — Ничего. Мы должны относиться к нему, как к равному. Мы должны узнать его получше. Тем более, он же не такой тупой, чтобы устраивать бедлам и надеяться на победу — в его-то положении! Верно, ученичок Юэй?       Бакуго скрежетнул зубами. Этого психа он подорвет первым. Снесет ему к чертям собачьим башку и оторвет все руки!       — Шигараки, ты идиот, — сказал Даби. — Я не буду этого делать. Этот слабак даже не знает, что такое победа. К чему переманивать его на нашу сторону? Убьем его, да и все.       — Он выяснит, кто преемник Всемогущего, и…       — Да что он может выяснить? — оборвал его Даби. — Этот лузер дальше своей гордыни не видит. У него был шанс спастись, но он плюнул на это.       — И что? — сквозь зубы прошипел Бакуго, не в силах больше молчать. — Мне не нужна помощь придурка Деку. Лучше сдохнуть.       Даби разразился сумасшедшим смехом, от которого внутри все похолодело.       — А я о чем? Как такой идиот сможет вычислить преемника Всемогущего? Убьем его и бросим труп здесь. Мне надоело тут торчать.       Внутри у Бакуго все клокотало от злости. Мало того, что эти придурки-злодеи его недооценивали, так еще и приплели сюда Деку?! Эту грязь под ногами! Беспричудного выродка, который не пойми как попал в Юэй! Да как вообще у такой размазни могла «внезапно проснуться причуда»? Бакуго ведь знал его с детства. У Деку не было и никак не могло быть такой силы. Здесь точно было что-то нечисто!       — Учитель велел найти нам союзника. — В голосе бледного психа появилась злость. — Ты не посмеешь ослушаться его воли. Этот парень сделает правильный выбор, я в этом уверен.       — Выбор остаться бесполезным героем? — усмехнулся Даби. — Да уж. И ради этого мы атаковали лагерь этих неудачников? Бесполезно потраченное время.       — Сам ты неудачник! — выплюнул Бакуго.       Обожженный снова зашелся жутким смехом, который в этот раз подхватила еще и школьница.       — Сразу видно человека, непривыкшего побеждать. И кто он?       — Что? — не понял Бакуго, уставившись на Даби исподлобья.       — Тот, кто побеждает тебя всегда.       Бакуго промолчал. Перед глазами стояла вечно улыбающаяся рожа Деку, его виноватый и в тоже время всепрощающий взгляд. К горлу подкатила тошнота, а сердце забилось с бешеной скоростью. Хотелось блевануть прямо здесь и сейчас от ненависти, поднимающейся из самой глубины души.       — Хотя, стой, подожди. Кажется, я знаю! — Даби расплылся в мерзкой улыбке. — Это тот пацан с зеленой башкой. Да, позорно такому проигрывать.       Кулаки непроизвольно сжались, а зубы заскрипели. Бакуго инстинктивно дернулся. Глаза застлала пелена. Он убьет этого ублюдка. А потом убьет Деку за тот позор, который ему — Бакуго — пришлось пережить.       — Ой! — Обожженный злодей скорчил притворно-виноватую рожу. — Кажется, я задел твои чувства? Не расстраивайся! Это не последнее твое поражение. Привыкай. Герои всегда проигрывают.       И как только Деку смог его обойти? Как этот неудачник стал таким сильным? А что, если?.. Нет. Быть такого не может!       — Преемник Всемогущего? — хрипло выдохнул Бакуго и сжал зубы. — Что за преемник?       — Что ж, а ты не так туп, как мне показалось. Наконец-то начал задавать правильные вопросы!       — Что. За. Преемник. Всемогущего! — едва сдерживая рвущийся наружу рев, повторил Бакуго.       На этот раз ему ответил Шигараки:       — Сила Всемогущего на самом деле не его причуда. Она передается от одного носителя к другому. Так сказал мне Сенсей.       — А при чем тут я?       — Все-таки, ты идиот, — усмехнулся Даби. — Преемник учится в Юэй! Дальше разжевывать, надеюсь, не надо.       В голове у Бакуго что-то щелкнуло. Он взревел, заметался в оковах, расшатывая стул, к которому его привязали. Рвался на волю, чтобы бросится прочь из этого проклятого бара и найти его. Чертового Деку. Уничтожить его на месте. Втоптать его в грязь за то, что разрушил его мечты. Как он посмел?! Почему он?!       — А он оказался небесполезен, — сказал Даби и встал напротив Бакуго.       Положив ладони ему на плечи, злодей надавил, заставив Кацуки успокоиться. Поймал его взгляд и сказал:       — Избавься от преемника Всемогущего. Одержи победу. Не ради нас. Ради себя, — лил он отравленный мед ему в уши. — Сделай правильный выбор.       В висках парня застучало набатом: «Выбор-выбор-выбор!» Он буквально чувствовал, как все у него внутри рушится. Чертов отаку! Пока он — Бакуго — вкалывал до седьмого пота, этот бесполезный кусок мусора просто получил себе причуду, даже не ударив палец о палец!       Но не успел парень ответить согласием, как входная дверь распахнулась, и за ней показался главный герой современности.

***

      — Прости, что заставил ждать, юный Бакуго! — Всемогущий улыбнулся так широко, будто не в логово злодеев ворвался, а на прием к журналистам. Все для того, чтобы успокоить ученика! — Тяжко тебе пришлось?       У Бакуго предательски защипало глаза от нахлынувших чувств. Удар Номера Один по ящеромордому был как всегда ослепителен и крут — Всемогущий мгновенно отправил негодяя в нокаут. Наконец-то он был здесь, согласно девизу! Герой, на которого всю свою жизнь равнялся взрывной парень. В помещение ворвались и несколько других героев, но для Бакуго это не значило абсолютно ничего. Парень закрылся рукой, чтобы не выдать окружающим своей неуверенности и слабости. От слов шрамированного урода в его груди разверзлась, подобно черной дыре, пустота. И там, за горизонтом событий, весь свет обращался в ничто. Обида и горечь жгли жарче самых сильных взрывов, что когда-либо мог сотворить Бакуго. И лишь один вопрос терзал и не давал покоя:       «Всемогущий… Почему ты выбрал его?» — хотел он крикнуть в лицо своему кумиру, но неожиданно проснувшаяся неуверенность не позволила раскрыть рта.       — Юный Бакуго? — Улыбка прежде невозмутимого Всемогущего чуть дрогнула. Герой приподнял плечи, словно почувствовав дыхание холода.       Даби, стоявший в момент нападения ближе всех к Бакуго, торжествующе сжал кулаки. Ухмылка исказила скрепленное скобами лицо. Возможно, именно это и помешало ему заметить проворного старикана, молнией рассекшего воздух.       Отрикошетив от стены, чтобы зайти противнику за спину, Гран Торино метким ударом отправил злодея в цепкие лапы беспамятства. Остальных противников заключил в свою лакированную темницу Древесный Камуи. Главный же козырь Лиги, а именно бармена-телепортатора, вывел из строя Меткий Стрелок со своими бумажными конечностями. Операция прошла успешно; злодеи оказались застигнуты врасплох и задержаны на месте, а заложник обнаружен и отгорожен от похитителей железным плечом Всемогущего. Вот только сказать «Хорошая работа!» никто не успел…       — Так не пойдет. — Голос грянул, как гром среди ясного неба. Жуткий и до боли знакомый, пускай и искаженный механическими помехами. Идущий отовсюду и одновременно из ниоткуда, он пробирал до дрожи даже, казалось бы, видавших виды героев. И если большинство злодеев испытывало одно лишь недоумение, то вот Томура Шигараки, едва услышав первое слово, расплылся в совершенно детской улыбке. Только ее и можно было разглядеть под маской-ладонью на лице лидера Лиги.       — Сенсей… — с нескрываемым обожанием пробормотал тот.       — Томура Шигараки наконец-то начал развиваться и думать сам за себя! Я не позволю вам задушить на корню эти прекрасные всходы!       Дальше произошло нечто невообразимое. Отовсюду начали появляться клювастые морды Ному. Они вылезали из грязевых порталов, словно из коконов. Едва появившись, монстры с безумным ревом рванулись в атаку, внося неразбериху в ряды отряда героев. Тем временем, тела всех членов Лиги окутала вязкая, склизкая субстанция, источавшая отвратительный запах. И не только их! Бакуго также оказался заключен в кокон, отрезавший его от героев, от Всемогущего. Дернувшись в сторону Курогири, Меткий Стрелок вскрикнул:       — Это не он! Его причуда работает по-другому!..       Черные пузыри лопались, оставляя после себя лужи грязи, а заключенные в них люди исчезали — это тоже был какой-то вид телепорта! Бакуго в последний момент отнял ладонь от глаз, чтобы разглядеть Всемогущего. Тот тянул к нему руки, отчаянно пытаясь выхватить из лап врагов. Белые зрачки в черных провалах глазниц героя светились огнем решительности. А парень всерьез задумался в тот момент: «Следует ли ему стараться ради меня?»       Бакуго молча закрыл глаза, отдаваясь на милость неизвестной причуды. За мгновение до того, как исчезнуть, он услышал крик Всемогущего, преисполненный гнева и невыносимой боли. Короткий полет в абсолютной темноте — и вот юноша уже вывалился из воздуха прямо посреди городской улицы.       Куда ни глянь, повсюду царил хаос и разрушение. Дома осыпались обломками и битым стеклом, машины обратились в искореженные кучи металлолома, инфраструктура оказалась совершенно разрушена. Обрывки высоковольтных проводов болтались на линиях электропередачи. И над всем этим стоял гул голосов. Раненые люди стенали и молили о помощи, звали героев, уповая на них. Но ответом им были лишь вопли других жертв. Тогда в ход пошли проклятия в адрес тех, на кого эти люди рассчитывали. Бакуго мог расслышать каждое нелестное слово, и пропускал все через себя, как адресованное лично ему.       Едва зрение прояснилось, парень поднял голову к черному небу, чтобы разглядеть в нем того, кто несомненно являлся главарем Лиги Злодеев. Мужчина, паривший в воздухе, был одет в деловой костюм со странным механизмом-воротником и множеством труб, а на голове у него была маска, по форме напоминавшая череп. Одна его рука была расслаблено опущена вдоль тела, тогда как в другой он сжимал, как в тисках, лицо обмякшего человека. Это был про-герой, Бест Джинс, у которого Бакуго ранее проходил стажировку. Из последних сил тот цеплялся руками за предплечье злодея, но попытки его были тщетны.       — Твоя причуда мне не интересна, Бест Джинс, — с механическим хрипом проронил злодей, усилив давление на череп противника. — Однако, глупо было бы оставлять тебя в живых, ведь твои непревзойденные навыки позволили твоим друзьям спастись от моей атаки!       — Д-да пошел ты, монстр! — сквозь сжатые до кровавых осколков зубы прошипел Бест Джинс.       — Значит, это твои последние слова? Да будет так.       Раздался хруст сломанных костей вперемешку с чавканьем разорванной плоти. Рядом с Бакуго приземлилось тело про-героя, переломавшись от падения в нескольких местах одновременно. Вместо головы осталось лишь кровавое месиво, кое-где еще были заметны ошметки мозгов. Желудок протестующе свернулся в узел, выдавив из себя все содержимое в горло. Отвернувшись от тела, Бакуго изверг из себя фонтан желчи и полупереваренной пищи, которой его насильно потчевала чокнутая школьница с ножами.       — Ты как, малыш Бакуго? — Химико Тога тут же заботливо похлопала парня по спине, протягивая платок ему под нос.       — Вижу, вы здесь уже закончили, Сенсей, — с почтением произнес Шигараки, и склонил голову перед медленно спускавшимся с неба мужчиной.       Ступив на твердую землю, тот с презрением стряхнул со своего костюма осколки черепа Бест Джинса. Приведя в порядок свой внешний вид, злодей перепроверил подключение всех трубок на своей маске и шее. Оставшись доволен результатом, он шагнул навстречу Шигараки и погладил его по макушке.       — Нам попытались помешать, но ничего страшного не произошло, Томура, — с шумом выдохнул злодей. Несмотря на искажавшие голос помехи, в нем чувствовалась отцовская забота. — Скоро начнется основной акт представления — ну, а пока у нас есть немного времени. Не желаешь представить мне нашего гостя?       — Разумеется, — воодушевленно проронил себе под ноги Шигараки и дал знак своим людям. — Кацуки Бакуго, студент-первогодка Академии Юэй!       Пришедший в себя Даби и грациозный Мистер Компресс по-дружески приподняли под руки еще зеленого в лице Бакуго. Кое-как нащупав ногами землю, он вырвался из их хватки, но остался стоять на месте. Под невидимым взглядом этого типа в маске ему стало совершенно не по себе.       — Перед тобой мой наставник и спаситель! — объявил Шигараки. — Человек, что сотрет это фальшивое геройское общество навсегда — Все-за-Одного!       — Значит, ты и есть главный босс? — с наигранной наглостью в голосе ухмыльнулся Бакуго в лицо мужчине. В наличии лица он почему-то не сомневался.       — А ты, стало быть, тот, кто так заинтересовал нашего Томуру, верно? — спросил злодей, хотя по нему было видно, что ответа не требуется. — У тебя крайне занимательная причуда, да и способностями ты не обделен. Мой ученик был впечатлен той злостью и навыками, что ты продемонстрировал всем зрителям на Спортивном Фестивале… Как жаль, что наших стараний порой недостаточно. И, как не пытайся, от жестокой правды не убежишь, Бакуго!       И, хотя мужчина не сказал ничего конкретного, парень почувствовал, что его разглядели насквозь.

***

      Оставив его наедине со своими мыслями, злодей повернул голову в сторону одному ему ведомой опасности. Всем своим спектром причуд он чувствовал, как на всех парах в их сторону направляется заклятый враг. Носитель Одного-за-Всех, Всемогущий! От его былой голливудской улыбки не осталось и следа, что заставляло Всех-за-Одного самого расплыться в насмешливой ухмылке под железной маской. Обернувшись к Шигараки и его свите с Бакуго, злодей медленно воспарил обратно в небо. Он пришел сюда лишь затем, чтобы спасти Томуру. Однако, если его заклятый враг желал сражения, так тому и быть!       — Эти настырные герои наверняка попытаются помешать нам. Защищайте меня от атаки снизу, — огласил свою волю Все-за-Одного. — И не подведите!       — Как пожелаете, Сенсей, — с готовностью отозвался Шигараки, подняв на своего наставника взгляд, преисполненный восхищения.       — Советую занять позиции подальше отсюда — там, ближе к развалинам домов! — указал пальцем в сторону Все-за-Одного. — Герои не потерпят, чтобы кто-то угрожал мирным людям, и придут за вами. Воспользуйтесь их слабостью, и одержите победу!

***

      Злодеи приготовились выдвигаться на указанную позицию, а Бакуго все стоял на месте, не смея шелохнуться. Его пальцы сжались в кулаки с такой силой, что ногти до крови пронзили кожу. В ушах шумели слова этой кучки фриков, и из-за них он сейчас чувствовал то, что никогда не испытывал раньше. Страх и неуверенность в себе. Зависть, обиду на этого дурацкого Деку! Разочарование и гнев на Всемогущего. Целый ураган противоречивых эмоций сковывал парня по рукам и ногам, не давая сдвинуться с места. В уголках глаз закипели слезы, что только подлило масла в огонь злости Бакуго.       — Ни о чем не волнуйся, мой мальчик! Ведь я уже здесь! — Всемогущий, переполняемый решительностью спасти своего похищенного ученика, наконец-то явился.       Вот только отчего сейчас это не вызывало трепета в душе самого Бакуго? На языке, словно пепел, оседал привкус горечи. Парень был противен самому себе. И если подумать, то виноват был в этом лишь один человек! Тот, кто всегда терся рядом, всегда смел влезать вперед него, несмотря на свою никчемность!       «Деку, этот ублюдок!» — с неприкрытой ненавистью сплюнул на землю Бакуго.       За своими размышлениями он не заметил, как его кумир и лидер злодеев вступили в схватку не на жизнь, а на смерть. Сражение их проходило на совершенно ином уровне, недоступном остальным людям — неважно, герои они или злодеи. И даже так, они умудрялись обмениваться любезностями, когда сила инерции от столкновения раскидывала их в стороны.

***

      — Смотрю ты стал сдавать, Всемогущий! — смахнув пыль от налетевшей бетонной крошки, дружелюбно подметил босс злодеев.       — Детройтский… удар! — В порыве ярости Всемогущий использовал свой фирменный прием.       Во все стороны от точки столкновения разошлась воздушная волна, вновь поднимая в небо обломки камней и асфальта. Вот только Все-за-Одного и бровью не повел — пускай ни одной и не осталось на его обезображенном лице. Собрав комбинацию из боевых причуд, он ударил в ответ. Атака вышла такой мощной, что Всемогущий отправился в полет, столкнувшись с чудом уцелевшей стеной небоскреба. В последний момент успев заблокировать удар, герой сумел избежать серьезных травм. С новым яростным кличем он устремился в бой, не видя никого и ничего вокруг себя. Сейчас для него существовали лишь он сам, и его враг. А вот Все-за-Одного наблюдал, и для его обостренных чувств все это время была открыта весьма специфическая картина. Он отчетливо ощущал, как некая группа затевает тихую атаку на Томуру с компанией. Их целью был Бакуго, в этом не было сомнений. Вот только если бы они знали, что за неприятный сюрприз ждет их в лице друга! Все-за-Одного не удержался и от души рассмеялся, отбивая очередной выпад Всемогущего.       — О, как же ты слеп, Символ Мира!       — Замолчи! Ни слова более! — еще больше разозлился Всемогущий, усилив натиск за пределы возможностей.

***

      Заметив, что Бакуго впал в ступор, Даби на пару с Мистером Компрессом принялись отчаянно тормошить его. Находиться в непосредственной близости к сражению двух монстров в людском обличии точно не входило в их планы. Обоим еще хотелось пожить.       — Давайте с ним как-нибудь понежнее! Врежь ему со всей силы, авось очухается! — Твайс, как всегда, противоречил самому себе.       И в этот самый миг вспышкой света на горизонте возник ледяной трамплин. По нему на невероятной скорости пронеслась связка из троих подростков. Изуку Мидория, Тенья Иида, Эйджиро Киришима — все трое они являлись студентами Юэй и одноклассниками Бакуго. Парень, как и все злодеи вокруг него, поднял взгляд вверх. И из всей группы пролетавших над ним учеников увидел лишь одного. Этого придурка, Деку, нарядившегося в невесть что с накладной козлиной бородкой!       — Давай! Цепляйся! — позвал Киришима.       Парень даже тянул руку изо всех сил, и все, что нужно было сделать Бакуго, так это создать как можно более мощный взрыв, и взмыть в небо. Там, с помощью уже более точных мини-взрывов долететь до спасительной руки Киришимы — и все, путь на свободу открыт! Вот только Бакуго обо всем это даже не думал, с нескрываемым презрением буравя взглядом Мидорию. А затем парень и вовсе отвел взгляд, уставившись себе под ноги.       — Вот вы и попались! — довольно осклабившись, провозгласила Магне, как раз закончившая заряжать свой снаряд при помощи магнитных полей. В качестве живой пули выступал Спиннер, настолько плотно обвешанный колюще-режущим оружием, что скорее напоминал ежа, чем ящерицу.       — Во славу Пятна! — прокричал он во всеуслышание, врезаясь точно в центр группы учеников.       Приняв на себя основной удар, Киришима выжил лишь благодаря своей причуде отвердевания. Однако же, все трое потеряли столь нужную им скорость и хватку. И теперь, оторванные друг от друга, ученики падали на землю подбитыми обломками самолета. Лишь благодаря чудесному стечению обстоятельств они смогли избежать травм. Вот только теперь стоял вопрос, что делать дальше? Двигатели Ииды временно заглохли и нуждались в отдыхе, так что боец из него сейчас был никакой. Причуда защитила Киришиму от клинков Спиннера — а вот от последовавшего за этим удара о землю оказалась перегружена до предела. Кожа, едва становясь каменной, тут же осыпалась крошкой и не желала укрепляться. Надежда была лишь на Мидорию, да на оставшихся в тылу Тодороки с Яойорозу.       Шигараки же определенно увидел в этом прекрасную возможность помочь своему наставнику. Ведь стоит только Всемогущему узреть, как его ученики один за другим гибнут от рук злодеев, как его боевой дух иссякнет окончательно и бесповоротно! Такой шанс определенно нельзя было упускать.       — Вот и настал момент, Бакуго, — как заправский змей-искуситель прошептал Даби. — Сделай свой окончательный выбор прямо сейчас!       И, не оборачиваясь, огненный злодей выпустил себе за спину мощную струю синего пламени. Столь внезапная выходка оказалась не пустой тратой сил, а точно спланированной атакой на подкрепление для учеников Юэй.

***

      Увидев, как на них с Яойорозу несется огненный шквал, Тодороки в мгновение ока припал на колено. Коснувшись ладонью земли, он создал ледяной барьер — несколько этажей в высоту. Злодеи с остервенением бросились навстречу будущим героям, готовясь к сражению.       — Тодороки-сан! — дрожащим голосом крикнула Яойорозу.       — Иди, помоги нашим! Я здесь разберусь! — поторопил ее в ответ парень, чья рубашка уже вспыхнула огнем с левой стороны.       — А справишься ли ты, Тодороки Шото?! — развел руки в стороны Даби, создавая в ладонях по пламенному снаряду.       Атака огнем с двух рук снесла ледяной щит Тодороки, но парень создал новый, чтобы прикрыть Яойорозу, пока та добиралась до одноклассников с Бакуго. Девушка оступилась, но все же нашла в себе силы броситься вперед, понимая, как дорого обходится Тодороки ее защищать. На бегу она попыталась придумать, какое устройство ей поможет — и вдруг прямо перед ней, расколов землю, приземлился огромный магнит-дубина. В миг подоспела и его обладательница, Магне, подмигивая Яойорозу из-под солнечных очков.       Героиня тут же создала себе пару полицейских дубинок в качестве оружия. Выбор пал на них как раз потому, что они были сделаны из резины, не поддававшейся воздействию магнитного поля, с которым девушке предстояло столкнуться.       — Станцуем, дорогуша? — лукавым басом промурлыкала Магне, почесав жесткую щетину на подбородке.       — Смотря что именно будем танцевать, — скрывая волнение, ответила Яойорозу.

***

      У других дела тоже шли крайне неважно. Иида, как и опасался, оказался практически прикован к одному месту, пока его перегревшиеся двигатели на ногах остывали. И весьма некстати в его сторону двинулся злодей — ходячее противоречие. Твайс, даже находясь наедине с самим собой, умудрялся спорить и тут же приходить к единому мнению. Вот и сейчас он рассуждал на тему того, как ему лучше поступить с Иидой.       — Нет-нет, убийство — это же грех! — помотал головой он, а следом из наручей на запястьях вылезли гибкие, как рулетка, лезвия. — Вот почему нам следует убить его как можно более жестоко! Отрубим ноги, чтобы больше не бегал! Простим и отпустим, ну с кем не бывает!       «Да, с этим парнем точно не выйдет воззвать к голосу разума!» — в панике пронеслось в голове у Ииды, когда Твайс нанес первый хлесткий удар наотмашь.       Киришима же только и делал, что отступал под натиском Мистера Компресса. В его памяти четко отпечаталась способность злодея. Ведь именно он тогда похитил Бакуго, поместив парня в стеклянный шарик! «Вот только как одолеть Компресса, если все, на что я способен, так это атаковать в лоб?» — похолодел Киришима. Ситуация складывалась патовая, и похоже, что злодей это прекрасно понимал. Неспроста на его губах играла улыбка.       — Ну, что, так и будем играть в кошки-мышки? — усмехнулся Мистер Компресс, запустив вдогонку отскочившему парню несколько шариков. Расширившись, они трансформировались обратно в обломки, как снаряды из катапульты снося очередное укрытие Киришимы.       Но сложнее всего сейчас приходилось Мидории. Мало того, что на него напало сразу двое злодеев, вооруженных холодным оружием — Тога и Спиннер — так еще и сам Шигараки следил за каждым шагом подростка. Он только и ждал, когда юный герой помчится на выручку своим друзьям. Этого Лидер Лиги Злодеев никак не мог допустить.

***

      В столкновении Всех-за-Одного со Всемогущим вновь наступил короткий перерыв, если можно было назвать так это секундное затишье. Символ Мира видел, что творилось с подростками, так близко и одновременно так далеко. Видел, как сейчас нуждались в его помощи юные герои, но ничего не мог предпринять. Все-за-Одного не отступал ни на шаг, полностью сосредотачивая на себе его силу. И, словно этого было мало, злодей еще и успевал смеяться герою в лицо!       — Смотрю, ученики ну все в тебя, Всемогущий! — Все-за-Одного провел пальцами по своей маске, словно растягивая уголки губ в улыбке. — Такие же бессильные и убогие!       Всемогущий хотел огрызнуться, вбить его слова обратно в поганую глотку. И за своей яростью он не заметил, как же близко подобрался к лимиту — чего нельзя было сказать о Всех-за-Одного, по крайней мере, на первый взгляд. Все-таки его силы тоже заметно поубавились после ранения многолетней давности, о чем, конечно же, Всемогущему не следовало догадываться. И потому, насмехаясь, злодей выбивал почву из-под ног Символа Мира, чтобы этот Колосс на глиняных ногах дал слабину и рухнул под собственным весом.       — Интересно, кто же из них умрет первый, как думаешь, Всемогущий? — осклабился Все-за-Одного и расхохотался, довольный произведенным на героя эффектом.       — Сволочь! — Всемогущий окончательно потерял самообладание, слепо бросаясь в атаку.

***

      Мидория застыл, по сути, загнанный в угол тремя злодеями. Слева подступала Химико Тога, сжимая в одной руке канцелярский нож, а в другой — шприц, подсоединенный к кровососущей машинке. Справа нависал Спиннер, размахивавший гигантским мечом, и вовсю цитировал Стейна — повторял, что он, Мидория, избранный, и потому ему сохранят жизнь. Разумеется, при условии, что он сдастся здесь и сейчас! А чуть поодаль, но строго по центру, за ним наблюдал Шигараки, сверля парня немигающим взглядом из-под маски-ладони. Злодей ждал малейшей ошибки, чтобы закончить все одним смертоносным прикосновением своей пятерни. Мидория еще раз оценил положение: руки еще до конца не восстановились после налета злодеев на Летний Лагерь, а значит, лишний раз пускать в ход кулаки было бы опрометчиво. На данный момент его сила была вся в ногах. «А значит, нужно дождаться подходящего момента для скоростного рывка!»       — Милый Изуку! Знал бы ты, как я успела по тебе соскучиться! — в восторге защебетала Тога, в порыве чувств метнув прямо в лицо юному герою шприцы.       Весьма некстати на пути ее удара выскочил Спиннер, отбив охочие до крови снаряды. Направив свой гигантский меч на злодейку, он с гордым видом заявил:       — Ты совсем из ума выжила, пытаться его убить? Его признал истинным героем сам Стейн!       — Ты сам его случайно зарубишь своим дрыном! — ехидно улыбнулась ему Тога, а во взгляде ее читалось желание покромсать на лоскуты уже самого Спиннера.       «Вот он, шанс!» — быстрее молнии сверкнула мысль в голове Мидории.       Разбежавшись, парень оттолкнулся ногой от земли. Прыжок вышел неважнецкий, но и его хватило, чтобы подошвой кроссовка наступить на темечко Спиннеру. Следующим шагом-прыжком герой что есть сил взвился как можно выше, усилив себя Полным покрытием Одного-за-Всех. Злодея впечатало в землю мощной отдачей, а Тога залюбовалась видом побитого юноши, и спохватилась поздно. Оставался лишь Шигараки — все же, его скорость и навыки были самыми опасными среди злодеев, не считая Всех-за-Одного.       Едва ноги Мидории коснулись земли, юноша что есть мочи напряг мышцы, устремившись прямиком к туда, где последний раз видел Бакуго. Парень уже чувствовал, как Шигараки наступает ему на пятки, как его протянутая рука превращает его в безжизненный прах…       Вот только злодей не спешил убивать: ему хотелось сначала узреть душещипательный момент предательства. Ради такого зрелища можно было бы даже послать Курогири за выпивкой в бар, но и так сойдет.       Мидория бежал изо всех сил, прямо как в тот раз, в Летнем Лагере. Силуэт Бакуго виднелся вдалеке, в самом центре битвы злодеев со студентами Юэй. Юный герой сжал кулаки, напрягая мышцы до предела. Больше он не упустит товарища! Ни за что!       «Прости, что заставили ждать так долго!»       Набрав в грудь побольше воздуха, Мидория прокричал что есть мочи:       — Я уже здесь, Каччан! Я спасу тебя!       Похоже, что это дало результат, и Бакуго наконец заметил несущегося к нему Мидорию. Пропахав тормозной след перед оторопевшим взрывуном, юноша развернулся на все сто восемьдесят градусов. Бесцеремонно, но, главное, быстро, Мидория подхватил еще, по-видимому, не осознающего происходящее Бакуго, и взвалил друга себе на спину. Ранен он или нет, Мидория не успел рассмотреть. Теперь следовало убираться отсюда как можно скорее!

***

      Я уже здесь, Каччан. Я спасу тебя!       Два предложения звенели в ушах Бакуго. Не затихая, а лишь наращивая громкость, пока не превратились в звон многотонных колоколов. Мир вокруг исчез — растворился в белом свете, оставив лишь Кацуки и Деку, несущего его на спине. Два бывших друга, один на один.       Этот слабак даже не знает, что такое победа. К чему переманивать его на нашу сторону?       Это не последнее твое поражение. Привыкай. Герои всегда проигрывают.       Парень сделает правильный выбор, я в этом уверен.       Избавься от преемника Всемогущего. Одержи победу. Не ради нас. Ради себя.       Слова ублюдков-злодеев эхом отдавались в голове Бакуго. Словно палки, которыми наглые спиногрызы тыкали гнездо шершней в надежде удовлетворить свои любопытство и идиотизм. Результат себя ждать не заставил. Вот только вместо обидчиков мысленные шершни жалили мозг Бакуго!       Голова взрывалась от боли.       Сколько Бакуго себя помнил, он обожал Всемогущего. Сильный, непобедимый, крутой… Он был Номером Один абсолютно заслуженно. Сияющим солнцем, которое разгоняло мрак и выжигало глаза злодеев. «Я уже здесь!» из его уст звучало так, что не оставалось сомнений — любое зло будет побеждено и упрятано за решетку.       Всемогущий казался недостижимым и непревзойденным. Многие даже не решались смотреть на него, когда тот проносился по небу — что уж говорить о том, чтобы занять его место? Но не Кацуки. Он хотел быть таким же сильным и крутым. Способным победить любого злодея.       Кацуки Бакуго хотел стать следующим Номером Один.       Поначалу он не знал, за что взяться — как и любой ребенок, который еще ходил в детский сад. Но потом он увидел интервью другого героя — Старателя. С вечно недовольной мордой и злым взглядом, огненной бородой, говорящий мало, сухо и по делу… Но оттого убедительно.       — Вы столько достигли за годы своей деятельности, Старатель! — заливался соловьем какой-то журналюга, стараясь вместе с оператором не отставать от только что закончившего дело героя. — Спасаете людей, побеждаете злодеев, помогаете в бедствиях. Создали свое агентство с кучей героев…       — Я занят, — коротко ответил Старатель, будто плюя в лицо наглеца и уже собираясь улетать.       — Скажите, вы хотите стать следующим Номером Один?! — отчаянно выкрикнул последние слова журналюга, пытаясь не потерять драгоценный шанс.       И он попал в цель — Старатель остановился. Замер на какую-то долю секунды лишь для того, чтобы повернуться к камере лицом и открыть маленькому Кацуки свой решительный взгляд.       — Я не хочу стать Номером Один, — ответил Старатель. — Я им стану.       — Но как? Всемогущий остается непревзойденным! — подметил журналюга тоном хитрой лисы. Он не нравился Кацуки.       — Я работаю над собой, — твердо сказал Старатель, наполняя свой голос уверенностью. — Тренировки, обучение, развитие. Совершенство во всем. Так я добьюсь своего.       Он удалился, больше не обращая внимания на мух вокруг. Стойкий и могучий, как скала. Бакуго это запомнил.       Сменив детский сад на школу, Кацуки занялся саморазвитием. Он понимал, что стать Номером Один сложно, и сделать требуется все возможное. Нужно тренироваться, учиться, практиковаться с причудой. Совершенствоваться, отдавать всего себя делу и не расслабляться, даже если ему все дается легче легкого!       И Бакуго следовал своему пути, прерываясь на краткий отдых в компании приятелей и тупого Деку, который только и делал, что что-то строчил в своих тетрадках, да сыпал фактами о недогероях-неудачниках! Что это даст ему, беспричудному ничтожеству?!       Прошли годы, Кацуки вырос. Закончил обычную школу для лохов, что только мечтают, но ни хрена не делают. Поступил в Юэй, вышел в лидеры… Только для того, чтобы занять место Старателя!       Как же он, должно быть, смешон. Вложить столько усилий на пути к своей мечте о Номере Один — только для того, чтобы твое место занял тот самый тупой задрот, который и носа не показывал из своего фанатского логова с фигурками и плакатами?!       Бакуго и раньше не верил в версию с внезапной причудой и задержкой в развитии. Это было настолько неубедительно, что не купился бы и идиот. Но откуда взялась тогда сила, Бакуго не понимал. Однако же, это было неважно — она только ломала тупого Деку. И все, что нужно было сделать — это превзойти и доказать, что никакая причуда не сравнится с его взрывами!       Вот только сила Деку досталась ему от Всемогущего — его кумира.       Как? Чем этот нюня и плакса вообще заслужил такой дар?! Что особенного было в этом дохляке, который все эти годы тратил время на что угодно, кроме развития и самосовершенствования?! Ему же все на блюдечке с каемочкой дали, по сути!!! А он и рад этим пользоваться, наверняка под маской своей невинной рожи смеясь над ним!!! Ним, кто сделал все ради мечты, а по итогу оказался Новым Старателем!!! Почему он?! Почему тупой Деку?!       Душа Бакуго взрывалась от ярости, как никогда ранее.       Зубы скрипели, сжатые кулаки дрожали от накатывавших эмоций. Деку этого не видел, убегая от творящегося вокруг хаоса. Не оборачивался, стараясь спасти Бакуго. И не заметил бы удара в спину.       В разжавшейся правой ладони заполыхали огоньки микровзрывов. Один точный удар — и все кончено. Один взрыв помощнее — и нету Деку! Он не ждет удара и не защитится от него в таком положении. Идеальный шанс! Убрать препятствие на пути к цели — вот так и надо!!! К черту тупого задрота, которому все досталось за просто так!!! И как только его не станет, Бакуго сможет… сможет…       «А что будет дальше?»       Эта мысль была не жалящим мозг шершнем. Скорее, ведром ледяной воды, убравшей все лишнее и оставившей лишь один вопрос — действительно, что будет после удара?       Если этот руколицый гад не соврал, Деку получил силу от Всемогущего. Тот все еще силен и крут, это факт. Но если теперь основная сила у Деку… То выходит, что рано или поздно Номер Один уйдет в отставку! Некому будет бороться со злом. А Старатель при всей своей крутости не дотягивает до уровня Всемогущего.       Хаос неизбежен.       Всемогущий, при всем своем глянце и голливудской улыбке, был вовсе не глуп. Он за что-то выбрал Деку себе на замену. За что же?       «Сконцентрируйся на воспоминаниях, прокрути их в голове и найди ответы!» — Для Бакуго подобный метод работал всегда.       Что он вообще помнит о Деку?       Вечный фанат, восхваляющий Всемогущего и Великого Его. Чуть ли не писающий кипятком от всех его успехов и буквально живущий ради мерча Номера Один… Беспричудный, который сам ничего не может…       И который, когда Кацуки упал в реку, протянул ему руку помощи — после всех подколок! Там даже опасности никакой не было!       Дохляк-задрот, который вечно что-то строчит в своих тетрадках, не может защититься от хулиганов и в принципе ничего из себя не представляет! Массовка, как и все вокруг Великого Его, ступенька на пути к вершине…       Которая бросилась спасать его, когда он был бессилен против куска грязи, а герои ничего не могли сделать, оправдывая статус отстоя…       Дохляк, который за месяцы умудрился набрать форму и победил робота, с которым он, Кацуки Бакуго, не мог справиться.       Проявляющий решительность, постоянно совершенствующийся, готовый отбрасывать барьеры и работать с ним в сражении против Всемогущего…       Пришедший на помощь сейчас, вопреки всем очевидным запретам от учителей и с кучей травм в придачу.       Деку, который уже здесь, несет его на своей спине и не видит, как Бакуго хочет подло ударить.       Быть может, все это Всемогущий в нем и увидел? Беспристрастно и честно оценил, а потому дал свою силу. А Деку в ответ не сидел сложа руки — он что-то делал, чтобы стать достойным! А что он, Кацуки Бакуго?       Хочет уничтожить наследие своего кумира, пойдя на поводу у уродов-злодеев? Показывает себя слабаком, который не может следовать своему пути и продолжать совершенствоваться для победы?!       А одноклассники? Та самая массовка, которая его не только приняла, но и относилась как к равному. Бакуго не хотел этого признавать… Но они оказались достойными людьми и пришли его спасать...       И он позволит себе вот так сдаться? Хрен там! Он всего сам добьется! Станет Номером Один по собственным заслугам, без подлостей! Так же, как и до этого!       Гнев угас, мир пришел в норму. Ситуация вокруг не изменилась — все те же разруха и хаос, злодеи преследовали их мини-отряд, Всемогущий и Все-за-Одного бились насмерть. Но кое-кто был не согласен с таким положением дел.       — Берегись! — рявкнул Бакуго, спрыгивая со спины Деку и пинком отправляя его куда подальше.       Мимо стремительно пронеслась бледная рука, рассекая воздух, словно когтистая лапа. Принявший боевую стойку Кацуки встретил алый взгляд Шигараки без колебаний. Очевидно, злодей понял провал плана с предательством и попытался все сделать сам. Тем хуже для него — Бакуго не собирался отпускать его так легко.       — Ублюдок… — прошипел Шигараки, сжимая и разжимая руки, как если бы в них оказалась чья-то шея.       — Пошел ты, руколицый! — не остался в долгу Бакуго, ухмыльнувшись с привычной бравадой.       Противники застыли, обмениваясь взглядами, и одновременно рванули друг к другу. Шигараки был быстр, но Бакуго оказался хладнокровнее. Он перехватил ладонь Шигараки левой рукой и в прыжке врезал ему коленом в лицо, сбивая уродскую ладонь-маску.       «Черт, жаль, на мне нет костюма с наколенниками, — сокрушался Бакуго в своих мыслях. — Я бы этого гада ими убил…»       Ошеломленная рожа Шигараки выглядела еще более уродливо, чем в баре. Перекошенная и морщинистая, она не вызывала ничего, кроме отвращения и желания ее подправить. И учитывая, что гад не остановится, пока не убьет Деку… Что ж, от нее пора избавиться!       Одним точным движением Бакуго впечатал Шигараки в бетон правой ладонью и выпустил в него взрыв, предназначавшийся Деку. Промахнуться было невозможно — голову с уродской рожей разорвало на куски, забрызгав все вокруг кровью, мозгами и осколками кости.       Мир застыл, будто взрыв Кацуки задел само время. Настала тишина, никто ничего не мог сказать. Бакуго тоже — каким бы он ни был по характеру, в убийцы идти не планировал. Все-таки между словами и реальными действиями есть ощутимая разница. Но в данной ситуации все совершалось на уровне инстинктов, потакавших одному-единственному желанию — сохранить наследие Номера Один.       — У меня получилось, чертов Деку… — ухмыльнулся Бакуго.       Все изменилось в одно мгновение. Словно легкий ветерок превратился в ураган, сопровождающийся пробирающий до костного мозга морозом. И в этом морозе чувствовалась она — едва сдерживаемая, убийственная ярость, желание уничтожать и разрывать на куски все живое на своем пути.       О, да — Все-за-Одного разозлился, как никогда!       На сомнения и прочее не оставалось времени. Нужно было тактически отступать, пока не стало хуже. И Бакуго бы побежал… Если бы не уловил движение чего-то черного в направлении Деку.       Тупой задрот не видел опасности — уклонялся от поехавшей маньячки в форме, которая пыталась нашинковать его и что-то распевала про свою ненаглядную любовь. Нашел время, кретин! Смотри по сторонам!       Времени говорить не было. Взрывы дали импульс и скорость. Тело сработало, как таран, отбрасывая Деку с траектории удара. Все произошло быстро. Последнее, что увидел Бакуго — несущиеся к его голове острые черные отростки.

***

      Дождь на похоронах означает, что сами небеса плачут по умершему. Изуку не помнил, где он это услышал и не был уверен, насколько это правдиво. Но сейчас он был готов поверить в спорное утверждение.       На похороны Каччана собрались все, кто считал это должным. Класс 1-А в полном составе, семья Бакуго, Инко, учителя… И Всемогущий в инвалидном кресле, чье лицо выражало нескрываемую боль.       В момент смерти Бакуго у него не открылось второе дыхание. В нем взорвался вулкан ярости, который Изуку никогда не видел. И лава из него сполна обрушилась на Всех-за-Одного — тот не покинул поле боя живым.       Изуку не был уверен в своем отношении к смерти. До этого дня он не сталкивался с ней лицом к лицу. Но теперь все осознал для себя.       Смерть — это пустота, которую не заполнить.       Слез было пролито немало. Речи и слова прощания сказаны. Все разошлись, кроме Изуку. Он стоял под зонтом Очако и пытался придумать, что бы сказать.       Каччан был сложным человеком. Его характер и поведение были… довольно тяжелыми для принятия. Но он был тем, кого Изуку всегда уважал. Он сделал все для становления героем, смело сражался с любым врагом… И в итоге спас его, словно возвращая давний долг. Каччан был героем, на которого следовало равняться. И Деку будет, пронося сквозь года все те воспоминания, что у него были. Ведь именно в памяти людей человек обретал истинное бессмертие.       — Прощай… Дайнамайт, — сказал наконец Деку с подобием улыбки. — Ты придумал отличное геройское имя.