4 августа
4 августа 2023 г., 18:00
— Какие маленькие лисички, — Соён заглянула в большую плетёную корзину и взяла парочку оранжевых сросшихся грибов. — Мать и сын, — заявила девушка, рассматривая грибочки размером всего в пару сантиметров.
— Может быть, отец и дочь, — предложил свою версию Юнги. — Ты даже не рассматриваешь другие варианты?
— В ваших фантазиях это может быть кто угодно, — Тэхён забрал из рук девушки грибы и срезал нижнюю часть тонких ножек, запачканную лесной грязью. Грибочки рассоединились из-за среза. Ким кинул их в таз, предназначавшийся для очищенных грибов. — В реальности это, скорее всего, мой ужин.
— О нет, — с трагической интонацией произнесла Соён и схватилась за сердце, заглядывая в таз, куда упали маленькие лисички. — Мать и сына жестоким образом отделили друг от друга и скинули в пучину, где существуют такие же разделенные, а потом пообещали ещё и сожрать.
— Или всё-таки отца и дочь, — стоял на своем Мин, но девушка на него махнула рукой.
— Тут трагедия, а ты со своим отцом и дочерью лезешь.
Чонгук рассмеялся, лёжа на кровати и слушая веселые бредни ребят. Ему, конечно же, несмотря на смех, очень печально за судьбу разрушенной семьи грибочков.
Они наглым образом пришли к Тэхёну, засели у него на веранде и распивали чай, поедая угощения, пока Тэхён корпел над грибами. Перед ним стояло две огромные корзины, а в них чего только не было. Одних мелких лисичек — целая тьма, а там каждую проверь, очисти от грязи, замучаешься с этой мелочёвкой.
Чонгук зашуршал конфетной обёрткой. Тэхён на мгновение оставил все заботы и повернулся к парню, требовательно приоткрывая рот.
— Опять все конфеты съешь, — вздохнул Чон и поднес к губам Кима шоколадную конфету. — Но только половину! Это моя любимая, но последняя.
Тэхён послушно откусил полконфеты и ласково чмокнул Чонгука в большой палец, возвращаясь к «любимым» грибам.
— Какие же вы сладкие, — сказала Соён в который раз, наблюдая за тем, как Чон подкармливает своего парня. — Такие романтичные. Юнги если и покормит меня чем-то, то сушеными кальмарами к пиву.
— Будто ты будешь меньше рада кальмарам, чем каким-то конфетам, — хмыкнул Юнги и взял из вазочки какую-то конфету, снимая обертку и поднося к губам девушки также, как делал это Чонгук. — Ешь. Можешь даже целую.
Соён улыбнулась, взяла конфету, но стоило начать жевать, как нахмурилась и недовольно посмотрела на своего бойфренда.
— Специально самую невкусную дал?
— Конечно, — хмыкнул Мин, будто реально сидел и выбирал конфету, ища самую ужасную. Да он вообще не посмотрел на ту, которую схватил.
— Милые, только не бранитесь. К чему вам все эти ссоры, — сказал Чонгук, подпирая голову рукой и смотря на ребят.
За те недели, что он провел с Юнги и Соён, не говоря уже про Тэхена, он так к ним привык, что не мог представить, как будет дальше жить без постоянных встреч с ними. Неизвестно, когда они смогут увидеться и собраться такой же компанией. И смогут ли вообще. Вот про что говорил Тэхён. Расставание с ним было бы просто невыносимо, если бы Чонгук не знал, что у них всегда будет возможность встретиться вживую.
Двадцать первый век, конечно, хорош своими технологиями, но пока ничто не смогло заменить живое общение. Через переписки, звонки, как бы ни хотелось, а не получишь тех же эмоций, что и от личной встречи.
Если бы на целый учебный год, на долгие месяцы им пришлось бы разъехаться, Чонгук бы просто не пережил бы разлуку. Загнулся бы от тоски и печали. Первая любовь выкручивает все чувства на максимум. Кровь кипит от восторга, стоит только увидеть перед глазами образ человека, к которому неровно дышишь. Минута без любимого растягивается в целую вечность, а про несколько месяцев подумать страшно. Жизнь и правда сама знает, когда и каких людей подкинуть тебе на пути, — в который раз подумал Чонгук.
— Может, тебе помочь? — Чонгук не без труда выплыл из своих сладких грез о Тэхёне. Зачем предаваться фантазиям о компании, если он рядом. Только руку протяни и коснешься.
— Так же, как ты с морковью помог? — усмехнулся Тэхён и повернулся к лежавшему на кровати Чонгуку. Он точно никогда не перестанет подшучивать над парнем и вспоминать, как Чон выдрал из грядки вместо сорняка морковь.
— Невыносимый, — цокнул Чонгук, сел на постели, свесив ноги вниз, и забрал из рук Тэхёна небольшой ножичек, которым он счищал грязь и срезал лишнее с грибов.
Чон потянулся к корзинке, которая стояла на табуретке перед Тэхёном, взял гриб посимпатичнее для первого раза, и с лёгкостью проделал все манипуляции, показывая парню результат работы.
— Да ты мастер. Раз так хочешь, то чисти, мешать не буду, — рассмеялся Ким и ушел за вторым ножиком.
Вместе работа пошла быстрее.
Ближе к обеду Юнги и Соён пошли домой, а Чонгук остался сидеть с Тэхёном в окружении целой грибной армии.
Казалось, что работа непыльная, даже ребенок разберется, что и как. Но времени уходило немало на то, чтобы очистить каждый гриб. Особенно, когда нужно было перебирать микроскопические лисички.
— А теперь представь, сколько часов нужно ходить по лесу, чтобы собрать эту мелочь, — сказал Тэхён, задирая руки вверх и разминая плечи и шею, когда с грибами было покончено.
— Боюсь даже представить. Но выглядят они классно. Такие маленькие.
— Какие молодцы, всё сделали! — на веранду зашла бабушка Тэхёна и подхватила целый таз грибов. — Просто отлично. Чонгук-и, тебя Тэхён запряг ему помогать?
— Нет, я сам вызвался. Мне несложно, а он справится быстрее, — неловко улыбнулся Гук.
— Видишь, Тэхён, какой у тебя помощник, — улыбнулась женщина и кивнула на Чона. — Кстати, под столом ещё два ведра черники.
Ким тяжело вздохнул.
После грибов чистили чернику.
— Мне даже стыдно становится, что я у бабушки столько дома не делаю, сколько у тебя, — сказал Чонгук, внимательно перебирая ягоды и убирая весь мусор, все листочки и мелкие палочки из них.
Тэхён, привыкший к подобной работе, делал всё намного быстрее, а не рассматривал каждую ягодку досконально. Он вечно поглядывал на увлеченного Чона и посмеивался с его непосредственности и очаровательности.
— В этом доме невозможно сидеть без дела, всех к чему-нибудь припахают.
Пальцы постепенно становились все более фиолетовыми от черники. Чонгук случайно раздавил одну ягоду и слизал с пальца темный сок.
— Мм, сладкая.
— Ты ешь. Тут как с малиной. Можно есть, пока не лопнешь, а всё остальное пустят на варенье, — пальцы Тэхёна уже давно посинели от ягод.
Чонгук довольно зачерпнул в ладонь горсть ягод, кинул себе в рот, раскусил зубами, и кисло-сладкий сок брызнул на язык.
— Не хуже малины, — сказал Чонгук и стал подхватывать одну ягодку за другой, кидая в рот. Ел даже быстрее, чем их чистил.
— Я все равно малину люблю больше, — сказал Тэхён и вдруг подвинулся ближе к Чону. — Дашь попробовать чернику?
— Я? Так у тебя же точно такое же ведро, — Чонгук растерялся и совершенно не мог понять, что хочет от него Тэхён.
Он уже потянулся к очищенной чернике, чтобы дать ее парню, но Тэхён остановил его и ткнулся в губы Чонгука. Сразу стало понятно, каким образом Ким хочет попробовать лесную ягоду.
— М-м, и правда сладенько, — сказал парень, отстранившись. Он сел нормально и вернулся к чистке черники, потому что её ещё ого-го как много.
Чонгук молчал. Вместо того, чтобы что-то говорить, он сидел и улыбался, как дурачок с фиолетовыми от черники губами и пальцами.
За одной пясточкой последовала другая. Он совершенно забил на то, чтобы чистить чернику, и просто сидел рядом с трудящимся Тэхёном и лакомился лесными плодами. В награду за старания Чонгук тянулся к парню, чтобы подарить ему черничный поцелуй. Куда более охотно Тэхён целовал Чонгука, чем чистил чернику. Проходящий мимо веранды дед как раз застал такой поцелуй и хохотнул, не стесняясь и не боясь смутить молодежь.
А молодежь в лице Чонгука всё-таки смутилась и больше не тянулась за поцелуем, боясь, что их снова заметят.
Когда Чонгук вдоволь наелся ягод и нацеловался с Тэхёном, он вспомнил, что всё-таки вызвался помогать, и вновь стал перебирать ягоды. К тому времени Тэхён полностью закончил со своим ведром и отсыпал себе половину ведра Чонгука. Пускай парень и не слишком ловко и быстро чистил ягоды, но всё-таки стремился помочь. Не греть сердце Тэхёна это просто не могло.
— У тебя язык синий, — сказал Тэхён, смотря на Чона.
— Реально? — Гук высунул язык, чтобы Тэхён точно удостоверился. Ким кивнул. — Ничего себе. Это черника так красит?
— Ага. И боюсь, что вот это, — Ким поднял свои полностью синие пальцы. — Мы тоже не ототрем.
— Никогда не хотел стать аватаром, но, кажется, постепенно начинаю им быть, — рассмеялся Чонгук.
Тэхён рассмеялся, кивая головой. В глазах светились сердечки, когда он смотрел на парня
После работы наступило время обеда.
Ребята по-прежнему сидели на веранде, ели только-только приготовленный обед, который ещё не успел остыть, разговаривали, строя планы на ближайшие несколько часов, когда пришла бабушка Тэхёна и вновь стала хвалить Чонгука.
— Вот, держи. Мы бы и так с радостью тебя угостили, но ты к тому же помог Тэхену. Поедите с бабушкой или варенья сварите, — женщина вручила юноше целый контейнер спелой черники.
— Спасибо! — искренне поблагодарил Чонгук.
Пообедав, ребята пошли гулять и пропали до самого вечера.
Домой Чонгук зашёл с гордостью, держа под мышкой контейнер с ягодами. Добытчик принес пропитание.
— Это от Кимов. Я помогал им чернику чистить, и они нас с тобой угостили, — сказал парень своей бабушке.
— Какая прелесть! — бабушка обрадовалась ягодам, как маленькая девочка, которой сделали самый желанный подарок.
В лес женщина давно уже не ходила. Возраст не тот, чтобы скакать по полянкам и гнуть спину над ягодами. Да и страшно одной забираться глубоко в чащу, чтобы найти ягоды или грибы.
Она взяла кружку, налила в нее холодное молоко, взятое из холодильника, и кинула горсть синих ягод.
— Что ты делаешь? — удивился Чонгук, наблюдая за бабушкой. Ему не казалось, что то, что сделала бабушка, может быть вкусным.
А бабушка его села за стол, взяла чайную ложку и с наслаждением стала есть чернику в молоке.
— Раньше всегда так ели. Ещё если земляника была, то ее вместе с черникой в молоко кидали. Попробуй.
И Чонгук попробовал. Не то чтобы он остался в восторге — просто ягоды с молоком, но что-то определенно в этом было. А может быть, всё дело в том, что он сидел с бабушкой на кухне поздним вечером, вместе с ней ел чернику в молоке, о чем раньше и не слышал, и смеялся с внезапно возникших в памяти женщины историй из детства, которые она рассказывала внуку.
Да, в этом определенно точно что-то есть.
