Он лежал на прогретой солнцем траве

Танджиро поднял голову, тут же защурившись от проблесков света, который мелкал сквозь густую листву деревьев, ярко-зеленую, что больно было просто взглянуть. Как так могло произойти? Он пытался провести нить сквозь всю неделю – со дня переработок, когда он все откладывал сдачу теста до каждой минуты, проведенной за подготовкой. Но то, что он забыл про доклад, поражало его самого. Учитель Шинадзугава спокойно и точно разнес каждую строчку в этом докладе, выудив оттуда даже тот кусочек, что был точь-в-точь как у Зенитсу. Танджиро назвал его долбанным придурком, думал, что про себя, но это было сказано (однако) вслух и доклад, который он сделал за 10 минут до пары полетел ему в лицо. Руки непроизвольно сжались, сминая несчастные бумажки. Разве это главное в том, что я так провалился? Он вспомнил как ему было плевать при каждом слове, сказанном Санеми. Вспомнил его лицо, упивающееся каждой колкой фразой. Наверно, у меня был жалкий вид. Мог ли я дарить его в тот момент? А если вне универа, будет ли это считаться за избиение учителя? Вдруг я через пару лет буду вспоминать этот момент, иступлено придумывая фразы и жалеть об этом, как об очередном трагическом моменте в моей жизни? Это рационализация? Тут он засмеялся. Теплый ветер подхватил его смех и вознес к кроне деревьев.. Я не злюсь. Все хорошо. Рубашка под пиджаком пропиталась потом и начала липнуть к телу, он закинул рюкзак за спину . Каждый раз после таких сильных эмоций он начинал прямо таки гореть. Давно ли так мое тело начало реагировать? Прозвенел звонок. Резкая боль в ноге. Я просидел так до конца пары, просто прекрасно! Он встал, подпрыгивая, чтобы избавиться от судороги. Если еще сейчас ему навстречу выйдет учитель.. Хотя пойдет к директору, так как и всегда. Охранник лениво вышел, дверь глухо заскрипела. Два прыжка и он залетел в помещение. В раздевалке никого не было, но окна со стороны коридора в этой части были прямо напротив сада. Холодная вода хорошо освежает. Помыв лицо, он протер своей рубашкой подмышки, шею. Скомкал ее и закинул в рюкзак, оттуда же достал футболку, пахнущей рыбой. Вчера был загруженный день, что он не успел ничего. В последнее время такое все чаще. Приходя домой, съев что попадется (любимая лапша) он сразу ложился спать. Волосы никак не укладывались, черные как смоль плавно переходили в алый, они то и дело лезли в глаза и он не знал как их уложить. Гютаро предлагает осветлить их, попробовать что-то новое, можеть быть и да? Год назад он так подсадил меня на траву, промелькнуло у него в голове. Он потерял в весе и это делало его похожим на трупа. На трупа, который воняет рыбой. Ничего страшного, все будет хорошо. Уже на втором курсе, а учитель Санеми со всеми так, не будем из-за этого нервничать – он проговорил все это Танджиро в зеркале, который выглядел осунувшимся и усталым. Два года назад, уезжая из своей деревни, мир ему казался со всем другим и сейчас он злился на свою наивность. Соберись. Танджиро в зеркале едва улыбнулся. Все хорошо. В с е х о р о ш о В коридоре пахло едва узнаваемым, но мягким. Неожиданно для юноши он разбудил в его сердце воспоминания о доме - запах теплых маминых рук, свежих дров и раскаленной печи, где он обжигал уголь. Только в этой части университета можно услышать этот аромат. Так цветет глициния. Когда он застал ее цветение в первый раз, то был поражен ее красотой. Крупные лиловые лепестки росли гроздьями, и высота их достигала почти третьего этажа. Он забыл, что уже давно наступила весна. * Расстегнутые пуговицы шелковой пижамы, растрепанные волосы и руки, мастерски забивающие кальян – Гютаро выглядел так, будто занимается обыденными делами. - Может ты не будешь это делать с утра пораньше? – Танджиро все же с интересом наблюдал. - Ты не понимаешь, здесь главное сноровка, эта штука отличается от всего остального – усмехнулся Гютаро. Он затянулся, но тут его лицо скорчилось и он начал кашлять - твою мать.. - Ты делаешь неправильно – Танджиро выхватил у него этот злосчастный носик – я видел эти штуки на прошлой работе, смотри, надо.. –он затянулся так сильно, как позволяли его легкие и сразу же забыл как его учили, кашляя и задыхаясь – стоп, что.. мне кажется, что ты хреново его забил.. - А ты хорош, что тут сказать – кашель Гютаро смешался со смехом, помещение заполнилось дымом. - Да ты неправильно забил его, понимаешь? Надо по-другому! – кашель не переставал, и он встал вместе с кальяном, поднимая и проверяя на свет что-то, о чем смутно догадывался. Парни начали пререкаться, пытаясь доказать свою правильность этого замысловатого дела. Терпкий дым рассеялся и двое они только увидели Умэ, что стояла в дверях. - Умэ, ты когда пришла? И переодеться успела? Я тебя не услышал – выражение лица Гютаро сразу изменилось, он мягко улыбнулся сестре. - Я вижу вы развлекаетесь, Гютаро, опять ты учишь Танджиро тому, чему не нужно! – на ней были джинсы и белая рубашка, его волосы цвета серебряной луны были собраны в низкий пучок, маленькая и хрупкая она была чем-то серьезно недовольной. - Умэ, это я сам попросил его об этом, эта штука с моей работы, Иноске добыл ее для меня, помнишь, кого я звал на прошлой смене? – он спрятал кальян под стол в сторону Гютаро и послушно сел обратно, при виде ее он немного робел. Умэ к этому привыкла еще со времен школы. Внимания ей хватало. - Умэ, не сердись, ты же сама принесла мне его – Гютаро достал эту несчастную штуку опять на стол и медленно встал. - Но не перед детьми же, ну что ты творишь. А ты Танджиро не учись врать у него, тебе не подходит! – нелепая попытка защитить ее старшего брата рассмешила ее – я принесла нам еды – содержимое пакета тут же оказалась на столе – сейчас принесу нож – и она упорхнула на кухню, игнорируя брата – Танджиро, мы пойдем минут через 20, ладно? Ты же успеешь? Танджиро растеянно посмотрел на развеселевшего Гютаро -Да! Тот же пошел за сестрой - Не обижайся, Умэ, ну что ты как маленькая мы просто играли – она включила воду и начала яростно мыть посуду, как понял по звукам Танджиро. Это ненадолго, - подумал он – он был свидетелем их частых ссор, но заканчивались они одинаково. Раздался смех девушки и Гютаро резко вбежал в комнату, держа в руках три дребезжащих стакана – он обрызгал ее водой. И она с мокрой челкой бегала за ним по дивану. - Танджиро, ну посмотри, что он вытворяет! - Вот в этот раз я точно не буду лезть, мне с прошлого хватило! – Гютаро спрятался за парнем, что ростом был ему по плечи, используя его в виде живого щита. – Ты же старший, должен подавать пример! - проворно развернувшись, он успел ущипнуть ее за щеку и это продолжилось еще какое-то время. - Знаешь, этот Санеми еще с тех времен был таким, ты ничего с ним не сделаешь, но у меня есть старые доклады, можешь полезть – Гютаро указал на огромный комод в углу комнаты – обычно я все храню, у меня многое осталось. - Ай, больно! – Умэ, сопя, ела онигири – не дергай так сильно -Прости, сестренка – Гютаро бережно подвязал косичку лентой, Умэ встала и закружилась – коса доходила почти до колен - Просто блестяще! – одновременно сказали парни. - Чтооо?! – Девушка вмиг густо покраснела, но не подавая виду, вздернула подбородком выбежала из комнаты. Все это заняло секунду, Танджиро закрыл покрасневшее лицо от смеха. Это была фраза одного из самых запоминающихся ухажеров Умэ и уже который месяц они напоминают ей об этом. Все шло чуть ли не к свадьбе, пока он не предложил ей помощь своих трех жен для выбора свадебного платья. - Ах, это было жестоко, моя бедная сестренка вообще не разбирается в людях, поэтому и попадает во всякие неприятности.. – обращаясь скорее к самому себе, он бормотал под нос, рыща в шкафчиках. Танджиро стоял у входа и собирался уходить. Шурша тапками, он вышел к обувающемуся Танджиро с небольшим пакетиком в руках – 10 синих таблеток – каждая упакованная в отдельности. Он протянул его держа за угол тонкими пальцами. От сестры у него были свои секреты. - Гютаро, я же говорил, что хочу завязать с этим.. мне не нужны проблемы, понимаешь? Уже и так хватает. - Это не те, что раньше. Каждая стоит 100 долларов, разве тебе не нужны деньги, хм? – он поднял пакетик над головой и Танджиро машинально поднял взгляд на них, Гютаро скривил бледные губы в полуулыбке - Думай сам, мое дело предложить.. В конце недели как раз работа в том клубе, где можно будет сбыть за вечер все сразу, плюс две смены подряд и он сможет отложить даже на два месяца. Потом еще сессия.. если он все закроет, то ему удастся ехать в деревню на лето, что не получилось в прошлый раз. Парень задумался, неосознанно потирая свой шрам на лбу - эта привычка давно преследует его. - Ну что, появились в твоей голове блестящие идеи? Танджиро сдержал смешок, возвращась в реальность от слов Гютаро, который внимательно ждал, хотя уже знал ответ. - Ну только если в последний раз. - Ох, какая интересная позиция постояно использовать эту фразу – он закатил глаза, протягивая пакетик и тут же открывая входную дверь – давай-давай, тебе еще мою сестру догонять, пока она не села в автобус. - Хорошо! Спасибо, Гютаро! Увидимся! – скорость, с которой он скакал, как кролик, всегда удивляла Гютаро. Вот сейчас он уже был по ту сторону улицы. - Подожди! Танджиро обернулся и еле успел поймать брошенный ему сверток. Долговязый парень, вышедшей на солнце, в домашних тапках, состроил кислую рожу. Волосы прятали пол его лица, но он прикрыл лицо еще и рукой. - Это не на продажу, а тебе! Будешь не таким заебанным! – он помахал ему и тут же захлопнул дверь. В свертке было пару таблеток с таким же синим отливом, он принюхался, но ничего не почувствовал. Никакого запаха. Сложив в карман, он побежал в сторону остановки, со склона дома Гютаро город был как на ладони. Теперь с планом на ближайшее будущее ему стало легче даже дышать.