Меж разбитых надежд

На удивление, ночь Гермионы прошла абсолютно спокойно, и ей даже удалось поспать. Хогвартс подарил ей то чувство покоя и абсолютной защищенности, которого она давно была лишена, и даже предстоящий утренний разговор с профессором зельеварения не беспокоил её. И вот сейчас, стоя перед только что захлопнувшейся перед ее носом дверью, она не испытывала практически никаких эмоций. Почему? Гермиона и сама пыталась это понять по пути в свою спальню. Потому что подсознательно была к этому готова? Потому что в последнее время в ее жизни произошли события и похуже? Или потому что она привыкла из любой сложной ситуации находить выход самостоятельно? Последняя мысль подсказала ей, что обо всем этом можно подумать и потом, а сейчас надо действовать. Поднявшись в спальню, на прикроватном столике Гермиона увидела поднос с завтраком, любезно оставленный домовиками. На четвертом курсе она бы негодовала от такого рабского обращения, не притронулась бы к завтраку, а сейчас только слегка улыбнулась, присаживаясь на край кровати. Казалось, все это было в другой жизни: Г.А.В.Н.Э., Виктор, бал, турнир… Счастливое, практически беззаботное время. Но вдруг очень некстати в череде воспоминаний о четвертом курсе память подкинула ей картины танцующего с другой девушкой Рона, его слова о том, как будет стыдно, когда она придет на бал одна… Гермиона измученно прикрыла глаза- нет, сейчас нельзя предаваться унынию, нужно думать о делах. Наскоро проглотив завтрак, она поспешила в библиотеку. Уже проходя между стеллажами с книгами, молодая волшебница почувствовала, что окончательно успокоилась: ведь она вернулась не просто в школу, которую закончила несколько лет назад, — она вернулась домой. В самый настоящий дом, которым, к сожалению, так и не смог стать дом ее родителей. Аккуратно касаясь кончиками пальцев корешков книг, Гермиона снова вспоминала свои школьные годы: сколько времени она здесь проводила, и подумать страшно. Но именно это место помогло золотому трио выстоять в любых схватках, начиная от Василиска и заканчивая Темным лордом. Взяв несколько книг по трансфигурации, девушка заняла один из самых дальних столиков от входа в библиотеку. И хотя сейчас ей мешать было некому, привычка со школьных времен давала о себе знать. Размеренно перелистывая страницы, Гермиона думала о том, как ей лучше поступить: повторить школьную программу целиком за три недели она точно не успеет, выучить весь пропущенный седьмой курс-тоже. Подперев рукой щеку, девушка невидящим взглядом уставилась в окно и совершенно не обратила внимания на то, что к ней подошел человек. -Гермиона… Тихий голос профессора Макгонагалл вернул девушку к действительности. -Директор. -Как прошла твоя встреча с профессором Снейпом? -Как и предполагалось: он захлопнул дверь прямо перед моим носом-Гермиона мягко улыбнулась.- Спасибо вам, но эта идея была изначально обречена на провал. Я подготовлюсь сама. -Я обязательно помогу тебе! У тебя уже есть какой-нибудь план? -Да, -голос девушки снова стал деловым и собранным, -конечно же, я не успею выучить всю программу последнего курса, но я надеюсь, вы подскажете мне ключевые моменты, на которые стоит обязательно уделить время. Боюсь, что что-то повторить из более ранних курсов я так же не смогу, здесь я буду надеяться на свою память. -Гермиона, -Макгонагалл отодвинула стул рядом с девушкой и присела, -Ты одна из самых талантливых учениц нашей школы за все время ее существования, ты герой Войны, ты очень прилежная ученица, поэтому я уверена, ты с блеском сдашь экзамены. Сегодня же я подготовлю для тебя тезисный план по самым важным темам седьмого курса, зайди за ним в мой кабинет вечером. Хотя я уверена, ты и так знаешь весь материал. Дружелюбная улыбка директора и ее похвала прогнали последние остатки теней прошедших событий из души девушки. Каждый день следующих трех недель ее пребывания в Хогвартсе был похож один на другой: Гермиона просыпалась, завтракала, занималась, обедала и снова занималась. Вечером ужинала и повторяла выученный материал. Такая упорядоченность жизни очень нравилась девушке: казалось, что все встало на свои места. Казалось, пока не настал день экзаменов. В этот вечер, обходя близлежащую к замку территорию, Северус уловил между деревьями едва заметное движение. Многолетняя служба двойным агентом дала о себе знать, и мужчина на автомате выхватил палочку и направился в сторону предполагаемой угрозы. Но, как оказалось, никакой угрозы не было, а была всего лишь невыносимая всезнайка, которая почему-то сидела здесь, предпочтя удобной мебели школы твердую землю и старый вяз. — Мисс Грейнджер? Довольно странный способ отпраздновать ваше поступление. -Поступление? А кто вам сказал, что я поступила? По ее голосу Северус сразу понял, что Гермиона проплакала здесь как минимум полдня. Зельевар вдруг почувствовал, что информация, полученная от Гермионы, была самой удивительной за последние пять лет. Не поступила? Она не поступила? Казалось, что если бы Волан-де-Морт перед финальной битвой вдруг стал пацифистом, это бы не так поразило мужчину. Но Северус был бы не Северусом, если бы хоть чем-то выдал свои эмоции, поэтому лишь холодно спросил: -И почему же? Оказалось, что вас нечему учить? -Просто… Несправедливо. -Жизнь вообще несправедливая штука, мисс Грейнджер, привыкайте к этому. Я это усвоил гораздо раньше вас. С этими словами он развернулся на каблуках, чтобы уйти, но вдруг за спиной услышал тихий голос Гермионы: — Несправедлива? Жизнь несправедлива? К вам? Да что вы вообще знаете о несправедливости этой жизни? Развернувшись еще раз, Северус произнес вкрадчивым, нарочито спокойным голосом, приводящим в ужас студентов: -Вы забываетесь. Но казалось, Гермиону было уже не остановить. Тяжело поднимаясь со своего места, она продолжила, постепенно повышая голос: -Вы всю жизнь лелеете мысль, что сама судьба была к вам несправедлива, но вы сами выбрали свой путь! И во всем, что случилось, виноваты только вы! Да, ваша любимая выбрала другого, но не забывайте, после чего! Вас никто не заставлял называть Лили грязнокровкой, вас никто не заставлял принимать Черную метку! Вы сами пришли к Дамблдору и приняли его предложение! Знаете, к кому жизнь была несправедлива? К Лили! Она потеряла лучшего друга самым ужасным способом, вы ее предали! Она умерла совсем молодая, вот где ваша треклятая несправедливость! И обо мне вы ничего не знаете, чтобы хоть что-то говорить! Ничего, слышите??? Вы ничего не знаете!!! Последние слова Гермиона уже кричала практически в лицо зельевару, как вдруг услышала:"Легилименс!» И вот перед Северусом потоком потекли воспоминания, самым свежим из которых оказался сегодняшний экзамен: просторный светлый зал, у одной стены длинный стол с профессорами и мисс Грейнджер напротив них, улыбающаяся явно своему блестящему ответу. Но вдруг профессора начинают что-то по очереди передавать друг другу, улыбка девушки медленно сползает с лица, и вот уже мужчина посередине удрученно качает головой. Зельевар начал пробираться по воспоминаниям девушки дальше: подготовка к экзаменам, разговор с Макгонагалл, приезд в Хогвартс... И вдруг на него потоком, напоминающим неуправляемую горную реку, обрушились воспоминания о Роне и их с Грейнджер семейной жизни. Пытаясь хоть как-то сохранять спокойствие в этом безумии образов, криков, голосов, сливающихся в один непонятный шум, Северус видел отдельные, никак не связанные моменты, и ему казалось, что это чья-то злая шутка. Вынырнув из сознания девушки, он судорожно глубоко вздохнул, будто и правда долгое время находился под водой, и с неподдельным ужасом и удивлением уставился на волшебницу. Снейп был готов к продолжению истерики девушки, был готов к ее слезам, но никак не был готов к тому, что она снова села, облокотившись на дерево, и совершенно будничным тоном спросила: -Правильно я понимаю, что вы хотите понять, что вы только что увидели?