Что бы мне не сказали, я больше не буду сомневаться в тебе

— Как тебе не холодно здесь в одних шортах? — Крупный человек медленно мерил комнату широкими шагами. Пыль вздрагивала и взлетала перед его большими сапогами, уступая территорию. — Ах.. Наоборот. Ты весь дрожишь.       Мужчина подошел к высоченному чугунному столбу посреди комнаты. Казалось, тот тянулся бесконечно, исчезая в тусклом свете задолго до своего конца. — Ты выглядишь так болезненно. И жалко. — Солдат резко остановился и властно глянул вниз.       Горо сидел на коленях, чуть трясясь и опустив голову. Ушки непроизвольно повисли, выражая смирение к безысходности своего хозяина. И без того бледная кожа, казалось, стала совсем светлой, и рельеф мышц вырисовывался четче. Плечи почти не поднимались, только еле заметно подрагивали в такт слабому дыханию. Если бы не крепко привязанные запястья к столбу, Горо давно бы упал и, может, не встал бы вовсе. — Я хочу отвести тебя кое-куда. Только прошу, не веди себя, как собака, не евшая три с лишним дня. — Солдат усмехнулся и резко поднял голову Горо выше. Взгляды обоих встретились, и напряжение в комнате моментально возросло. Воздух сгустился, свет стал ярче, а холод добрался до костей. Резкий хлопок. Пыль встрепенулась, завертелась, забурлила в воздухе, как стая перепуганных голубей от крика маленькой девчонки, стая испуганная, но голодная, злая и готовая вернуться ради последних крошек. На щечке Горо красовался ярко-розовый след от удара. Росинки крови и легкого отека создали подобие румянца, но с каждой секундой кожа бледнела, возвращаясь в свое обычное состояние. — Будь моя воля, ты бы не ел еще неделю. Но некоторые особы считают, что твоя смерть принесет не достаточно много пользы. Я не противостою им лишь потому, что верю обещанию о должном вознаграждении за терпение. — Тон мужчины заледенел, стал груб и неприятен. Но больше не унизителен. Они с Горо говорили на равных. — Вставай! Хватит сидеть, — Солдат зарыл ладонь в мягкие волосы Горо, немного сжал и резко оттащил назад. Ушки генерала сразу встали и чуть повернулись в сторону врага. Горо крепко сжал зубы и начал медленно вставать, пытаясь овладеть ослабшими мышцами и наконец перестать трястись. — Так-то. Учти: упадешь, на руках я тебя не понесу. — Мужчина вытащил руку и стряхнул пару рыжих волосинок с видимым удовольствием. Затем достал небольшой ножик и повертел его. — Знаешь зачем он? А чтобы сделать вот так!       Горо зажмурился и резко вдохнул. Теплая густая кровь заструилась на пол, и генерал не открыл глаз, пока струйка не стала тоненькой-тоненькой, а затем и вовсе не превратилась в редкие капельки. — Идем. — Солдат не сдержал улыбку и снова провертел нож в руках. Кровь растеклась по всему лезвию, мужчина достал белый платок и быстро протер оружие. Платок убрал в карман. — Твое плечо выглядит ужасно, а шорты теперь испачкались. Какая жалость.       Горо оскалился и хотел огрызнуться, а солдат поднял брови, как бы показывая, что крайне удивлен попыткой генерала оправдаться или возразить. Разговор пришлось замять.       Солдат вновь взмахнул ножом, но на этот раз уже не чтобы поранить. Веревки мгновенно спали с рук пленника, оголяя запястья с багровыми следами от очень тугих узлов. Горо беспомощно упал на колени, но не выдержав боли, лег на живот. Руки тряслись и буквально горели, выступила кровяная роса. У Горо не было сил даже приподняться, его запястья полностью потеряли способность выполнять свои функции. — «Что это?.. Что.. Что с моими руками?.. Как больно… Встать. Срочно. Срочно встать…» — Горо резко заморгал, попробовал приподняться на локтях, но все было бесполезно. Плечо ужасно ныло, хотелось спать и сильно-сильно есть. Ладони предательски тряслись, запястья ломило, а колено попало в лужицу крови и теперь при первой возможности подвело бы хозяина, соскользив. Горо кое-как взглянул на солдата, чувствуя ужасный стыд за свою беспомощность. Нет, у Горо просто не может быть слабостей. Он не может просить о помощи, наоборот. Это Горо всем помогает, ничего не требуя взамен. Почему он сейчас в такой глупой и унизительной ситуации? — Я что тебе говорил? Ты пойдешь сам! Ты. Пойдешь. Сам.       Из-за угла коридора показался крупный высокий мужчина. Он шел медленно, будто осторожно. А на руках у него лежало хрупкое тело генерала сопротивления Ватацуми. Довольно длинный хвост Горо не поместился на руках целиком, как бы усердно солдат не пытался его «присобачить» рядом с телом обладателя. Теперь он просто болтался у ног человека, щекотя и мешая идти. Мужчина страстно желал, чтобы вся эта прогулка до назначенного места прошла как можно быстрее. Или как можно медленнее, только без лишних свидетелей?