Надо бежать

Прошла неделя с тех пор как пропала Катя. Большинство школьников стали сторонится Антона. “Неспроста пропали его обидчики, ой неспроста”, - думал каждый. Лишь Полина поддерживала с ним связь, хотя по ней было видно, что ее все же тревожат эти слухи. Антон с тоской смотрел в тетрадь. Ему оставалось решить последнюю задачу, но как назло она не поддавалась. Мысли были не там где надо. Петров думал о том, как было бы хорошо, если все это просто длинный сон. Ведь многие вещи крайне сложно объяснить. Например, очки, что украл Бабурин, снова оказались у него, или же Алиса. Странная девочка, которая каждый раз неожиданно появлялась и также исчезала. Будто она была не настоящей, лишь его фантазией. Как говорится: “вспомни солнце - вот и лучик”. За спиной послышался знакомый скрип окна. Антон улыбнулся и повернулся к гостье. - Ну здравствуй, зайчик, - присела Алиса на кровать и положила ногу на ногу. - Я так рад тебя видеть, - обрадовался парень - А я то как рада. Парень задумался: “возможно она в этот раз расскажет мне о пропавших детях?”. Каждый раз, когда они встречались, Антон задавал этот вопрос лисичке. Однако она сразу же пыталась перевести тему, угощая своего приятеля сладостями. Парень стал рассказывать про сегодняшний день в школе. Алиса внимательно слушала его, добавляла свои комментарии и возмущалась, как можно столько много учиться. Неосознанно парень замолчал, стал обдумывать как подойти с вопросом о детях, дабы узнать хоть что-то. - О чем задумался? - спросила Алиса. Не пойми как она оказалось возле него, от чего парень вздрогнул. - Да так… - протянул Петров, - Слушай, я понимаю, что уже надоел с этим вопросом, но пожалуйста, скажи… - девичья рука оказалась на его губах. Наступило неловкое молчание. Маска мешала понять, какие эмоции сейчас испытывает плутовка, что дезориентировало Антона. - Тебе правда так надо это знать? - спросила с ноткой грусти Алиса, отчего парень был в шоке. Такой тон было странно слышать от нее. Немного подумав, он одобрительно кивнул, - тогда одевайся. - Ты меня к ним отведешь? Но надо взрослым рассказать. Они помогут, - затараторил парень. - Не надо, они будут мешаться, - опять пауза. Антон испытывающим взглядом смотрел в разрезы маски, - Либо идем вдвоем, либо ничего. Антон был в смятении. С одной стороны ему очень хотелось найти детей, снять с себя подозрения, стать героем, как в комиксах. С другой же, это было опасно. Неизвестно, что может приключится. Но ведь он пойдет не один, а с Алисой. Его размышления длились около десяти минут. Он взвешивал все “за” и “против”. Конечно же перевес был больше за второе. Но, увы, детское любопытство, желание стать героем ему больше симпатизировали. Когда он полез в шкаф за вещами, Алиса сказала, что будет ждать его у забора. Открыв пошире окно, она выпрыгнула. Петров сразу же его закрыл, дабы не было сквозняка. Вот он уже в прихожей. Из тумбочки взял фонарик. Осталось надеть куртку, шапку да обувь. Последние он надел дома, а остальное лишь когда вышел на улицу. Куртка могла разбудить родителей своим шуршанием. Алиса взяла парня за руку и повела в лес. Минут пятнадцать они шли по сугробам. Тропинок не было, ведь в эту сторону мало кто ходит, если такие вообще есть. Все это время лисица говорила, про то, как весело можно провести время, когда все закончится. Антон станет героем, заведет себе друзей и тому подобное. Ему показалось странным, что она говорила об этом так, будто после спасения ребят, они больше не увидятся. Ни одного упоминания, что она будет с ним. Из-за деревьев стал проглядываться знакомый объект. Это был черный гараж. Сердце парня ушло в пятки, ведь он помнил, ту злополучную ночь, когда встретил кого-то безобразного. Антон сильнее сжал руку девочки, на что та обернулась и обняла парня. Сказать, что он удивился, это ничего не сказать. Казалось, будто сейчас произойдет что-то ужасное, непоправимое, что может разлучить его со спутницей. Они подошли к двери, сердце застучало еще сильнее, сомнения обуяли парня, его рука не спешила хвататься за ручку. Когда же он чуть надавил на дверь, то послышался противный ее скрип. Распахнув ее, он удивился. Нет, детей там не было. Были игрушки, новые красивые. Также были конфеты, много конфет! Алиса подталкивала парня зайти во внутрь, но Антон словно остолбенел. Тогда пришлось толкнуть парня, тот потерял равновесия и упал на колени, штаны немного разодрались, но сейчас его волновало не это. Дверь молниеносно захлопнулась. Оставляя парня в темноте. Он рыскал руками в поисках фонарика и нашел его. Включив его он стал осматривать помещение. Ни конфет, ни игрушек уже не было. Он быстро встал на ноги и стал стучать по двери, зовя свою спутницу. Но в ответ была лишь тишина. Он бил дверь руками, ногами, но безуспешно. Паника овладела парнем. Он обхватил себя руками и скатился спиной по стене. Слезы подступали, тихие всхлипы эхом разносились по почти пустому гаражу. Ясно думать не получалось. Лишь страх и тревога затмевали сознание парня. Прошло около получаса, парень стал замерзать. В гараже была керосиновая лампа, но к сожалению, зажечь было нечем. Шанс оказаться на той злополучной доске с пропавшими детьми был крайне высок. “Надо что-то делать”, - крутилось в голове парня, но вариантов не было. Дверь не поддавалась, звать кого-то бессмысленно. Вдруг он услышал хруст снега. На трясущихся ногах он подошел к двери и стал стучать и звать на помощь. Тишина. Антон уже начал думать, что это была галлюцинация, но послышался звук засова. Дверь отворилась и на него смотрел парень, чуть старше него. Петров упал на колени и промолвил: “помоги”. Незнакомец сел на корточке и протянул руку парню. Антон неуверенно взял ее. Вместе они шли уже минут десять. Оба молчали. Сознание медленно покидало парня. Единственное, что не давало ему упасть - рука незнакомца. С каждой минутой, он еле как шел по сугробам, и все таки это произошло. Антон от бессилия упал на спину, и последние, что он видел, как снежинки медленно падали на линзы его очков. Проснулся парень в доме на скамейке. Рядом похаживал старик. На вид лет шестьдесят, обросший, одетый в теплую грязную одежду, от которой несло перегаром. Когда старик прошел мимо лица Антона, тот неосознанно замычал, резкий запах табака был крайне неприятен. - Ты не первый ребенок, которого я встречаю, - начал говорить мужчина. Петров молчал, его сознание еще не до конца вернулось, да и горло болело. Парень дрожал, сам того не понимая, то ли от холода, то ли от страха, это заметил старик. - Что такое? Все еще холодно? Давай помогу согреться. Дед взял кружку с горячей водой и вылил на руку парня. Ошпаренная рука, сразу привела Антона в чувства. Второй рукой он быстро отодвинул рукав кофты, и стал дуть на травмированный участок кожи. Когда боль с руки немного отступила на ее смену пришла головная. Изможденное тело вновь прильнуло к скамье. Старик ухмыляясь наблюдал за реакцией парня. Антон медленно повернул голову в сторону мученика, а после и рядом стоящий стол. Старик проследил за взглядом и решил, что тот смотрит на конфеты. Взял одну и развернул. Придирчиво осмотрел и надкусил. Довольно промычав, он направился к парню. Своими дряблыми руками он затолкал конфету в рот Антону. Раньше бы Петров обрадовался конфетам, ведь достать их крайне сложно, но не сейчас. Он жаждал воды, его рот был словно пустыней, так что приторный вкус конфеты, сейчас был ему противен. Да и тот факт, что ему насильно пихают ее в рот, грязными руками, тоже не очень то и нравился. Сразу же он выплюнул конфету на пол. Слюни текли по уголку губ. Он попытался их вытереть, неосознанно потянулся ошпаренной рукой, и ударился об угол стола, что заставило лицо скривиться от боли и тихо прошипеть. Старик недовольно посмотрел на парня. “Ну вот и все Петров, тебе конец”, - пронеслось в голове парня, когда он увидел лицо деда. Однако спустя пару мгновений, его морщины чуть сгладились и он пошел к двери. Напялил грязное пальтишко, потушил лампу и вышел из дома. Антон стал аккуратно приподниматься. Когда он решил опустить ноги, то услышал металлический звон. Его нога была прикована. Цепь шла от стены. Еле как парень поплел к ней. Взяв в руки и повертев ее конец, он понял: чтобы освободится нужен был ключ. Рядом был табурет, на котором лежали свечка и коробок спичек. Дрожащими руками, он зажег ее. Быстро пробежав глазами по комнате, он заметил ведро с водой. Цепь к счастью должна была дотянуться. Антон жадно стал пить воду, чуть ли не захлебываясь. Утолив свою жажду, его разум стал более ясным. Также он нашел рядом тряпку и намочив ее, приложил на ожог. Теперь он чувствовал себя получше. Петров решил не медлить и попытать удачу. “Найду ключ и будет шанс на спасение”, - думал Антон, попутно размышляя где он может лежать. Первое, что пришло на ум был шкаф. Быстро он стал осматривать полки. Порой приходилось вставать на носочки и протягивать руку, дабы что-то нащупать. Было неудобно, ведь работать приходилось левой рукой. Сердце бешено билось, каждую минуту волнение усиливалось. Парень не знал, когда придет старик. С одной стороны он хотел побыстрее найти этот чертов ключ и сбежать. Пускай он и не знает, где находится, но находится с сумасшедшим в одном доме точно не хотелось. С другой стороны, он был уставший и голодный, тело ломало. Порой разум мутнел. Хотелось полежать и отдохнуть. Но кто знает, вдруг он решит вздремнуть и больше не проснется. И парень больше не услышит смех своей сестры, не похвастается маме своими оценками, а отец не поведет его на обещанную в сотый раз рыбалку. Антон не готов умирать. Нет. Не сегодня. Не завтра. И не послезавтра. Следующие на что он обратил внимание был рабочий стол. Но увы, он не мог дотянутся. Стол находился слишком далеко. Казалось, что цепь могла дотянутся до любого уголка дома, но видимо лишь казалось. Антон подошел как можно ближе к столу, и стал пытаться разглядеть в полумраке что-то полезное. И он не ошибся. Хоть заветного ключа и не было, но зато на нем были инструменты. “Можно будет разомкнуть цепь”, - размышлял парень бегая глазами по столу. Вдруг живот резко заболел, голод был ужасный, - “Сколько же я был в отключке, раз так оголодал?”. Парень опустился на пол и несколько минут тихо хныкал, давя рукой на живот. Со стороны двери послышались звуки. Петров решил как можно скорее вернутся на скамейку. Но перед этим вернул свечку на место и затушил. Дверь распахнулась и на пороге показался старик с корзинкой. Что было внутри неизвестно, содержимое было накрыто белым платком. Поставив корзину на стол, старик зажег лампу. Он стал с интересом осматривать парня, который лежал на скамейке с опухшими красными глазами. Пару минут он сверлил парня взглядом, а после пробежался глазами по комнате. Пробурчал что-то несуразное и пошел к печке. Накидав дров, он стал поджигать бересту, дабы разжечь пламя в печи. Когда огонь разошелся, старик поставил наверх чайник. Дома стало жарко, дед наконец таки снял верхнюю одежду и убрал на вешалку в шкаф. Антон заметил, что там же висела его куртка. Чайник вскипел. Мужчина достал две железные кружки и бросил в каждый по чайному пакетику. Следом налил кипяток. Поставив кружки на стол, он подошел к корзинке. Аккуратно снял платочек и под ним оказалась еда. Плюшки, маленькие баночки, в которых предполагаемо находятся варенья, ягоды - от вида этих вкусностей у парня начала обильно скапливаться слюна. Также Антон сделал следующий вывод: где-то точно есть поселение, не в лесу же он плюшки откопал. - Зайчик гостиницы принес, - сказал старик. Внутри все похолодело. Обычное слово “зайчик” теперь вызывало в нем злость и обиду. “А ведь это Алиса меня привела к тому гаражу”, - пронеслось в голове парня. Чуть ли не до крови прикусил он нижнюю губу. Хозяин дома переложил гостинцы в буфетницу и поставил рядом с Антоном. Сел за стол и стал пить чай прихлебывая. Парень же не решался что-то взять, боялся и не доверял. - Ты давай, ешь. Итак худющий, а коли есть не будешь, так вообще в скелета превратишься, - сказал старик, хотя больше это прозвучало как приказ. Антон неуверенно взял сахарную плюшку и немного откусил. Невероятное наслаждение, рецепторы были просто в экстазе. Плюшка была мягкая, в меру сладкая и совсем чуть-чуть теплая. Дома он редко такое ел, лишь когда у мамы было хорошее настроение. Воспоминание нахлынули новой волной. Мама с Олей стоят на кухне. Заливистый смех сестры, тяжелые вздохи матери, когда все идет не так как надо. Вместе они вымешивают тесто, а Оля умудряется его пробовать еще сырым, за что получает нагоняи он мамы. Глаза застелило пеленой, сердце сжалось до боли. Парень стал корить себя, за то, что отказывался помогать семье на кухне, смотреть вместе мультики, срывался на близких. Старик заметил как парень приуныл и решил прервать молчание. - Ты мне моего сына напоминаешь. С ним я почти не виделся. На войну меня забрали, а женушка моя, с ребенком осталась. Долго мы не виделись. Порой возвращался домой, холила лелеяла меня. Единственным называла, - все это время старик улыбался, глаза его сияли, только вот дальнейший рассказ, не вызывал у него таких же эмоций, - И знаешь, что эта потаскуха сделала?! Сказала, что я сумасшедший, что война дурным меня сделала, вот ведь не благодарная! Сына забрала, да уехала. Война закончилась, думал вернется, а ни черта, нового нашла. Сынишка лишь навещал меня. Последний раз видел когда лет шестнадцать было, и все, тоже запропастился. Антон лишь кивал, давая понять, что он слушает. Чай был допит, старик громко зевнул и почесал затылок. Встав из-за стола, он прошел к кровати и расстелил постель. Немного подбросил в печь дров и лег спать. Петров не осмелился что-то предпринимать, пока в доме находился дед. Он лег на скамейку и почти сразу же уснул. Проснувшись, Антон еще несколько минут пялился на потолок. Он надеялся, что все, что произошло всего лишь сон, но, увы, все было более чем реально. Приподнявшись на локтях он осмотрел кровать, старика на ней не было. Немного поклевав носом, он решил, вновь начать действовать. Сначала он украдкой выглянул в окно, дабы убедиться, что хозяина нигде нет поблизости. Особо двигаться не хотелось, да и тело еще не до конца окрепло. Поразмыслив, где может находится ключ, он решил заглянуть под кровать. Было много хлама. Изорванная одежда, рюкзак, опилки, поломанные вещи. Со стороны окна послышался треск, Антон вздрогнул и ударился головой. Он быстро вылез из под кровати и направился к скамье, почесывая макушку. Тишина. Парень подошел к окну и увидел как на дереве уже сидели птицы и ели калину. Заприметив Антона, они встрепенулись и улетели. Тот вздохнул и облокотился спиной к стенке. Медленно он сполз по ней. Паника овладела парнем. Он обхватил себя руками, задрожал, слезы полились нескончаемым потоком. До него пришло осознание: если старик заприметит что-то неладное, то ему несдобровать. Возможно убьет, а может быть и заставит мучиться до самой смерти. Прошел час, парень еле как успокоился. На дрожащих ногах он дошел до ведра с водой и ополоснул лицо. Вода была немного теплая, это означает, что старик ушел давно. Ведь утром, сквозь сон, он слышал, как тот приносил свежую воду. Сделав пару глубоких вдохов, Антон решил, что пора продолжать поиски. “Если я буду сидеть сложа руки, то точно обреку себя на смерть”, - пытался замотивировать себя Петров. Парень кинул взгляд на шкаф, в тот раз верхние полки он так нормально и не посмотрел. Антон взял табурет и поставил рядом со шкафом. К сожалению ничего не было, лишь толстый слой пыли. На улице уже темнело, а старик так и не приходил. Живот неумолимо урчал. А горло начинало болеть все сильнее. Но Петров все равно упорно ходил по дому и пытался найти этот чертов ключ. Наступила ночь, дед только сейчас вернулся, на этот раз с собой у него был большой мешок. Поставив его у двери, он стал снимать верхнюю одежду. Дома было прохладно. Старик сразу же пошел к печке, даже не взглянув на парня. По лицу было видно, что его мысли где-то далеко. Когда огонь разгорелся, он стал пристально оглядывать парня. Остановился на руке. И тут он шлепает себя по лбу и направляется в сторону мешка. Поставил его на скамью и стал развязывать. Там были: медикаменты, консервы, кулек конфет, пару яблок, веник. Старик устало вздохнул и направился к ведру с водой. Набрал в маленький тазик воды и положил тряпку. На удивление она была чистая. Увидеть в этом доме что-то чистое действительно странно. Дед подошел к Антону и ничего не говоря, взял руку. Тряпочкой он прошелся по ожогу. Взял стерильную повязку и стал обвязывать. Пару минут и первая помощь, хотя довольно и поздно, была оказана. Парню было неприятно, но пришлось терпеть. Как бы он ненавидел этого человека, помощь лучше принять, насколько бы сумасшедшим это не казалось. До поздней ночи они пили чай и ели хлеб с паштетом. Старик начал травить байки о своей молодости. - Играли мы в казаки-разбойники. Я был в команде разбойником! Ты бы знал, по каким мы местам бегали. Было дело: через болото побежали, все штанины мокрые были. Конечно же мы решили, что спрятались на отлично. Если и найдут, то тоже пострадают. Но эти прохиндеи обошли болото! - ударил по столу старик, отчего чай, что был в кружке, расплескался, но это не остановило его. Он также рьяно жестикулировал рукой, в которой была сигара. - Мы начали возмущаться, мол так нельзя. Надо по нашим следам бежать, а не в обход! Так и не добились мы этой вашей справедливости. Когда парень уже начал зевать, старик решил, что пора закругляться. Быстро он убрал все со стола и вышел на улицу. Парня насторожило, что дед так резко все прервал. "Неужто я сейчас сделал что-то не так", - нахмурился Петров. Немного посидев за столом, он лег на скамейку. Спать хотелось жутко, так что парень сразу же уснул. Когда хозяин вернулся, у него в руках было тоненькое одеяло. Он укрыл им парня и затушил лампу. Парень проснулся под пение птиц, за окном светило яркое зимнее солнышко. Лучи света пробивались через тоненькую ситцевую ткань, что висела на окне. Немного порыскав очки на столе, он напялил их и увидел как старик что-то мастерит на рабочем месте. Парень лежал и не двигался. Когда мастер отошел попить воды, Петров увидел на рабочем столе маленькую незамысловатую деревянную игрушку зайца. - Почему опять заяц, - тихим и хриплым голосом простонал парень, но старик его услышал. - Выглядишь так, - обернулся мастер, - внешне ты безобидный, да и по характеру. Все время сидишь в своей норке (скамье) и боишься. Старик прошел к печи, на которой уже был горшочек и в нем что-то готовилось. Он взял деревянную ложку и стал помешивать. Когда содержимое было готово, хозяин поставил горшок на стол и направился к шкафу. На одной полке лежала сложенная одежда. Старик протянул ее Антону и велел переодеться. Парень не стал перечить и быстро переоделся. Ему хотелось еще переодеть изорванные штаны, но цепь не позволила бы это сделать. Каша на вкус была пресная, а чай из шиповника был терпкий, кисловатый. Хозяин первый доел и взял с рабочего стола зайца. Протянул его парню, тот неуверенно взял и кивнул в знак благодарности. Солнце уже было в зените, Антон помыл всю посуду, что была дома. Делать все равно нечего, да и лучше пока не делать ничего опрометчивого. Старик после завтрака достал старый потрепанный дневник, из рюкзака, который был под кроватью, и листал. Порой он усмехался, качал головой. Были моменты когда он доставал карманный платочек и вытирал глаза. Когда Антон наконец таки оттер чугунную сковороду, он устало плюхнулся на скамью. Старик посмотрел на него пару секунд и убрал дневник себе в карман. Он лег на кровать и прикрыл глаза. Антон не знал, что делать: то игрушку в руках повертит, то вновь начнет осматривать в который раз комнату. Он не желал вспоминать о дорогих ему людях, слишком больно. Сразу как в его голове появляется один из этих дорогих ему образов, слезы сами собой текут по щекам, к горлу подступает склизкий ком, а сердце разбивается на тысячи осколков. Вечер, хозяин вновь покинул дом. Антон проводил старика глазами, и сразу как его образ скрылся среди деревьев, подбежал к кровати. Достал рюкзак и стал искать ключ. Это единственное место, где он не искал. Пустой военный сухпаек, разобранное оружие, сигнальный пистолет и к нему пара сигнальных патронов. Последнее было важно, так что он взял пистолет, к нему патроны, и положил все под шкаф. Появилась надежда, что его найдут, только вот теперь другой вопрос мучал Антона: “смогу ли я сбежать?” - ключ он так и не нашел. Также был вопрос: “где он находится?”. Парень точно знал, что рядом есть населенный пункт. Ведь старик откуда-то берет продукты, и раз он ходит пешком, то это не далеко. Антон открыл шкаф, в который обычно вешает свою верхнюю одежду старик, там лежала его родная куртка. Он решил пошарить по карманам в надежде найти что-нибудь полезное. Ничего. Петров стал пытаться разъединить цепь подручными материалами: ножницы, деревянный брусочек, ложка и многое другое. К сожалению цепь не подавалась, только лишь вещи подвергались деформации. На рабочем столе лежали инструменты, которые могли помочь ему. Но вот беда, дотянутся до них он не мог. Тогда парень решил взять длинную вонючую тряпку, которая оказалась растянутой майкой. Он стал размахивать ею и скидывать предметы на пол. Первым инструментом оказался напильник. Очень старый, потертый, казалось что ее ручка вот-вот отвалиться. Попытка оказалось безуспешной. Второй инструмент был более удачный - лом. Он с такой силой упал на пол, что проделал небольшое отверстие. Инструмент был крепкий и явно поможет разобраться с цепью, никакой проверки и не надо проводить. Антон спрятал лом также под шкаф. Дырку он замаскировал ковром, а напильник закинул на стол. Старик вернулся на удивление рано, вечер только наступал. Также было странным, что он пришел с пустыми руками. Сердце ушло в пятки, когда хозяин подошел к шкафу, дабы повесить куртку. Антон молился, чтобы старик ничего не заподозрил. Парень сидел и все время ерзал, естественно это привлекло внимание деда. Он подошел к печке и поставив чайник, закинул туда горсть рябины. - Чего дрожишь? - положил руку на лоб парню старик, - трясучкой заболел? - Н-нет, - ответил парень, дед тяжело вздохнул. Взял его за руку и чуть ли не приказал лечь на кровать. Она не была мягкой, но если сравнивать со скамьей, то и это блаженство. Старик укутал Антона шерстяным одеялом. На вид оно было безобразное, но свою функцию выполняло хорошо. Когда чайник закипел, хозяин взял железную кружку, налил туда отвар и закинул какую-то шипучую таблетку. Поставил рядом с кроватью табурет и на него напиток с каралькой. Приказным тоном он сказал выпить отвар, а хлебобулочное изделие как получится. Если так подумать, Антон и правда все это время болел, только вот это было горло. Но так как он каждый день пил горячий чай, боль почти не чувствовалась, лишь изредка, когда глотал большие куски пищи. Хозяин уселся на скамью и стал протирать лицо платком. Петров неуверенно посмотрел на отвар и стал принюхиваться. Пахло рябиной. Он немного отхлебнул и приятное тепло разлилось в горле, а после и ниже. На вкус было неплохо, что казалось странным, ведь в его понимание таблетки всегда горькие. Допив отвар, старик забрал кружку и сразу же ополоснул. Вытирая руки об полотенце он приказал парню спать. Антону не хотелось спать, ведь вечер только-только настал. Закрыв глаза, он стал продумывать завтрашний день. Завтра он наконец-то будет свободен. Проснулся Антон рано, старик спал на скамейке. На ней была расстелена куртка, а укрывался он тонким одеялом. Парень потянулся и случайно промычал, отчего старик сразу же открыл глаза. "Видимо чутко спит", - сделал вывод Антон и был рад, что не попытался сбежать ночью. Хозяин сварил бульон, поставил на стол и ушел. Парень засуетился, сердце словно отбойный молоточек стало быстро биться, адреналин тек по венам. Перед тем, как начать действовать он еще раз решил убедиться. Осторожно подошел к окну и проверил, старика уже не было видно. Быстро он направился к шкафу. Достал лом и стал со всей силы расцеплять цепь. Успех. Небольшая часть конечно болталась, но это не такая уж и большая проблема. Надел куртку. Пистолет зарядил и положил в карман. Осторожно открыл дверь и вновь проверил обстановку - чисто. Быстрым бегом он побежал в сторону леса. Куда обычно ходил старик. Парень предполагал, что деревня будет в той стороне. Долго бежать не получилось. Слишком много снега, да и физическая подготовка была слабой. Когда дом пропал из виду, Антон позволил себе остановиться. Спиной он оперся о дерево. Легкие горели. Дальше он пошел быстрым шагом. Было тихо, подозрительно тихо. Валенки уже забилась снегом, носки промокли. - Куда зайчик пошел? - это была Алиса. Она была не одна. Дети с масками совы, медведя и волка были недалеко от нее, - пойдем, дедушка расстроится если ты уйдешь. Она взяла его за руку и стала тянуть обратно. Звери приближались. Парень стал трепыхаться, мямлить что-то невнятное. Было страшно и в тоже время раздражение разрасталось внутри Антона."Ты не настоящая!" - крикнул парень, о чем сразу же пожалел. Звери зарычали, начали подходить еще ближе. Антон уже был готов ощутить как его начнут тянуть, разрывать в клочья, но ничего. Они не могли коснутся парня, как бы не пытались. Их руки проходили сквозь. Сзади послышался хруст снега, краем глаза Петров заметил как к нему бежит старик. На удивление, он шел откуда то левее, чем бежал Антон. Дед стал бранить парня, говорил остановиться. "Сейчас мы вернемся домой и конфет поедим", - неожиданно стал ластиться хозяин. Антон достал пистолет и выстрелил вверх. Ярко красная вспышка явно должна была привлечь внимание. Пока старик смотрел на небо, парень быстро ринулся в ту сторону, откуда тот шел. Словно заяц он мчался не разбирая дороги, в надежде увидеть знакомые домики. Однако он оказался на небольшом кладбище. Ноги дрожали, столько бегать ему в жизни не приходилось. Он оперся на забор и стал глубоко вдыхать прохладный воздух. Когда мысли немного собрались в кучку, он стал осматривать могилы. Парень ужаснулся, на них были дети. Хоть фотографии и не было, это можно было понять по датам жизни и смерти. Вокруг вновь появились звери, они молчали. Антон стал более детально осматривать могилы, они были ухожены, лежали конфеты и игрушки, также он подметил, что игрушки были деревянные, такие же маленькие аккуратные, как ту, что сделал ему старик, только звери были другие. Подойдя поближе, он разглядел награду "За оборону города N". Петров сразу же понял, что это были дети погибшие на войне. Неожиданно появился старик и схватил парня за больную руку. Он был весь красный, потный, орал так сильно, что слюни летели прямо в лицо. И тут в голове парня, что-то щелкнуло. Он вспомнил ту ночь, когда парни провожали его до дома после стычки с Бабуриным. Как убежал в лес. Разговор с Алисой. И то страшное существо. Теперь вместо него было не безобразное животное, а этот самый старик. Он трес парня за больную руку, парень кричал, истерил. Дед слишком сильно держал Антона за руку, боль была ужасающая. Также он давил на нее со всей силы, казалось, что он сейчас сломает руку. Звери за этим всем просто наблюдали. Они, как и Антон, понимали, что их нет. Они не смогут помочь, ведь они не материальны. Их тела захоронены на этих могилах уже очень давно. Со стороны леса послышался лай собак. Старик откинул парня в сугроб и стал суматошно прибираться на могиле. Очки Антона запропастились в снегу. Сразу же он стал рыскать их и нашел. Курткой он протер линзы и надел. Парень смотрел как милиционеры задерживают старика. Во всей этой борьбе из кармана деда выпал дневник. Кажется только Антон это заметил. К нему подошел знакомый милиционер Тихонов. Он протянул парню руку и аккуратно поднял на ноги. Прошло два дня. Антон лежал дома с температурой. Все эти дни мама была на нервах. Он помнил, как вернулся домой, а на пороге были родители. Мама сразу же прильнула к сыну, крепко обнимала, целовала. Слезы не останавливаясь текли. Сначала Антону показалось, что отец никак не отреагировал на его появление, но он заметил, как руки его были сжаты в кулак и дрожали. Слезы же он старался сдерживать, но пара предательских слезинок все же пробежала по его щеке. Со стороны лестницы послышался топот. Это была Оля. Заприметив брата, она кинулась на него. Крепко-крепко обняла за шею, чуть не придушив. Она пыталась что-то сказать, но из-за наплыва эмоций, не могла связно говорить. В школе объявление о пропаже Антона убрали. Так все узнали, что парень нашелся. Полина сразу приняла решение навестить потеряшку после школы. С ней увязались Бяша и Рома. Хоть и не долго их общение длилось, но все же в какой-то мере, они считали, что навестить надо. Карина неохотно впустила одноклассников Антона. Сразу как дверь в комнату парня открылась, Полина подбежала к нему и обняла со всей силы. - Я тоже рад вас видеть, - улыбнулся Петров, - только вот я болею, так что сильно близко лучше уж не стойте. Бяша сразу же начал расспрашивать парня о том, где тот пропадал. Антон лишь кратко описал, что произошло, вдаваться в подробности не хотелось. - Ну ты даешь, на, - удивился Бяша, - а что с дедом то ? - Не знаю - Это уже не важно. Главное, что ты жив, - Полина достала из рюкзака яблоко и положила на стол, - поправляйся. Все это время Рома молчал, отчего Антону было не по себе. Пятифанов заметил на себе долгий испытывающий взгляд парня. - А что с остальными пропавшими, видал их? - спросил Рома. Петров отрицательно покачал головой, - блять. Антон вопросительно посмотрел на Бяшу и тот рассказал, что на днях пропал Костя. Старшеклассник, его кореш, который обычно покупает сигареты. Было видно, что Рома хотел задать еще один вопрос, но в комнату вошла мама и сказала, что им пора домой. Когда температура спала, Антон стал просить отпустить его в школу. Слишком уж скучно дома, да и долгов по учебе не хотелось много набирать. Но Карина отказывалась, она все еще боялась за своего сына. В качестве аргумента она говорила, что температура может вновь подняться, лучше еще таблетки пропить и дома полежать. Ночь. Антон весь день спал, поэтому ночью он чувствовал себя бодро. Под свет лампы он пытался рисовать пейзажи, но ничего не получалось. “Все не то!” - тихо ругался Петров. Неожиданно окно открылось и послышался до боли знакомый скрип, но Алисы не было. Парень вспомнил про то кладбище, где последний раз ее видел. Также он вспомнил про дневник, вроде как его никто не забирал. По-крайне мере Антон этого не видел. Парню захотелось вернуться на то место. Сейчас ему ничто не могло угрожать. Тихо он ушел из дома и направился на кладбище. Все также как и в тот день, ничего не было тронуто. Немного походив между могилами, он все таки заприметил этот дневник. Он был влажный, большинство строк были расплывчаты, но были и те, что можно было прочесть. Петров сел на скамейку, возле которой лежали окурки от сигарет, и стал листать. “ 19XX год. Под мое командование был выделен отряд из детей-сирот. Глупо отправлять детей на войну, но видимо судьба такая.” “17 февраля. Сегодня мы потеряли большую часть провианта, придется экономить.” “2 марта. Охота на животных становилась все труднее. Пришло сообщение, что с базы были отправлены припасы вместе с подмогой. Будем ждать” Дальнейший почерк крайне отличался от предыдущего, будто бы писал другой человек. Буквы шли волнами, но не от намокшей бумаги, так было написано изначально. “9 марта. Я не хотел этого делать, но они голодали. Пришлось соврать, что я ходил на разведку и нашел скот. Никто из них не должен знать, что это людское мясо. НИКТО.” “13 марта. Почему все говорят, что я сумасшедший?! Какое к черту посттравматическое стрессовое расстройство?! ничего такого! Я в полном порядке и готов продолжать командовать!” “28 марта. Оборона уже не может выдержать натиск. Сидим в засаде. Мы все еще надеемся, что подмога подоспеет. Если же нет, отправлю детей по тайному пути, а сам останусь защищать. Они не виноваты в том, что идет война.” На этом записей не было. В конце дневника была фотография парня. Антон сразу же узнал это лицо. Тот парень, что открыл ему дверь в гараже и повел в сторону дома старика. Нет сомнений это он. Сзади был подписан год, в котором была сделана фотография и подпись “Единственному отцу”. Пазл складывался почти до конца, вопрос оставался лишь в том, где пропавшие дети? Медленно Антон поднял голову и увидел как по бокам сидят дети. В их руках были маски зверей, что они носили. - Жаль конечно, что ты с дедушкой не подружился, - сказала девчонка с маской лисы. - А что все таки с потерявшимися детьми? - девочка подошла к кусту и отодвинула ветки. За ним были вещи. Одежда, игрушки, сладости. В глаза Антону бросилась пачка не распакованных сигарет с надписью “Север”. “Видимо это Кости”, - предположил парень. - Дедушка переживал, что мы голодные, вот и “кормил” нас. - Мы просили его больше так не делать, но он нас не слышал, - грустно вздохнула девочка с маской совы. Вернулся Антон чуть ли не под утро. Весь день он был помятый, угрюмый. Мама это заметила и все таки решила, что он засиделся дома. В школе все бросали на него встревоженные взгляды. Начать разговор, с ним никто так и не решался. День прошел нейтрально. Но он был рад, ведь наконец-то его мысли были заняты учебой, которая помогала отвлечься. Обратно его все же повели Рома с Бяшей, они травили шутки, рассказывали, что было пока его не было. Недалеко стоял милицейский бобик. Антон решил спрятаться за ним и подслушать, про что говорят милиционеры. Парни последовали за ним. - Жалко конечно деда - А что жаль-то? Он детей убивал - Не. это я понимаю, только вот вина то не совсем его. Его ж на войне с контузило, даже награда “за смелость” есть. - На войне герой, а в жизни пес дрянной. Даже и к лучшему, что он выстрелил в себя. Мучиться не будет дальше. - Ага, только вот объяснительную придется писать нам, а это уже совсем не шутки Дальнейший разговор пролетал мимо ушей Антона. Смешанные чувства он испытывал к этой новости. Вернувшись домой его сразу же встретила мама. Она начала задавать уйму вопросов. Все они вымораживали Антона, но он пытался отвечать спокойно, все таки она за него очень сильно переживает. Когда парень зашел в комнату, то сразу же его обдало холодным воздухом. Окно было открыто. “Странно, что в коридоре не несет холодом”, - подумал Антон. Подойдя к нему он увидел лисьи следы. Парень нахмурил брови и протер очки. Следов будто бы и не было. Закрыв окно, он посмотрел в сторону леса. Ничего, что могло бы привлечь внимание. Когда Петров обернулся то увидел на столе корзинку со сладостями. Также там была игрушка зайчика, та самая, что подарил ему тогда старик. Дополнительно рядом лежала записка. “Спасибо, Антон, теперь дедушка с нами и мы можем больше не переживать за него!” Слезы предательски покатились по щеке. Антон не понимал, что чувствует. Злость за пережитое, или же жалость к покойным, а может быть что-то другое? Описать было сложно. Со стороны двери послышался стук и голос сестры. Антон сразу же протер свои лицо и глубоко вздохнув, дал разрешение войти. Оля сразу же заприметила корзинку сладостей. Парень удивился, он думал, что будет как и со следами, что корзинка просто исчезнет, но нет, она все также стояла. - А откуда это у тебя, Тоша? - поинтересовалась Оля, уже тянувшая свои ручонки к корзине. - Да так, друзья подарили.