"Потерянный рай" (с)

"Бояться не надо, Душа моя будет рядом. Твои сновиденья До рассвета охранять." (с)

Я возвращался домой поздним вечером. Шел невероятно сильный ливень, и по тротуару текли не ручьи даже, а целые реки, и воздух казался холоднее, чем есть на самом деле. Видимость ограничивалась всего парой метров, а дальше все терялось за сплошной стеной дождя. Я шел через парк, в одной руке зонт, в другой пакеты из магазина. Впереди замаячила скамейка с маленькой сгорбленной фигуркой на ней. Я без интереса скользнул по фигуре взглядом, проходя мимо, и тут же остановился. На скамейке сидела она, опустив руки на колени. Но, Господи, что она тут делает?! Одна, в такую погоду! - Оданго! Главное, чтобы она не заметила, как дрожит голос. Она резко вскинула голову и уставилась на меня. Я так и застыл. Она выглядела, как и всегда: школьная форма, сейчас промокшая насквозь, эти нелепые хвосты, но казалась больной - она похудела, лицо осунулось, а под глазами залегли глубокие тени, будто Оданго неделю не спала. Она молчала, и мне захотелось как-то ее расшевелить. - Эй, пирожок с мясом, ты что, язык проглотила? Усаги дернулась и резко ответила. - Не смей так меня называть! Неотесанный чурбан! - Не сердись, Оданго. Что ты делаешь здесь одна под дождем? Так и заболеть недолго. Наконец я сообразил подойти почти вплотную к ней, чтобы она тоже оказалась под зонтом. Она вскочила со скамейки и теперь стояла возле, сжав кулачки, и как будто казалась выше ростом. - Я же сказала, не смей меня так назвать! У меня есть имя – Усаги Цукино! У тебя такие маленькие мозги, что ты не в состоянии запомнить?! Бака! Усаги…Конечно я помню. Не понимаю, почему мне так нравится дразнить девчонку. Она такая…открытая, чистая, светлая. Вокруг нее всегда полно друзей. Полная моя противоположность. Ее шумная реакция, всегда заставляла меня улыбаться. Быть частью ее мира. Только сейчас я заметил, что девушка дрожит, обхватив себя руками за плечи. Я мысленно обругал себя идиотом. На улице холод, а она в мокрой школьной форме. - Оданго.. - Меня зовут Усаги! - Хорошо, хорошо. Прости. Ты вся замерзла. Идем, я отведу тебя домой. Мне показалось, что она вся съежилась, стоило мне это сказать. Испуганно на меня посмотрев, она поспешно выкрикнула. - Нет! - И уже чуть спокойнее, - Я здесь останусь. Еще немного посижу. Я нахмурился. - В такой дождь? Оданго, это опасно. Здесь темно и никого нет. Ты сможешь попасть в неприятную историю. Уже поздно и тебе давно пора быть в постели. Я слишком волновался и опять перестал следить за языком. Сейчас Усаги на меня набросится. Но она молчала. Странно, у нее всегда был наготове ответ. Я удивленно вгляделся ей в лицо и мысленно выругался. Сейчас ее прекрасные голубые глаза были полны слез. - Усаги…- начал я беспомощно. – Что случилось? Усаги, ты что, плачешь? Она поспешно утерла глаза рукавом и бросила отвернувшись. - Ничего я не плачу! Тебе, вообще, какое дело? Кажется, мои слова ее и правда задели. Если бы знал, что ей действительно обидно, никогда бы не стал ее дразнить. Я поставил пакеты на землю и прикоснулся к ее плечу, привлекая внимание. - Усаги, не плачь. Пойдем, я тебя провожу. Она отрицательно покачала головой, упрямо сжав губы. Я вздохнул и протянул ей руку, слегка согнув спину в насмешливом поклоне. - Позвольте тогда пригласить Вас в гости, мисс Цукино. Усаги чуть наклонила голову на бок, задумчиво глядя на меня. Из-за залегших под ними теней, ее глаза казались еще более выразительными и глубокими, и у меня моментально вылетели из головы все мысли. Так, возьми себя в руки. Я не знаю, что Усаги увидела в моем лице, но она медленно кивнула, отвечая на мое предложение согласием. - Хорошо, пойдем. Я аккуратно, опасаясь ее реакции, обнял ее рукой за плечи, закрывая ее зонтом от холодных дождевых капель. К моему удивлению, она не отскочила от меня с воплями, а, наоборот, чуть прижалась ко мне. Моя рубашка тут же пропиталась водой, но мне было все равно. Под этой промокшей одеждой Усаги была такая теплая. Я сжал зубы. Надо держать себя в руках. Всю дорогу до моей квартиры мы молчали. Я не стал ее ни о чем спрашивать, а она не стала ничего рассказывать. Дома я немедленно отправил ее в душ, выдав чистую футболку и полотенце, а сам пошел переодеваться в сухое. Пока Оданго была в душе, я успел приготовить чай и накрыть в гостиной. Я читал, когда дверь ванной, наконец, распахнулась, и в комнату в облаке пара вышла Усаги. Моя футболка доходила ей до середины бедра, открывая длинные стройные ноги. Мокрые волосы она распустила, и они мягким покрывалом окутывали ее плечи и струились вниз, до самых колен. Усаги казалась такой тонкой и хрупкой, и я буквально прижимал себя к диванным подушкам, чтобы не вскочить и не заключить ее в объятья. Когда она смущенно отвела взгляд, я сообразил, что уже минуту молча на нее пялюсь. Болван! - Кхм..Прости. Садись скорее, пей горячий чай. Она послушно опустилась на диван рядом со мной, застенчиво попытавшись натянуть футболку на колени. Обхватила ладонями чашку и подула, стараясь чуть остудить. Я подождал, пока чашка опустеет наполовину и, прокашлявшись, начал разговор. - Усаги..Ты, не могла бы мне объяснить, почему ты отказалась идти домой? Она поднесла чашку ко рту, но, услышав мой вопрос, медленно опустила ее обратно на блюдце. Не поднимая на меня глаз, она тихо ответила. - Я не хотела бы об этом говорить. Я кивнул, показывая ей, что настаивать не буду. - Может, ты голодна? Усаги отрицательно покачала головой. Я снова замолчал. Совершенно не представляю, о чем с ней говорить. В молчании прошло еще минут 20, но потом я не выдержал. - Усаги…Скажи мне. Чего ты боишься? Я мягко сжал ее ладонь. Она вздрогнула. Я увидел, как глаза ее наполняются слезами, и через секунду соленые капли потекли по ее лицу. Я привлек девушку к себе, обхватив ее одной рукой за талию, а другой стер соленые дорожки с ее щек. - Усаги…Прости, я дурак! Ну, не плачь. Я не понимаю в чем дело. Она всхлипнула. Глубоко вздохнула, уткнувшись носом мне в плечо, и заговорила. Голос ее звучал глухо, но я слышал каждое слово. - Я не могу спать. Мне каждую ночь снится один и тот же кошмар. Начинается все очень хорошо. Дворец, бал. Много красивых людей. Все танцуют, смеются. Я стою на балконе, любуюсь, как это ни странно, Землей в небе. Она прекрасна. Со мной молодой человек. И я чувствую, что люблю его так, что умру, если с ним что-то случиться. А потом…Картина резко меняется. Веселый смех превращается в крики. Всюду огонь, паника. В зале раздаются взрывы, звон оружия. Мой любимый кидается внутрь, я бегу за ним. Мое платье загорается, но больше меня волнует то, что ОН дерется с несколькими противниками сразу. И как бы ОН не был хорош, его всегда побеждают. Я вижу как ОН, залитый кровью, падает на пол, и чувствую, что мое сердце готово разорваться от боли. В горле стоит ком, я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Словно в бреду, я беру валяющийся на полу меч и вонзаю себе в живот. Я всегда просыпаюсь посреди ночи, вся в холодном поту, со слезами на глазах. И чувствую лезвие меча, пронзившего меня насквозь. Это ощущение настолько реально, что я каждый раз ожидаю увидеть кровь. С каждым ее словом, мне становилась все хуже. Усаги заливала слезами мою рубашку, а я продолжал молчать. Я не знал, что ей сказать. В моем мозгу не было ни одной мысли, так что я просто обнимал ее, успокаивающе поглаживая по спине. Наконец она перестала плакать. Стараясь не напугать ее снова, я мягко предложил. - Усаги. Тебе надо поспать. Я обнял ее чуть крепче, когда она замотала головой из стороны в сторону. - Не волнуйся, я буду с тобой. Я буду охранять твой сон. Чуть помедлив, Усаги согласно кивнула. Я проводил ее в спальню и уложил в кровать. Достав из шкафа плед, я уж собрался было устроиться на кресле, но испуганный голос Усаги заставил меня остановиться. - Мамору…Не уходи. Она назвала меня по имени! Первый раз! Не возражая, я прилег рядом с ней, на самый краешек кровати. Усаги вздохнула, успокаиваясь, и закрыла глаза. Через пару минут она уже спала, а я не мог сомкнуть глаз. Мне приходилось сдерживать свое желание обнять ее и прижать к себе, но любоваться я мог бесконечно. Темноту в комнате разгонял только лунный свет. Из-за него кожа Усаги казалась очень бледной, почти прозрачной, а тени под глазами совсем глубокими. Выражение ее лица было таким умиротворенным, что я не удержался и, протянув руку, провел линию от виска, по скуле и до подбородка, убирая упавший на лицо локон. Волосы были мягкими, шелковистыми и в лунном свете приобрели серебристый оттенок, отчего Усаги стала похожа на неземную принцессу. Я не знаю, сколько прошло времени. В какую-то секунду вся умиротворенность исчезла с лица Усаги, уступив место страху и отчаянию. Из ее приоткрытых губ вырвался стон, и она так сжала кулаки, что костяшки пальцев побелели. Когда по ее щекам потекли слезы, я перестал себя останавливать и обнял ее. - Тише, Усако..Тише. Все хорошо. Я тут. Не знаю, что на нее подействовало, объятие или мой голос, но судорожно вздохнув, Усаги расслабилась, прижавшись ко мне сильно-сильно. Я выругался про себя. Я все-таки мужчина, а тут в моей кровати самая желанная девушка на свете. Вздохнув поглубже, я ощутил запах моего шампуня, исходивший от ее волос. Поняв, что если останусь тут, то уснуть не смогу, я аккуратно устроил девушку на подушке, а сам ушел в другую комнату. Посплю-ка я сегодня на диване. Когда я проснулся, солнце уже встало, но было еще достаточно рано. Усаги спала, свернувшись калачиком, и улыбалась во сне. Я усмехнулся и направился на кухню. Оданго любит поесть, надо приготовить завтрак. Я как раз выключил кофеварку, когда из спальни донесся крик. - Мамору! Я оказался там ровно через секунду. Усаги сидела, прижимаясь спиной к стене и натянув одеяло до подбородка. Взгляд ее испуганно метался из угла в угол. Увидев меня, она заметно расслабилась. - Мамору.. Едва не упав, она вылетела из кровати и тут же оказалась у меня в объятьях, обхватив меня руками за пояс. Прижимается ко мне так доверчиво. - Я..я проснулась, а тебя нет. - Прости, Усако. Она подняла на меня удивленный взгляд, и я снова утонул в ее глазах. Я медленно наклонился к ее лицу и мягко коснулся ее губ своими. Сначала аккуратно, давая ей возможность прервать поцелуй. Спустя секунду, я почувствовал, как ее губы приоткрылись, впуская меня дальше, и поцелуй из нежного перешел в жаркий. Резкий телефонный звонок заставил нас отскочить друг от друга. Усаги прижала ладони к пунцовеющим щекам. Черт! Вот какому идиоту понадобилось мне звонить именно сейчас?! Или идиотке..Подняв трубку, я услышал поток истеричных высказываний, произносимых голосом Рей. - Рей. Рей, успокойся. Рей, дай мне сказать. Рей, прекрати тараторить. Усаги не пропала. Она со мной. На том конце удивленно замолкли. Видимо мисс Хино была слишком удивлена, чтобы возмущаться, хотя некоторый сарказм в ее голосе присутствовал. - Спасибо, что предупредили, Мамору. Скажи ей, чтобы она позвонила родителям. Повесив трубку, я повернулся к Усаги и вгляделся в ее лицо. Сейчас ее щеки уже не покрывал румянец, да и сама Усаги выглядела чуточку по-другому. Она уже успела переодеться в высохшую за ночь школьную форму. Только волосы оставались распущенными, и я с трудом подавил желание пропустить прядь сквозь пальцы. Заметив мой взгляд, она радостно улыбнулась и подошла ко мне. - Меня потеряли, да? Ничего, я попозже позвоню всем. А Рей меня прикроет. Она хорошая. Я кивнул, не решаясь сказать что-либо. Я не знал, как Усаги отнесется к поцелую. Может, она захочет сделать вид, что ничего не произошло? Естественно Усаги уловила перемену в моем настроении. Попытавшись заглянуть мне в глаза, она взволнованно спросила. - Что-то не так, Мамору? Слова не шли у меня с языка, но я все-таки смог выдавить из себя ответ. - Я опасаюсь, что ты сейчас уйдешь, будто ничего и не было. Она тихо рассмеялась. Отлично, теперь я кажусь ей смешным. Ее ответ заставил меня замереть. - Глупый. Я ведь люблю тебя. Я изумленно посмотрел на Усаги, а она, улыбаясь, доверчиво прижалась к моему боку. На сердце потеплело. - Я тоже люблю тебя, Усако.