Убогая

— Как называется, когда доктор поговорит с больным и ему становится легче? — Врачебный такт. — Да. Так вот. Ты его лишен. Остаться в живых

      После вопроса Кацуки Кей перестала танцевать. Она остановилась, отведя взгляд куда-то в сторону, вдаль. Её воздушное настроение лопнуло как пузырь, оставляя после себя только некое разочарование и неприязнь.       — Почему ты вдруг заинтересовался этим вопросом? — спросила девушка у парня. Он с готовностью отвечал:       — В школе ты Накахара, а здесь тебя представляют как Эмию. И Тодороки тебя по-разному кличет. Эмия — это ведь фамилия твоей сестры, верно?       — Я так понимаю, ты узнал про детдом? — немного злостно произнесла Накахара, не ответив на вопрос блондина. Бакуго в который раз поразился её уму и прозорливости.       — Есть такое дело.       — Эбигейл или Тодороки?       — Это имеет значение? — вопросом на вопрос парировал парень. — Для тебя эта тема — какое-то табу?       — Я просто не люблю об этом говорить, — Кей дала понять, что не хочет обсуждать это. Кацуки принял её желание.       Она снова принялась танцевать, но с меньшим энтузиазмом. Казалось, теперь ей ничего не поднимет настроения этим вечером. Кацуки почувствовал укол совести, но пересилить себя и извиниться не смог.       Совсем скоро музыка закончилась. Бакуго предложил сходить выпить сока, и девушка согласилась. По пути Кей решила задать свой вопрос, будто бы решив отомстить за бестактность парня.       — Кому принадлежит кольцо, которое висит у тебя на шее?       Кацуки не отреагировал так бурно, как девушка на упоминание детдома, но всё равно выглядел как-то не очень довольно. Теперь уж Накахара поинтересовалась, табу ли эта тема для него.       — Я расскажу, если ты расскажешь мне о том, как ты оказалась под опекой собственной сестры.       — Считаешь, эти события равнозначны? — обиженно спросила Кей.       — Пока судить не могу, но потом пойму. Если, конечно, ты поделишься со мной фактами из своего прошлого, — говоря это, парень протянул девушку стакан апельсинового сока. Она тут же отказалась.       — Аллергия на цитрусовые, — пояснила Кей. Кацуки тут же подал другой сок — яблочный. — Она была дорога тебе? Ты её любил, да?       — Я ни слова не скажу, — Бакуго даже усмехнулся. — Информация за информацию, и никакой другой платы ни приму. Даже твои красивые глазки не помогут.       Накахара надула губу, но обижаться долго не могла. Кацуки во второй раз назвал её красивой, и это только за один вечер. Нонсенс!       Усмехнувшись, она вдруг произнесла, сама поражаясь своей смелости.       — А за поцелуй?       Теперь уж лицо Кацуки вытянулось от недоумения. Но он быстро вернул себе нагловатое выражение, криво усмехаясь — так, как может только он.       — Ну, попробуй.       Кей закатила глаза. Она надеялась, что Бакуго не такой глупый и свернёт всё это в шутку. Впрочем, отступать был не в её правилах. Девушка подошла к специально наклонившемуся к ней парню и поцеловала его. Только в щёку — нежно и воздушно, вызывая шевеление омертвелых бабочек в животе у Кацуки.       — Не, ну это не считается, — почти не скрывая искренней досады, произнёс парень. — Ненастоящий поцелуй, как фальшивые деньги. За это надо наказывать по закону.       — И как это?       — Ну, либо в тюрьму, либо заплати по чесноку.       Кей хихикнула.       — Ну, вообще-то поцелуй был самый что ни на есть всамделишный. Мы не обговаривали место состыковки моих губ с твоим телом, так что я выбрала сама.       — Ну, тогда мне просто мало, — пожал плечом парень и выпрямился. Кей фыркнула и, звонко смеясь, ушла к подругам, не прощаясь.       Но по пути на неё налетела сестра.       — Мы уходим, — чётко и быстро произнесла она, всё время напряжённо оглядываясь. Айзавы с ней уже не было, поэтому Кей даже сперва подумала, что Лея поссорилась с мужчиной, поэтому и бежит с вечера.       — Что? Но почему?       — Пожалуйста, без лишних вопросов.        Лея взяла сестру за руку и повела к выходу.       — Но я даже не попрощалась с друзьями.       — Кинешь им смс.       В дверях они наткнулись на Айзаву. Он удивлённо смотрел на спешащую тайсу и её подопечную — мужчина даже не предполагал, что женщина так быстро захочет покинуть танцы.       — Что случилось, Эмия-сан?       — Мы уходим.       — Почему?       — Мне вот тоже интересно, — недовольно произнесла Кей, до этого на жестах стараясь объяснить изумлённым её побегом друзьям, что ей пора идти.       — Нам очень надо уйти, — напряжённо говорила Эмия, смотря в сторону какой-то женщины. Та пока её не замечала, но искала в толпе. Лея поняла, что пахнет уже подгоревшим, и заспешила ещё больше. — Спасибо за приятный вечер и простите, что Ваше желание я исполнила не до конца.       — Что ещё за желание? — тут же встрепенулась Кей, но её уже тянули дальше, к выходу их самого здания.       — Дома объясню, — только и сказала Лея.

***

      — Почему вы были вместе этим вечером? — спросила Кей у тайсы, когда обе они переодевшиеся и принявшие душ сели на кухне за ночной чай.       Лея задумчиво отхлебнула едва ли не половину ароматной жидкости из своей чашки, после чего прищурилась, бросив в сестру укоризненный взгляд.       «В чём ты меня подозреваешь?» — так и кричали вопрос её глаза.       — Он мне помог избавиться от одного навязчивого генерала, а взамен попросил составить ему компанию на время «огней».       — Вот как? — хмыкнула Кей. — И ты любезно согласилась.       — Я должна была ему услугу, — возразила Лея.       — И только?       — К чему ты ведёшь?       — А то ты не понимаешь, — хихикнула девушка.       Тайса закатила глаза и встала из-за стола. В её чашке закончился чай. Она взяла искусный хрустальный заварник, доставшийся ей от покойной матери и принялась наливать золотую жидкость в свою тару.       В мыслях Эмии промелькнула сперва печаль от воспоминаний о родительнице, а после, когда она вспомнила, о чём вела разговор с сестрой, в сознании её всплыл образ мужчины.       Сдержанный и в то же время прямолинейный, не терпит несправедливости и не оставляет никого в беде, даже в самой невзрачной и неоднозначной навроде той, когда к тайсе приставал генерал. Он знал, что Лея может за себя постоять, но вступился, так как хотел помочь — мужчина понимал, как именно блондинка могла отказать старшему по званию и какие проблемы это ей сулит. И, судя по всему, Айзава — прекрасный преподаватель, отдающий себя своим ученикам на все сто, хоть и создаёт впечатление апатичного человека.       Ну и привлекательность его тоже не минус. Помимо героико-спортивной фигуры, Шота обладал красивым лицом, хоть и извечно усталым и бледным. Если заняться здоровьем Айзавы, что для Эмии не в тягость, мужчину можно превратить в настоящую модель. Тогда, правда, придётся следить, чтобы его никто не увёл, но что-что, а это у Леи точно получится.       Женщина хмыкнула своим мыслям. О чём она думает?       — Он хороший человек, — наконец, произнесла она. — Знаешь. Такой… ну, нормальный, что ли? Среди всей этой среды солдафонов и террористов я забыла, что это значит — быть женщиной рядом с мужчиной, который защитит тебя от всего на свете, что представляет даже маломальскую угрозу.       Кей улыбнулась.       — Он тебе нравится, да?       — Нравится, да, — исковеркано спародировала Лея сестру, усаживаясь обратно за стол. — Но я прожжённый солдат, а он…       — А он герой и учитель, который тоже забыл, какого это — иметь рядом человека, который выслушает, поддержит, поцелует, в конце концов.       Эмия закатила глаза. Что это милейшее и невиннейшее создание могло знать о такой сложной штуке, как отношение между взрослыми людьми, каждый из которых не очень жаловал социум?       — А что у тебя с мистером взрывом? — перевела Лея тему. — Бакуго Кацуки, вроде так?       — А что у меня с ним? — Кей сделала вид, что не понимает намёков.       В действительности она и сама не знала ответ на этот вопрос. Особенно после сегодняшнего вечера.       — Ну, ты так быстро прибежала, когда я с ним начала говорить. А потом ещё танцевала и мило так разговаривала. Даже поцеловала.       Эмия сыграла бровями, подперев щёку ладонью. Свободной рукой она в такт своей мерной речи помешивала чай, хотя всегда пила его без сахара.       — В щёку, — тут же уточнила Кей, покраснев от смущения.       Лея что, всё это время наблюдала за ними? Вот же бесстыдница! Занялась бы своим спутником, в конце концов.       Накахара надеялась, что сам Айзава не участвовал в этом шпионаже. Ёкай возьми, тайса даже на вечернем шоу тайса!       — Да хоть в пятку! Ты своими целовашками не разбрасываешься попусту.       Кей надула губы. Девушка всегда так делала, когда не собиралась отвечать на вопрос, показывая, что он её обижает.       Лея тихо выдохнула, перестав бессмысленно елозить чайной ложкой в чае.       — Знаешь, а мне нравится этот парень, — без всяких намёков в голосе честно произнесла опекунша, отхлебнув из своей чашки. — Но, правда, терпеть его вспыльчивость будет непросто. Но ты справишься.       — Это что, родительское благословение? — недовольно буркнула Кей, пряча половину лица в кулаке.       — Можешь и так считать. Но если вдруг что — беги сразу ко мне. Я его так…       — О я поняла с полуслова, — перервала сестру Накахара, выпрямляясь на стуле. — Можно обойтись и без твоих феерических аллегорий и описаний пыточного процесса.       — Вот и славно.       Они продолжили своё маленькое чаепития, после которого разошлись по своим комнатам. Завтрашний день сулил им учёбу и работу, к которым возвращаться осле недели каникул и выходных было очень сложно. Надо было хорошенько отоспаться.