Finita la commedia

Рим, сентябрь, 2022.

Я молчала, усердно пытаясь разглядеть каждую мелочь в машине и за её пределами. Со стороны можно было бы подумать, что я внимательно слушаю своего собеседника, однако то было не так. Пока мой хороший друг что-то внушал мне, я была повернута в другую от него сторону, и смотрела то ли на заходящее за горизонт солнце, то ли на небольшую мошку, которая ползла по стеклу автомобиля Каспара. А, впрочем, взгляд мой был пуст: я не думала ни о чём. Не то, что бы я позволила себе легкомысленное поведение в такой напряжённый момент, скорее создавалось ощущение, будто все мысли испарились. Казалось бы, я должна была обдумывать то, как пройдёт наша с Итаном встреча спустя несколько месяцев, но в сознании было так пусто, что даже как-то одиноко становилось. "Интересно, как эта мошка попала сюда?" - наконец появился голос в моей голове, от чего я даже вздрогнула: мысль была до смеха абсурдна. Впрочем, могла бы я сейчас думать о чем-то насущном? Ответ был очевиден. Переведя взгляд со стекла на Каспара, который наконец притих, я, ничуть не смущаясь, принялась осматривать молодого мужчину. - Джинни, ты уверена, что все хорошо? - будто из-под воды раздался его голос с ужасным все же акцентом. Внимание его итальянскому языку с грязной примесью чешского я придала невольно, потому что голова все ещё соображала плохо. Даже в тот момент казалось, что я - это вовсе не я, настолько эта пустота в мыслях и слабость в теле напрягали. - Джинни? - чешский друг дотронулся до моей руки, чем вновь привлек мое внимание. Я почувствовала себя странно. Знаете, бывает такое? Ты будто делаешь глубокий вдох, то ли ото сна пробуждаясь, то ли из глуби океана выныривая на самую сушу. Салон машины начал приобретать краски, а уши потихоньку стали слышать. Мошка, сидевшая на стекле, оказывается, громко жужжала. А Каспар, сидевший подле меня, громко дышал, даже сбивчиво. Я на его фоне выглядела трупом: такая же белая и бездыханная. Огляделась. Салон дорогого автомобиля Каспара, в котором мы и находились тогда, будто бы блестел от чистоты. Впрочем, его хозяин выглядел не менее "чисто". Молодой мужчина, всего лишь старше меня на пять лет( то есть, было ему двадцать семь), был одет костюм, но не офисный строгий, а самый обычный, серый и не примечательный. Бедный Каспар от природы страдал астигматизмом, потому носил он очки, которые при первой нашей встрече показались мне доказательством начитанности и эрудиции. И я не ошиблась: этот чех оказался на редкость интеллектуально развитым человеком. "Работа, концертный тур, отель, - пронеслось у меня в мыслях. - Кто бы мог подумать, что это все так закрутится? Кто бы мог подумать, что сейчас я должна буду рассказать Итану о своём решении расстаться?" Я позволила себе усмехнуться. Предстоящий разговор с Торкио - это лишь формальность. Нам вдвоём все и так стало ясно ещё три месяца назад, при нашей последней встрече. С того дня мы и не виделись: Måneskin продолжили свой тур по Европе с Лео, а я осталась в Чехии с малознакомым тогда человеком, лишь бы не уезжать с Итаном. Забавно вышло.

Прага, май, 2022.

Знакомство с ним было обычно и вполне привычно. Полгода назад мои подопечные выехали в первую страну, которая открывала их европейский тур, - Великобритания. Совместно мы обкатали пол Европы. Британия, Нидерланды, Германия.. Предпоследней в списке стала Чехия. Признаться, ещё до открытия тура я нутром стала ощущать, что что-то идёт не так. Встречи с моим психологом стали стабильными, а ругань с Итаном прекратилась. Да что уж там, мы и разговаривать-то лишний раз перестали. Дни выходили так: работа в офисе - работа дома - двухчасовой сеанс у специалиста - приход домой. Итан же пропадал в студии, потому в нашей квартире появлялся редко, а даже когда приезжал, то перекидывался со мною парой слов. Интимная жизнь терпела крах. Мы, словно пенсионеры, каждую ночь, когда нам приходилось делить кровать, отворачивались друг от друга. И.. Меня ничуть не расстраивало такое положение. Вероятно, сеансы у психолога давали о себе знать. Итан также не высказывал недовольства, пока он и вовсе не перестал появляться дома. Первые два дня я звонила ему и получила сухой ответ о том, что он у ребят, а после, на третий день, после разговора с Викторией, я узнала, что он все это время не заезжал к ним. Переживать я не стала. Мне будто было все равно, что человек, вероятнее всего, засыпает в объятиях другой. Да и человек, собственно, интереса не вызывал. В глубине души я и так все решила. В следующий раз мы увиделись только через две недели, когда началась тщательная подготовка к туру. Мы увиделись в доме у ребят, вымученно улыбнулись и даже поцеловали друг друга в щеку(это было сделано под ничего не понимающими взглядами друзей). Запах женского парфюма от его рубашки я учуяла тут же. Торкио и не старался скрыть его, лишь молча взглянул мне в глаза. Я так же молча отвернулась от него. Подготовка к туру набирала обороты. Странные чувства посещали меня тогда. Так непривычно было: почему все изменилось в один момент? Казалось, прошёл всего лишь год, всего лишь двенадцать месяцев, а моя жизнь повернулась вспять. Распрощавшись со своей старой жизнью, с Массимо и с долгами, с Эриком и всем, что было связано с Турином, я вздохнула спокойно, ведь все было хорошо. Рядом были мама и папа, которые ввиду своих скуки и желания конфликтов стали часто ругаться по телефону, обсуждая меня и мою жизнь. Я жила с любимым человеком, и лёгкие конфликты по разным поводам стабильно несколько раз в неделю не смущали меня. Ну, все пары ведь ссорятся? Я успокаивала себя этой мыслью, пока не попала в руки к грамотному специалисту, который за несколько сеансов смог понять, что все же не так: не от скуки я ведь к нему пришла, верно? Каждый час у психолога приводил меня в чувства и будто открывал глаза. Так я и стала понимать, что то, что меня окружает, - это не здорово. Мать, требующая внимания, отец, который давил на эмоции, всячески заманивая к себе в Палермо, и Итан. Как много проблем оказалось с ним! Сначала было страшно наблюдать за тем, как на глазах меняется человек. Начни я говорить с ним о том, что вбивал мне в голову психолог: нездоровые отношения, основанные на манипуляциях как с его стороны, так и моей, обвинения в чем-то и невозможность провести и неделю без ссор, - он тут же закрывался от меня, старался перевести тему. Я не понимала, что происходит. Ведь тогда, приехав ко мне в Сирмионе, он обещал, что наши ошибки мы исправим совместно, а теперь убегал от серьёзного разговора. Соответственно, и на сеансы к психологу не ходил. Только потом я поняла, в чем причина его поведения: тогда, в Сирмионе, он лишь искал повод, чтобы привлечь моё внимание к его персоне и к попытке возобновить отношения. Осознав это(не без помощи специалиста, в общем-то), я ментально шагнула вперёд. Опередила Итана, который в то время пытался убедить меня поменять психолога. Вероятно, наше расстояние, так скажем, друг от друга и стало первой причиной разрыва связи между нами. После я задавалась вопросом: была ли она изначально? Тот месяц, проведенный в туре с музыкантами, был переломным. Мы засыпали с Итаном в одной постели, но я нутром чувствовала напряжение между нами. Он молчал, но молчание это было как крик, и это приносило мне лишь раздражение. Я не хотела делать как раньше: развернуть его к себе, поцеловать в плечо, шею или ещё куда-либо и поговорить, обсудить что-то, что нас напрягало. Мне стало безразлично на его чувства, ведь понимала, что мы угасаем, что нас совсем скоро не будет. Я знала, что он в мыслях не со мной. А я не с ним. Впрочем, знакомство с Каспаром стало каким-то лучом света в этой непроглядной тьме. Пражский отель ничем не отличался ни от французского, ни от шведского: натянутые улыбки персонала и наши безэмоциональные от очередного перелёта лица. У стойки портье нас встречал стафф отеля, но я и глаз не подняла на них: я скучала. Мысленно желала скорее заселиться и убежать отсюда гулять по столице Чехии. Одной гулять, ведь меня никто не приглашал, да и я не напрашивалась. Поставив чемодан у кровати(грубо отшвырнув его в сторону, если быть честной), я села на кресло. Итан не обращал на меня внимание: в его руках был телефон, который он перекидывал с одной в руки в другую. Сам Торкио кидал на меня нетерпеливые взгляды, будто бы ожидая, когда я уйду. Я все понимала: он хотел позвонить ей, а я мешала. Ну, мы ведь все ещё в отношениях, верно? Было бы некрасиво звонить ей, когда я под боком. "Пора прекращать, - судорожно размышляла я. - Пора заканчивать с этим." - Я хочу.. уйти, - неуверенно промолвила я. Посмотрела на Итана. Он задержал в груди воздух, ожидая, пока я скажу что-нибудь еще, но я промолчала. "Вероятно, ещё можно что-нибудь вернуть?" - зачем-то подумала я, хватаясь за эту надежду как утопающий за соломинку. - Хочу погулять по Праге, - добавила я. - Я не буду тебя держать. - Может, сходим вместе? - почти прошептала я, глядя на то, как лицо Итана то краснеет, то белеет. Он не хотел проводить со мной время, и это было очевидно. Ещё с секунду поглядев на него, я махнула рукой и молча вышла из номера. Возможно, раньше я бы заплакала или расстроилась, но сейчас.. Нет, я не чувствовала ничего. Лишь понимание того, что, приехав в Италию, я заберу свои вещи из нашей квартиры и уеду. Эти отношения изжили себя. Гулять по чешской столице в тот день мне не пришлось: в холле отеля произошло неприятное событие. Я была у дверей у выхода из отеля, как в меня влетел мужчина со пластиковым стаканом кофе и разлил его прямо на мою рубашку. Благо, кофе был холодный, потому все обошлось. Лишь на рубашке осталось пятно, а от меня несло кофе за километр. - Promiňte, promiňte! Byla to úplná nehoda, nechtěl jsem.. Dovolte mi, abych..¹- затараторил мужчина на чешском и протянул ко мне руки, но я лишь сделала шаг назад, невольно испугавшись такого напора. - Я не говорю на чешском, - на английском сказала я. Только тогда я смогла оглядеть человека, который буквально влетел в меня и чуть не снес с ног. Совершенно запыханный, будто после пробежки, с растрепанными кудрями каштановых волос, он тяжело дышал, от чего грудь его то подымалась, то опускалась. Был одет в черный костюм с белой рубашкой под ним, а на пиджаке я смогла разглядеть небольшой бейдж, на котором красивым шрифтом было выведено -  Каспар. - Это не проблема, - он перешел на английский. - Я лишь хотел предложить Вам помощь. Мне до ужаса неловко, извините. Я по-доброму посмеялась с того, с какой заботой отнесся этот незнакомый человек ко мне, даже не понимая, кем он может являться. - И все же я настаиваю, - он взял меня под локоть и с молниеносной скоростью отвел к креслу в холле, подозвав по пути одну из работниц отеля. Всё произошло быстро - вот уже мужчина сидит рядом со мной и предлагает салфетки. - Ещё раз прошу прощения, - на автомате выдал незнакомец. - Можете не переживать: я все равно не любила эту рубашку, - я добродушно улыбнулась, пытаясь оттереть пятно с ткани, но то выходило плохо. - Вы, вероятно, постоялица моего отеля? Тогда я готов попросить прощение ещё раз и, ясное дело, предоставить Вам сертификат в, скажем, наш СПА или наш ресторан, - он снова протараторил. - Вашего отеля? - Нет, не в том смысле. Я лишь управляющий, не подумайте, - он несколько нагнул голову. - Каспар. - Юджиния, - представилась я, понимая, что разговор начинает наскучивать: теперь стало ясно, что происходящее - не более, чем очередной инцидент в работе Каспара. Каспар молча и сожалением(наигранным или искренним?) на лице наблюдал за тем, как моя рука скользит по ткани рубашки. Я бросила на него осторожный взгляд и, понимая, что начинаю конфузиться от того, что происходит, поднялась с места. - Вероятно, это уже не спасти, - сказала я для того, чтобы найти предлог для ухода от управляющего отелем. - Мне стоит переодеться, извините. - Все же вы понесли ущерб из-за моей неосторожности, поэтому я должен как-то исправить ситуацию. Не успев я сказать о том, что не стоит ничего делать, молодой человек метнулся к стойке ресепшена и, быстро сказав что-то на чешском(вероятно, тараторить было его привычкой) своей подчиненной, вернулся ко мне. - Я уже говорил Вам о презентах с моей стороны, поэтому хотел бы попросить Вас назвать номер, в который Вы заселились, - проговорил он. Я несколько смутилась, оценив ситуацию. Портье, находившаяся за спиной Каспара, странно оглядывала меня, от чего хотелось развернуться и уйти: в последнее время меня стали напрягать такие взгляды. Сам Каспар проявлял неподдельный интерес к моей натуре, от чего мне стало даже неловко. Мужчина глядел на меня глазами щенка и ждал, пока я назову цифру своего номера, так, будто от этого зависела его жизнь. Я вздернула бровь: мне было непонятно его поведение. - Прекрасно, я доставлю Вам сертификаты чуть позже, - сказал он, услышав мой ответ. - Лично Вы? - Надеюсь, Вы оцените то, что это сделает управляющий отеля, а не горничная или беллбой? - он выразительно улыбнулся, и я подняла краешки губ в ответ. - Приятного вечера, Юджиния, - зачем-то добавил он, сделав акцент на моем имени. Хотелось ответить как-то так, чтобы продлить разговор и моё нахождение в холле ещё на пару секунд, и я уже улыбнулась, но вдруг остановилась: я не нашла причины, чтобы делать это. Нахмурившись, я развернулась и пошагала к лифту, понимая, что то, что я делала, было флиртом. Стало неприятно. - Я рад, что у тебя не возникло проблем при перелёте, - услышала я голос Итана, как только открыла дверь номера. - Я действительно волновался по этому поводу. Остановилась как вкопанная. Итан говорил по телефону, явно пребывая в предовольнейшем настроении. "Я смотрю, не я одна интересно провела время", - появилась в моей голове мысль. Итан продолжал болтать по телефону, так до сих пор и не поняв, что я все слышу и что я нахожусь в номере вместе с ним. С кем он говорит, мне сразу стало ясно: со своей новой пассией. Любовницей, девушкой, подругой? Мне было неинтересно размышлять над тем, как называть эту девушку. Собственно, мне не были интересна ни она, ни тот факт, что она являлась той, на кого Итан обратил свой взор. Я догадывалась, что про неё знают остальные: появилась между мной и остальными недосказанность. С парнями мы как-то отдалились( и даже с Томасом, дружба с которым казалась мне крепчайшей связью). Джорджия и Виктория глядели с жалостью, но ничего не говорили про ту самую пассию. Я же делала вид, что ни о чем не знаю, хотя, признаться честно, не понимать происходящего было невозможно: Итан и не пытался скрыть факт появления у него другой. - Мари, я не знаю, - продолжал мой молодой человек свою беседу. - Я ещё не говорил с ней. "С ней - это, вероятно, со мной. Интересно, что же ты хочешь обсудить?" - Я очень соскучился. Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя сегодня.. Сложив руки на груди, я сделала шаг вперёд, выходя из прихожей в гостиную, где и устроился Итан. Даже когда я стояла за его спиной, он не замечал меня и продолжать вести милые беседы с этой Мари. Я почувствовала, как сердце кольнула обида. Совсем чуть-чуть, однако стало грустно, смутно на душе, не так, как я привыкла ощущать себя в последнее время. Как-то унизительно мне было находится рядом с ним в тот момент. Меня, мои чувства и все, что нас связывало с этим человеком, втаптывали в грязь, променяв меня на.. Нет, ни на кого меня не меняли. Дело было лишь в одном Торкио. - Итан, что происходит? - нарушила свое молчание я. Он даже не встрепенулся. Спокойно повернулся ко мне и, увидев, кто перед ним стоит, попрощался со своей собеседницей, сказав о том, что позвонит ей позже. Удивительно было определить, что я вновь ничего не почувствовала. В голове прочно засели слова психолога о том, что наши с Итаном отношения - это ничего более, чем подростковая привязанность друг к другу, что мы выросли с них, что чувств на самом деле больше нет. Я остро ощущала это в то мгновение. Казалось, что и Итан тоже. Или так только казалось? - Давай без истерик, хорошо? - спокойно проговорил он, встав напротив меня, однако не близко, на достаточно комфортном для нас обоих расстоянии. - Можешь не переживать по этому поводу. Я и так все знала. - Вот как? - он попытался сделать заинтересованный вид, но было ясно, что он плевал на происходящее. - Ты, наверно, думал, как будешь проводить время со своей.. - я замялась, не зная, как правильно назвать ту девушку. - Впрочем, это уже не так важно. Я не буду вам мешать, уйду отсюда. Можешь приводить её прямо сюда и не стесняться меня. Других, думаю, тоже можешь не стесняться. Они ведь все знали, да? Он ограничился одним лишь кивком. Я вгляделась глазами в его зрачки, пытаясь что-то в них отыскать, но не смогла. Стараться не хотелось. Я молча метнулась к шкафу и, взяв свой чемодан, в котором лежали вещи, которые я не разложила, вышла обратно в гостиную. Остановилась лишь на мгновение, задумавшись, все ли я правильно делаю. Посмотрела на своего молодого человека, который желал теперь другую, и убедилась:да, все верно. - Куда ты сейчас? - лениво поинтересовался Итан. - Это моё дело, - так же лениво ответила я. - Можешь заселиться в номер к Виктории. Думаю, она не будет против. - Знаешь, в задницу вас всех, ага? - совершенно спокойно ответила я. - От меня так долго скрывали правду, а я должна делать вид, что все хорошо? Нет, Итан, твой совет неуместен. В последний раз взглянув на него, я, придерживая чемодан, вылетела из номера. На душе было неспокойно. Был страх, что я после вновь вернусь к Торкио, что это наше расставание - очередная пыль в глаза, что этот замкнутый круг никогда не разорвется.. Мысль прервалась, когда я поняла, что все зависит от меня одной и что ответственность, соответственно, лежит на мне и на моем решении. Понимая, что такое дело находится почему-то только в моих руках, стало несколько спокойнее. Свой вечер я проводила за тем, что сидела в ресторане, и, вяло ковыряя заказанное мною блюдо, делала попутно лошадиные глотки вина. Чувствовала себя неловко: было ощущение, что я пришла лишь выпить, что не было ложью, потому что так и было. Правильнее было бы заказать бутылочку себе в номер, который я сняла отдельно от кого-либо, и напиться в одиночестве, но эта гениальная мысль посетила меня лишь тогда, когда я оказалась в ресторане. Вечером погода испортилась, потому было даже приятно сидеть у окна в шикарном ресторане в своём черном платье, которое я надела для того, чтобы выглядеть чуть приличнее в таком месте, и наслаждаться алкоголем, глядя на то, как по стеклу скатываются капли от дождя, и пребывать в меланхолии. Именно в меланхолии, а не в грустном настроении. Нет, я точно не была опечалена. Меня пугало такое близкое будущее, но не заставляло расстраиваться. Столько должно поменяться! Скорое расставание с Итаном(все же мы не говорили об этом, потому нельзя было считать, что мы точно больше не были парой), уход с этого места работы, переезд на новое место, поиск новой занятости. Это было даже привлекательно.. - Не помешаю? - вывел меня из размышлений мужской голос. Я вздрогнула от неожиданности. Затуманенными глазами(половина бутылки, выпитая мною почти натощак, не прошла даром) я посмотрела на подошедшего. Сначала даже не поняла, кто передо мной был, но спустя мгновение догадалась. - Ах, Каспар! - воскликнула я. - Извините, я немного задумалась. Мужчина ответил мне улыбкой, а я мысленно подметила, что у него очаровательная улыбка. Что ж, не только улыбка его привлекала внимание. Несмотря на то, что он был в том же костюме, что и сегодня днем(только бейдж куда-то исчез), я только находившись в ресторане оценила его мужскую красоту. Каспар был невысок, возможно, чуть выше меня, но очень статен: прямая спина, говорившая об его идеальной осанке, сильные, вероятно, руки и широкие плечи. И добрейшие глаза, в которых не было и намёка на что-то злое, что-то подлое. И очаровательная улыбка.. - Не хотелось бы напрашиваться, но могу ли я составить Вам компанию? - скромно поинтересовался он, надеяться ровно как на согласие, так и на отказ. - Разумеется, - улыбнулась я. - Может лучше перейти на "ты"? Мне несколько неловко. Вечер прошёл хорошо. Настолько хорошо, что Каспару пришлось провожать меня до самой двери моего номера, ведь под конец нашей беседы мне стало совсем плохо. Закусывать все таки стоило. Каспар смеялся, слушая то, как я мешаю итальянский с английским, и говорил о том, что ни слова не понимает. Я смеялась в ответ, придерживаемая его руками, которые, как оказалось, действительно были сильными. Я не постеснялась сделать такой комплимент вслух, на что почти не выпивший Каспар ответил улыбкой, но через мгновение принял серьёзный вид. - Неужели у тебя нет этих, как бы выразиться, сильных рук? Я имею в виду молодого человека. - К сожалению, нет. Хотя все же к счастью, - и я рассмеялась, хотя мне было совершенно несмешно. - А что же это за кольцо на твоём пальце? - он покраснел. - Бестактный вопрос вышел, извини. Я остановилась и, подняв свою руку, взглянула на безымянный палец, на который было надето обручальное кольцо. Только в это мгновение мне пришла мысль о том, что я невеста. И действительно, два месяца назад Итан сделал мне предложение. Вышло это не романтично, а, скорее, в эмоциях. Тогда мы вновь поругались, очень сильно, и я уже пошла собирать вещи, чтобы окончательно расстаться и уехать от Торкио, но он не позволил. Он, видимо, и сам того не понимая, встал передо мной на колено и сделал это чертово предложение, на что я ответила:"Да." Возможно, это кольцо на моём пальце было одной из причин, почему я сомневалась сегодня в правильности принятого мною же решения. Однако теперь это не имело никакого смысла, да и Каспар ожидал ответа. - Кольцо? - я одним движением руки стянула ювелирное изделие со своего тонкого пальца. - Видишь, теперь и нет никакого кольца, - и бросила его на пол, от чего оно укатилось куда-то дальше в коридор. Каспар посмотрел серьёзно и даже слегка расслабил свои руки. - Я рассталась со своим женихом, - пояснила я, отодвигая былые весёлость и праздность в сторону. Оглядела длинный коридор. Поняла, что этажом ниже находится Итан, и, вероятно, он уже был не один. Решила, что терять больше нечего: алкоголь в крови поспособствовал этому. - Может, зайдешь ко мне? - максимально развязно предложила я. Уже через секунду мои щеки были красными, а я смутилась так, что, казалось бы, потеряла дар речи. Я не поняла, к чему я сказала это Каспару, и почувствовала жуткое смущение. Было страшно поднять голову и поглядеть ему в глаза, несмотря на то, что он все ещё был для меня почти незнакомцем. - Юджиния, - он обратился ко мне серьёзно, от чего мне стало ещё больше неудобно находиться рядом с ним. - Давай я просто зайду в этот чертов номер, а мы сделаем вид, что я ничего не говорила, ладно? - сказала как можно быстрее я и подняла глаза. Я ожидала увидеть упрек и обвинения в глазах этого человека, но никак не понимание и снова ту же доброту, которую мне удалось разглядеть ещё в ресторане. "А ещё от меня несет, как от алкоголика. Надеюсь, что я больше никогда не увижу Каспара после сегодняшнего дня." - Ты, наверное, перенервничала? - мягко начал он. - Возможно, у тебя что-то случилось? Я понимаю и не могу тебя упрекать в этом. Думаю, что тебе просто нужен сон. И он начал спрашивать у меня, когда я в последний раз по-настоящему высыпалась, аккуратно выманив у меня из рук ключ от номера. Понимающе кивая головой, завел меня в номер, а я, все ещё будучи очень пьяной, принялась говорить ему о том, что очень устала и что у меня на самом деле так много проблем.. - На сколько ты ещё останешься в отеле? - поинтересовался он, усадив меня на мою же постель. - Кажется, два дня. Или три. Я совершенно не помню, - я упала лицом в подушки, несмотря на то, что на моем лице был макияж, а сама я была в одежде. Этот малознакомый человек, который казался мне таким милым в тот момент, цокнул, увидев это, но ему ничего не оставалось делать, как накрыть меня одеялом. "А ведь он мог оставить тебя, Джинни, и уйти. Или ещё чего хуже. Очень приятный молодой человек. И красивый." С такими мыслями я и погрузилась в царство Морфея.