Любовь из боли

-Кажется, нам надо расстаться, - выдавливает из себя рыжеволосая девушка прожигая взглядом закрытую дверь. -Что прости? Саш, ты чего? Мы два года вместе и сейчас ты хочешь просто так расстаться ? - Косторная была в замешательстве, больно не было, пока что, всё было слишком запутанно. -Не просто так, ты же знаешь... - она хотела продолжить, но услышав резкий голос Алёны не стала. -О чём я должна знать? Ни слова о ней ты мне не говорила. Говорили все : Камила, Женя, Алина, даже Глейхенгауз. А ты нет. - Голос дрожал, в душу закрадывались неизбежные чувства, становилось больно, очень больно. Сейчас Алёна даже не пыталась понять чувства Трусовой, она сейчас "предатель" и не более. -Я не могу мучать тебя и себя, - Саша говорила мягко, как-будто своим голосом пыталась скрасить ситуацию. -Так не мучала бы изначально, когда два года назад ты согласилась встречаться, тогда тоже не любила? - У Косторной уже слёзы на глазах, а зеленоглазая лишь сидит с невозмутимым лицом. Ни один мускул не дрогнул с самого начала разговора, казалось что она и вовсе не моргает. -Любила, тогда любила.- Она молилась чтобы сейчас в эту чёртову дверь никто не зашёл, особенно Щербакова. -Ммм, любила значит,а сейчас что стало, на мои чувства тебе теперь всё равно? -Нет, но я же не могу заставить себя, любить тебя. - Предложение звучало довольно таки странно, но смысл был более чем понятен. -Ты права, не можешь, - Алёна опустила голову в низ, а затем заново подняла. В глазах было пламя, она готова была рвать и метать. - Так вот знаешь что Трусова, люби кого хочешь, ебись с кем хочешь, только ко мне не подходи, - отрезала девушка и вышла из раздевалки. Хлопок двери раздался режущий уши звуком, который в последствии ещё не раз отозвался в ушах рыжеволосой. Было ли больно Саше? Невероятно. Она больше всех на свете ненавидела себя, за к любовь Щербаковой. Больше всего на свете не хотела её любить, кого угодно, но не Аню. Её карие глаза были одновременно и самыми любимыми, и самыми отвратительными. Её прекрасная улыбка была самой красивой, и самой противной. Её алые губы были самыми желанными и ничьи больше целовать не хотелось... За это королева квадов ненавидела их обеих. Аню за то, что была такой прекрасной, до тошноты идеальной, вечно счастливой. А себя за то, что сейчас разрушила мир человека, которого любила два года до этого. Но можно ли было по другому? Можно, всё так же мучать Косторную надеждами на хорошее будущее, просыпаясь при этом с улыбкой после сна с участием олимпийской чемпионки. Не самая лучшая жизнь, ведь так ? В раздевалку зашла Женя, ошарашенная поведением Косторной, которое та продемонстрировала несколько минут назад. -Ты поговоришь с Аней? - Женя знала всю историю Трусовой от начала и до самого конца. -А смысл ? Она любит Камилу, а Камила любит её. Зачем рушить ещё две судьбы ? - Она не могла оторвать взгляд от чёртовой двери, его взгляд как будто примагнитили к одной точке. -А если не любит ? - Неуверенность, была первым что уловила Трусова в голосе подруги. -Нет, никаких если. - Решительный и грубый голос Саши неприятно отдавал в перепонки обеих фигуристок. Зеленоглазая девушка. Звучит красиво. Сразу представляешь себе мечтательного, светлого человека, невероятно доброго и искреннего. Но Трусова была отъявленной реалисткой. Ложные мечты о будущем и надежды на хороший исход даже когда всё потеряно, это совсем не про неё. Если она заявляет что хочет выучить пятерной, то это вполне возможно для неё. Значит физическая подготовка позволяет через определённый промежуток времени тренировать этот прыжок. -Алён, что случилось ? - обеспокоенно спросила Щербакова у девушки вышедшей на арену со слезами на глазах. -Я ненавижу, - громко и чётко произнесла Косторная. - Ненавижу тебя, ненавижу её, я всех вас ненавижу. - Этот крик резал душу нескольким находящимся на арене людям. -Что случилось? - Ещё раз повторила Аннушка, вот только в этот раз голос уже сильно дрожал. Фигуристы которые пару секунд назад ещё находились на льду, уже покидали его, с не маленькой скоростью. -Что случилось? Это ты спрашиваешь у меня что случилось? - Голос девушки с каждым словом становился всё более грубым. - Ты забрала у меня любовь тренеров,забрала медали, фанатов, забрала друзей и осталось только она, она одна, и её у меня забрала тоже ты, - больно, невероятно больно, но разговоры об этом не так сильно режет душу, как то, что приходилось чувствовать. -Кого? - На фоне Косторной, голосок Ани был почти не слышен. -Будто ты не знаешь? Трусова на тебя смотрит как на что-то неземное. А ты? В общем-то и ты не лучше. Тоже бросишь свою девушку? - Алёна и не ждала ответа на этот вопрос, но раны заживали когда в глазах Щербаковой она видела как больно делают её слова. - Пожалей хотя бы Валиеву, ей всего пятнадцать. Кареглазая не знала что делать. Извинится? А за что ей извиниться ? За то, что Саша её любит? За то, что Трусова бросила Алёну ? За это должна была извениться не она, за это в общем-то никто не должен был извеняться. -Нечего сказать? Ну и ладно, вы стоите друг друга. -Эти слова были последними, перед тем как Косторная вышла из Хрустального, а потом в СМИ объявили о том что она и вовсе покинула тренерский штаб Тутберидзе. Саша сидела в раздевалке, Аня стояла на льду. Обеим сделали больно, обе сделали больно Алёне. Им сделали больно намеренно, а они лишь поддались неконтралируемым чувствам. Только одно различие между их состояниями и можно было найти без труда. Трусова сидела в незнании, думала что та, ради которой сейчас было всё это представление, любит другую. А Анюта любила и знала что её тоже любят, но с места сдвинуться не могла. Казалось что если сейчас сделает шаг вперёд, упадёт на лёд и провалится в ледяную воду. Да, лёд был довольно таки крепкий и никакой реки под ним и вовсе не было, но чувства оставались чувствами. -Ань, ты чего тут? - Вопрос Медведевой выдернуть кареглазую из своего мира, вернув в реальность. -Она меня правда любит ? - Тихий шёпот заставил множеству мурашек пробежать по телу Медведевой. -Я бы сказала на сколько, но боюсь только Трусовой под силу это описать. - Она говорила на удивление спокойно. -С Сашей всё хорошо ? - Очевидный вопрос, на который она получит ещё более очевидный ответ. -Не сказала бы, но я не знаю нужен ли ей сейчас кто-то. Может только понимание со стороны Алёны, а может и ты, - Женя сказала это уверенно. После нескольких минут молчанье тёмный силуэт, тень от которого падала из-за не ярко горящих прожекторов скрылся за большой тяжёлой дверью, оставляя Щербакова принимать важное решение в одиночестве. Просто подойти - это очень просто, но ведь надо ещё что-то сказать, как-то начать диалог, но как вообще отреагирует Трусова? Будет ли это невероятно романтичный вечер после трагического расставания или же наоборот ещё более печальное завершение дня. Но по мимо прекрасной рыжеволосой девушки в голове крутилось имя ещё одной чуть менее обожаем особы. Да, Камила прекрасный человек, верный друг и невероятная фигуристка, но к ней нет чувств. К Саше хочется идти в дождь закрываясь от него капюшоном курточки который постоянно слетает с головы, потому что в конце этого путешествия её будет ждать зеленоглазый приз за всё пройдено до этого. В её глаза не хочется смотреть долго, в них слишком много нежности, любви и теплоты, её хочется не только мельком замечать в глазах, а чувствовать после тяжёлых тренировок. Решение было принято если не сейчас, то может никогда этого шанса больше и не будет. Лезвия коньков наконец-то сдвинулось с хрустального льда. Ноги подкаживались, руки были невероятно ледяные, а в глазах были огоньки уверенности. Сейчас хотелось бежать к раздевалке в которой сейчас одна сидела Саша, а может её уже там и вовсе нет. Но бежать толком и не получалось, лишь какой-то замедленны шаг. Хотелось идти максимально тихо, но каждое касание ногами пола разносилось эхом по всему коридору. Дверь приоткрылась с не громким скрипом, а напротив двери всё в том же положении что и несколько десяток минут назад сидела рыжеволосая девушка. -Знаешь, как-то я услышала что Ками, жаловалась Жене на то, что я не люблю её после больших букетов на день рождения и цепочек на восьмое марта. - Анюта подсела на лавочку положив развёрнутую ладошкой вверх руку, рядом с рукой Саши. - Но я люблю тебя и люблю совсем не за подарки. Люблю за то, что когда твоя тренировка заканчивается раньше, ты единственная будешь ждать меня сколько потребуется. Когда я рыдала после олимпиады, только ты подошла ко мне, не обвинила, а успокоила. - Улыбка появилась на лице обеих девушек, это были тёплые и важные воспоминания. - А помнишь я заболела перед чемпионатом России? Ты тогда пришла ко мне и сказала что я смогу, смогу снова стать чемпионкой и я стала ей, только благодаря тебе. Я люблю тебя Саш, очень люблю. Ладонь зеленоглазой опустилась на Анину, крепко сжимая из вместе. -Я люблю тебя, за то, что ты такая одна. Мечтаешь, любишь, живёшь как хочешь и делаешь мир лучше. - Тихий, не много охрипший и уставший голос наконец произнёс что-то. Глаза удалось оторвать от двери, дорожки слёз ещё недавно стекающие как казалось ручьями по глазам начинали высыхать. Горящие щёки, температура которых была не меньше тридцати семи были ярко-розовыми. Губы красные, солёные от слёз. -Можно я тебя поцелую? - Неловкий вопрос, после которого последовало ещё более неловкое молчание. Горячие пальцы Трусовой невесомо коснулись холодной шеи Анюты изучающи рисуя на них линии. -Тебе можно всё, - голос был всё таким же тихим, как будто ещё не восстановился после долговременной истерики. Губы, такие разные, но такие желанные коснулись друг друга. Холодные руки, лежат на горячей шеи. Солёные от слёз губы, целуют сладкие. Решительные действия рыжеволосой становились чуть нежней из-за робких действий Аннушки. Вряд ли это можно назвать любовью которую порадила боль. Любовь раскрытая из-за боли, возможно. Одна любовь, может подавлять другую. Но всё же когда-нибудь найдётся любовь навсегда.