Угольные глаза

Яркий свет заходящего солнца пробивался сквозь стекло, навивая голубоглазой чувство настольгии. Именно тогда они познакомились, прошло уже больше трех месяцев их общения. Саша сначала не показывал свои истинные чувства, пряча их за маской ненависти к миру и всем людям и делая вид, будто дружит с девушкой просто так. Он восхищался ей, её силой и волей… Но он даже не догадывался, что на самом деле возвращает Лере её умершую радость. Но словно доставал её с неба, как воздушный шарик, и отдавал темноволосой, которая выпустила нить из рук. Когда та поняла, что влюбилась, она не могла в это поверить, отгоняя навязчивые мысли. И вот совсем недавно они поставили точку в своих отношениях, стали встречаться. Им нравилось гулять вместе, ходить в гости друг к другу, но самое их любимое занятие было — кататься на скейтпарке. На том самом месте, где они познакомились. Друзья Сани им не мешали, блондинчик лишь недоумённо выгибал бровь, пока розоволосая, когда видела их вместе, убегала прочь, агрессивно толкая Никиту в сторону. Странная разновидность ревности… Лера шмыгнула носом, всё ещё смотря на лицо перед собой, парень тоже не отводил взгляд от девушки. Угольные глаза сверкали в тени, из приоткрытого окна слышались чужие голоса, а солнце всё светило… — Зачем ты опять полезла в драку? — Саня приклеил ещё один лейкопластырь на скулу, сверля девушку взглядом. — Этот идиот первый начал, — подробностей ей рассказывать не хотелось, она опустила глаза в пол. Стычка произошла поистине из-за глупой причины. Но в голове до сих пор мерцали воспоминания недавних событий.

Девушка продолжала наносить удар за ударом, разбивая чужое лицо в кровь. Русоволосый придурок, который сам нарвался на неприятности, тем что наехал на Леру из-за какой-то ерунды, матерился в голос, пытаясь увернуться от ловких рук голубоглазой.

Наблюдающие за этим подростки даже не пытались вмешаться, считая драку забавной, раз победителем пока выходила девушка. Лежащий на твёрдой земле парень, терпя боль в разбитой брови, затих.

— Идиот, — темноволосая встала с его живота и презрительно фыркнула. — только и можешь что словами кидаться.

Человек, которому посылалась эта речь, никак не реагировал. Он всё так же лежал на спине, только теперь пытался привстать на локтях. Лера, в последний раз одарив парня холодным взглядом, развернулась на пятках и направилась куда-то прочь.

Но, неожиданно даже для самой себя, девушка словила удар под колени, отчего не удержалась и упала, шаркнув ладонями по траве. А дальше начался какой-то ад…

— Всё равно, это — полное безумие, — черноокий сам был любителем подраться, но просто терпеть не мог, когда его девушка делала так же. Он понимал, что опоздал, и изменить ничего не сможет, но почему-то такие темы сильно его задевали. Лера, вся побитая, с синяками на всему лицу и телу, сидела на кровати старшего, опустив взгляд в пол. — И вообще, ты — девушка, поэтому не суй нос не в своё. Темноволосая скрипнула зубами. «Девушка, девушка…» Что с того, что она родилась такой? Жить всю жизнь так, как хотят другие, она не собиралась, не такая у неё натура. Она бы уже накинулась на Сашу с кулаками, если бы не любила его. Он знал, что подобная фраза всегда раздражает младшую, но не применить её в такой ситуации он не мог. Ему уже просто надоело оттаскивать Леру от неприятностей, зализывать ей раны и просто мириться с этим, как с неотложным фактом. — Я ухожу, — кое-как подавив злобу на слова парня, сказала голубоглазая. Она встала, направляясь к выходу из комнаты, но Саша преградил ей путь, вставая в дверном проёме. Он стоял над ней, словно скала, которую не обойти и не перешагнуть. — Ты не можешь просто уйти, — старший скрестил руки на груди, прожигая голубоглазую горящими очами, их очередной глупый спор перерос во что-то большее, — Пойми, твои драки не нужны никому: ни мне, ни тебе, ни твоим родителям. — Мне всё равно, — голубоглазая двинулась к щели между дверной рамой и черноволосым. Очередная попытка сбежать провалилась. — А мне — нет, — Саня схватил девушку за запястье, притягивая к себе. Приятное тепло его пальцев распростронялось по телу; иногда так приятно чувствовать настольгию, будто переживать этот момент во второй раз. Обычно от таких ощущений становится хорошо не душе, но не сейчас. — Тогда почему ты не хочешь, чтобы я ушла? — она попыталась выдернуть запястье из чужой руки, но парень лишь сильнее стиснул кисть. Он молчал, не знал, что сказать. Впервые после того случая на скейтпарке их ссора дошла до рукоприкладства. Чужое лицо напротив наливалось кровью, она сжимала челюсти, на мгновение показав свой оскал. Темноволосая пыталась вырваться из чужой хватки, но подступающий плач забрал все силы, не оставляя ничего на сопротивление. Прошло несколько минут в тишине, они оба словно застыли во времени и пространстве. Но непривычно тихий голос Леры вывел их из этого состояния. — Ударь меня, — настойчиво и так внезапно сказала девушка, на глаза наворачивались слёзы, но что-то не давало им вылиться наружу. Черноволосый стоял перед младшей, его брови были сдвинуты, он даже и думать не хотел об избиении Леры, но та настаивала на своём, — Пожалуйста, Саш… Только тогда люди начинают по-настоящему ценить меня. — Я и так тебя ценю. И не хочу делать тебе больно, — он раздражённо выдохнул через нос, угли в глазах сильнее разгорались. — Нет. Не ценишь и не любишь, — тон её голоса повысился, в очах виднелась излишняя влага. Она снова дёрнула руку — безуспешно. Даже наоборот, парень остервенело сжал ладонь, её просьбы звучали, подобно убийству, Саша не мог решиться на такое, пока разум оставался с ним. Но и тот уже готов был отключиться. — Не любишь, слышал! Тебе всё равно на мои интересы и потребности, зачем я только начала с тобой… Громкий шлепок раздался по комнате. Темноволосая не успела договорить, ей не дали. Слёзы всё же потекли из глаз, размазывая чёрную тушь, словно две тёмные дорожки к смерти. Парень сам не верил в происходящее, он выпустил чужое запястье, смотря на вторую руку, которая покраснела от столь сильной пощёчины. Лера, оставшись без мёртвой хватки, опустила лицо и закрыла его ладонями. На душе Сани сразу стало так пусто и безжизненно, будто он умер. Он поднял чёрные очи на собственную девушку, злость испарилась с концами. Черноволосый сделал шаг к ней, прижимая чужое дрожащее тело к себе. Голубоглазая убрала руки от лица, заведя их за спину старшего и утыкаясь в крепкую грудь. Белая футболка пропитывалась косметикой, но её обладатель закрыл на это глаза. — Прости… прости меня, пожалуйста, — осторожно сказал он, стараясь обнимать девушку как можно нежнее. — Я так больше не буду, обещаю. Можешь бросить меня, сделать всё, что захочешь, я буду готов. Прости. — Ты… — Лера подняла взгляд голубых глаз на чероокого, — Ты действительно любишь меня?.. — Да, — твёрдо сказал Саша, поднял лицо младшей, поглаживая покрасневшую щеку и растирая слёзы. Лера сглотнула ком в горле, смотря через пелену тумана на лицо перед собой. Первая любовь, она обычно не истинная. Истинная — она тихая, она не кричит и не напоминает о себе. Но это не значит что она отсутствует. Истинная — это проверенная месяцами, годами, и всё это происходит не сразу, и неизвестно когда произойдёт. Чтобы почувствовать её, они оба должны пережить друг с другом много всего: радости, ссоры, печали, и ещё столько разных вещей… Саня наклонился и чмокнул девушку в губы. Они должны пережить это. Пережить на пути к истинной любви.