Ромео и Паштетта

      И вот прошло уже две недели. Две недели Пашкиных страданий по поводу его двух, наверное, самых близких друзей. Что Рома, которого он ужасно ревнует, что Авелина, которая его так сильно подставила. Даже не смотря на то, что с Авелиной Пашка довольно часто ругается из-за всяких пустяков, ему всë-равно из всех девочек общаться с ней наиболее комфортно. По крайней мере, она понимает и спокойно принимает все его выходки.       Теперь же он её ненавидит, ведь именно она заставила его страдать. Паша не хотел её видеть, слышать и знать о её существовании. Однако, Авелина всегда находилась рядом. Будь то прогулка или же просто перемена в школе. Из-за неё он больше не мог нормально общаться со своим лучшим другом. Он больше не мог и не хотел этого терпеть. Поэтому в один из таких разговоров Паша просто встал с лавочки, на которой они с Ромой и Авелиной сидели, и ушла куда-нибудь подальше. В первую очередь к кадетам.       Там он немного поговорил с Сержем и Марком, тем самым выпустив весь пар. Те его, как обычно, развеселили своими мерзкими историями. Паша представлял, как они потом придут в столовку, а Серж вновь начнëт рассказывать всё это, пока Ромка будет есть, чтобы он почувствовал хотя бы малую часть того, что сейчас испытывает он. От этого ему и становилось легче.       Из его мыслей его вытащил Марк, слегка стукнув по плечу. Ему надо было сказать кое-что важное, а точнее предложить: — Паша! — А? Чего тебе? — Слушай, сегодня погода просто заебись. Может вечером сходим на прогулку вместе с остальными? — Я не против. Надо будет только Ромке сказать. — Хорошо. Я пойду? — Ага. Пиздуй.       И Марк моментально удалился. Серж ушёл следом за ним. Паша ещё немного постоял в полном одиночестве, погружëнный в свои мысли, а затем вернулся обратно. Но не к своим друзьям, он зашёл в кабинет и начал готовиться к уроку. Это на него совсем не похоже, и ребята такое его поведение сразу же заметили, однако никакого значения не придали.       Спустя урок, они вновь отправились в столовую, потому что Даша хотела сообщить им всем одну очень важную новость, касаемую её личной жизни. Все они вместе с кадетами уселись за одним столом рядом друг с другом. Авелина, которая была заинтересована в этом вопросе больше остальных, спросила первая: — Ну, Дашка, начинай. Что произошло? — В общем, мы с Сашей начали встречаться... — Подожди, это тот самый? Высокий и кудрявый?! И как он? — Так стоп... — тут же остановила поток вопросов Катя. — Это же мой бывший... Верно? — Ну... Да. Так и есть. Только не бей, пж! — А зачем? Если не мне, то может хоть тебе с ним повезëт.       Пока девочки обсуждали их одноклассника Сашу, Пашка решил действовать. Всё равно никто из парней не слушал всю эту Санта-Барбару. Паша аккуратно пихнул Рому под бок и одним махом головы попросил его отойти в сторону. Рома сначала осмотрелся, а потом понял за ним. Когда они оказались в стороне, Ромка всë-таки спросил: — Чего ты хотел? — Короче, тут кадеты нас на прогулку зовут, я согласился. Думаю, ты тоже будешь не против... — Ну, хорошо, схожу. А в чëм проблема то? — Пожалуйста, не зови гулять Авелину. — Почему? — Да ну её. Всю прогулку портит. — Ладно, пойдëм без неё. Ещё что-то? — Нет. Я сказал всё, что хотел.       На этом они разошлись. Весь день Паша с Ромой практически не общались, пока не настал момент прогулки. А состоялась она только поздно вечером. Да и гуляли они не полным составом их компании. Авелина, на что Паша и расчитывал, не пришла, Катя тоже, но уже потому что её не отпустили родители. В итоге из всех девочек с ними гуляла одна Даша. А им бóльшего и не надо было.       Прогулка у них выдалась весной, особенно под конец. Сначала то они просто ходили по заснеженным улицам и разговаривали о всяком и единственный смешной момент за первый час — это то, как Марк в сугроб упал. А затем они вошли в какой-то двор и началось...       Вроде ничего такого. Двор как двор и всё. Однако, Сержу это что-то напомнило, судя по всему типичное изображение зимних улиц, и он решил устроить маскарад прямо здесь. Точнее он просто крикнул: — Эй! А кто-нибудь сможет подать мне куртку, шапку и шарф?! — Тебе зачем? Свои же есть — ответил ему Рома. — Мне надо сделать кое-что...       После этой фразы никто спорить с ним и отказываться от этой идиотской идеи не стал. Все прекрасно понимали, что сейчас он сотворит какую-то ерунду, но, скорее всего, это будет лишь маленькая дурость, которая никаких последствий за собой не понесëт. А вот если они сейчас откажут, то Серж позже придумает что-нибудь ещё, правда, уже пожëстче. Поэтому ребята поочерёдно стали отдавать ему свои вещи: Рома — куртку, Марк —шапку, а Даша — шарф.       Затем кадет стал надевать на себя всю эту явно неподходящую ему по размеру, а если быть точнее, то великую, одежду. В этом прикиде он был похож на мохнатого гномика, что вызывало улыбку на лицах остальных ребят, а когда он начал скакать по сугробам как блоха и издавать своим низковатым голосом какие-то непонятные звуки, чем-то напоминающие рычание, то вся компания начала уже откровенно ржать над всей этой картиной.       Пока все умирали со смеху, Паша решил снять всë это действие на видео, параллельно коментируя, что вообще здесь происходит. В итоге у него получился прямой эфир из зоопарка и небольшое интервью. Точнее, он просто увидел невозмутимо стоящего Рому, который был без куртки и недавно скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то согреться. Именно в тот момент Пашка и решил поинтересоваться его самочувствием: — А теперь хочу узнать у нашего прекрасного стриптизëра, как вы себя чувствуете в данный момент? — Да заебись вообще. Только чуть-чуть холодновато, а так нормально. — Хочешь согрею тебя своим теплом? — В каком смысле, Паша?..       На это Пашка ему ничего не ответил. Он уже прекратил запись, поэтому убрал телефон в карман. Затем подошëл к Роме, сняв с себя правый рукав куртки, и обнял друга. Ромка же сначала немного опешил, но потом прижался к Пашке как можно сильнее. Он действительно сейчас нуждался в этих тëплых объятиях, которых ему не хватало на протяжении всех тех двух недель. Он знал, что их крепкая мужская дружба знатно подпортилась на фоне последних событий в их жизни. А ведь Рома всё это время хотел подойти к нему, узнать что с Пашкой и, может быть, попытаться хоть немного ему объясниться в своих чувствах. Но он... Боялся? Дело в том, что Рома — человек довольно тактичный, и он не может себе позволить просто так, без всяких на то причин кинуться на человека с распростëртыми объятьями, даже если этот самый человек ему очень дорог. Однако, именно эта тактичность загубила всё. Теперь ни сознаться, ни уже создавшийся конфликт решить у них точно не получиться. Только если не случится какое-либо чудо, что сподвигнет их к перемирию. А пока, они стоят под снегопадом, обнимаются и смотрят на валяющегося около мусорки Сержа, радуясь этим коротким моментом.       Однако, всё хорошее когда-нибудь да заканчивается. И вот они снова в школе, и снова не общаются. Главной причиной здесь является не столько Авелина, сколько расписание, которое состоит из одних раздельных уроков. Хоть они и одноклассники, но всё же сочетание двух несочетаемых направленностей, а именно физмат и химбио, даëт о себе знать. Уже три урока подряд ребята сидели на разных концах школы, а на предыдущих переменах у них не было возможности встретиться.       И вот наконец закончился третий урок. Рома с Дашей только что вышли из кабинета биологии, попутно обсуждая вчерашнюю прогулку. Вообще Рома и Даша, особенно в последнее время, стали хорошо ладить. Ему нужно понимать, чисто для себя, как выстроить хорошие отношения, а у своих неопытных друзей, как вы понимаете, спрашивать не вариант. Даша же ему рассказывает про её отношения с Сашей и про то, как у них всё замечательно. Поначалу он думал, что будет использовать точно такую же схему на Пашке, но потом решил, что лучше подождать и посмотреть, во что всë это дело выльется.       Пока они с Дашей сидели и болтали, ему позвонил Марк. Рома всегда воспринимал звонки от друзей, как какое-то важное событие, которое пропускать лучше не стоит, а то чëрт знает, что у них там случится. Он моментально ответил: — У аппарата. Слушаю. Как ковид?! Это каким образом?! После прогулки?! Тоесть, подожди, получается ты упал в сугроб, прошёл домой с температурой, думал, что простуда, а оказалось, что всё гораздо хуже? Блин, Марк, ты понимаешь, что из-за тебя мы ещё месяц гулять не сможем?! Ладно... Чëрт с тобой! Выздоравливай — и сбросил. — Что там? — переспросила Даша, не веря своим ушам. — Марк просто лох. Ковидом заболел. — Господи... — Да не переживай ты так. Не сдохнет... — Рома хотел было что-то ещё сказать по этому поводу, но тут ему снова позвонили — Да кто там ещё?! — Привет! — это был Серж. — Горелый, ты что ли? У тебя тоже чего?! — У меня ничего. Идите сюда к нам! Мы вам сейчас такое расскажем... — Ну бля... Я не хочу никуда идти. Может вы к нам припрëтесь? — Да хули ты такой ленивый?! Жопу свою поднять не можешь?! Иди сюда! — Так, либо вы идëте к нам, либо вы идëте нахуй! Вопрос закрыт.       Через несколько минут Паша, Катя, Авелина и Серж уже появились в нужном коридоре. Приближаясь к кабинету, Авелина бежала к Ромке со всех ног, чтобы снова начать с ним заигрывать. Рома снова как-то начал на это отвечать, пускай и не охотно. Пашу же в этот момент снова накрыла волна ревности по самое не хочу. У него порой создавалось такое ощущение, что Рома вовсе не хочет как-то от этого всего избавляться. Ему даже казалось, что Ромке как раз таки наоборот вам это дело нравилось. И к Паше вновь начинали приходить мысли по типу: "Если у них всё хорошо, то зачем я им тогда нужен?". Его хоть и раньше вся эта ситуация бесила, но после данного случая ему совсем снесло крышу, и он окончательно для себя решил, что больше разговаривать с ними не будет. Он просто устал идти туда, где ему причиняют боль, пускай и не намеренно.       Рома же заметил этот взгляд, обиженный, разъярённый и при этом вот-вот готовый разреветься. И ему от этого тоже становилось не легче. Когда он видел эту картину, у него всё сдавливало изнутри, но он ничего не мог с этим поделать. В частности из-за того, что вокруг них сейчас находится и другие ребята из компании, которые не должны видеть ничего такого откровенного для них. Он хотел отложить всё это на потом, но потом уже не вышло. Пашка больше к нему не приходил.       Зато потом, спустя несколько уроков, подходила Авелина, которую такой расклад вполне устраивал. Не в том смысле, что её друзья из-за неё же и страдают, признаться честно, она сама была не в курсе всех этих страстей. Ей нравилось, что она шла к Роме, которого считала вполне себе симпатичным парнем, и прямо сейчас расскажет ему о том, что он ей нравится. Авелина специально подобрала момент, когда он останется один. И вот, настал момент истины: — Ром, слушай, я уже давно тебе хотела сказать, что ты мне нравишься. Может начнëм встречаться?       Тут Рома опешил. Он всю жизнь утверждал, что ему нравятся девушки, и если к нему вдруг когда-нибудь подойдёт красивая девочка с такими словами, то он врятли ей откажет. Оно случилось. Но что же теперь не так? Дело не в том, что Авелина не красивая, она то как раз таки наоборот является одной из самых привлекательных девушек в их компании. Просто Ромка, не заметно для себя, вдруг увлëкся своим лучшим другом. Конечно, он этого никогда и никому не скажет, потому что ему стыдно за своë влечение. Но при этом он во всём пытается увидеть его. И Авелина чем-то ему Пашку и напоминала. Оба выпендристые, оба брюнеты, оба вспыльчивы, просты и немного с прибабахом. Но это не Паша.       У него не было никого желания встречаться с Авелина, но просто послать, как бы это сделал любой другой на его месте, он не мог. Это же одна из его подруг, в конце концов. Поэтому, Рома не придумал лучше отмазки кроме как: — Прости, но я ещё не готов к отношениям. — А... Ну понятно. Тогда... До скорой встречи... — и Авелина убежала куда-то вдаль.       В это же время страдающий и рассерженный Паша ходил по коридору, проклиная всë и всех. Он знал, что Авелина пойдëт признаваться Роме, ведь она сама говорила об этом Кате, а он их разговор подслушал. Паша думал, что уже всё пропало, ведь Рома, вроде как, натурал.       Вдруг он увидел следующую картину: Авелина бежит по коридору, вытирая кулаком свои редкие слëзы. Значит, у неё ничего не вышло. Или что-то другое. Паша не мог знать наверняка. Со злостью он накинулся на Авелину, прижимая её к стене и поднимая свою руку, приготовленную специально для удара.