Как срирача у Феликса мобилу отжимали или романтика подворотни

— Ну что, как твой первый день на работе? Феликс потягивал молочный коктейль и пытался поддерживать разговор. Они с Хёнджином были знакомы с самого детства, с самого детства “а ты как я, а я как ты, мы как две капельки воды”, их даже называли близняшками в школе и им это очень нравилось, они носили парную одежду, ходили вместе, делали всё одинаково. Единственное, но существенное различие, которое было между ними, — их характер. Они были огнём и водой. Феликс — тёплым пламенем, согревающим всех вокруг, а Хёнджин — холодной водой, к которой никто не осмеливался подходить. Это не мешало их дружбе. Наоборот, они прекрасно друг друга дополняли. Феликс имел огромное влияние на Хёнджина, “подогревал” его. Второй действительно становился теплее к окружающим, но всё ещё относился к ним с опасением. Он знал, что в этом мире доверять нельзя никому. Никому. Феликс же был несколько наивен (Хёнджин бы поспорил насчёт “несколько”). Он верил, что в каждом человеке есть доброе начало. Если бы все люди относились к друг другу с любовью, в мире бы не существовало такое понятие, как “зло”. Хёнджин не спорил с ним и не пытался доказать обратное. Зачем? Он был рад за Феликса и не хотел рушить его мир. Он просто хотел, чтобы тот был более осторожен, когда-нибудь его доверчивостью могли воспользоваться. Со временем их одержимость быть близняшками сходила на нет, и в универе их уже никто так не называл. Но это не значило, что их дружба угасала. Нет, они вряд ли теперь когда-нибудь смогут перестать общаться, слишком уж были близки, слишком любили друг друга. Просто мальчики выросли. Разве взрослые парни могли клеить одинаковые наклейки на ногти и копировать друг дружку? Может и могли, но теперь это уже не так интересно. Теперь на это нет времени. Учёба, работа, куда там. — Да всё в порядке, пока ничего не понятно, — Хёнджин улыбнулся. — А у тебя там как? Конец месяца. — Конец месяца всегда тяжёлый, но держусь. Вчера зарплату получил, — Феликс тоже улыбнулся. Он всегда улыбался. — Наконец-то купил себе телефон. — Оо, ну, слава богу. Тот, который хотел? — Конечно, иначе какой смысл? Хёнджин кивнул. Феликс был прав, если уж и покупать себе что-то долговечное, то только то, что нравится тебе самому. Сегодня у них обоих был выходной, поэтому они наконец выбрались погулять вместе. Сначала пообедать чем-то вкусненьким в кафе, а потом гулять. Может, даже в парк аттракционов сходят, тысячу лет там не были. Если, конечно, у них останется достаточно времени до тренировки Хёнджина. Они расплатились и вышли из кафе. Погода была хорошая, но немного холодно — весна. Феликс попросил сначала зайти в общагу, ему надо было забрать рюкзак, без него гулять вообще неудобно было. Хёнджин согласился, и они медленным шагом пошли. Остановились у банка. Хван чудом вспомнил, что у него на карте закончились деньги, поэтому решил быстренько сходить их закинуть, раз уж рядом. Феликс остался ждать на улице, ему нравилось дышать свежим воздухом. Он прогуливался вдоль здания. — Эй, парень, телефон есть позвонить? — кто-то шёпотом позвал его из-за угла. Феликс захлопал по карманам. Он уже успел испугаться, что потерял где-то свой новенький телефон, но потом вспомнил, как давал его посмотреть Хёнджину, а потом попросил оставить у себя, потому что у Феликса не было карманов. Он боялся, что мог выронить телефон по дороге и разбить. — А, он остался у друга. Подождёте, пока он из банка вернётся? — Феликс! — Хёнджин как раз вышел. — Пойдём, — он кивнул в противоположную сторону. — Подойди сюда! Хёнджин вздохнул, но пошёл в его сторону. Ничего хорошего это не предвещало. — Дай мне мой телефон, пожалуйста. — Зачем? — В смысле, зачем? — Феликс удивился. — Это мой телефон. — Ты мог взять его у меня там. Зачем позвал? — Хёнджин, человеку позвонить надо. Это может быть срочно, не задерживай, — он протянул руку. — Посмотри на него внимательнее, пожалуйста. Ты хочешь своего нового телефона лишиться? Пошли уже отсюда, пока к нему его друзья-гопники не подошли, — Хёнджин закатил глаза и взял Феликса за руку, но тот её вырвал и остался стоять на месте. Он всегда был упёртым тогда, когда не надо. — Ты не можешь судить людей за внешность. Я вижу, что он хороший. У него наверняка и имя соответствующее. Как тебя зовут? — он повернулся. — Джисон, — он удивлённо ответил. — Вот! Прямо как моего брата. Человек с именем Джисон не может быть плохим. Давай уже побыстрее с этим разберёмся и пойдём. — Вот именно, давай уже пойдём отсюда, а то в парк не успеем. Пускай другого дурака ищет. — Что у вас тут? — к ним подошёл ещё парень, явно из одной шайки с Джисоном (на нём были такие же чёрные треники и белая рубашка). — Да я телефон позвонить попросил, а они разобраться не могут, — Джисон почесал затылок. — Вам что, жалко что ли? — второй парень, его звали Чан, вскинул брови. — Да н... — начал было Феликс, но Хёнджин его перебил. — Да, жалко. Раз такой щедрый, сам телефоном с ним и делись. Феликс, пошли отсюда, — он потянул его за руку. Феликс начал сомневаться. Действительно, почему этот второй телефон ему не даст? И почему они оба так на этом настаивали. — А вдруг у них что-то случилось! Вдруг ему надо позвонить маме? Ты же знаешь, как мамы волнуются. — Да-да. Маме, — Джисон поддакивал. — Давайте уже побыстрее с этим разберёмся, пока не пришёл _он_, — попросил Чан. — Кто “он”? — Хёнджин закатил глаза и вздохнул. — Да вот он уже тут, — Джисон кивнул головой за хёнликсов, они одновременно повернулись. — Чанбин? — удивлённо спросил Хёнджин. Такому повороту событий удивились все. — Ты его знаешь? — первым подал голос Феликс. — Нет, не знаю и знать не хочу. Мы уходим, — он сильнее потянул Феликса, тот сдвинулся с места. Его уже самого начало это всё напрягать, так что сопротивляться он не стал. — Хёнджин, — позвал Чанбин. Хёнджин остановился, его сердце застучало быстро-быстро, но он умел сохранять рассудок и не поддаваться чувствам. Он не повернётся. Просто постоит немного, чтобы успокоиться, и пойдёт дальше. — Прости меня. Или не умел. Чёрт, как он мог учить Феликса не быть наивным, когда сам на самом деле был самым наивным человеком на свете? Но Чанбин звучал так искренне, что не поверить ему было преступлением. Хёнджин хотел ему верить. — Хён, — он всхлипнул. Хёнджин боялся повернуться, Феликс не решился спрашивать. Не сейчас. Потом узнает и заодно спросит, почему он ничего ему не сказал. Он думал, что у них не было друг от друга секретов. Хёнджин тоже так думал. Но рассказать так и не смог. Ему было страшно. Вдруг его будут осуждать или высмеивать? Он же всегда был таким правильным и недоступным, наказывал Феликсу не связываться с людьми из криминального мира, а в итоге сам.. связался. Причём не просто связался — встрял по самые уши. Что бы сказал Феликс, когда узнал, что Хёнджин встречался с главарём местных гопников? На самом деле, он не жалел, что скрыл этот факт, ведь так он убедился, что был прав в своём наказе другу. Никогда. Не связываться. С людьми. Из криминального мира. Это совсем не так романтично, как говорят или пишут. Это больно. Чанбин подошёл вплотную к Хёнджину и попросил повернуться. Хёнджин всё ещё не хотел смотреть на него, он прекрасно знал, что как только увидит старшего — простит ему всё и позволит вернуться. Но он дал себе обещание, что не сделает этого. Они слишком разные, чтобы быть вместе. Хёнджин хотел такой любви, чтобы после гулянок валяться на полу и глупо улыбаться потолку от приятного тепла внутри, но в реальности он падал на пол и плакал. Почему так долго встречался с ним тогда? Любил его, вот и всё. И он знал, что Чанбин тоже его любил. Хёнджин это чувствовал. Но кто научит человека с улицы настоящей любви? Чанбин не умел говорить об этом, да и выражал, честно говоря, тоже плохо. Он мог нарвать для младшего цветов с клумбы у здания администрации, мог вскрыть замки закрытого на ночь торгово-развлекательного центра и устроить там им свидание, даже наворовать еды из супермаркета мог, за что Хёнджин его каждый раз отчитывал (несмотря на то, что на самом деле ему были приятны знаки внимания Чанбина, пускай даже и выходящие за рамки закона). Чанбин никогда не обижал Хёнджина и другим этого делать не позволял. Он так и не узнал, что младший истерил после каждой их встречи. — Я же просил не трогать его, — Со разозлился. — Так мы его не трогаем. Только друга его. И то не очень эффективно, — оправдывался Джисон. Чанбин покачал головой и соединил свою левую руку с левой рукой Хёнджина. Феликс не собирался терять время и воспользовался ситуацией: вытащил свой телефон из чужого кармана. — Держи, — он подошёл к Джисону и протянул телефон, тот отмахнулся. — Спасибо, но мне не надо уже. Вот! Феликс же говорил, что он хороший! Он улыбнулся и повернулся к Хёнджину, чтобы отдать телефон, но, видимо, не сейчас. Сейчас Хёнджина волновали только губы Чанбина.