Жарко огня

      Дварги всегда были крепкими. Этот удар Эспену не навредил. Но чтобы какой-то человек так легко его поднял и швырнул. Не каждый даже из его народа такое мог. Возможно вообще только Бернард. Эспен вообще им восхищался. Но слова этого юноши. Как он смеет так с ним обращаться? И плевать на металлическую руку, наверняка какая-то уловка. Людям характерно такое поведение. Самое главное это провести обряд бракосочетания, а дальше пусть идёт на все четыре стороны.

***

      Вообще Рейвен не был таким вспыльчивым. Но просто его все сегодня взбесили. Он сегодня проснулся в каком-то вонючем трюме, у него болела голова, в животе пусто. Потом его ведут во дворец с такими лицами, будто им было бы приятнее иметь дело с нищим. Рейвен на зло поспал в отведённой комнате не раздевшись. Пускай кровать провоняет. Отец ведёт себя странно, Эспендрюк куска дерьма. Но его даже не накормили. Рейвен может долго не есть, не пить, спать, как и где угодно и при этом работать, но при этом характер у него портился. Было бы проще, будь у него с собой трубка. О, факел. Ща похаваем.       Рейвен запрыгнул на первый попавшийся корабль, идущий на остров Мэн. Из дворца ничего не взял, так как тырить просто было нечего. Корабль, как оказалось, был с проверкой на их остров. Потому все на борту были в печали и делали многострадальные лица. Их можно понять. Для тех, кто не живёт на острове, это настоящий ад. Мэн гористый остров, между скалами расположились непроходимые леса, на редких берегах практически невозможно пришвартоваться, а та одни отвесные скалы. Но так видят остров не местные. Да, всё вышеперечисленное есть, но местные моряки отлично знают, как подобраться между скал к берегу не разбившись. Горы и скалы только у берегов острова, а в центре отличные плодородные земли.       В гильдии была тишь да гладь. То есть никто не дрался и все дружной компанией делали вид очень занятых персон, потихоньку куря, играя в карты и выпивая. Рейвен пафосно открыл дверь с ноги. — А вот и я. — А вот и молодая кровь — сказал Бинг, куря трубку. — А ну вышел и зашёл нормально, черныш! — крикнул Йоханнес. — Ват как ты, батя, героя встречаешь? Я, между прочим, с трудных переговоров вернулся. — Но это не даёт тебе право так завялятся домой. Но это здание гильдии, а не мой дом. — Гильдия — наш дом второй. Так что вышел и зашёл. — Да обнимитесь вы уже, твердолобые — прервал спор Бинг, всё также куря. — А ты не вмешивайся — сказали Рейвен и Йоханнес вместе. — Рад тебя видеть — наконец сказал Йоханнес. — Я тоже. — Что там на материке? Рейвен хитро улыбнулся. — Собирай всех наших. У меня объявление.       Через 15 минут. Рейвен дал документ на проверку главному бухгалтеру. Он внимательно просмотрел документ несколько раз. — Жители острова Мэн, наш остров с прилегающими водами официально независимое государство — объявил бухгалтер и спрыгнул в толпу.      Возникло минутное молчание. А после народ взревел, войдя в единый раж. Чувства восторга и радости становились ярче от нахождения в толпе. Но тут на импровизированный помост, бочку с селёдкой на которой стоял бухгалтер, взобрался главный проверяющий. Он всячески пытался привлечь к себе внимание: кричал, махал всеми конечностями и тем что попадалось поруку, пытался растолкать ближних ликующих. Не помогало. Но тут он задал вопрос, который всех угомонил: — КТО ВАШ КАРОЛЬ? В толпе зашушукались. Тут вышел Йоханнес. — По моему разумению, королём должен быть тот, кто всё это предложил и учудил. Поэтому, предлагаю сделать королём Рейвен. — и немного подумав, добавил. — Но если кто хочет, может выдвинуть свою кандидатуру. Тогда мы всё решим, как приличные и образованные персоны. Устроим честные выборы (читай: устроим бои без правил. Кто останется последним на ногах, тот и король). Есть возражения или кандидаты? Ну тогда решено. Рейвен, ты король. — Схрена?! — Сам виноват. Не нужно было пасть разевать по пьяне.       Народ острова Мэн все дела доделывали до конца сразу. Поэтому все решили сначала короновать Рейвена. Кузнецы пошли ковать корону, повара готовить пир, швеи создавать королевские одеяния. Королевским замком выбрали резиденцию короля Элмета, в ней сразу начали убираться. Так что через 5 дней уже всё было готово. Со всего острова подтянулся народ. Всё нарядное и красивое.       Рано утром началась коронация. Сначала прилюдно зачитали декларацию о независимости. Потом для речи вышел тот, кого собирались короновать. На Рейвен были чёрные штаны и рубашка простого свободного покроя, но богато украшенные серебряной вышивкой. На ногах черные летние сапоги, тоже украшенные серебряными узорами, со шнуровкой спереди и сзади. На руках несколько серебряных перстней с драгоценными камнями. — В общем, мы не дать не взять какой крутой народ. А кто не согласен, хер с ним. Но мы можем ему и навалять, если будет на нас бочку катит. Я буду делать всё то, что типа должен делать правильный король. Типа любить народ, с другими корольками общайся, налаживать связь с другими странами, про свою страну не забывать, и чтобы в ней жилось хорошо. Вот, я закончил. Давайте меня коронуем и на пир бухать. Прошёлся Рейвен до трона-кресла, уселся в него. Ему на голову одели серебряный обруч. Все прокричали «Да здравствует король» и, наконец то поняв, что дело сделано пошли на пир.       Проверяющие после коронации быстро вернулись на материк с доклад, в котором говорилось, что остров Мэн официально объявил себя независимым государством и что его королём стал принц Элмета Рейвен.